Се – Азиопа, ею был украден
и освежеван древний бог,
из треугольных рыжих виноградин –
ее лобок.

И мы в мускатных зарослях блуждаем,
когорта алкашей.
Овидий прав: так трудно быть джедаем
среди лобковых вшей.

Се – Азиопа, наша ридна маты,
кормилица искусств.
Кто нынче помнит Зевса? Жестковатый
и сладкий был на вкус.

Так, впрочем, сладок всякий иноверец,
философ и поэт,
добавь в судьбу – лавровый лист и перец,
ты сам себе – обед,

обед молчанья, кулинарный случай,
подстережет в пути,
гори один и никого не мучай,
гори и не звезди.

©

мы легли на грунт, – говорит, – мы легли на грунт.
наша жизнь – морзянка, наши стихи – враньё.
не сочти за труд, – говорит, – не сочти за труд,
передай, что это всё – во имя её.
и в газету "правда", свёрнутую в кулёк,
положи ей ну хоть пару моих наград,
ведь она – ребёнок, девочка, мотылёк,
это злые люди всякое говорят.
постучи наверх, – говорит, – постучи наверх,
там механик, он ближе к богу, он завязал.
мы легли навек, – говорит, – мы легли навек,
я ей что-то важное не сказал.
не кричи, не трусь, дыхание экономь.
ты моложе – может быть, суждено спастись.
передай ей наше летнее за окном,
наш рожок сигнальный звóнок и голосист.
степь да степь кругом, степь да степь, – говорит, – кругом,
путь далёк лежит, кончается кислород,
в той степи глухой, – говорит, – в той степи глухой...
то ли бредит, то ли на ухо мне поёт.

©

.
мать Тьма и отец Писдец

воспитывали сукина сына

в лучших традициях патологической психиатрии

горячо и сильно

вдалбливая постулаты

двойной морали и гендерного непостоянства

просто и ясно

вскоре у ребенка развились необыкновенные таланты

к общению со сверстниками, так что к пяти годам

в его послужном списке значилось 38 друзей

кстати всегда

старенькая "газель"

увозила удрученных сотрудников МУРа

не нашедших ни свидетелей, ни улик

хотя в редкую ночь на районе хмуром

около каждой второй песочницы всклоченный пес не скулит

но даже у такого отчаянного сорванца

случались радужные, по-своему трогательные деньки

когда папа, играючи, в землю с размаху его вонзал

приговаривая

расти сынок, все-таки ра... Читать дальше »

Рейн Евгений Борисыч уходит в ночь,
в белом плаще английском уходит прочь.
В черную ночь уходит в белом плаще,
вообще одинок, одинок вообще.

Вообще одинок, как разбитый полк:
ваш Петербург больше похож на Нью-Йорк.
Вот мы сидим в кафе и глядим в окно:
Леонтьев А., Рыжий Б., Дозморов О.

Вспомнить пытаемся каждый любимый жест:
как матерится, как говорит, как ест.

Как одному: "другу", а двум другим
он "Сапожок" подписывал: "дорогим".

Как говорить о Бродском при нем нельзя.
Встал из-за столика: не провожать, друзья.
Завтра мне позвоните, к примеру, в час.
Грустно и больно: занят, целую вас!

©

Ой, ты гой еси, русофилочка, за столом сидишь, как побитая;
В огурец вошла криво вилочка, брага пенная - блядовитая
Сарафан цветной весь изгваздала; подсластив рассол Пепси-колою,
Женихам своим ты отказ дала, к сватам вышедши с жопой голою.

Затянув кушак, закатав рукав, как баран боднув сдуру ярочку,
Три "дорожки" в раз с кулака убрав, с покемонами скушав "марочку", -
То ли молишься, то ли злобствуешь, среди гомона полупьяного, -
Ой, ты гой еси, юдофобствуешь под Бердяева и Розанова.

А сестра твоя (нынче бывшая!) в НАТО грозное слезно просится.
Ты в раскладе сем - вечно-лишняя, миротворица, богоносица.
Вся на улицы злоба выльется, в центре города разукрашенном -
Гости зарятся, стройка ширится, и талиб сидит в кране башенном.

В лентах блоггеры пишут набело о Святой Руси речи куцые;
Ты б пожгла еще, ты б пограбила, - жалко кончилась РЕВОЛЮЦИЯ.
Извини, мин херц, danke schon,... Читать дальше »

.

Желание парить к рождённым по залёту
приходит через кровь от летуна-отца.
И коротает век бескрылая пехота,
качая небеса из опия-сырца.

Не тибровой на свет намытые водицей –
гибриды бугая и жертвенной овцы –
мы блеяли когда фабричные волчицы
совали нам свои солёные сосцы.

А после был звонок, и как любой ребенок
я в люди побежал, улыбкой осиян.
Учить из букварей слова для похоронок.
В «Зарнице» победить – и выиграть Афган.

Но весело плюя на здешние порядки,
включая дурака, где надо бы мозги,
как Витус Беринг я осваивал «камчатку».
А заодно рельеф соседкиной ноги.

Тот вечный голодарь, что время пожирает,
мне виделся клопом к семнадцати годам.
И первая любовь была не хуже рая -
у Евы есть Адам, а у него - «Агдам».

Под окнами шумел художественным свистом,
зовя на промен... Читать дальше »

.
Заратустра говорит. Час говорит, два говорит, день говорит, ночь говорит, неделю говорит. Больше двух недель не говорит, устаёт говорить.
Но было, да, что и месяц говорил Заратустра, и два, и три, и четыре месяца Заратустра говорил однажды. И сам устал говорить, и мне своей болтовнёй мозг выебал, и окружающим моим через меня тоже мозги выебал, и даже дистанционно посредством Интернета смог через меня многим людям мозги выебать Заратустра тогда.
Не едь в Клайпеду, в Клайпеде беда, – так говорил Заратустра. Я ему сказал, что и не собирался в Клайпеду, и что похуй мне Клайпеда с её клайпедовыми бедами.
А он снова, – Не едь в Клайпеду, в Клайпеде беда, говорит, и пальцем указательным в воздухе знамения пишет. А глаза добрые-добрые, как у белорусского холодильника «Атлант» (220035, г.Минск, пр.Победителей,61, тел.(+375)172034614, факс. (+375)172039697, info@atlant.by). И гул такой от Заратустры исходит, чуть слышный, приятный гу... Читать дальше »

"Вина"
Сейчас
Приятно кровь чужую пить,
А другу в спину нож - заслугой

Считать
В натяжку нервов струны бить,
Изгнать ответственных из круга?

Мечтать
Неосторожных - растерзать,
С дерьмом смешать. Час пи.. сегодня

Желать
Конечно! Легче в морду дать,
Умыть друзей плевком животным

Сбегать
Шутом пройтись по головам,
И оторвать с любовью крылья

Плевать
Да честь продав, воскликнуть вам:
"Ты, виноват в моем бессильи!"

Джаз
Раскрылись джазом тонким струны
Трепещет возглас в высоте
Она запуталась в дне юном
Он заблудился в темноте
И счет с... Читать дальше »

(Слушай песню ортопедического протеза сквозь толщу звуковых наслоений.

В ней – вековые претензии завшивевших городов и селений,

близоруких кухонь, немых вокзалов, ползущих во сне через прифронтовые снега.

Поет протез, тупые клыки оскалив, подпевает ему липовая нога –

О.................................................................................................................

(Постарайся уловить это настроение, почувствуй битумные слезы на щеках.

Теперь с тобой говорят промышленные строения в шлакоблочных пиджаках.

Вернее, не говорят, а налитые бормотухой, выносящей последний мозг,

сучат артритной арматурой, головами мотают, немотствуют –

О.................................................................................................................

(Это что-то вроде растительного нойза, или как если бы запела таблица Менделеева.

В здешних... Читать дальше »

Существа
- все существа себя полностью осуществляют, и только человек никогда не становится осуществленным до конца

Расслоение мозга
- человеку часто кажется одно, представляется другое, а грезится третье

Одно и то же
- не могут два человека одинаково подчеркнуть один и тот же момент

В яблочко
- с годами промахов не становится меньше – говорил стрелок


Тропы
- как бы ты не торопился, не иди по тропе, если есть дорога – говорил путешественник

Созерцательность
- созерцать это еще не значит узреть

Буратино (новое прочтение)
- как хочешь, так и выделывайся! – сказал Папа Карло бревну с выструганными руками, дав ему в руки тесак

Облачный орел
- не витай в облоках, когда безоблачная погода – говорил орел

Весь мир театр
- нельзя нарисовать и написать кошку так, чтобы она замяукала, но, если напротив нарисованной и ... Читать дальше »