Профиль | Последние обновления | Участники | Правила форума
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Модератор форума: Диана  
Форум » Литературный фронт » Литературные дуэли » Дуэль №601 (Третья гладиаторская дуэль)
Дуэль №601
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 1 06.02.2016 в 19:57
Дуэлянты: Инкогнито
Форма: Проза
Жанр: триллер 
Объем: свободный
Тема: je suis charlie
Сроки: до 19.02.2016
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 2 20.02.2016 в 09:58
Мои извинения! Перепутал, отсрочка до 22.02
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 3 20.02.2016 в 19:37
Текст первый. Марш миллионов.
Утренний кофе с круассаном, каждодневный ритуал, дающий заряд на весь день. Для Матье утро просто не могло начаться по-другому. Аромат молотой арабики наполнил комнату следователя криминального отдела. Матье Перро - мужчина за тридцать, типичный француз. Угловатое лицо с выдающимся носом, аккуратно подстриженные усики и трёхдневная щетина. Усталые глаза ярко-зеленого цвета на половину закрыты, тёмные мешки выдают усталость. Коротко стриженные волосы и сжатые в струну губы. На календаре было восьмое февраля. Маленький телевизор на запылившейся тумбочке плюётся яростными возгласами репортёра. Опять эти проклятые террористы устроили бойню. Сколько можно? Неужели им плевать на людей? Неужели можно вот так просто убить двенадцать человек из-за картинки в журнале? Ну чего они прицепились к этому пророку Муххамеду? 
Они приехали в мою страну, и устанавливают свои правила? Они хотят, чтобы МЫ жили по ИХ правилам? А президент всё твердит про толерантность, терпение и понимание. Вот поработал бы он пару деньков на моём месте, мигом заткнулся бы. Только вчера Матье допрашивал молодого араба, который зарезал женщину в футболке с изображением пророка муххамеда идущего за руку с иисусом. Ну как так? Зачем? Ему всего-то двадцать пять. Было. Теперь он сядет лет на десять. И за что? За футболку? За идиотские принципы?
А теперь вот это. По телевизору крутили зацензуренные кадры с офиса Шарли Хебдо. Устроили бойню средь бела дня. Теперь всех на уши поставили - найти задержать, посадить. Мы конечно поймаем и посадим, а толку? Их таких пол Парижа. Посадим одних, на их место еще десять человек придёт.
Стук в дверь отвлёк Матье от мрачных мыслей.
"Что тебе Базиль" - обратился он к напарнику, робко просунувшем голову в щель приоткрытой двери.
"Я с бригадой выезжаю на рейд. Будем искать этих подонков. Ты с нами?"
"Нет. У меня тут помимо этого дерьма уйма работы. Как поймаете - везите ко мне. Поговорим по душам. А шляться по этим нищебродским кварталам и нюхать арабское ссаньё, мне что-то не охота" - отрезал Матье.
"Ну ты и белоручка. А помнишь как мы на помойке бомжей ловили, которые ребёнка украли. Запашок был тот еще.." - Базиль сдавленно засмеялся, зайдя в кабинет полностью.
"Да пошел ты" - ответил Матье, впрочем не удержав улыбки.
Базиль Гармаш был его помощником вот уже пятый год. Матье сам пристроил его на эту должность. Они были друзьями с самого детства, прошли путь от дворовых гопников до полицейских высшего ранга. В какие только передряги не закидывала их судьба. Базиль был сыном иранского беженца и чистокровной француженки. Восточная кровь в нём проявлялась сильнее, затмевая французские корни. Но образ мыслей выдавал в Базиле человека, воспитанного в европейских традициях. А других в полицию и не брали. Он носил иисусовскую бородку, придававшую ему брутальный вид. Его улыбка смахивала на звериный оскал, совсем не вязавшийся с добродушным характером. 
Но это только с друзьями. Стоило ему выйти на дело - Базиль превращался в хищника, безжалостного и неутомимого. 
"Новости смотришь? Вот скажи , чего им неймётся? " - Базиль повесил нос, тяжело вздохнув.
"Двенадцать человек не за хрен собачий... Если я найду хоть одного из этих уродов - урою на месте. Твари!!!" - стукнул он кулаком в стену. Гипсокартонная перегородка жалобно затрещала под напором бывшего спецназовца.
"Успокойся ты! Мы их не убивать должны, а ловить. А ты уж не беспокойся, я их так засажу - они белого света не увидят никогда в своей жизни."
"Не сомневаюсь. Ну ладно, ребята ждут. Я поехал" - коротко отрезал Базиль, и спешно скрылся за дверью.
Матье снова остался наедине со своими мыслями. Глотнув кофе, он сморщился и вылил остывший напиток в мусорное ведро.
Работа, работа, работа... Кофе, набивший оскомину, быстрый перекус в кафе напротив, казённые стены участка. От их цвета Матье просто тошнило. Допросы и разборы, толстые папки дел, компьютерные файлы и фотографии, осунувшиеся лица, простреленные головы, сигаретный дым и потные подмышки. Картины мелькали перед глазами, жизни людей, расписанные чёрными буквами на экране или обведенные мелом на асфальте. Трагические истории, безумные триллеры и семейные драмы. Прококаиненные мажоры на порше и нищие беженцы в рваных штанах. Допросы, дознания, очные ставки....
Работа уносила его, зацикливала на самой себе. Матье даже не заметил, как наступил вечер. 
Тёплая вода с шипением выливалась из душа. Матье тщательно намыливал каждый миллиметр тела, представляя, как смывает всю ту грязь, что выливалась на него вёдрами каждый день. Живительная влага очищала тело и разум. Глянув на себя в зеркало, он увидел осунувшегося, усталого мужчину. Впрочем, он всё еще был в отличной форме. Годы проведённые в отряде спецназа давали о себе знать. Матье никогда не был карьеристом, не метил на высокие должности. Но его всегда ценили за принципиальность, преданность делу и остроту ума. Командир спецотряда лично рекомендовал его в опера, увидев задатки.
"Не место тебе тут, парень. Ты отличные боец, но опер из тебя выйдет еще лучше. Не губи свой талант" - так он сказал ему в тот день.
На журнальном столике ожил телефон, как гусеница сползая по матовой поверхности, норовя грохнуться об пол. Матье в одном полотенце кошачьим движением поймал его на самом краю. Чёртов виброзвонок. Он так разбил уже два айфона.
"Да Базиль. В чем дело? Девятый час уже... Или вы поймали этих уродов?" - с надеждой поинтересовался он.
"Да их в пригороде спецназ блокировал, они там и без нас разберутся. Ну ты же знаешь наших ребят, не убьют так покалечат" - Базиль громко засмеялся.
"Тут такое дело… В общем собирайся и дуй в участок. Мы пока шерстили арабов, подхватили двух молодчиков, сирийцев вроде. Ну как подхватили... они сами нам сдались. Говорят у них информация есть о готовящемся теракте. Ты же слышал про марш миллионов? - Матье промычал "угу" - "ну вот".
"Что вот?"
"А ничо вот! Они отказываются что либо рассказывать, пока мы им защиту не предоставим. Говорят их убить хотят. Вот я их и тащу в участок. Минут через двадцать на месте буду. Собирайся давай, чё мычищь? Или мне еще повторить?"
"Всё понял. Скоро буду."
"А ведь я так мечтал отдохнуть, выпить винца, в танчики погонять..." - одеваясь в армейском темпе причитал Матье.
 "Да уж, с этой работой, и потрахаться некогда, будь оно неладно." - жаловался он сам себе спускаясь по ступенькам.
Двигатель его ситроена еще не остыл, и Матье рывком сорвался со стоянки к ненавистным серым стенам своего участка. Город был полупустой. Везде чувствовалась тоска и подавленность. Президент объявил траур, и его налёт был везде. На многих домах висели самодельные растяжки "Je suis charlie", флаги приспущены, увеселительные мероприятия отменены. 
Получасовая поездка по унылым улицам закончилась на ведомственной стоянке. Охранник поднял шлагбаум, приветственно махнув из окна кабинки. Через пару минут Матье семенил по полупустому участку в поисках Базиля. Но того не было ни на рабочем месте, ни в камерах для допросов, ни в кабинете у Матье. 
Подойдя к дежурному, следователь спросил "Базиль еще не приехал?". Дежурный молча помотал головой, даже не поднимая глаз.
"Странно, он уже должен был приехать."
 Достав телефон, Матье набрал номер друга, но абонент оказался вне зоны доступа.
Симона Лавайе, бумажных дел мастер и просто красивая женщина, не спеша шагала по коридору к Матье. Она плакала, пряча в стену испуганный взгляд.
Матье резко подошел к ней и взяв за руку поинтересовался, почему столь красивая девушка испортила своё ангельское личико слезами.
Симона подняла взгляд и дрожащим голосом произнесла
"Базиль"
 Закрыв руками лицо, она заплакала пуще прежнего.
Сердце Матье бешено заколотилось, разгоняя адреналин по венам.
"Что Базиль? что с ним? Говори!!!" - он тряхнул хрупкую девушку за плечи, да так, что у нее слетела сережка. 
Взгляд Симоны прояснился, она посмотрела на Матье глазами, полными горечи
"Он мёртв. Сгорел в машине еще с двумя ребятами. Их взорвали. Только что патрульные передали по рации."
" Э-э-это как? Да нет же, не может быть. Я же только что сним разговаривал" - руки предательски затряслись, голова налилась свинцом, закружилась, как после доброй порции алкоголя. Матье нащупал стул и в полуобморочном состоянии рухнул в него, чуть не сломав спинку.
"Симона, ты ни чего не путаешь? Ты уверенна" - надежда еще теплилась в нём. Может это нелепая ошибка, или неудачная шутка?
"Патрульные передали номер машины..." - Симона снова залилась слезами.
"Они не доехали пару кварталов. Всё случилось тут рядом, на улице..." 
Матье второпях схватил куртку и кинулся прочь, к машине.

Вокруг горящих остатков полицейской машины суетились спасатели, подготавливая брандспойт к тушению. Матье приехал одним из первых. Полицейские пропустили его, увидев удостоверение следователя. Полицейскую машину практически разорвало надвое мощным взрывом. Остатки догорали, выпуская чёрный дым в ночное небо. Выжить внутри было не реально.
Сжав кулаки Матье сдержал вопль горя и отчаяния. 
"Базиль… Ну как же так? Почему смерть всегда забирает самых лучших."
Глаза были на мокром месте, от дыма и тоски. Подоспела скорая и спасатели. Да вот только спасать уже было некого. Следом подъехали несколько полицейских машин. Из передней буквально выпрыгнул пожилой мужчина в тряпичном плаще. Марис Обе. Начальник Матье. На худощавом лице, перекошенным гримасой злобы, сверкали два изумрудных глаза. Они горели той же ненавистью, что испытывал сейчас и Матье. Быстрым шагом приблизившись к следователю он прорычал
"Это правда?!"
Матье безжизненно кивнул головой. Он сейчас был словно зомби, ведомый простейшими инстинктами.
"Подонки! Суки! Мать их так" - Марис в бессильном гневе швырнул под ноги зажженную сигару, и с яростью растоптал её.
"Мы найдём их, кто бы это ни был!!!" - схватив Матье за рубашку провопил он
"Найдём слышишь!! И порешим!! Клянусь своей головой, я лично им по пуле между глаз пущу!!!!"
Матье молчал, язык не хотел его слушаться. Как и все тело. Еще мгновение - и он потеряет сознание. Но спецназовская выучка давала о себе знать. Внешне он выглядел как безразличный кусок камня. Холодный и непробиваемый.
"Мне надо побыть одному" - ледяным тоном проговорил он, и направился к своему ситроену. 
В баре было немноголюдно, играла тихая музыка. Допивая четвёртый стакан виски, Матье вспоминал своего друга. Сумасшедшие вылазки, операции по освобождению заложников, весёлые пьянки и драки у баров. Шашлыки на природе и больничные палаты, где они частенько отлёживались после ранений. Жену Базиля и его маленького сына... Слёзы крупными стекляшками сползали по щекам. Бармен молча наполнял стакан, не решаясь заговорить с убитым горем мужчиной. 
Колокольчик на двери затрезвонил, оповещая о прибытии новых посетителей. Двое мужчин арабской внешности молча присели за столик недалеко от Матье, жестами призывая официанта. Симпатичная девочка с листочком и ручкой тут же подбежал на их зов. Размашисто жестикулируя, они что-то заказали и принялись ждать, весело перекидываясь фразами на непонятном языке. Кулаки так и чесались. Положив на стойку 100 франков Матье решил от греха подальше покинуть это заведение. Не хотелось калечить случайных людей.
Шатающейся походкой, опираясь о стенку он не спеша скрылся в дверном проёме, оставив после себя только звон колокольцев. Матье направился к дороге, через дворы, чтобы поймать такси. На улице было темно и холодно, как и в душЕ.
Шаги за спиной заставили его обернуться. Двое мужчин быстро приближались к нему, молча и с конкретными намерениями. Это были те два араба из бара. Улыбнувшись Матье развернулся. Он плохо стоял на ногах, видимо показавшись лёгкой добычей двум молодчикам.
Один из низ достал из кармана нож, демонстративно выставив его перед собой.
"Давай сюда бумажник, мы видели, что у тебя есть деньги" - с лёгким акцентом сказал первый.
"Быстрее, глухой что ли" - поднеся нож к лицу следователя прорычал второй.
Через секунду он лежал на асфальте с неестественно вывернутой рукой и вопил как ребёнок после хорошей взбучки. Первый попытался ударить Матье по лицу, но получил мощнейший удар в нос, который свернуло на бок, как в мультике про пластилиновых боксёров.
Ни слова не говоря Матье развернулся и продолжил свой путь, спиной с наслаждением ловя стоны неудачливых грабителей.
Зимнее утро принесло головную боль и ненавистные воспоминания вчерашнего вечера. С трудом поднявшись Матье заварил крепкий кофе и с неохотой выхлебал целую кружку, запив им таблетки от головной боли. Стало заметно легче.
Он ехал по Парижу, утопающему в утренней суете, как призрак. Мысли вертелись вокруг последних слов Базиля, о сирийских беженцах. Он явно напал на след. Что то крупное было на крючке. Его убрали. Это был ,ни какой не теракт. Скорее всего целью атаки были именно эти сирийские беженцы. Надо было срочно установить кто они такие, и что хотели сообщить. Ведь марш миллионов должен был состояться через день.
Коллеги с грустью выражали соболезнования, хлопали по плечу. Многие из них были друзьями Базиля, как и он сам. Чёрно-белая фотография с траурной полосой на входе. Она сейчас была живее Базиля, улыбаясь коллегам во все тридцать два зуба.
Матье заглянул к своему начальнику, как всегда смолившему сигару за массивным столом.
"Доброе утро Марис"
"Да какое оно на хрен доброе. Присаживайся. Тут есть интересная информация." - он поводил мышкой, открыв электронную почту. Принтер заскрипел, выдавая усеянный буквами листок бумаги.
"Вот взгляни." - Марис протянул бумажку Матье. Его руки заметно подрагивали. Видимо он тоже вчера топил печаль в алкоголе.
Матье внимательно изучил бумагу и, положив на стол, с подозрением глянул на начальника.
"Это точно?"
"Железобетонно. Я лично позвонил моему другу. Он там шишка у этих экспертов. Всё как есть..."
"То есть его взорвали пластитом? Заложили под бензобак... А детонатор нашли?"
"Нет, его видимо взрывом уничтожило"
"Плохо…"
Матье откинулся на спинку стула, перекрестив ноги.
"Вы же понимаете, что этим арабам никогда в жизни не достать пластит. Да и изготовить в кустарных условиях не реально. Для этого нужен гексоген. А где им его взять? Еще детонатор..."
"Да знаю я всё не хуже тебя." - перебил начальник на полуслове - "Еще и взрыв дистанционно был произведён."
"Это почерк спецслужб" - Матье наклонился ближе к Марису.
"Есть что-то, чего я не знаю?" - с подозрением спросил начальник, отплёвывая попавший в рот табак.
"Есть. И кое что очень важное. Базиль звонил мне буквально за полчаса до смерти. И сообщил, что ему сдались два сирийских беженца. Они располагали информацией о готовящемся теракте на марше миллионов."
Марис присвистнул, встав со стула "Ты понимаешь чем это пахнет? Шествие запланировано на завтра. У нас очень мало времени."
"Именно. Я считаю, что целью были эти сирийцы. А Базиль попал под раздачу."
"Хмм... Хватай ребят и дуй в тот квартал, где он подцепил этих сирийцев. А я пока позвоню министру обороны и ген прокурору. Ситуация очень серьезная. Даже малейшие подозрения необходимо проверить".
"Их хотя бы опознали?"
"Да какой там. От них одни косточки остались. Наши копают, но никаких зацепок нету."
Марис представил обгоревшее тело Базиля, помимо его воли, образ не хотел выходить из головы. Ярость и ненависть разгорелись в нем с новой силой.
"Возьми данные джипиэс трэкинга машины Базиля у нашего пустоголового админа и вперед. Ты еще здесь!?" 
Матье пометил вчерашний маршрут своего друга в айфоне, и собрав ребят, с мигалками, помчался искать истины.
Он знал Базиля, и был уверен, что тот немедленно сообщил бы ему о своей находке. А это значило, что начать поиски следовало с последних точек его маршрута. Туда они и направились.
Нищие кварталы, провонявшие мочой и помоями. Толпы чумазых ребятишек, напуганные взгляды из-за отодвинутых штор, запах травки, звуки восточной музыки и ругани из-за облезлых дверей. 
В этом квартале были помечены три точки. Все дома были расположены на одной улице, и находились недалеко друг от друга.
"Пьер и Арсен вы идёте туда" - Матье ткнул пальцем в карту -"Это через два дома."
"Антуан и Дамьен, ваш дом этот. Стефан и Абель идут со мной. Я надеюсь, мне не надо объяснять, что к чему? Помните, кто-то из этих подонков причастен к смерти Базиля. Действуйте по ситуации, и особо не церемоньтесь. Если надо - припугните, можно и в морду дать."
 Ребята молча кивнули, разбредаясь по заданным точкам. 
"Итак с чего начнём?" - обратился Матье к своим компаньонам, глядя на увешанное тряпьем здание.
"А чё тут думать, нахлобучим парочку чуреков прям здесь, на улице, чтоб остальные видели, что мы не шутки шутить пришли. А потом пойдём задавать вопросы" - с улыбкой произнес Абель.
"Не плохой план" - улыбнулся в ответ Матье. Двое мужчин арабской наружности как раз вышла из дверей подъезда.
Стефан сразу перегородил им дорогу, а Абель стал возле двери, перекрыв пути к отступлению.
Матье подошел к одному из мужчин и спросил "Здесь вчера была полиция. Куда они заходили? Скем разговаривали?"
"Мы не знаем. Нас вчера тут не было" - с жутким акцентом промямлил араб.
Стефан тут же приложил его локтем в солнечное сплетение.
"Повторяю вопрос" - обратился Матье к следующему - "С кем говорили? Что делали?"
"Но я правда не знаю" - заикаясь пробубнил тот в ответ. 
Матье в пол силы ударил его ногой в живот. Араб согнулся пополам, не в силах вздохнуть. Отвесив по паре увесистых пинков, и убедившись, что весь дом слышит их стоны, полицейские зашли внутрь.
В подъезде было темно и пахло старыми тряпками. Обшарпанные стены исписаны матерными выражениями, белые потёки не то от мочи, не то от блевотины, кое где пятна засохшей крови. Картина для Матье знакомая и привычная. За годы проведённые в отряде спецназа, он бывал и не в таких клоаках.
"Стефан на первый этаж, Абель караулишь выход, я пойду на последний. Встречаемся на третьем. Если что узнаете, сообщайте по рации. Разойдись."
Матье соколом взлетел по лестнице, даже не сбив дыхания. Длинный коридор с рядами ободранных дверей встретил его светом единственной лампочки. Кое где двери аккуратно закрылись, не укрывшись от цепкого взора следователя. Самые любопытные, или испуганные. Их он опросит первыми.
Подойдя к зеленой двери с проплешинами облупившейся краски, Матье настойчиво затарабанил ботинком. Дверь открыла пожилая женщина. Её лицо было словно скомканный кусок бумаги, испещренное глубокими морщинами и сухое. Глаза видавшие многое в этой жизни без страха смотрели на Матье, скорее с интересом и иронией.
Получив в ответ на свои вопросы лишь протяжное молчание, Матье двинулся дальше. Одна дверь, похожая на следующую. Напуганные лица, причитающие женщины с детьми на руках. Все лишь пожимали плечами, мямлили что-то на тарабарском языке. 
Спустившись на четвертый этаж, Матье решил действовать пожёстче. Первого же мужчину он вытащил в коридор и начал с воплями пинать, впрочем не так что бы у несчастного хоть что либо поломалось.
Отголоски двух выстрелов эхом разнеслись по лестничной клетке, достигнув слуха следователя. Он побежал словно спринтер с низкого старта. Прыжком преодолев лестничный пролёт, Матье приземлился на площадку. Абель уже вбегал в коридор третьего этажа, сжимая в руке пистолет. Выстрел громыхнул совсем рядом, отбросив Абеля к стене. Пуля попала в плечо и, пройдя навылет, разбила окно пожарного хода.
Пару раз пальнув наугад, Абель прыгнул на лестничную клетку, держась за плечо. Кровавое пятно расползалось по камуфляжному рисунку формы, превращая его в осенний маскировочный костюм.
Через несколько секунд подоспел и Стефан, с пистолетом наготове.
"Стой!!!" - в приказном тоне крикнул Матье.
Тот немедленно застыл на месте, и заметив Абеля, принялся помогать останавливать кровь, зажав рану беретом.
Прошло лишь несколько секунд, заходить в коридор было опасно, преступник мог все еще держать вход на мушке. Матье приблизился к самому углу, и, нагнувшись молнией глянул за угол, спрятавшись обратно. Он успел заметить силуэт человека, тот бросил что-то в их сторону.
"ГРАНАТА!!!!" - заорал он во всё горло, хватая в охапку ребят и сломя голову прыгая вниз по лестнице. 
Однако взрыва не последовало. Вместо этого коридор наполнился едким дымом.
"Слезоточивый газ" -сразу определил Матье. 
Соваться в коридор без противогаза было бессмысленно. Следователь мигом вскочил на ноги, приказав Стефану помочь Абелю, а сам кинулся к пожарной лестнице на другом конце дома. Именно так преступник планировал покинуть здание. Он знал, что опаздывает, но всё же должен был попробовать. Выбежав на улицу Матье увидел несущихся на всех парах ребят, они еще были далеко, и ничем не могли помочь.
Завернув за угол дома, он только дымящееся газом окно. Стрелка и след простыл. Искать его в этом лабиринте было дохлым делом. Тем более, что этот парень явно был профессионалом. Выругавшись Матье не спеша побрел обратно, по рации сообщая патрульным о нападении, с просьбой проверить всех подозрительных лиц.
Жгучий дым еще не до-конца рассеялся. Прикрыв лицо беретом, Матье быстро проскользнул к открытой двери, из которой выскочил стрелок. В небольшой комнате на полу лежал мужчина арабской наружности. Дыра в голове и кровавое пятно на рубашке у сердца говорили о стопроцентной вероятности фатального исхода. Открытые глаза отрешенно уставились в потолок.
В комнате стояли три кровати с тумбочками и комод для одежды. Временное пристанище, явно не расчитанное на длительное проживание. 
Прошерстив всю комнату, Матье нашел только сменную одежду, сигареты и консервы. Стрелок успел собрать все улики, пока он с ребятами обшаривал соседние этажи. Но оставалась еще одна зацепка - труп бедолаги, распластавшегося на полу. 

В Участке как всегда царила суета. Матье не теряя и секунды бросился в кабинет начальника. Войдя без стука он завалился в удобное кресло.
Марис что-то печатал на компьютере, естественно с сигарой в зубах.
"Как Абель?" - поинтересовался он у вломившегося без спросу следователя.
"Да нормально всё. Пуля навылет прошла, ничего страшного. Я таких ранений в своё время штук пять получил"
"Да наслышан я о твоей службе в спецназе. Говорят, ты был один из лучших."
"Возможно. Но сейчас меня интересует личность убитого араба. Кто он такой?"
"Я уже распорядился. Ждем теперь. А ты давай рассказывай, что там случилось?" - Марис наконец оторвался от компьютера, перекинув холодный взгляд на Матье.
"Это был профессионал, я за версту чую таких людей. Видимо стрелок уже находился там, когда мы прибыли. Он успел забрать все улики, пока мы шерстили этажи. И еще вот это" - Матье положил на стол гильзу от пустой гранаты со слезоточивым газом.
Марис покрутил в руках бесполезную теперь железяку.
"Американская... Откуда она у него?" - прищурившись спросил он.
"Да откуда ж мне знать. Но тут явно что-то нечисто. Мы влезли в серьёзную игру."
"Я ничего не понимаю. Но раз уж ты начал раскручивать это клубок, то обязательно доберешься до конца. Я то тебя знаю. Но учти, времени почти нету."
"Соседи утверждали, что в этом номере жили трое. Значит те двое, что погибли с Базилем, скорее всего его сообщники. Поэтому поторопи своих экспертов. Чем быстрее мы установим кто такой это араб, тем быстрее всё станет на свои места"
"От меня это не зависит" - с раздражением выпалил Марис. "Кстати, тут нам новое обмундирование привезли. Завтра все будем охранять порядок на марше миллионов. Дуй в оружейку к Этьену, он расскажет и покажет, что к чему."
Тяжело вздохнув Матье покинул кабинет. Приказ есть приказ. 
Этьен - грузный мужчина за пятьдесят, завхоз нашего участка . Казалось, он всегда работал на этой должности. Матье даже не мог представить кого либо другого на его месте. Вечный затворник, сидящий за зарешеченным окном в своей коморке. Всегда улыбающийся, обнажая желтые от курения зубы, весельчак. Его раскатистый смех был слышен даже на третьем этаже, в кабинете Матье, словно громыхающий сабвуфер в машине.
"Ну давай, показывай, что там у тебя" - выдавив улыбку спросил Матье.
"Да вот, гранатомёты завезли, на случай войны" - с серьезным лицом выдал Этьен. И через секунду громко загоготал. Двойной подбородок подрагивал в такт раскатам смеха.
Матье уже давно привык к его глупым шуточкам, поэтому скупо улыбнулся, с иронией глядя на завхоза.
"Да ладно, шучу я. Броники новые выдали вам." - Этьен выудил пахнущий новизной бронежилет.
Сморщившись, Матье принял обмундирование, расписавшись в журнале. Видя его недовольный вид, Этьен с серьёзным лицом сказал
"Зря ты так. Эта штука - новейшее изобретение наших доблестных оружейников. Кевлар, углеродное волокно, многослойная структура. Лёгкий как пёрышко, при этом хорош в действии. От калаша, наверное, вряд ли спасёт, а вот пистолетную пулю остановит. Не дай бог конечно тебе его испытать на своей шкуре, но если придётся - еще спасибо мне скажешь!"
Броник действительно был лёгкий и Матье, скинув пиджак, решил примерить на себя. Подогнав размер ремешками, он с удовольствием отметил его практичность - не мешает движениям, лёгкий, сидит как влитой. Не чета тем громоздким железякам, что использовались в полиции повседневно.
"Ну как?" -спросил Этьен.
"Ты знаешь, и правда вещь! Даже снимать не охота."
"Я ж говорил! Теперь все будете в таких щеголять."
Махнув на прощанье, Матье не спеша направился к себе в кабинет, надо было поработать и привести свои мысли в порядок. Ну и дождаться, когда же наконец опознают убитого араба. Эта информация была ключом к расследованию. 
В бронежилете поверх кофты было жарковато, на лбу выступила испарина. Матье решил зайти в туалет умыться, и заодно снять с себя эту штуковину. Быстрыми шагами пересчитав ступеньки, и пройдя пустой коридор отдела кадров, он зашел в дверь с красноречивой картинкой писающего мальчика. Вообще расположение туалета было довольно неудобное - на втором этаже, да еще в конце коридора, на что не раз жаловались сотрудники. Но Марис лишь пожимал плечами, констатирую свое бессилие в решении данного вопроса. 
"Что я могу поделать? Все вопросы к мудакам архитекторам. Они б еще на крыше очко придумали" - с издевкой отвечал он на все вопросы.
Отдел кадров был явно самым спокойным местом в их здании. Все сотрудники копались в своих бумажках, запершись в кабинетах. От них зависела зарплата Матье, его отпускные, медобеспечение, страховка. Так что ссориться с ними никто не хотел.
Включив воду, следователь подставил ладошки под прохладную струю, и, зачерпнув немного умыл усталое лицо. Из зазеркалья на него смотрел уставший человек с трёхдневной щетиной и помятой причёской. Матье склонился над раковиной, подставляя голову прохладной струе воды.
Дверь в туалет открылась, Матье не видел вошедшего, вытирая лицо бумажным полотенцем. 
Щелкнул затвор. Разлепив глаза, следователь увидел в зеркале отражение человека, стоящего у него за спиной. В руках он сжимал пистолет. Выхватить свой пистолет из кобуры под мышкой Матье, уже не успевал. Тело сработало само. Рефлексы отточенные годами, дали о себе знать, заставив его резко отпрыгнуть в сторону, одновременно выхватывая пистолет.
 Но его противник был подготовлен не хуже. Два глухих щелчка, похожих на звук раскалываемого ореха, прозвенели в ушах, тут же обернувшись ударами в спину. Матье рухнул на пол, ударившись подбородком. Он так и не успел достать пистолет, сжимая холодную рукоять, торчащую из кобуры. Дыхание свело, спина пульсировала острой болью, но Матье все еще был в сознании. Бронежилет не подвел, как и обещал Этьен. Стрелок не знал про него, и с уверенным видом подошел к Матье, готовясь прострелить ему затылок. 
Следователь видел его отражение в выдраенной до зеркального блеска плитке. Он лежал грудью на правой руке, пальцы которой сейчас сжимали пистолет, и стрелок не мог видеть его действий. Скорее всего он был уверен, что Матье уже мертв, а контрольный выстрел нужен был для стопроцентной уверенности. Сделав пару шагов, стрелок нацелил пистолет в затылок распластавшемуся следователю.
Выстрел. Еще выстрел, и еще. Матье стрелял прямо из кобуры, прицеливаясь по отражению в плитке. Пиджак с левой стороны разорвало в клочья. Пули прошили кожу кобуры и тонкую ткань пиджака, впившись в грудь стрелка. Он со вздохом упал на колени, не веря в свою неудачу, а затем рухнул на пол.

Медики констатировали перелом двух рёбер и обширную гематому. Жизни Матье ничего не угрожало. Бронежилет сделал своё дело. От госпитализации следователь категорически отказался. По его мнению, такое пустяковое ранение не заслуживало особого внимания. Медики выписали ему мазь и таблетки, перевязали плотным бандажем грудь, чтобы рёбра правильно срослись, и уехали.
В кабинет Матье тут же вломился Марис. Присел напротив него за стол и закурил сигару.
Он небрежно бросил на стол упакованный в пакет для улик пистолет
"Взгляни-ка" - выпуская дым в потолок сказал начальник.
Матье схватил пистолет, и начал тщательно рассматривать его во всех деталях.
"Керамика... Карбон, углеволокно. Пластик... "
Вытащив магазин, он извлек патрон, покрутил его в руках, внимательно рассматривая.
"Пуля керамическая, гильза - углепластик."
Марис согласно кивал в ответ его репликам.
"Ты понимаешь Матье? Куда ты влез вообще? Такой пистолет я видел только на картинках. Он не определяется металлодетекторами, бесшумен. Это оружие спецслужб США. Причём выдают его не всем подряд. Получить такой пистолет могут только агенты ЦРУ!!"
"Я в курсе. Марис, мы очень близки к цели. Ты ведь понимаешь, что просто так он не пошел бы на такой риск. Напасть на меня прямо в участке... Ему позарез надо было меня убрать."
"И ему это почти удалось. Просто ты чертовски везучий сукин сын."
"Вы хоть установили кто он такой?"
"Пока нет. Но у него нашли телефон. И хоть он был абсолютно чист, ни звонков ни смс, наши эксперты утверждают, что смогут восстановить всю стёртую информацию. Он ведь наверняка звонил с него, иначе зачем он ему нужен?"
В кабинет словно ураган вбежала Симона,с пачкой бумаг в руках.
"Пришли данные по арабу, которого подстрелили в мусульманском квартале. Вот взгляните"
Симона протянула бумаги Марису и скрестив руки на груди, с интересом следила за его реакцией.
"Мне сказали, что вся остальная информация засекречена. Это всё что ребята смогли накопать."
Бегло просмотрев распечатку, Марис отдал бумаги Матье, смачно затянувшись сигарой.
"Всё-таки эксперты не даром едят свой хлеб. Они нашли всех троих." - сказал он, выдыхая густые клубы дыма.
В руках у Матье оказались распечатки, с информацией на трёх сирийцев.
"Никакие они не беженцы, это сирийские военные. Симона, почему остальная информация засекречена?"
"Читай, вот тут" - она ткнула пальцем в распечатку.
"Участвовали в совместной операции со спецслужбами США и Франции в сирии."
"Именно. Все данные, касаемо таких вопросов засекречены. Информацию нужно запрашивать у министерства обороны. Но они отказались предоставлять её нам"
"Они там свихнулись что ли? Ведь дело касается жизни тысяч людей?!"
"Ну это не ко мне вопросы. Оставляю вас наедине со своими мыслями" - Симона спешно покинула кабинет, аккуратно прикрыв дверь.
"Бред какой-то" - Марис нервно растягивал сигару, укутывая весь кабинет табачным туманом.
"Тут написано, что они прибыли военно-транспортным самолётом неделю назад. Что они сюда привезли? Вообще это всё очень странно. Такое ощущение, что вояки из министерства очень сильно не хотят, чтобы мы о чем то пронюхали."
"Знаешь Матье, у меня ведь тоже имеются свои каналы. Есть у меня человек в минобороны, который очень сильно мне обязан.  Думаю пришло время ему отдать свой долг." - Марис широко улыбнулся, обнажив пожелтевшие от табака зубы.
"У меня тоже есть идея. Они прибыли на аэродром Шарля де Голля, я поеду туда и попытаюсь что либо узнать. Попробую разобраться, что они привезли из Сирии."
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 4 20.02.2016 в 19:38
"Неплохая идея. Только не ввязывайся опять в неприятности. Или тебе две пули в спину недостаточно?" - усмехнулся Марис.
"Я сама осторожность." - улыбнулся в ответ следователь.
На улице уже начинало темнеть. Ветер нес гул турбин самолётов и реактивных сопел. Матье припарковал свой ситроен и двинулся в глубь исполинского здания аэропорта, невероятного строения из стекла пластика и металла. Предъявив удостоверение охранникам, он поспешил в небольшое приземистое здание, располагавшееся неподалёку на территории технической зоны. Именно там располагались военные, обслуживающие боевой контингент истребителей и транспортников.
 
Охранник на входе с недоверием проверил его документы, сообщив в рацию старшему о прибытии следователя. Получив согласие он пропустил Матье внутрь. 
"Лейтенант Бартез" - представился стройный мужчина в армейской форме -" что вы хотели?"
"Мы можем поговорить наедине?" - спросил Матье, предъявив удостоверение.
"Конечно, пройдемте в мой кабинет" - лейтенант резко развернулся и быстрым шагом увлек следователя за собой.
"Я вас слушаю" - сказал служивый присаживаясь в кресло.
Матье присел на стул напротив, сверля взглядом бесстрастное лицо вояки. Выудив из внутреннего кармана распечатки с фотографиями троих сирийских военных, он протянул их лейтенанту.
"Вы знаете их?"
"Первый раз вижу!" - с негодованием произнес он, небрежно кинув бумажки на стол.
"Если это всё, что вы хотели узнать, то я попрошу вас покинуть расположение нашей части" - с раздражением выпалил лейтенант, поднимаясь со стула.
"Мой друг погиб, пытаясь защитить этих людей. Они хотели сообщить важную информацию, касаемо теракта на марше миллионов." - Матье демонстративно взглянул на часы -"у меня осталось меньше двенадцати часов, чтобы узнать, что именно они планировали."
Лейтенант молчал, глядя исподлобья на свалившееся на его голову напастье.
"Я понимаю, что вы связаны уставом. Но чиновники в минобороны отказали нам в доступе к информации по этому делу." - Матье встал со стула и, наклонившись к лейтенанту так, что их взгляды переплелись, сказал - "Я пять лет проработал в спецназе. Я не кабинетная крыса, и знаю на что способны люди. И мне позарез нужна информация. Что эти вояки привезли с собой? Вы ведь можете посмотреть записи."
"Если кто либо узнает, меня отдадут под трибунал..."
"Только если ты сам расскажешь. Я ни скажу не слова, хоть под пытками." 
Бартез молча сверлил следователя взглядом, оценивая все за и против.
"Знаете, мой друг тоже погиб при задержании преступников. Он был спецназовцем. Я дам вам нужную информацию." - сухо выпалил лейтенант, потупив взгляд. 
"Посмотрите записи за пятое число этого месяца. Они прибыли военно-транспортным самолётом из Сирии. Мне надо знать, что они привезли. "
Лейтенант в мгновение сыграл симфонию на клавиатуре, и через несколько секунд принтер выдал информацию на листке бумаги. 
"Странно. Обычно привозимые грузы проверяются на соответствие накладным. Но в этом случае стоит только общая информация. Дополнительной проверки не производилось." - лейтенант отдал распечатку Матье. 
"Промывочный ацетон. Хмммм... довольно странно" - Матье сверлил взглядом лейтенанта.
"Попрошу вас покинуть расположение части. Я и так сильно рискую" – выпрямившись, по стойке смирно сказал Бартез.
"Конечно, как скажете" - не стал перечить Матье.
"Ну это уже хоть что-то" - размышлял следователь, изучая распечатку. Лазерный принтер выжег на бумаге имена троих сирийских солдат, одного американца и трёх французов.
"Промывочный ацетон. Какого хрена? Это какая-то липа, хотя.... Гексоген растворялся в нем идеально. Если и надо быдло доставить взрывчатку без лишних подозрений, ацетон подходил для этого лучше всего!" 
Тьма поглощала город, Матье шагал к своей машине, рассматривая документы в скупом свете фонарей. Времени оставалось всё меньше и меньше.
Карман завибрировал, отвлекая от важных размышлений.
"Да Марис" - ответил следователь на звонок.
"Матье, есть важная информация. Ребята восстановили данные с флэшки на телефоне стрелка. И установили его личность.."
"Мэтью Стивенс" -Матье прочитал вслух имя американца, прибывшего из Сирии вместе с военными.
"...черт возьми, откуда ты знаешь?" - искренне удивился Марис.
"Так ведь не пальцем деланный!" - с гордостью ответил Матье.
"Это еще не всё, на карте памяти удалось восстановить кое-какую информацию. Это очень важно. Я вышлю файл тебе на телефон. И дуй скорее в участок." 
Через минуту на яблочный девайс пришло ММС. Это была схема коммуникаций - канализации, водопровода, электросети, газопровода в том районе Парижа, где планировалось шествие в поддержку Шарли Хебдо. На площади Наций красным были нанесены обозначения, напоминавшие паутину. 

"Ну и что вы думаете по этому поводу?" - поинтересовался Матье, рассматривая начальника сквозь табачный туман.
"Я даже не знаю. Ты думаешь, что в это вовлечены военные?"
"Факты говорят сами за себя."
Марис снова пробежался взглядом по бумагам, которые Матье положил ему на стол.
"Трое сирийцев мертвы, американца ты сам лично пристрелил. Остаются еще трое французов, которые прибыли вместе с ними. Минобороны отказывается предоставлять информацию по этому делу. Всё это попахивает дерьмецом."- Марис жадно затянулся сигарой, закашлявшись от переизбытка никотина.
"Возможно их просто завербовали террористы, может за деньги, или угрозами. Да и вообще, они все арабы, получившие французское гражданство. Это сейчас не важно. Если допустить, что они привезли гексоген, то их цель скорее всего канализация на площади наций. Они хотят взорвать бомбу, когда туда прибудет как можно больше народу."
"А что это за красные линии, отмеченные на карте?"
"Схема коммуникаций, я так думаю, что это канализация. Но надо проверить."
Телефон Мариса взорвался мелодией Depeche mode - Personal Jesus,"Отличный звонок" подумал про себя Матье.
"Да!" - нервно выкрикнул начальник в трубку.
"Принимаю! Отбой" 
"На телефон твоего приятеля америкоса пришло ММС. Щас ребята перекинут его мне. Говорят нечто очень важное"
Через минуту телефон жалобно запищал, оповещая о принятом сообщении.
"Отмена плана А. Новые инструкции по плану Б. Немедленно выдвигайтесь." - говорилось в сообщении. К тексту прилагался вложенный файл. 
Это была всё та же карта коммуникаций в районе марша миллионов, только на этот раз красными линиями была помечена площадь Революции.
"Они явно не знают, что ты пристрелил этого гада. И это наш шанс!" - Марис злорадно улыбнулся, поднимая трубку телефона для внутренней связи - "Спецназ на выход! У вас две минуты!"
 "Ну теперь они ответят за смерть Базиля!!" - надевая кобуру на ремень прошипел начальник.
"А тебе чего, особое приглашение надо?" - гаркнул он на следователя.
 Матье без лишних слов вскочил со стула, последовав примеру начальника.
Через пару минут они сидели в тесном фургоне, набитым спецназом, как селедки в банке. 
"Значит так. У нас нет информации, сколько их, кто они, как вооружены, где прячутся, поэтому действуем по ситуации. На площадь заезжать не будем, высаживаемся за квартал. Там все улицы набиты полицией и солдатами, поэтому применять силу только в случае сто процентной уверенности. Мы с Матье пойдем первыми, ждите команды."
"Судя по карте, они собираются заминировать центральный коллектор, он немного в стороне. По архитектурным картам, туда можно спуститься только через два люка вот здесь и вот тут" - Марис увеличил необходимый участок на своем телефоне, повернув так, чтобы все видели. 
"Всем всё ясно?!"
"Так точно!" - хором ответили ребята. 
Фургон несся по бульвару Вольтера, пронзая ночную тьму лучами фар. С самой ночи весь маршрут марша миллионов тщательно шерстили военные и полицейские, обследуя каждый закоулок, заглядывая под каждый куст. Искали в канализации и на крышах, в магазинах и квартирах, собаки вынюхивали взрывчатку, полицейские проверяли документы у случайных прохожих.
Остановившись за несколько домов до площади революции, фургон выплюнул дюжину крепких ребят в полном обмундировании. Матье с начальником вышли последними.
"Рассредоточьтесь и держитесь наготове. Мы с Матье пойдем на площадь, разведаем обстановку. Разойдись."
Парней как ветром сдуло. Марис проверил пистолет и получше подогнал бронежилет. Матье этого не требовалось, он был уверен в своём оружии, а броник подогнал еще в фургоне.
Чеканя шаг по брусчатке двое мужчин уверенно двигались по освещенной сотней фонарей площади. Скульптура в центре отбрасывала чуднЫе тени, подрагивающие в ночной тишине. 
Матье шел впереди, уже видя в сотне метров перед собой армейский грузовик. Он стоял в том самом месте, отмеченном на плане коммуникаций. Марис молча кивнул обернувшемуся следователю, прибавив шагу они направились к цели. 
Военные заметили их издалека. Один из солдат выпрыгнул с водительского сиденья, направившись им на встречу. Метрах в двадцати от грузовика он преградил им путь, демонстративно сжимая в руках приклад автомата. Солдат был в полном военном обмундировании, звезды на пагонах расположились в лейтенантском порядке. 
Матье успел заметить, как двое других военных, что-то спешно спрятали за грузовиком, через минуту расположившись по обе стороны от него. Трое французских военных арабской наружности...
"Стойте. Дальше вам нельзя." - уверенно и громко сказал солдат.
"Эй полегче парень. Мы полицейские. У нас приказ" - Марис достал удостоверение, размахивая им перед носом военного. 
"Марис Обе, комиссар полиции. Могу я взглянуть ваши документы?" 
"С чего это вдруг мы должны предъявлять вам документы? У нас есть приказ, и мы действуем по уставу. Звоните в министерство обороны, запрашивайте информацию там." - ответил солдат заученной фразой.
"У нас тоже приказ, мы проверяем документы у всех, кто покажется нам подозрительным."
"И чем же мы вызвали ваши подозрения? Мы обследуем канализацию, на предмет наличия ...
Матье слушал в пол уха перепалку своего начальника с солдатом. Его взгляд был прикован к грузовику и двум другим военным. Борт тентованного грузовика был открыт, что было не обязательно, если в кузове привезли личный состав. Значит они что-то разгружали. Один из военных разговаривал по телефону, прикрывая ладонью приёмник, дабы ни одно слово не долетело до слуха нежданных гостей. Второй снял с ремешка автомат, переведя в боевое положение.
"Да ладно Марис, пусть ребята делают свою работу. Ты же понимаешь, что их раком поставят, не дай бог хоть на шаг от устава отступят. Пойдем лучше дворы прошерстим" - натянув улыбку сказал Матье. Он схватил начальника за руку и настойчиво потянул за собой. Марис не стал сопротивляться, кинув в след -"Ладно, хрен с вами. От вас вояк всё равно ничего не добьешься.
"Идем быстро к ближайшему зданию, дай ребятам команду на захват. Это они, те трое военных, я уверен." - шепотом прошипел следователь.
Марис незаметным движением отодвинув пиджак, выудив похожую на телефон рацию, и нажал на кнопку передачи.
"Эй постойте" - раздался крик сзади. 
Один из военных бежал за ними, снимая с плеча автомат.
"Действуйте!!" - крикнул Марис в рацию.
Сердце заколотилось в бешеном темпе, разгоняя адреналин по венам. Но голова оставалась холодной. Матье с силой оттолкнул Мариса в сторону, чем спас ему жизнь. Плитка вспыхнула искрами рядом с тем местом, где он только что стоял. Очередь прошила бы Мариса, наверняка убив. Всё происходило как в замедленном кино. Солдат медленно переводил автомат на Матье, готовясь выпустить еще одну очередь. Следователь уже вытащил пистолет из кобуры, двигая его на военного. Но солдат опережал его, тем более что особо выцеливать ему не было нужды.
Сзади прогремел выстрел, и Матье увидел, как плечо военного откинулось назад. А через секунду пистолет следователя полыхнул вспышкой. На лбу у солдата образовалась аккуратная дырочка, превратившаяся в кровавую воронку на затылке.
Двое его приятелей уже лежали на холодной брусчатке возле грузовика. Адреналиновый угар пошел на спад, разливаясь жаром по всему телу. Матье вытер пот со лба, подбежав к Марису, все еще лежавшему на холодных камнях.
"Всё в порядке?"
"Вроде живой. И не ранен." - начальник встал, отряхивая штаны.
"Спасибо Матье. Видать придётся тебе зарплату повышать!" - ухмыльнулся Марис. Уголки рта подрагивали, выдавая его волнение.
Спецназ уже занял позицию возле грузовика, проверяя кабину и кузов. Двое ребят стояли возле открытого люка, не решаясь на какие-либо действия без приказа.
Матье осматривал серые баллоны, которые военные успели выгрузить из кузова грузовика. Несколько из них они уже успели спустить в канализацию. Всего их было десять. Марис подошел через несколько минут, доставая сигару. Он нацелился прикурить, но Матье красноречиво указал на баллоны
"Я думаю не стоит тут курить. Если это то, что я думаю, то от нас и мокрого места не останется, стоит одной искре попасть не туда, куда надо."
Марис благоразумно спрятал сигару, с недовольством зыркнув на следователя.
"Ты думаешь это гексоген?"
"Скорее всего. Теперь пусть сапёры этим занимаются. Мы свое дело сделали. Позвони Марселю, пусть собирает своих подзрывателей. Эту хрень надо убрать отсюда и поскорее."

Горизонт медленно загорался рассветом. Матье сидел в кабинете начальника, попивая вино из пузатого бокала.
"Дурной тон пить вино из коньячных бокалов" - подколол его Марис, сделав добрый глоток рубинового напитка.
"Да какая на хрен разница. Вино - оно и в африке вино. Хоть с горла его пей!" - Матье был в приподнятом настроении, хоть и устал как собака.
"Я думаю, у нас сегодня выходной. Ну его на хрен, это шествие. Мы и так их всех спасли, теперь можно и расслабиться. В конце концов, ты - ранен, а я вообще начальник!" - Марис поднял бокал, звонко чокнувшись со своим другом.
"И вообще, иди проспись Матье. Ты себя в зеркало видел? Такое ощущение, что ты только что из могилы вылез, вылитый зомби." - комиссар громко засмеялся. 
"Ну, за тебя Матье" - он залпом допил вино, с довольным видом сморщившись.
"Нам наверное медаль дадут, а то и повысят в звании"  - смакуя слова произнес Марис, размахивая дымящейся сигарой.
"Как -то всё не так, слишком всё просто" - ответил Матье.
"Да успокойся ты, иди проспись я тебе говорю! Это приказ!"
Наверное Марис был прав, надо было отдохнуть. Голова совсем не варила после бешеной гонки на время, глаза слипались, и жутко разболелась спина. Жесткая шконка в комнате ожидания показалась царским ложем, мгновенно унеся в забытье усталого следователя.
Острая боль в спине беспардонно разбидила Матье, стоило ему неудачно повернуться на жесткой кровати. Разлепив глаза он увидел залитую солнечным светом комнату. Сегодня он был тут единственным посетителем.
Потянувшись следователь неохотно встал. Еще не проснувшийся разум протестовал столь резкой смене состояний. Еще пару секунд назад он отдыхал в объятьях морфея, и вот уже надо было управлять телом, обрабатывать информацию, слушать и видеть...
Матье посетил уборную, где недавно чудом остался жив, умылся и привел себя в порядок. Теперь он хотя бы приобрёл человеческий вид. Спина ныла тупой болью при каждом движении. Окончательно проснувшись следователь вновь направился к своему начальнику. В участке было как никогда тихо и спокойно. Все ушли охранять шествие миллионов. 
Марис как всегда сидел в своем кресле, объятый клубами дыма.
"А вот и наш герой! Ну хоть на человека стал похож!!!" - встав с кресла поприветствовал он Матье.
"Присаживайся. Кофе будешь?"
"Не откажусь."
Марис щелкнул кофеваркой, и через несколько минут пьянящий аромат кофе наполнил комнату, забивая въевшийся запах табака.
"Ну что, через три часа начнется шествие. Хотя народу уже собралось под миллион" - в телевизоре репортёр что-то восторженно тараторил в микрофон, с трудом протискиваясь через плотный поток людей.
Матье с наслаждением глотал горячий кофе, вспоминая вчерашние события. Как-то всё было слишком просто, слишком удачно.
Десяток минут они просто сидели попивая кофе, молча глядя в телевизор. А затем у Мариса зазвонил телефон. "Всё-таки клёвый звонок" - снова отметил про себя Матье.
Марис поднял трубку, поздоровавшись с Марселем.
Несколько секунд он просто молчал, слушая собеседника на другом конце. Его лицо оставалось неизменным, но взгляд менялся с уверенно-восторженного, на сомневающийся и вовсе недоуменный. Положив трубку, он молча сидел, переваривая сказанное. В его взгляде начал появляться страх.
"Что такое Марис?" - с подозрением спросил следователь.
"Марсель звонил. Сказал, что в тех баллонах не было гексогена."
"А что было?"
"Сжиженный кислород..."
Матье словно получил удар по голове. Их провели, всё это было специально подстроено, чтобы сбить их со следа. Эти солдаты наверняка не были в курсе, что привезли на площадь. Их специально подставили, отдали на растерзание, дабы увести полицию от истинной цели. Но какой Цели? Что они планировали?
"Марис, нас провели как детей..."
"Да я сам уже понял!" - перебил его начальник, вскочив со стула.
"Это была подстава! И она удалась на славу! Пока мы тут праздновали победу, кто-то другой готовил теракт!!! Шествие вот-вот начнётся, что нам теперь делать!!!"
"Успокоиться, и подумать! Марис, ты отправил запрос по Сирийцам и Американцу своему человеку в минобороны?"
"Еще вчера после обеда."
"Ну и?..."
"Ну, после всех этих хреновертей я уже и думать забыл об этом." - Марис схватил мышку, нервно щелкая кнопками.
"Ага информация уже у меня на электронке." - принтер заскрежетал, выжигая важную информацию на молочно-белом листе.
Матье выхватывал листы из пасти принтера, по мере их появления. С каждой новой страницей его взгляд становился все мрачнее. Отплевавшись бумагой принтер замолк, повесив гробовую тишину в комнате.
"Что там!?" - не выдержав молчания выкрикнул Марис.
"Всё очень плохо." - Матье передал бумаги начальнику, погрузившись в раздумья. 
Пока Марис изучал документы, следователь выстраивал логические цепочки, анализировал полученную информацию, пытался поймать ускользающие решения.
Сирийские военные на родине считались преступниками. Их разыскивала военная полиция. Они подозревались в причастности к химическим атакам 21 августа 2013 года. Тогда погибло около тысячи пятисот человек, еще три тысячи восемьсот получили отравления различной степени тяжести. Отравляющим веществом был Зарин. Их также подозревали в причастности к краже химического оружия со складов в Дамаске. На американца данных было немного, но было известно, что он участвовал в ряде спецопераций в Сирии, совместно с иностранным легионом. 
Марис поднял глаза от бумаг, его взгляд был потерянный, безжизненный, взгляд покерного игрока, проигравшего с фулл хаусом на каре двоек.
"Это же... как же мы..."
"Ты понял да? Никакой это на хрен был не гексоген. Эти уроды привезли Зарин. Ты понимаешь Марис?!?! Зарин мать его так!!!!!!!!!!!!" - Матье вскочил со стула, как заводная игрушка мечась по кабинету.
"Если они распылят эту отраву в толпе, погибших будут тысячи, возможно десятки тысяч!!!!"  - Марис закрыл лицо руками, тяжело вздохнув.
"Именно! Они должны его как то распылить!!! Это ведь не так просто, учитывая меры безопасности, предпринятые властями. Думай голова!!" -  стукнув себя по лбу заорал Матье.
Марис благоразумно молчал, нервно потягивая сигару. Он знал, что не стоит отвлекать следователя, напавшего на след, или гоняющегося за ускользающей мыслью. Тем более, что он был уверен в своём подопечном - если уж он взялся за дело, то неизменно доведёт его до конца. Однако сейчас это была гонка со временем.
Матье внезапно остановился статуей посреди кабинета.
"Стоп. Вернемся назад." - спокойным тоном сказал следователь, присев на стул.
"Та схема, что нашли на телефоне американца, что это? Что за красные линии?" - вытащив телефон он открыл файл. На экране вновь возникла схема коммуникаций в районе марша миллионов.
"Что здесь отмечено? Мы ведь так и не докопались до истины?" - Марис молчал, предоставив Матье действовать. Тот словно разговаривал сам с собой.
"Это явно не канализация, такими изгибами её не строят. Газа там нет, водопровода тоже." - Матье вспомнил себя, прогуливающегося по площади Наций теплым летним деньком. Припомнил как он попивал пивко на лавочке возле памятника.
"ЕСТЬ!!!! Я понял!!!" - в его памяти всплыли прохладные струйки воды, брызги от которых разносили живительную прохладу. Именно поэтому он и любил сидеть именно там.
"Это система орошения! Они хотят распылить Зарин на площади Наций через систему орошения газонов!!!"
Марис с гордостью смотрел на своего подопечного. Никогда еще он не встречал следователя такого уровня. Зря он сомневался в нем, когда его перевели из спецназа. Марис был невысокого мнения об умственных способностях ребят из спецназа. Но Матье заставил его кардинально изменить свое мнение.
"В яблочко Матье! У нас всё еще есть время. Надо действовать немедленно" - радостно воскликнул Марис доставая телефон.
"Не думаю, что это хорошая идея" - указав пальцем на смартфон огрызнулся Матье.
"Ты разве еще не понял? Нас всё это время вели. Наверняка телефоны на прослушке. Стоит тебе позвонить, и скорее всего нам конец."
Марис отложил в сторону свой Самсунг, недоверчиво глянув на следователя.
"И что ты предлагаешь?"
"Прыгаем за руль и едем. Улицы сейчас пустые. Ты едешь к главе полиции, он же твой давний приятель?  А я мчу в минобороны. Если повезет - попаду к министру или заму. Необходимо немедленно остановить шествие."
"А может наоборот? Я же все-таки твой начальник."
"Марис, начальник полиции не станет тебе задавать лишних вопросов. Он ведь тебе доверяет, а я ему никто. А в минобороны что ты, что я - один хрен."
"Выдвигаемся!" - на ходу хватая пиджак сказал Марис.
Матье не ехал, он летел, выжимая из Ситроена все возможные лошадиные силы. Красный свет, зеленый свет - это сейчас не имело никакого значения. На его счастье город был пуст, и никто не преграждал путь стремительно несущемуся по улицам болиду.
Автомобиль с ревом влетел на улицу Сан-Доминика визгом тормозов оглашая весь прилежащий район.
Охрана на входе засуетилась, увидев бегущего на всех парах человека, что-то сжимающего в руках. При ближайшем рассмотрении это что-то оказалось удостоверением следователя.
"Мне срочно надо попасть к министру или его заму! Это вопрос жизни и смерти. Дело касается теракта на марше миллионов!!!" - тяжело дыша орал Матье.
Военные переглянулись, один из них скрылся в дверях, другой молча перегородил дорогу.
"Ждите, мой напарник сейчас узнает, готов ли кто-либо вас принять.
"Скорее, поторопитесь!! Времени осталось совсем немного. " 
Через несколько минут второй охранник вернулся, жестом приглашая следователя вовнутрь.
"Министр готов вас принять лично. Я передал ваши слова. Но сначала мы должны вас досмотреть, с оружием вход в здание запрещен."
Матье послушно снял с плеча пистолет и вытащил все металлические предметы из карманов. Рамка металодетектора молча пропустил следователя внутрь здания.
"Следуйте за мной." - военный развернулся, направившись по лестнице.
Матье шел за ним, прокручивая в голове те слова, что собирался сказать министру. Он должен быть очень убедительным, иначе министр просто не поверит. Всё-таки использовать солдат, чтобы остановить такое грандиозное мероприятие, он стал бы, только имея веские основания на это. А Матье располагал лишь косвенными данными, сам Зарин он и в глаза не видел. 
"Министр ожидает вас" - сказала симпатичная девушка, личный секретарь. "Проходите"
Матье открыл дверь и уверенным шагом зашел в просторный кабинет.
Министр сидел за столом. Плазменная панель на противоположной стене транслировала кадры с готового вот-вот начаться марша миллионов.
"Присаживайтесь Матье" - жестом пригласил министр следователя.
Присев в удобное кресло Матье достал распечатки из внутреннего кармана. Они должны были подкрепить его слова.
"Господин министр, у нас чрезвычайная ситуация. У меня есть веские основания полагать, что террористы готовят крупный теракт во время шествия в поддержку Шарли Хебдо. Вот взгляните на эти документы" - Матье передал бумаги министру, тот спокойно начал изучать их.
"Расскажите подробнее" - не отрывая взгляда от бумаг попросил он следователя.
Времени оставалось всё меньше, но Матье должен был убедить его, поэтому начал свой рассказ с самого начала.
Министр молча выслушал его, и когда следователь закончил, в кабинете повисла гробовая тишина.
Наконец, сделав глубокий вдох, министр заговорил.
"Вы уверенны в том, что сейчас мне рассказали? Матье, вы ведь понимаете, что я не могу вот так просто, на основании неподтвержденных данных приказать военным блокировать всю колонну. А вдруг вы ошибаетесь?"
"А что если нет?!?!" - вскочив с кресла закричал следователь.
"Вы готовы рискнуть тысячами жизней? Вы готовы взять на себя такую ответственность?!? Еще есть время, прикажите солдатам оцепить площадь наций, пусть найдут Зарин. Если его там нет, то и слава богу. Но если я прав... К тому же, во всём этом явно замешан кто-то из вашего ведомства. Причём кто-то влиятельный!!"
На ухоженном лице министра Матье не видел страха, во взгляде не было сомнений, скорее там была насмешка и немного уважения. Разве так ведут себя люди, оказавшиеся перед нелёгким выбором? Разве так реагируют, когда на кону стоит их карьера и репутация?
"Ну допустим, что так. Кто еще об этом знает? Кому вы сообщили о ваших подозрениях?"
"Пока только я и мой начальник. У нас было мало времени, а телефон скорее всего прослушивается."
"Вы и Марис? И всё?"
"А ведь я не говорил, как зовут моего начальника" - вся картина сложилась в голове у следователя. 
"Зачем? " - с ненавистью прошипел Матье.
Министр сделал неуловимое движение рукой, нажав на кнопку под столом. Матье услышал щелчок за спиной, это закрылась дверь. Другой рукой министр выудил из под стола пистолет.
"А вы и правда очень хороши. Ваше расследование стало мне костью поперек горла." - министр держал Матье на мушке, другой рукой вытаскивая телефон.
"Марис у вас?" - спросил он собеседника на другом конце.
"Убейте его. Это должно выглядеть как несчастный случай."
"Ну вот, всё кончено. Или ты думал, что мы допустим утечку информации? За тобой следили с самого начала. Честно сказать я был удивлен, когда узнал, что ты прикончил американца. Пришлось отдать вам тех троих. Всё равно им было не жить."
"Я вижу в твоем взгляде немой вопрос, зачем это всё?" 
Матье каменной статуей застыл в кресле, сверля министра взглядом, полным ненависти и отчаяния. Он ничего не мог поделать, проиграл, и скоро будет выброшен в утиль. Дуло пистолета смотрело на него чёрным зрачком, в любой момент готовое полыхнуть алым.
"Ты же следователь, и каждый день борешься со всем этим сбродом, что нахлынул в нашу страну. Разве тебе это не надоело? Сколько их ты посадил? Сотню? Тысячу? А их всё больше и больше! Разве ты не видишь куда катится наша страна?" - министр откинулся на спинку кресла, приняв удобное положение.
"Посмотри во что превратилась Франция. На олимпиаде из всей сборной - только пара французов. Остальные - арабы да негры. На улице уже редко встретишь европейца. Везде сплошные чурки!! А президент у нас дебил. Скоро он вместе с этими мусульманами начнёт аллаху молиться. Они совсем помешались на сраном коране. Какого хрена я должен бояться их чем то оскорбить? Они приехали в мою страну!! Неужели тебе не хочется убрать весь этот мусор с улиц?"  - министр пристально смотрел в глаза следователю, пытаясь уловить его реакцию. Но Матье лишь бурил министра взглядом полным ненависти.
"Пойми, дальше так не может продолжаться. Я знаю то, чего не знаешь ты. Скоро гражданская война в Сирии распространится на весь ближний восток. Это непременно приведёт к гуманитарной катастрофе. Поток беженцев захлестнёт Европу. Если сейчас ничего не предпринять, Франция просто перестанет существовать. Мы превратимся в них. Понимаешь?!?! Эти чурки будут жить здесь вместо нас, будут насиловать наших женщин, убивать всех, кто не разделяет их веры. Скажи, ты хочешь этого?"
"И поэтому вы собираетесь убить тысячи ни в чём не повинных людей? Это ваше оправдание?" - с ненавистью глядя в глаза убийцы сказал Матье.
"Это небольшая цена за мир и спокойствие в нашей стране. Тебе не понять большую политику. В этой игре замешаны очень влиятельные люди. Мы ведь члены НАТО. После такого вопиющего случая, мы получим карт-бланш на любые действия. Американцы поддержат нас. Им тоже это выгодно. Они получат свободу действия в Сирии. Наши войска проведут совместную с НАТО операцию по ликвидации этих ваххабитов или как их там. А я смогу действовать внутри страны. Я выгоню этих чурок из Франции, а кто будет сопротивляться - посажу в тюрьму или уничтожу. И ни один мусульманин больше не въедет на территорию Франции. Никакой толерантности, никаких поблажек. Будем выжигать калёным железом. Мы получим оружие, деньги, привилегированное положение среди членов НАТО."
"Жаль, что такой человек как ты Матье, работает не на той стороне. Я бы очень хотел иметь такого союзника. Но ты слишком принципиален и не поддаешься контролю. Извини, но тебе не жить. " - министр нажал тревожную кнопку под столом, с тоской улыбнувшись.
"Скоро тут будет моя личная охрана. Ты пытался напасть на меня, и они убили тебя. Всё очень просто. Кстати, сейчас начнётся шествие. Вон, уже собрались все шишки. Там и наш президент, русские и американцы, даже Меркель приехала. Посмотрим на них через пару часов, когда колонна дойдёт до площади наций. Ох и весёлое будет зрелище!!"
Матье понимал, что проиграл. У него не было и малейшего шанса. Он уже слышал топот ног в коридоре, сейчас бравые ребята ворвутся в кабинет и всё будет кончено. Мариса найдут в сгоревшей машине или где ни будь на дне реки. 
Дверь в кабинет просто сорвалась с петель он мощнейшего удара. В комнату ворвались дюжина спецназовцев в камуфляже и с масками на лицах. Четверо тут же кинулись к Матье, схватив его и прижав к полу. Остальные стояли напротив стены, возле телевизора, держа вход и министра под прицелом. Они совсем были не похожи на личную охрану министра. По нашивкам Матье понял, что ребята из GIGN, спецподразделения министерства внутренних дел.
Последним вошел высокий человек в форме министерства внутренних дел.
Министр обороны успел спрятать свой пистолет, и сейчас сидел как ни в чём не бывало, нарисовав удивление на лице.
"Заместитель министра внутренних дел. Ролан Брюно" - ткнул удостоверение прямо в лицо министру обороны высокий мужчина.
"Вы арестованы!"
"На каком основании!!! Я министр обороны, вы не имеете права..." - начал возмущаться министр.
"Вот ордер, выписанный генеральным прокурором." - мужчина достал еще одну бумажку, усеянную казёнными печатями.
Через несколько секунд министра обороны увели, сковав руки наручниками за спиной. Матье усадили обратно в кресло, а Ролан сел в кресло напротив, откуда минуту назад на него глядело дуло пистолета.
"Мой начальник, Марис!!" - спохватился следователь -"Он в опасности, его хотят убить!"
"Не волнуйтесь Матье, с ним всё в порядке" - доставая сигарету из пестрой пачки успокоил его мужчина.
"Надо немедленно остановить шествие, террористы хотят распылить Зарин, надо срочно..."
"Матье! Успокойтесь!! Всё в порядке, военные уже нашли Зарин, сейчас его везут на полигон для уничтожения. Всё кончено Матье, всё хорошо!" - спокойно произнес Ролан, закуривая сигарету.
"Но... как вы узнали? Мы ведь и сами догадались только пару часов назад!"
"Наше ведомство вело расследование параллельно вам, даже не подозревая о вашем с Марисом вмешательстве. Нам стало известно об этом, только после того, как вы убили Мэтью Стивенса. Мы давно охотились за ним. После этого за вами была установлена слежка. Понимаете, я давно подозревал, что в министерстве завёлся крот. Но мы не были уверены, кто именно. Поэтому решили использовать вас в нашем расследовании. Мы установили вам жучка, в пряжке пояса" - Матье с подозрением осмотрел блестящую штуковину.
"Когда вы установили личности погибших сирийцев, я понял, что вы напали на след. Запрашивать данные от имени министерства внутренних дел было не разумно, можно было спугнуть крота, поэтому мы позволили действовать вам, а сами следили за развитием событий. После того, как вы уничтожили тех солдат на площади, я считал, что дело закрыто, и начал копать в другом направлении, искать крота в минобороны. Но сведения от Марселя всё изменили. Ну а дальше вы всё сделали сами, нам надо было только немного подождать, пока предатель сам себя выдаст. Так и случилось."

Матье снова сидел в кабинете начальника, наблюдая как он разливает коньяк в пузатые бокалы.
"Ну вот, теперь всё по правилам, коньяк в коньячных стаканах! Ну и сукин сын же ты, Матье, я горжусь тобой. Выпьем же за твоё здоровье" - подняв бокал сказал Марис.
Немного посмаковав ароматный напиток, Матье наконец заговорил.
"Знаешь Марис, они мне предложили работать в минобороны. Сказали усторят на высокую должность и всё такое..."
"Ну а ты что?" - с тревогой поинтересовался Марис.
"Отказался. Не моё это. Я уже настолько привык к своей работе, что даже представить не могу, что в меня никто не будет стрелять. Да и как я буду жить, если не смогу кому-нибудь как следует дать в морду"
Марис засмеялся гулким басом, с восторгом глядя на своего друга.
"Ну раз так, даю тебе неделю отгула, за заслуги, так сказать. Через неделю жду довольного и отдохнувшего на рабочем месте."
Как скажешь, дружище - ухмыльнулся следователь, делая добрый глоток хорошего коньяка.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 5 20.02.2016 в 19:39
Текст второй. Ржавщина
1
Есть люди, у которых постоянно бурлит кровь. Им нужно как-то выделиться из толпы, показать, что они исполины духа. А есть такие, которым просто некуда деваться, они чувствуют себя отщепенцами судьбы, выброшенными за борт. И те и другие стремятся заявить о себе любым путем, чтобы не утонуть в море безвестности. И тогда они  идут на площадь и заявляют о себе: je suis charlie.
...
Все. Они стучатся в дверь. Но я им не открою. У меня осталось еще немного времени, чтобы подумать, что  ответить.
Расплата за то, что  заявил о себе пришла. Ну и пусть. Вот по стене уже поползла трещинка, скоро и штукатурка полетит, давно она собиралась на свободу, вот ей и помогут недобрые люди.
Но как я мог остаться равнодушным?
Не сжег же тот парень себя на площади, облив бензином, только для того, чтобы посмеяться надо мной?!  Надо признать - красиво он это сделал. Вполне театрально. Интересно, подумал ли бедолага о том, что ему будет больно или только хотел произвести эффект?
Стоп. Ну, откуда у меня эти жестокие мысли? Да и кто я рядом с ним? Он себя жизни лишил, a я вышел просто, словно на прогулку по свежему воздуху. Даже бутерброд захватил на случай, если проголодаюсь. О чреве своем успел подумать. А он не думал. Он просто сгорел, как  факел. Он заявил - je suis charlie, смотрите!
А на следующий день мы все, кто вдохновился его идеей, договорились  в твиттере  выйти на ту же площадь. Пусть они знают там, наверху. Нас должно было быть человек пятьсот минимум. А пришел я один. С бутербродом и банкой колы диетической. Глупо. Выглядел круглым дураком. Меня даже полиция проигнорировала.
А вот бездомного погнали.  Ну, попытался я внимание полицейского обратить на себя, сказал, что специально пришел в поддержку того, что сжег себя вчера. Тот строго посмотрел.
- Имя?
- Звиаг Бурский.
- Да не твое, придурок, а того которого поддержать пришел?
- Не знаю, извините.
- Ну так чего приплелся, домой иди.
Вон смотри, даже небритый, позор, на такие мероприятия нужно красиво приходить. А то, знаешь, когда бъешь в скулу небритого, так рука тормозится, понял, дурик?
 Ну так и вали с площади, кстати, имя твое запишу, пригодится и адрес давай, не ленись, быстро, раз-два.
А то мамке твоей давно не было повестки к директору за поведение сынка, гляжу.
И двигайся, не памятник, никто к тебе цветы не возложит.
Ну все, адресок есть, можешь домой плындрать. Жди завтра гостей.
2
Дверь, уставшая сопротивляться, наконец, поддалась. Звиаг успел подумать: заявит полиции, что объявляет голодовку в знак протеста...
Но они пришли не за этим.
Тридцати секунд хватило профессионалам, чтобы довести количество ударов битами до смертельного уровня.
Когда из квартиры выходили, то услышали  стон.
- Думаешь очухается,  воробышек? - Быдло вопросительно посмотрел на коллегу по избиению.
- Думаю что да, но уже на том свете. - Пятая Точка любил шутки даже во время "работы", чтобы снять напряжение.
Остряк все же решил посмотреть, что там воркует, как он выразился, доходяга.
Сквозь туман в глазах и толкая языком выбитые зубы, умирающий прохрипел: "Голо-дов-ку".
- Чего ржешь? - Быдло насторожился.
Пятая Точка  побежал в туалет и, не оборачиваясь, бросил:
- Уссусь, пончик наш хочет голодовку объявить.
- Ну и пусть объявляет, теперь уже один путь, в морг. А там все на диете.
Теперь и Быдло усмехнулся. Ведь ему удалось переплюнуть самого Пятую Точку, вот и Задолбанный все слышал.
А Задолбанный полез в карман и вынул конфетку. Любил он после хорошо проделанной работы сладенькое.
Ну и компания на этот раз ему попалась! Заменили его людей. Послали на более важное мероприятие. А тут дело плевое. Свидание с молодым сорняком, который нужно было выполоть.
Интересно он один у мамки или кто-то  другой остался на свете, чтобы глаза  старухе закрыть, когда окочурится?
3
Аллея из тополей, как натянутые стрелы, вздыбившиеся в небо, протянулась к главному входу. Здесь все привыкли к боли, страданию. Одним словом больница.
Белые стены и запах карболки из-за оставленной кем-то открытой двери туалета.
Парень с трудом повернул голову. Язык непривычно уткнулся не в зубы, а в щеку. Пошевелил им и нащупал оставшиеся зубы с другой стороны. Все вспомнил.
Решение возникло сразу, как пришел в себя. Путь ему из больницы только один. На площадь. Он тоже себя подожжет. Пусть будет эстафета. После того парня.
Главное, чтобы не помешали. Нужно все тщательно продумать.
Потом парень попытался пошевелиться и тут заплакал. До него дошло, что не осуществит желание, последнее. Правая рука отсутствовала. Как же так? Зачем он теперь будет жить на свете? И кому нужен инвалид?
...
Через три недели в газетах появилось скромная заметка, что молодой человек по имени Звиаг, выйдя из больницы, по невыясненным причинам прыгнул с моста в воду.
...Три человека мирно попивали пивко в забегаловке на конечной автобуса номер семь.
Один из них вдруг воскликнул, показав на  заметку о покушении на самоубийство:
- А это же наш "именинник", которого мы отделали, не находишь? - Задолбанный обратился к Быдлу.
- Вполне возможно, пацана тогда я и не  рассмотрел всурьез.
Пятая Точка, признанный юморист зоны, опять вставил свои пять копеек:
- Так у тебя, же сизый кулак с глазками, впереди рыла видит, куда впихнуться.
- Ну будет те-е, - примирительно сказал Быдлo, - я иногда смотрю, куда метит рука, а то и шефа можно завалить случаем.
- Слушай, а в конце заметки приписка, что парня отцарапали с того света. - Задолбанный ткнул указательным пальцем так, что в газете образовалась дыра, но потом успокоился."Не помнит он их, слишком быстро тогда работали, верняк, что не узнает".
А смотрите, как его впечатляки журналистик расписал, прямо человек-амфибия, блин.

"Вначале Звиаг почувствовал удар. Ну, все правильно. Словно кто-то фиксировал ощущения его со стороны. Потом пошел ко дну, стал задыхаться. Конвульсии тела вызвали протест мозга. Тот отдал команду: 'Все, тотальная мобилизация сил!'
Тело задергалось, последовали судорожные движения ног и левой руки, правая отсутствовала после ампутации.
А легкие разрывались от пустоты, краем сознания чувствовал, если вдохнуть - то смерть. В висках стучал молот наковальни.
Сколько времени способен человек сопротивляться в безвыходной ситуации? Порой ему казалось, что уже нужно сдаться, сделать спасительный вдох смерти, набрать в легкие воды и уйти туда, откуда не возвращаются.
Организм не мог согласиться с его решением уйти из жизни, тело сопротивлялось из последних сил. И вдруг...
Заработала правая рука. Как же так? Ее ампутировали, только фантомные боли порой напоминали о том, что у него было изначально две руки, уже успел смириться.
Но именно правая рука взяла нa себя непосильную функцию спасти это исстрадавшееся тело и бедовую голову, невесть кем "прикрученную" на нем. Мощными, резкими толчками правая рука  приближала парня к поверхности. И тут, почувствовав реальную поддержку, у левой руки и ног возникло как бы "вторoе" дыхание. Медленно, неуклонно приближался  жизненный порог, за которым воздух и спасение.
Утопающий успел, до того, когда силы все-таки полностью оставили его, глотнуть свежего спасительного воздуха. На мгновение голова появилась над поверхностью. И его заметили. Сразу три человека с разных точек бросились к парню, чтобы спасти.
Смерть испугалась и покинула  сцену, где на этот раз потерпела фиаско.
Один человек прыгнул с моста, два других приближались с разных берегов реки, которая именно в этом месте была выше человеческого роста.
Утопающий все же наглотался воды, но это уже тогда, когда почувствовал, что его кто-то спасает, он успел услышать крик:"Держись!"
...
Два парня склонились над ним уже, когда он был в больнице. Но почему два? Позже сестричка рассказала, что один не доплыл, сам утонул, спасая его. Ему хотелось биться головой о стену. Он забрал чью-то жизнь с собой, а сам подло выжил. Разве так должно быть?! Слезы душили, но не желали выходить наружу. Теперь с этой ношей ему придется жить всю жизнь.
И тут разразилась такая гроза, какой в этих краях не помнили даже старожилы. Словно природа выплакала все слезы за него. Парню стало легче, когда сестра открыла окно после дождя и в комнату ворвался свежий насыщенный озоном воздух".
- Мда, сильно написано. - Задолбанный задумался. - А интересно, что обо мне напишут, когда я пойду гулять по вечности? Найдется ли добрая душа?
- Найдется. - Пятая точка приободрился, - Что понравилась статьюга?
- А зачем тебе это, урод? - Быдло тупо уставился на Пятую Точку.
- Да я, я ее накропал со слов того, который топился, правда, братва, ни слова не разобрал в его бреде, пришлось приложить мыслю.
Задолбанный сказал задумчиво:
- Да, талант у тебя, мать твою. Прошибись. Чего с нами околачиваешься? Книги бы для людей строчил. Не понимаю.
А что заплатили за историю?
-Неа. - Пятая точка осклабился. - Я от любви к искусству.
Знал бы Задобанный, какими пророческими окажутся  его слова, не распостранялся  на эту тему. Но люди никогда не знают, где судьба способна подставить им подножку.
4
Нора, как звали медсестру, сообщила больному радостную весть: из столицы приехал профессор. Узнав о чудесном спасении Звиага, решил попробовать пришить ему ампутированную месяц тому назад руку. Та хранилась в морозильной камере.
Неужели хирург надеется на чудо? Но Нора сказала, что статистика удач у специалиста двадцать процентов, всё-таки не так мало. Из двадцати проделанных операций четыре  оказались успешными. "Может и мне повезет? - душа Звиага разрывалась. - Для чего профессор будут пытаться спасти мне руку? Ведь все равно я хочу туда на площадь, повторить то, что сделал тот парень". И с каждым днем желание крепло.
...
В один из дней его навестили странные гости. Какие-то помятые, пропитые лица, после каждого слова нецензурщина. Настоящий допрос ему устроили. Сказали, что следователи. A  интересовала их сцена избиения. Он сказал, что ничего не помнит, хотя...ему стало страшно, но только на одно мгновенье.
Единственное, что ему запомнилось, даже врезалось в память, была фраза, склонившегося над ним изверга, который его хотел тогда убить. И эта фраза была: "Уссусь, пончик наш хочет голодовку объявить!"
Звиаг узнал мучителя. Значит, и тут его нашли. Видимо, хотят узнать или он их помнит, прикинулся дурачком, сказал, что ничего не помнит. Даже бросил на прощанье: "Заходите еще, с вами приятно время провести". Закрыл глаза и притворился, что заснул. Думал, что посоветуются и придушат на месте. Но бог миловал. Потом он услышал, когда тройка бандитов, он уже в этом не сомневался, подходила к дверям.
- Что, Пятая Точка?
- Думаю забыл доходяга все, но, на всякий случай, будем осторожны.
Когда дверь за посетителями закрылась, вошла медсестра.
- Слушай, - позвал ее тихо Звиаг, - там бандиты, только что вышли, могла бы ты позвонить в полицию? Я уверен, что они еще раз придут.
Девушка обеспокоенно засуетилась
- Ой, я боюсь, но, конечно, позвоню.
Потом она быстро, дав снотворное, выскочила из палаты. Уже на улице, догнав троицу, тихо свистнула, все оглянулись.
- Что делаешь тут, Норика, почему не на работе? Ты не только мне сестра, но и еще и медицинская. - Задобанный затревожился.
- Ну даешь, командир, уже и родню приспособил для наблюдения, прямо матерый разведчик, Рихард Зорге.- Пятая точка ожидал на реакцию на свои слова, но никто не улыбнулся.
- Он вас узнал, меня попросил в полицию позвонить. - Нора застыла в ожидании.
Задолбаный уверенно сказал:
- Ну так что за проблемы, звони.
Нора растерянно посмотрела на брата:
- Да, звони, только начальнику отделения, он нас же и послал разбираться!
 Все загоготали.
Нора сказала:
- Завтра приезжает знаменитый хирург...
Задобанный ее перебил:
- Знаем мы, да, операция будет этому придурку, которого недококошили.
Он посмотрел на Нору исподлобья, проговорился, да она и так в половину дел его была посвящена, когда брат киллер, то рано или поздно все обнаружится.
Задолбанный продолжил:
- Спасать ему руку будут? Пусть спасают, он теперь знаменитость. А шеф пусть теперь нас и спасает, кто знал, что так все обернется, он подмигнул Пятой точке и Быдлу, пошли, корсары.
А потом опять прикрикнул на Нору:
- А ты звони в полицию, пусть принимает меры предосторожности. - потом развернулся к своей двойке и прошептал. -  Парня сейчас трогать нельзя, скоро станет знаменитостью, а нам за знаменитость положены уже другие тугрики, уразумели? Напрягите последнюю извилину.
5
Операция прошла успешно. Звиаг  начал быстро выздоравливать. Все в больнице шептались: выздоравливает, словно раковый больной после удаления корневой  опухоли, ну и скорость!
А Нора, постепенно почувствовала, что ей стало как-то не в тягость заходить в палату к больному. В любую другую палату заходит, словно из-под палки, а к Звиагу с радостью, словно на крыльях летит и улыбка не сходит с лица. "Влюбилась  дура" - сказала, глядя  в зеркало, и показала себе  еще и язык.
И парень уже привык постоянно улыбающейся девушке в белом халате. Выходить на площадь с целью самосожжения хотелось все меньше. Вот она сила любви. Звиаг отказывался себе в этом признаться, но в глубине душе понимал, что попал в сети Амура.
...
 Раструбили новость на первом канале и в главных  изданиях: "Еще одна замечательная  победа хирургии".
- Ну все. Можно и цену поднимать. Смотрю  я на тебя, Дрянь, а ты словно в лотерею билет выиграл, радуешься, как хрен в собственном соку.
- Я о деле говорю, Пятая Точка. Пора уже с заказчиком поторговаться. Наш герой вырос в цене. Хватит в гавриков играть. Нам теперь за "генерала" должны заплатить, тогда и работа будет на славу.
- Прав ты, околодочный жгут. Сегодня позвоню Петровичу. Итак, вторая попытка или как говорят киношники на съемках, Дубль два.
...
Слышь, Петрович, нужно переговорить маленько, ситуация крем-бруле на палочке.
- Ладно, Инокентий, жди меня в двух  кварталах от  отделения, в кафе Лилипут, ну, знаешь, там где "дохлыми" пельменями торгуют.
- Ну как не знать, два раза имел честь там желудок свой наказать. Лучший способ для ночного бодрствования в туалете.
-Ну и что? - Дрянь, который заменил заболевшего Быдло в их тройке, заинтересованно глазел на пришедшего с задранной головой Пятую Точку.
- Значит, все в порядке. Едем покупать канистру . Завтра на площади мы его и сделаем Прометеем.
- Про какого Митея?
- Да не про Метея, а Прометея. Не дорос ты до таких тонкостей жизни, да и не надо тебе лишнего знать.
- Да ты прав, Дрянь откашлялся мокротой, память о лагере, и сплюнул на асфальт. - Лишнее знать нам ни к чему. Кто много знает - на кладбище обитает. Значит, говоришь, договорился, а Задолбанный знает?
А зачем нам он нужен. Ему и старой доли невпроворот, подавится, еще загуляет.
- Так он же у нас лидер?
- Нея. - задрал нос Пятая Тогка. - Я теперь кукловод, вразумел, a?
- Задолбанного лишили всех привилегий, проштрафился, слишком сладости любил.
- Да что ты говоришь, блин, ox--л?
- Ладно, смотри. - Пятая точка полистал что-то в  смартфоне, - Вот полюбуйся.
На маленьком фото телефонa нa  фоне свалки лежало чье-то тело.
- Не сомневайся, век воли не видать, это он. Вчера я собственной рукой исполнил приказ начальника. Все, пошли помянем хорошего человека, тут рядом кафетерий. Только что в Лилипуте с главным беседовал, еще чай мой не остыл. Кстати, я не уплатил за заказ, сказал, что вернусь через  десять минут. Местечко уютное, в подвальчике, столик  в маленькой комнатке один, лампочка над ним перегорела, полная конспирация, Там Быдло когда-то работал подметальщиком.
6
Звиаг не знал, радоваться ему или печалится. Вроде все хорошо, уже стали пальцы понемногу шевелиться, через несколько дней обещали выписать. Идея о том, чтобы поддержать протесты на площади постепенно меркла в сравнении с мечтой поскорее завоевать сердце медсестры Норы.
Та последние дни ходила печальная, брата ее убили. Сказала - бандиты в лесу напали. А так вроде отношения стали у него  налаживаться с девушкой самые теплые. Уже успел ей в любви признаться. И она вроде улыбается, приятно ей. Даже поцеловала однажды его, правда, когда спал, но это так ей показалось. А он все видел, сквозь слегка припущенные веки.
Нора начала удивительный разговор.
- Звиаг, слышишь, нужно все же на площадь пойти в знак протеста и произвести самосожжение. Протестные акции нужно продолжить.
Да не ты будешь гореть. Брат покойный меня во все посвятил, слушай.
Молодые люди стали о чем-то горячо шептаться.
После похорон брата, Задолбанного, как звали его, так сказать, коллеги, Нора, посвященная братом во все тонкости, знала уже что ей делать.
Игра была сложная, опасная, но многое сулила в случае успеха. Не вечно же ей прозябать на этой неприятной работе в больнице. Уколы, лекарства, вздохи больных, надоело, одним словом.
Она таки уговорила Звиага.Тот долго не соглашался, но все-таки сник. И почин поддержит и любовь такой красавицы получит (то, что она сделала пластическую операцию, Нора ему не сообщила), а и деньги немалые. Только нужно было переступить через одно. Убить человека. Но разве тот, кто убивал его, Звиага, еще заслуживает звание человека, нет! Он ведь всегда мечтал отомстить. А тут все вроде складывалось один к одному.
Ну и еще, потом должны они исчезнуть раствориться. Но с такими деньгами разве не открываются перспективы? Ну, спрячутся они на время где-нибудь в горах Кавказа, гостеприимные горы. Он много ходил по ним, когда был студентом.
Люди помогут, деньги они везде сила.
Нора все ему расписала.
Звиаг должен выйти на площадь, к нему подбежит человек с канистрой и попытается облить бензином, а Звиаг его опередит. Флакон в сумке, а там, когда загорится, так сказать, товарищ по беде, то и его канистру можно будет добавить, чтобы быстрее дело сделать.
Звиаг с Норой уже несколько дней отрабатывал ситуация на заднем дворе больницы. Вроде все уже получалось как надо.
Подбежит к нему этот самый. Он хорошо его фото изучил, Нора постаралась достать.
Вот и прыскалка. Прямо в глаза ему брызнуть, чтобы зашелся в приступе кашля, а потом можно и голыми руками брать.
Полицейского дежурившего на площади, Нора обещала отвлечь как-то.
Минуту хватит на всю операцию.
7
Странно, что у такого отпетого, как Дрянь, нервы стали cдавать.  И не стыдно ему перед слабой девушкой?
- Слышь, Дрянь, потерпи немного.
 Нора зашевелилась в кровати. Приятное тепло разлилось по телу. Хорошо ее Дрянь нашпиговал любовью. Скоро, уже скоро все закончится и начнется другая жизнь о которой она мечтала, полная приключений и денежная.
- Значит так, Дрянь Иванович мой ненаглядный, будешь ждать, держи нервы на приколе. Когда Пятая точка загорится, увидишь меня, но не торопись,  я мимо пробегу, а жди вот того самого, знаменитого, которому руку пришили. Кричи ему, чтобы скорей садился в машину и давай по газам.
А я там с милиционером разберусь, мол показалось, что кто-то преследует, ну разыграю сцену, понял? Потом позвоню, а твое дело к заказчику подъехать за расчетом. Он все из последних известий узнает. У нас пресса быстрая.
- Та заказчик же  c Пятой Точкой будет только рассчитываться, меня и близко не подпустит. Ну иди сюда, еще раз тебе через свое колесо пропущу, сама же любишь.
- Все, хватит, только о деле сейчас. Успокойся, я заказчик.
- У! - Дрянь, чуть не свалился с кровати. - А деньги кто будет платить?
Попечитель мой один, он мне обещал за верную любовь. Между прочим, Полковник милиции. Припасено у него на черный день.
А не заплатит, так жена его получит полный пакет "удовольствий" с моими фото на коленях у служивого.
- Ну и мерзость ты, Норочка, я не знал.
- Успокойся, я то твоя, ты знаешь, а это все в прошлом. И откуда ревность у тебя, вроде человек приличный, -  девушка тут же  засмеялась  от своей шутки и провела по волосатой груди, на которой не видно было кожи, вся в татуировках.
Опять позвало тело и она с какой-то звериной силой прижалась к человеку, которого презирала до мозга костей, но который мог дать ей удовольствие на грани мечты.
Где-то в глубине души мелькнула мысль, что Звиаг сказал бы если увидел ее сейчас? И тут же она успокоилась от волны удовольствия захлестнувшей тело по самые уши.
Женщина отодвинулась от заснувшего зека. Он больше ее не интересовал. Нора взяла себя в руки. И тут нахлынули воспоминания.
Вот промелькнул перед глазами их маленький флигелек с громадным двором, посредине которого возвышалась невесть кем посаженая сосна. Комната, где Нора радовалась и плакала, одним словом взрослела. Но детство ее накрыла тень,  которая и сделала ее такой, какая  сейчас.
Нора росла мстительной девочкой. Она никогда не смогла простить мальчику по имени Звиаг, как на во время новогодней вечеринки, тот затащил ее в темную комнату и изнасиловал. А ведь он был ее первой школьной любовью и все так растоптал в одночасье! Им было по пятнадцать лет. А, может, это она спровоцировала его? Какая разница?! В милицию не пошла, засмеяли бы в школе. Их видели постоянно вдвоем, считались парой, а тут она заявится с заявлением...
Сначала все о нем вздыхала. Но желание сразу возникло отомстить, когда он уехал в другой город после армии, не вернулся к ней. И исчез на семь лет. Сейчас наступил   час часплаты.
Любовник-полковник сообщил ей  новый адрес обидчика, долго она выслеживала его. Несколько лет справки наводила.
Сорвалось первый раз.Три бандюгана не добили. А потом еще и с моста сорвался, но остался жив, горемыка.
Но ему не жить, Нора знала это твердо. Но не сразу так. Сначала она разыграет любовь. Девушка  убедилась, что он ее не узнал в больнице, пластика оказалась на уровне. Даже голос ее изменился, стал ниже, грудной, а тогда пищала, как птичка.
7
Ух, как она ненавидела этого человека! Сгорит он руками 'знаменитости', она тут ни при чём.
Братик по плохой дорожке пошел, мама их не уследила. Но уже все, похоронили. Скоро и его обидчик будет уничтожен. Кто в обгоревшем Пятой Точке, убийце брата, опознает Звиага? А если еще и записку рядом подбросить предсмертную, что сжигает себя в знак протеста против своеволия властей, то совсем без сомнений.
Потом она заставит Полковника заплатить и сумму повыше того, что он бандитам обещал.
Полковнику даже повышение грозит по службе, распутает все нити, так сказать, заговора. Тут же протест. И Жена его ни о чем не узнает. Расплатится любовничек и отдаст она полковнику компрометирующие фото и видео.
А сама с Дрянью, который в любовном порыве продал Пятую Точку и Звиaгом помчится, как ветер, на Кавказ.
Есть там один ее бывший возлюбленный в горном селении, адыгеец. Итак,  путь сначала в Майкоп.
Роль водителя Дряни сводится к тому, чтобы привез их на место. А там, ее друг уже позаботится о его судьбе, в отряд какой-нибудь переправит в горы. А она, с, так сказать, первой школьной любовью (будь он проклят!), останется наедине. Будет с него прощение по капле выдаивать. А потом? Ну, чего думать на год вперед. Жить надо сегодняшним днем.
"Эх! Девка, размечталась!" - Нора оттолкнула Дикого, - Все. - голова отказывалась думать. - "Спать, спать, спать".
-Ты чего, опять? Я уже отвал, замучала, деваха, завтра, потерпи. - уголовник заблымал глазами и, развернувшись к стенке, зарылся в сон.
...
Самое удивительное, что некоторым людям легко шагать по жизни. Все у них получается, как по мановению волшебной палочки.
Нора, хотя много плохого случилось у нее в прошлом, перешла в везучую полосу.
Все на площади прошло, как задумала. И милиционера отвлекла и Звиaг сделал все, как положено.     Успел брызнуть в глаза едкую жизкость. Он опередил Пятую Точку, выхватил у того канистру, облил, поджег, убежал за угол, где Дрянь подхватил "героя" в
Дрянь дал по газам и умчался, как ветер, с места преступления. А полковник испуганный все отдал, она еще его припугнула, что замешал в деле о заказном убийстве, правда, она не все ему рассказала, но суть дела до того дошла. Лучше деньги отдать, чем семьи лишиться и загреметь на долгие годы за соучастие в преступлении.
Жаль только было Норе, что не видела, как Пятая Точка запылал факелом, пощекотала бы себе нервы. Всегда ее к кострам и факелам манило. Все пожары, какие в городе случались помнят девочку, жадно впитывающую все перипетии чужого горя.
И откуда у нее эта тяга к острым ощущениям и преступлениям? Вот брат и воплотил ее мысли, реализовал своей жизнью, а она...
Теперь Нора была довольна. Тайная биография расцвела не только любовниками, но и таким сладким для нее словом, как преступление, даже цепочкой преступлений, которые она организовала. Она чувствовала себя почти волшебницей. Пусть и злой. "Родилась что ли такой?"- порой думала.
Азар по прибытии троицы в Майкоп, все понял с полуслова. Он отправил уставших путников отдыхать, заперся с Норой и узнал от нее все. Она ему все рассказала, как на духу (естественно, только то, что считала нужным) даже половину денег отдала, понимала, что в руках у него оказалась. Азар, на удивление, даже пальцем девушку не тронул, даже не обнял при встрече. Сейчас она была для него партнером по бизнесу, пусть и грязному, но бизнесу. Одной из клиенток.
Дрянь скоро нашел себе место в каком-то отряде сопротивления власти. Да для него в сущности уже все другие дороги были отрезаны.
Нора каждый день приходила в подвал, где сидел на цепях человек, который разбил ей жизнь.
Он хотел когда-то заявить о себе  "je suis charlie", выйдя на площадь, а потом попытаться себя сжечь. Он хотел доказать, что он настоящий волевой человек, который ничего не боится. А на самом деле он трус. И сжег другого человека, оставив посмертную записку, что это он запылал факелом. И каждый день Нора приходит беседовать с ним на эту тему и показывает ему, какое же он отродье и никчемность. А жить  плохо, когда тебя морально унижают, очень плохо. Часто моральное унижение хуже любых физических страданий.
А настоящий человек она, Нора. Она прошла через все, чтобы теперь иметь право сказать о себе "Я - человек. А ты Звиаг - никто". Она не мучает его, тому дают и пить и есть. А еще она ему показала видео, из которого стало ясно, что Звиага  уже даже как человека нет на свете. Даже есть  казенное место, где захоронены остатки Пятой Точки, а все думают, что его.
А ведь любой человек может прожить жизнь и не заметить, что он - никто. И сколько этих людей-невидимок ходит по свету?
Один только вопрос для любознательных - подвиг или преступление делают человека личностью?
И что если для одних людей это подвиг, а для других - преступление?
8
Нора однажды решилась. Все, она почувствовала себя отомщенной. Для этого ей понадобилось полгода. Нора решилась отпустить обидчика, перегорела.
Она открыла замок, который соединял его цепь с железным крюком на стене, потом открыла замок, за который держала его кисть цепь. Звиаг оставался безучастным к ее действиям, словно не понимая, что происходит. Но вcе. Он свободен. Почему  не уходит? Странно.
Нора поднялась по лестничке наверх, смрадный дух подвала почти довел ее до обморока. "Зачем ему мешать. Она уже ничего не испытывала к этому человеку. Ни злости ни ненависти. Ей даже было его чуточку жалко". С лицом, обросшим длинной бородой, похожий на зверя, мужчина зарылся лицом в соединенные намертво ладони. Казалось, он превратился в застывшее изваяние.
"Ладно, когда надумает, уйдет". - Нора побежала на работу в магазине. Она уже и так опаздывала на смену.
Но придя через восемь часов, девушка была поражена. Тот, который когда-то был Звиагом сидел в той же позе. Она замерла потрясенная." А не умер ли он?" Нора подошла и затрясла лохматую седую голову.
Ответом был лишь тяжкий вздох.
На следующее утро Нора опять опустилась в погреб, мужчина не изменил позу, правда, теперь вокруг него распространялся мерзкий зловонный запах.
Она зажала нос и   поднялась по   приставной лестнице, оставив опять открытой дверцу погреба.
Еще понадобились сутки, чтобы человек принял решение. Погреб уже был  необитаем. Куда он ушел?
Норе захотелось пойти по дорожке, протоптанной за забором ее дома,   стремительно уносящейся вверх в горы и уже там извивающейся змейкой над пропастью. Место было настолько живописным, что Нора несколько раз останавливалась, любуясь на голубоватую дымку в которой терялись отроги. И непонятно было, где заканчиваются горы, а где начинаются облака. Ливанские кедры своими мохнатыми лапами словно обнимались с грабами и буками, а рядом обиженно кололи легкий ветерок иголками от досады  и ревности елки.
Идти ей пришлось недалеко. Уже через пять минут она наткнулась на тело, лежащее поперек тропинки.
Одежда была на человеке разодрана и трава вокруг была неестественно красного цвета. А рядом в полуметре, лежала обглоданная зверем  рука, когда-то так мастерски пришитая знаменитым хирургом. Но ведь медведь, который при приближении Норы удалился в тень сосны, а теперь приветливо, как ей показалось, помахал лапой, этого не знал. " Ужасная смерть " - подумала девушка, заметив одновременно кусок вырванной   человеческой плоти. " Это он " - конcтатировал безучастно мозг, а руки, над которыми хозяйка потеряла управление, стали исполнять какой-то дикий танец. Мелкой дрожью   ответило и тело. И все же в глубине души ей   не было страшно, разве летом медведи нападают? А как же он? Это судьба. Но вот даже хищник побрезговал мясом, видимо, мясо преступников невкусное.
Нора с округлившимися от ужаса глазами медленно попятилась, медведь, словно получив разрешение, вернулся к трупу и продолжил трапезу. Только слышалось   его довольное чавканье и урчание.
Нора заплакала и подумала: "И как после этого может приветливо светить солнце? Неужели оно не понимает?"
Ей показалось, что солнце ей подмигнуло, а ветер шепнул: " Ты есть человек " .
Нет она уже не считала себя человеком; зачем она его отпустила? Недаром Звиаг не хотел уходить так долго .
Только что ведь умерла ее первая и единственная любовь.
И почему она не сломала ногу, когда торопилась на ту проклятую   новогоднюю вечеринку?
9
  Чем отличается просто человек от человека с большой буквы?
Вот он ответ.
Когда заплаканная девушка шла, не разбирая дороги, оставаясь совершенно безучастной к острым веткам, которые с удовольствием шлепали ее по лицу на узком проходе, что-то изменилось там, где недавно разыгралась трагедия.
Медведь перестал смаковать оторванную человеческую руку и уставился с интересом на того, кому она еще пять минут тому назад принадлежала.
Человек открыл глаза. Нестерпимая боль вернула ему сознание; невероятным усилием воли он оперся единственной рукой   на тушу медведя и попытался встать на ноги. Но все было напрасно, ноги не держали .Он обессилел от потери крови. Животное, что-то почувствовало. Медведь внезапно потянул, уже падавшего человека, вверх своей лапой и с изумлением уставился в глаза своей жертве.
Но в глазах человека, который смотрел в упор на свою смерть стоял кровавый туман. Когда ему удалось удержаться на ногах, он с трудом развернулся и пошел, спотыкаясь по тропинке, вернее ноги сами понесли его подальше от страшного места.. Он знал, что если не догонит девушку, то умрет, умрет от потери крови. Культя руки, откушенной чуть ниже локтя сильно кровоточила. Была видна и оголенная кость, покрытая вся красными разводами.
Каждый шаг давался невероятным усилием воли. Медведь его не стал преследовать, видимо лакомства человеческой руки тому хватило с избытком.
А девушка, которая недалеко отошла, поскольку в шоковом состоянии от увиденного, почему-то резко развернулась и увидела шатающуюся, словно на ветру фигуру Звиага . Она быстро побежала назад, совсем не замечая, что еще больше искровавила ветками лицо и шею.
- Он! Боже мой! - Нора , как медсестра знала, что делать в таких случаях . Главное - остановить кровопотерю. Она разорвала свою кофту и сделала из нее жгут. Потом затянула жгут в районе плеча. И схватив парня за целую левую руку и поддерживая его, потащила к людям. Благо дома находились в пяти минутах ходьбы. Но это была дорога жизни. Несколько раз обессиленный парень падал, а она неуклонно его поднимал, даже тогда, когда сил уже у нее и у него не осталось.
Вот и дверь, а за ней люди, много людей. И Нора, увидев, что ситуация вышла из-под ее контроля, потеряла силы и сознание.
10
Звиага спасти не удалось, он умер от заражения крови. На похороны  пришел и Быдло.
Когда все разошлись, он вышел из тени клена, где хоронился по старой зековской по привычке,  к девушке.
- Нора посмотрела на него с ненавистью.
- Я вот что хочу тебе сказать: Он протянул записку, написанную корявым почерком. - Это Дрянь написал, предсмертная записка, можно сказать. - уголовник как-то странно посмотрел на Нору. - Ну я его заставил, блин...
Сам и кончил. Молотком, под рукой ничего другого не было. Десять раз ударил. Был он дрянью и умер как дрянь.
А теперь твоя очередь.
Девушка вся похолодела. Сейчас это чудовище с ней расправится. Вся жизнь пронеслась, как скоростная лента. Как ей вдруг еще захотелось пожить! Пусть будет трудно, пусть будет мерзко, но жить! Жить! Жить!
- Ну и пугливая же ты, не думал, что у Задобанного такая сестра. - бандит почувствовал состояние девушки своим звериным нутром.
Она ничего не сказала и решилась. Будь что будет. "Пусть нападает, душит, насилует, а я буду бороться, царапаться до конца, до последнего вздоха". Она резко оттолкнула от себя надвинувшегося зека и побежала. Через несколько секунд услышала выстрел.
"Почему она не падает, почему не останавливается ее сердце? Куда ее ранили? Неужели раненый человек способен какое-то время не испытывать боли и бежать? Она читала об этом в книгах, но сейчас жизнь проводила этот опыт на ней".
Но шло время, а ей не было больно. Нору всю трясло. Она остановилась, стала на колени, у девушки началась нервная рвота. Когда она немного успокоилась, встала и решительно пошла назад. Она уже поняла, что выстрел предназначался не ей.
Быдло хотел, чтобы она сама исполнила приговор.
Слова бандита: "Теперь твоя очередь", значит, имели совсем другой смысл? Когда Нора склонилась над умершим, ей показалось, что это она его и убила.
В глазах заплясало звездное царство, опять у нее этот приступ, скоро пропадет видимость и она ничего не будет видеть несколько часов. Скорее!
 Остается позвонить в полицию и сообщить о самоубийстве, которое произошло на ее глазах.
Но поверят ли ей там?
...
Все. Больше слов не будет,  дальше будут ваши мысли и впечатления. А если их нет, то и читать не стоило.
Думаете, я с вами резок? А жизнь разве гладит по головке?
В жизни даже нежность порой имеет жестокий оттенок.
Но от этого мы не перестаем ее любить.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 6 20.02.2016 в 19:43
Голосование открыто до 28.02 включительно!
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 56
Репутация: 168
Наград: 3
Замечания : 0%
# 7 21.02.2016 в 13:45
Простите, я пытался, но не смог. Тема унылая, и раскрыта в лоб.я не смог дочитать оба рассказа.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 38
Репутация: 97
Наград: 1
Замечания : 0%
# 8 21.02.2016 в 14:00
Ребят, я все понимаю, но и вы поймите, что люди не любят читать то, что им не по вкусу. 
Выбранные темы, порой, не интересно читать, а когда текст огромен, то и подавно.
Я уже говорил вам: делайте ограничения на количество символов, чтобы не так впадлу было его читать.
Я вот сейчас глянул, и мне захотелось по-тихому слинять и прикинуться шлангом, мол ничего не видел, ничего не знаю.
Голосую за первый тест.
Прочел оба по чуть-чуть, и первый мне больше понравился по изложению.
Группа: МАГИСТР
Сообщений: 822
Репутация: 502
Наград: 11
Замечания : 0%
# 9 21.02.2016 в 19:58
Проблему больших текстов можно решить тем, что выкладывать их в три приема с интервалом в пять дней, а иначе авторы, потратившие массу сил на написание не получают достойной оценки. У меня уже так были когда-то, мало кто дочитал мой апокриф-текст до конца. Не может человек прочитавший по верхам 20% текста выставлять оценки. Через несколько дней выскажу свое мнение.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 10 21.02.2016 в 20:22
Ян, глупости, работы очень большие, а значит требуют времени, на ознакомление, на написание рецензии. Вполне возможно продление сроков для голосования, но это крайняя мера.
Skipped, боюсь, я не засчитаю этот голос
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 124
Репутация: 896
Наград: 23
Замечания : 0%
# 11 22.02.2016 в 07:08
Прочитал! Мне понравилось. Содержания текста не в моем репертуаре. Но, написано хорошо и понятно. Читать легко. Молодец.
Прикрепления: 6984758.jpg(2.1 Kb)
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 313
Репутация: 257
Наград: 0
Замечания : 0%
# 12 22.02.2016 в 09:37
тексты ни есть большие. просто вот например Кроатоана и Лимонио или Волчека я да и другие будут читать в любых размерах, а так - с первых строк видно, что автор первого текста пишет по методичке, а автор второго вообще понятия не имеет что такое текст-то произведения, прозы, и херачит какой-то самописью. Учитесь на своих ошибках, молодцы, чо, обычно все начписы на этом шишку на лбу набивают, без исключения=) По уму, пока не научился толком писать, ограничивай себя в размере и береги глаза читателя. так с трех первых предложений понятно кто есть кто. Засчитывать голоса придется любые, не кочевряжьтесь, секундант! Не в ресторане, не вы заказываете музыку. Будьте мудрее. В общем, я с первых строк определил, как хотите воспринимайте, но это опыт, и не малый опыт. Так вот, автор второго хорош по замыслу, но слишком профан в литературе еще, есть смысл быть на сайте, но на дуэль еще рановато и заикаться, а автор первого слишком упрощает профессию писателя. Это вам не охота на лис. А обществу всегда нужны токари, дворники, плотники и метрострой. Голос за второй недотекст, чисто из читательского принципа.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 410
Репутация: 426
Наград: 9
Замечания : 0%
# 13 22.02.2016 в 10:40
Халлы, Вы прочитали только один текст? Там их два.
Марш миллионов и Ржавщина. Не могли бы Вы выбрать между ними)

Артем_Фирье, спасибо за голос.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 471
Репутация: 1526
Наград: 12
Замечания : 0%
# 14 22.02.2016 в 10:40
Нормальные тексты. Затянуты, правда. Но первый я не нашел, как можно было бы сократить. Хороший такой, крепенький детективчик. Сюжет не претендует на оригинальность и практически ничем не удивляет, за исключением счастливого исхода, что попадается все реже и реже. Язык достойный, без корректуры, однако. Секундант, вы бы хоть по опечаткам пробежались, раз уж произведения через вас проходят, могли бы оказать дуэлянтам услугу.

Второй не столь прямолинеен и отнюдь не менее концентрирован на события. То есть его вполне можно было бы растянуть на куда большее число символов, тогда сюжет получился бы не таким скачкообразным, каким он получился (у вас там, кстати, сбой в нумерации). Заметна склонность автора к намеренному коверканию слов, хотя в канве рассказа из уст персонажей со вполне характерным уровнем умственного развития, мне кажется, такие коверкания вполне допустимы.

Хорошие работы. Голосую за второй, потому что оригинальнее.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 313
Репутация: 257
Наград: 0
Замечания : 0%
# 15 22.02.2016 в 11:02
Цитата Boom ()
Секундант, вы бы хоть по опечаткам пробежались, раз уж произведения через вас проходят, могли бы оказать дуэлянтам услугу.

Это не Буму, похоже он совсем бум-бум))) Секунд, прикинь, два бухих в дюбель дуэлянта стреляются, еле-еле взяли в руки пистоли, и у каждого секундант на подхвате, руку придерживает... целятся... каждый секунд в висок своему подопечному))) ай мазёва!
Форум » Литературный фронт » Литературные дуэли » Дуэль №601 (Третья гладиаторская дуэль)
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Поиск:


svjatobor@gmail.com

Информер ТИЦ
german.christina2703@gmail.com
 
Хостинг от uCoz