Профиль | Последние обновления | Участники | Правила форума
Страница 1 из 212»
Модератор форума: 0lly 
Форум » Литературный фронт » Литературные дуэли » Дуэль № 644 (Аноним)
Дуэль № 644
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 1 04.11.2016 в 08:45
Дуэль № 644

Тема: Город, где умирают тени
Жанр: мистика
Форма: проза

Голосование: ранговое, аргументированное
Авторство: анонимное
Почта: text.duel@yandex.ru
Сроки: до 14 включительно
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 2 18.12.2016 в 21:05
Первая работа

Нитью


Яркое, равнодушное и беспощадное - будто прибитое к небу на самом пике своего восхождения – солнце висело и равнодушно наблюдало за ней. Женщина попыталась обратиться к своей памяти, но так и не смогла вспомнить, когда в последний раз светило меняло своё место на небосводе. Безоблачное, серо-бирюзовое небо напоминало тонкое витражное стекло – вот ещё пару вздохов и оно разобьётся на осколки, погребая под собой всё вокруг.

Женщина и себя-то осознавала с большим трудом. Временами, перед глазами мелькали картины прошлого: вот она, маленькая девочка, стоит, утирая слёзы, посреди огромного торгового центра, выглядывая среди равнодушных прохожих своих потерянных родителей; день свадьбы – нервно теребя букет, невеста перед алтарём постоянно озирается, не в силах искоренить в себе страх: вдруг он так и не придёт? Передумал, попал в ДТП или просто оказался стёрт из реальности...?

Воспоминание о свадьбе заставило её вскочить и вернуться к дороге. Безудержное чувство – она кого-то пытается найти, догнать, но вместо этого лишь рыскает по кругу среди пустынных развалин.

Идти тяжело – сыпучий песок затягивал босые ноги, до последнего не позволяя сдвинуться с места. Иногда удавалось выбраться на остатки кирпичной дороги, которая адской сковородкой поджигала пятки. И жажда. Мелкая пыль въедалась в кожу и сушила горло, глаза болели от постоянного напряжения, хотелось просто улечься в тень и забыться сном…

Но, вместо этого, приходилось почти постоянно бежать.

Женщина опять выпала из реальности. Медленно поднялась на ноги, пытаясь вспомнить собственное имя. Она написала его на песке, но корявый набор букв не вызвал никаких эмоций. Всего лишь знаки – в них всё меньше оставалось души.

Тень под ногами испуганно жалась к хозяйке, пытаясь скрыться от солнечных лучей. Когда же наступит ночь и долгожданная прохлада?

Когда же она найдёт выход?

Или...?

Вдали скользили силуэты: кто-то казался мимолётной тенью без лица и каких-либо различий, а кто-то – объёмным миражом, очерченный вездесущим песком. Большинство из них виделись телевизионными помехами или зеркальным отражением; стеклянной фигурой, размытым туманом… Но, в отличие от «теней», их объединяла какая-либо яркая, несуразная деталь.

Её отличали шелковые ленты. Тёмно-вишнёвого цвета, они цепко обвивали тонкие запястья женщины и тяжёлыми лоскутами смешивались с песком, непонятным образом окрашивая его красным. Нещадно тянули силу, замедляя и без того не особо быстрое передвижение.

А ей надо было искать. Кого – «тень» или «мираж» - она не могла сейчас вспомнить.

Очередное забытье настигло женщину посреди разрушенных, наполовину погребённых в песок зданий с множеством арок. Она неуверенно оглянулась, надеясь отыскать хоть какой-то источник воды или защиту от солнца, но обнаружила только очередной «мираж».

Мужчина. Его черты лица, хоть и несколько искажённые, показались женщине знакомыми. Она бросилась вперёд, превозмогая тяжесть лент и мешающий песок, поверив, что поискам наконец-то пришёл конец; попыталась крикнуть, почти вспомнив вертевшееся на языке имя, но пересушенные голосовые связки отказались слушаться.

Внезапно из-под песка показались остатки дороги – женщина потеряла равновесие и повалилась вперёд, как-то отстранённо чувствуя собственную боль. Вскинула голову, неожиданно осознав, что ошиблась: «мираж» был ей незнаком. Он продолжал стоять под аркой, прислонившись к остаткам стены. В мёртвом городе нигде не найти прохлады: куда бы ты ни примкнулся, равнодушное светило всё равно достанет тебя, даже внутри зданий. И сейчас, «мираж» медленно оседал на землю, пригибаемый жарой, а его тень металась у ног, в надежде уклониться от беспощадных лучей.

Не вышло.

Женщина с ужасом наблюдала, как тёмное пятно под ногами «миража» медленно изжарилось и рассыпалось, ветром разносясь по улицам города мелкими песчинками. Сам мужчина, дрожа, окончательно прижался к земле, чернея и теряя привычный облик. Излишне длинный галстук на шее, уходящий куда-то вглубь стены, испепелился, унося за собой что-то мимолётное, искристое…

Оставляя городу лишь новую, безликую «тень».

Женщина осознала, что бежит, лишь оказавшись где-то среди полуразрушенных колодцев. Ей хотелось ощутить бешеный стук собственного сердца, которого не могло не быть после подобной пробежки, но вместо него – лишь чувство тяжести в запястьях и приглушённый писк в ушах. Она пыталась отдышаться, ловя ртом сухой наполненный пылью воздух, глядя, как её собственная тень испуганно вырисовывала круги вокруг ног, старательно избегая лент.

Вновь накрыли воспоминания… Непривычные бахилы, шуршащая поступь по только что вымытому полу, бухчащие санитарки… И врач, отрицательно качающий головой.

«Смерть мозга».

«Но, он же дышит!»

«Так бывает. Участки, ответственные за базовые функции, вроде дыхания, ещё живы, но кора, где и сосредоточена его личность – мертва. Он не вернётся».

«Это ложь!».

- Не можешь заплакать?

Женщина удивлённо подняла голову. Перед ней стоял человек – не «мираж» и не «тень» - вполне осязаемый мужчина, чью шею скрывал длинный ярко-алый шарф. Свет от небольшого фонарика в его руке странным образом отгонял безжалостные лучи солнца, давая возможность отдохнуть от надоевшей жары. Женщина попыталась ответить, но незнакомец успел раньше: в его руке появилась бутылка с настоящей, прохладной водой!

- Я собираю слёзы. Не бойся, пей – это слёзы радости, - он осторожно присел рядом, так и не выключив фонарь. – Слёзы печали топят лишь меня.

- Вы… Кто вы? – женщина не смогла вспомнить, когда в последний раз слышала свой голос – он показался ей детским и каким-то ненастоящим.

Ленты тяжёлым мотком легли на песок рядом с краем чужого шарфа.

- Прохожий. Я всю жизнь со Смертью по одному краю ходил – только стороны разные… Должны мы теперь друг другу, - незнакомец усмехнулся, как бы шутя, но женщина ощутила в его голосе печаль. – Зачем ты потерялась?

- То есть?

- Все здесь потеряны. Это Граница – ты носишься и ищешь выход. Обычно, Души точно знают, куда бежать, но некоторые уходят неправильно и сами себя загоняют в ловушку, вроде этой. Зачем ты это сделала? Неужели, всё настолько плохо?

Теперь очнулись слёзы: они солёными каплями текли по щеке, медленно падая на песок. Легче не становилось.

- Я ищу мужа. Он где-то здесь.

Незнакомец пошевелил фонарём, что-то высматривая в тени женщины.

- Никого здесь нет. Это Граница – либо ты вернёшься обратно, либо пойдёшь дальше. Только, для таких, как ты, «дальше» - это тупик. Твою тень – последнее, что связывает тебя с Землёй – испепелят. Целый кусок твоей Души останется в лапах Города, заставляя бродить в собственных придуманных оковах вечно, например: искать мужа, которого ты никогда не найдёшь. А отголосок этих страданий будет сильно терзать перерождённую Душу. И ведь, она даже не поймёт, в чём провинилась.

- Вы сами запутались, что именно случится с моей душой, - сквозь слёзы возразила женщина, - переродится или потеряется.

- Одно другому не мешает, - незнакомец поправил шарф, попытавшись его развязать, но безуспешно. – У тебя же дети есть. Зачем? Думаешь, они обрадовались, оставшись совсем одни?

- Мне сказали: мозг умер! Разве, так бывает? Сердце же бьётся! – женщину накрыло: перед глазами пронеслись картины больницы, бесконечные звонки и долгий разговор с врачом. Даже писк ненавистных приборов, который доносился из-за дверей отделения… Должен быть слышен…

- Человечество научилось многому, к примеру, поддерживать жизнь тела, - голос незнакомца, спокойный и размеренный, прерывался её всхлипами, - но ту нить, которая связывает сознание и Душу, воплощая последнюю в мозговой деятельности – её возвратить мы пока не в силах.

- Научились… Ничему мы не научились! Знаете, почему он погиб? – чем больше женщина злилась, тем сильнее ощущала себя живой: в груди несмело затрепетало сердце и ощутимо прибавилось сил. – Потому что стайка излишне умных людей решила, что может управлять пространством! Потому что они решили, что мой муж может быть подопытным кроликом! Эксперимент, конечно, прошёл успешно! Появились доказательства, что телепортация возможна! Только они ошиблись! Не знаю, может быть – не учли ту самую нить, о которой вы тут твердите… Оборвалась. Тело здорово, только мозг погиб. Всего пары месяцев хватило, чтобы сойти с ума, перестать осознавать реальность и забыть меня. И детей. И…

Фонарь больше не горел. Незнакомец сидел, осунувшись и не глядя на собеседницу. Тень женщины, опять почувствовав на себе обжигающие лучи солнца, заметалась, окрашиваясь при соприкосновении с лентами красноватым отливом.

- Её скоро испепелят, - как бы невзначай пробормотал мужчина, медленно поднимаясь. Только сейчас женщина заметила, что у него самого тени не было.

- Почему вы можете говорить? Почему вы подошли ко мне? – истерика прошла быстро: память снова покрывалась песочной мишурой, освобождая место вечной жажде и неприятному чувству чего-то потерянного.

- Ищу. Кого-то ищу. Думал, ты – но, нет… Нет… Там был ребёнок…

Незнакомец изменился: фонарик исчез, фигура ссутулилась, шарф яркой, пульсирующий струёй тянул куда-то в сторону. Черты лица стёрлись и почернели. Глухой голос заглушался порывами ветра:

- Я не успел… Они верещали, кричали… Утверждают, что виновен…

Женщина отскочила, спрятавшись за одну из развалившихся стен, испуганно наблюдая за метаморфозой. От человека ничего не осталось – шарф алыми каплями разлетелся по ветру, обнажив перед зрительницей лишь безликую «тень», которая стала медленно исчезать в песчаном заносе, вяло покачиваясь из стороны в сторону.

- А мне… А мне что делать?! – в отчаянии закричала женщина, прекрасно понимая, что, возможно, это будут её последние слова, прежде чем пустынный ветер вновь иссушит голосовые связки.

Почти скрывшись из вида, «тень» неожиданно оглянулась.

- За нитью. Пока её ещё держат…

Фонарик сверкнул в ладони, оставляя надежду на ещё одну беседу – не с этой Душой, так с другой – мало ли кого ещё он перепутает с тем самым ребёнком, которого никогда не найти…

Женщина проследила за лучом фонаря, не сильно веря его словам, ведь у неё только ленты, которые вместо жизни утягивали её в песок. Собственная тень жалась к ноге, ощутимо горячая, будто уже подпаленная злобным солнцем. Ей осталось совсем немного…

Нить…

Алая, тройного плетения, больше похожая на множество двояковогнутых бусин – она тоненькой струйкой терялась на фоне бесчисленных тёмных песчинок. Но женщина смогла её поймать – у самой ключицы, под костью…



- Полнолуние – время бессонных ночей. Ничего хорошего от дежурства ждать не приходится, - тяжело вздохнул врач, присаживаясь рядом с коллегой. – Скоро пересменка, а я даже не ложился.

- А мне ещё в день оставаться, - реаниматолог устало прикрыл глаза, наслаждаясь минутами затишья, - с суицидниками этими. Представляешь, за один только вечер пятеро поступило…

- Женщину-то откачали? С которой вы больше всего маялись?

- С венами? Да, вроде стабилизировалась. Сколько крови на неё ушло с адреналином… Думал – «уйдёт», - он внезапно встрепенулся, огляделся и заговорщически кивнул коллеге. – Ну что, помянем? Пока никто не видит?

Из заначки показалась непочатая бутылка.

- За Старшего – лучшего в своём деле.

- За учителя. Все мы на нём выросли.

- Вот это верно.

Врачи пригубили по стопке, не чокаясь. Один из них обернулся на полку, выглядывая среди книг старый портрет.

- Всё не уберёшь? Не боишься, что главврач докопается? Всем велел же…

- Да плевать я хотел… на этого лизоблюда, - скривился собеседник. – Только бы журналистам угодить, да должности не лишиться. Не было его тогда, а я свидетель – Старший наш ни в чём не виноват.

- Ты что, действительно тогда дежурил? – искренне удивился коллега.

- Конечно. Ребёнка к ночи завезли, а рядом родители – верещат что-то, в одежде верхней, за руки хватают… Как вообще в отделение пробрались? С порога угрожать начали. А от ребёнка-то ничего уже не осталось – дышит с трудом, судороги слабо бьют – у организма просто не было сил. Родители эти его несколько дней дома держали – подумаешь, температура под сорок, сыпь, и вообще, чуть ли ни глазки закатывает! Зато от врачей подальше. Тревогу бабушка забила…

Ещё одна молчаливая стопка.

- Там не было шансов? – переспросил собеседник, отводя взгляд в сторону окна.

За стеклом среди редких дождевых капель, проскальзывали несмелые лучики рассвета. А ведь, совсем недавно он с крыльца под звуки «скорой» наблюдал закат…

- Они бы его ещё дольше дома продержали…! Менингит. Не было шансов… На сутки, раньше, хотя бы – тогда можно поспорить…

Отвечать дальше не хотелось. Перед глазами проносились последующие дни: тяжёлый разговор, бешеная журналистка, и газетные статьи…

Старшему приходилось пробираться на работу через чёрный ход закутанным в шарф, да только, куском шерсти спастись от толпы?

Человека, который всю жизнь боролся со Смертью на равных, погубила всего лишь пара печатных строчек… И огромное чувство вины, заставившее перечеркнуть всё одним взмахом руки по горлу.

В коридоре послышались торопливые шаги и женский голос:

- Ещё одного привезли! Ножевое! В операционной уже! И проверьте телефон – до вас хирурги дозвониться никак не могут!

- Эти найдут, как дозвониться, - реаниматолог устало усмехнулся, пряча бутылку обратно, - куда они без нас денутся…

Он легко поднялся, стряхивая с плеч тревоги ночи.

Новый день.

Что ж, здравствуй…
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 3 18.12.2016 в 21:18
Вторая работа
Прикрепления: _No_14.epub(1350Kb)
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 4 18.12.2016 в 21:21
Третья работа

Красное


Когда последний раз солнце напоминало о себе? В конце августа, кажется. Лето в этом году не баловало теплом, а к сентябрю небо и вовсе, натянув влажное угрюмое покрывало, посыпало почти беспрестанно холодным, траурным дождем. К ноябрю гниль опавшей листвы припорошило еще и снегом. И снова дождь.

Виктор Сёмин взял уже четвертый отгул за месяц (благо накопилось их с дюжину), смотрел на опустевший город из окна холодной квартиры и вспоминал об утерянной звезде.

Отопление не включали из-за лопнувшей трубы; сегодня, как и уже несколько недель, кружка горячего кофе да изредка работающий обогреватель – вот и все источники тепла в сероватой, продрогнувшей от одиночества, квартире следователя городской полиции.

Уныло задребезжал телефон.

- Слуша… - Витя закашлялся: после тридцати организм как-то резко стал подводить, - так непрерывное курение напоминало о необходимости заботы о здоровье. – Слушаю!

- Вить, у нас тут клиент неприятный нарисовался, - прогнусавил голос Олега Кочерги с работы, судя по всему дежурного сегодня.

- А я тут при чем? – возмущение вышло не особо категоричным. – У меня отгул.

- Я все понимаю, но делов-то на пять минут: мужик со странностями, оформишь, как положено и все. А то молодые что-нибудь напортачат: тут не простой алкаш или бытовуха.

- А что?

- Ну ты любишь такое…

Виктор посмотрел на книжную полочку с красиво смотревшейся на ней зачитанной серией «Шедевры мистики», но на всякий случай уточнил:

- Какое?

- Загадочное, - таинственно протянул лейтенант Кочерга.

Дальнейшее шуршание Виктор распознал как ржач за прикрытой рукой трубкой телефона.

- Понятно. Псих, значит. Досвидос! У меня отгул.

Но из почти брошенной трубки раздалось: «Приказ подписан уже!», и следователь понял, что выйти на работу все же придется.

***


На своей стареньком Форде Сёмин добрался до участка за десять минут, но решил покурить перед тем, как в три прыжка через лужи пересечь расстояние от стоянки до дверей проходной. Дворники противно скрипели, сигаретный дым затягивало в приоткрытое стекло, а Виктор размышлял, почему он не переоделся: торопился или из вредности? Работать следователем ему и нравилось и казалось тягостным одновременно, будто заставляешь себя кататься на коньках из-под палки, а потом, войдя во вкус, получаешь удовольствие от процесса и выдаваемых вензелей.

Забежав в тускло освещенный участок, отряхнулся, поздоровался с дежурными и сразу же прошел к себе в кабинет. Задержанного впустили к нему через пять минут.

Растрепанный мужчина лет сорока пяти боязливо уселся на стул, осматривая комнату украдкой, словно за это ожидаемо последует наказание. Он постоянно жевал и облизывал губы, иногда грыз ногти и все пытался вжаться в наброшенном на плечи пальто, явно не его размера.

- А это?… - Семин показал ручкой на прилепленный пластырь на лбу.

- Поранился. В лесу. – С каждым ответом задержанный глубоко кивал головой.

- В лесу? – Сёмин нахмурился.

- Очнулся в лесу. Как туда попал, не помню. Выбрался на дорогу и вот дошел до города. Тут люди добрые сообщили, куда следует, меня ваши и подобрали.

- Так, давайте по порядку, - следователь тяжело вздохнул и стал понимать, что пятью минутами тут не обойтись. – Фамилия, имя, отчество, год и место рождения.

- Якимов Роман Павлович. Семидесятый год, в городе Каменка.

- Документы?

Роман Павлович отрицательно покачал головой.

Сёмин забил данные в базу и нажал «Поиск», слабо веря, что найдется хоть что-то. Проще было озадачить программку, сканирующую соцсети. Но, оказалось, Якимов на прошлой недели задерживался за нарушение скоростного режима.

- Пятого мая день рождения? - уточнил Виктор.

- Да. – Снова кивок.

- Автомобиль Лада Приора, номер…

- У меня нет машины, - прервал Якимов, не вынимая сгрызенных пальцев изо рта.

- Как нет? – Сёмин сверил фото, выданное базой с человеком, сидящим напротив. – Назовите, пожалуйста, ваших близких родственников.

Якимов, казалось, сперва опешил и задумался, но спустя несколько секунд стал выдавать информацию медленно, словно пережевывая и тоже сверяя ее с внутренними ощущениями, после каждого предложения утвердительно качая головой:

- Мать в доме престарелых. Отец умер. Есть жена Екатерина Сергеевна. Детей нет.

- Братья, сестры родные?

- Нет.

- Адрес проживания?

- Город Каменка, переулок Советский…

Все совпадало. Кроме машины. Виктор нервно постукивал ручкой по столу, всматриваясь в продрогшего Якимова. Вдруг обе руки следователя вздрогнули одновременно: состояние озноба передавалось от одного потерянного организма другому. Нет ничего у меня с ним общего. И быть не может!

- Где работаете?

- Да, собственно, где придется. Преподавал в училище, сократили, репетиторствую понемногу и так… случайный заработок в интернете…

- Стоп! – Виктор потер виски, голова начинала наливаться свинцом и нещадно ломить. Еще одна нестыковка: в досье значилось местом работы НИИ «Оборонсервиса». За окном моросил дождь, все более разъедая грязный снег на стоянке. Привезли на автопогрузчике раздолбанную в хлам «восьмерку» баклажанового цвета. – Ну-ка расскажите мне свою историю, а потом все подробно запишите.

- Какую историю? – Якимов, прищурясь, выглянул из-под широкого воротника пальто.

- О том, как попали в лес…

- Я же говорю: не помню!

- Ну, хорошо, - успокаивающе согласился Сёмин. – Где на трассу вышли хотя бы помните? Какие там были дорожные знаки?

- Знаки? – потерпевший задумался, вспоминая. – Был знак. Восемь километров до города.

- Так. Уже лучше. Опишите, все, что помните за сутки до того, как очнулись в лесу. На бумаге. Я пока сделаю один звоночек.

Следователь набрал с рабочего телефона номер сотового из базы данных.

- Алло, - услышанный голос резанул неприятным предчувствием, но не казался похожим.

- Вас беспокоит следователь Сёмин Виктор Анатольевич из полицейского участка города Чембар. С кем я говорю?

- Якимов я. Что вам нужно?

- Обстоятельства административного правонарушения, зафиксированного на прошлой недели, требуют вашего присутствия здесь. Подъехайте, пожалуйста, как можно скорее.

Сёмину казалось, что данное объяснение не должно вызвать дополнительных вопросов. Так и случилось бы, но…

- Это же соседняя область… какое отношение я?...

- Три часа езды! – твердо оборвал полицейский. – В ваших интересах приехать. Ждем.

Конечно, есть всему разумное объяснение, и он обязательно его получит. Захотелось курить. Ну что же он так долго пишет? Сёмин стал складывать самолетик из чистого листа, тщательно разглаживая края.

- Мы будем вынуждены задержать вас до подтверждения личности, свяжемся с женой, допишете объяснительную, укажите там все контактные телефоны, которые помните…

- Да-да, конечно. – Якимов продолжал аккуратно выводить буквы.

- Вам в больницу не надо?

- А я уже был. С вашими.

- Хорошо.

Виктор потер руки и, как ужаленный, выскочил из кабинета в коридор. Почему-то ему показалось, что драгоценное время ускользает прочь. Секунды вязли в паутине, терялись в выцветших фотографиях на стендах, чахли между толстым слоем оконной пыли с внутренней стороны стекла и брызгах грязи стороны уличной.

Проходя мимо дежурного, бросил, не глядя на Кочергу:

- Я отъеду. Пусть ждет.

Три прыжка через лужи.

***


Закурил. Не проскочить бы мимо любимой кондитерской. Крепкий горячий кофе сейчас не помешает. Форд мчался по пустынным улицам, принуждая редких прохожих прикрываться зонтиками и отступать с проезжей части дороги на тротуарное месиво снега и грязи. Мрачные бетонные стены многоэтажек мелькали в монотонной безысходности.

Восьмой километр. Что его ждет там? Что он вообще ожидает найти? Общее? Иногда он тоже чувствует себя потерянным, не на своем месте. Просыпается утром и пару минут приходит в себя, будто контуженный.

Однажды он купил красное женское платье. Купил и повесил в шкафу. В его квартире никогда не было женщины, но ведь она могла бы быть. И когда он ворошил свои вещи, подыскивая подходящий свитер и джинсы, было всегда приятно натыкаться на красное платье, руками перебирать кружева, вздрагивать, когда нежный шелк касался тыльной стороны ладони. Наверно настоящая женщина именно так и пахнет: новым платьем.

А вот в этой двухэтажке на Ленина жила Лизочка, бывшая помощница бухгалтера из отдела. Ее пялил каждый в участке на служебных вечеринках, и Виктор в том числе. Она пахла одеколоном подполковника Мухина, потому что с ним терлась даже по будним дням.

А недалеко от его старой квартиры жила Оля, их дом уже снесли, а землю продали. Муж ее пропадал неделями на подработках в столице, а она одна с грудным ребенком… Весь ее обветшалый домишка пропах детским мылом «Аистенок».

А еще была Соня с ароматом пирожков. Она работала в кондитерской до бабы Клавы. Сколько уже прошло? – лет десять…

Баба Клава налила кофе, запечатала в бумажный пакет пару пончиков и сосиску в тесте, вложила салфетки и молча отсчитала сдачу.

Дождь усилился, когда Сёмин выехал за город, и до восьмого километра пришлось ехать не торопясь, потому что дворники не справлялись с потоком воды, опорожняемым небом.

Оцепленный район: пожарные, приехавшие для галочки, синие минивэны спецслужбы с мигалками, незнакомый гибддэшник в желтом дождевике, махающий палочкой, чтобы проезжали мимо, - ничего этого из ожидаемого не было. Одинокий знак. Долбящий по корпусу Форда гул дождя. Виктор остановил автомобиль и приоткрыл окошко, чтобы выпустить едкий сигаретный дым. Шум непогоды резко повысил громкость.

А что он, собственно, ожидал? Сёмин откинулся на сиденье и прикрыл глаза. Первое время он работал неистово: ночевал в кабинете, писал отчеты, выезжал на следственные эксперименты за других. А теперь спустили колеса той рабочей машинки - все чаще подташнивало при виде трупа, все больше поглощало ощущение того, что огромная часть жизни прожита зря, пролетела мимо. Безвозвратно.

Виктора разбудила вибрация сотового.

- Ты где? Тут тебя заждались!

- Еду!

Надо было уточнить, кто заждался. Приехал ли тот, второй, который работал в «Оборонсервисе» и имел машину. Ну да ладно, приеду, сам все увижу.

***


Приора стояла у отдела на обычном месте Фокуса Виктора, так что пришлось на этот раз сделать пять прыжков до входа.

Мужчина интеллигентного вида в очках, шляпе и коротком черном пальто сидел в холле напротив окошка дежурного, нетерпеливо теребя в руках зонт. Не смотря на совершенно другую прическу, важный и умный взгляд, Якимов в нем угадывался легко.

Кочерга выпорхнул кукушонком из окошка и протрезвонил:

- Слушай, твой-то из кабинета попросился прилечь, ну я его в камере и уложил. Все равно пустая. Я не закрывал!

- Пройдемте, - Виктор попросил Якимова следовать за ним. – Это я вам звонил.

Тот послушно, хотя и с недовольной миной, встал и поплелся по коридору за следователем.

Остановились у незапертой клетке камеры, из которой пованивало сыростью и старым бельем.

- Посмотрите, пожалуйста, на спящего. – Сёмин отошел в сторону, чтобы Якимову лучше было видно. Опрашиваемый некоторое время назад в кабинете человек, свернулся калачиком на кушетке, поджав ноги, накрытый тем же пальто, но лицо с пластырем на лбу было видно отчетливо даже при бледноватом освещении из коридора.

- Невероятно, - прошептал Якимов, выронив зонт.

Он жадно впился удивленными глазами в лежащего, приоткрыв рот, все повторяя:

- Удивительно…

- У вас нет близнеца, о котором бы вы могли не знать? – Виктор не обратил внимание на корявую форму самой фразы.

- Как же он может быть, если я его не знаю? – Зато Якимов сразу заметил неправильно поставленный вопрос. – Нет, близнеца никогда не было. Хотя в каком-то кино я видел, как в роддоме разлучили близнецов, а матери сказали, что второй ребенок умер.

- Не думаю, что это ваш случай, - возразил Виктор, измученно улыбнувшись. – Пройдемте в кабинет.

- Почему же? – интеллигент возбужденно подхватил зонтик, поправил очки и вприпрыжку последовал за Сёминым.

- Да потому что слишком много совпадений. – Виктор подошел к двери, но впускать приезжего сотрудника НИИ не торопился. Он нервно постучал ногтями по ручке двери, скривил губы, поскрежетал тихонько зубами и, попросив Якимова подождать, один вошел в кабинет.

Захотелось немедленно выпить. И подумать минутку. Собраться с мыслями. Да, выпить, чтобы собраться с мыслями. Именно.

Виды магазина газового оборудования и высокой кирпичной стены, на которой помимо зеленой вывески «Сбера» висело, налепленными друг на друга, еще куча реклам, никак не приободряли дедуктивные способности следователя к мышлению. Но янтарный виски, особенно после глубокого вдоха аромата, проник в каждую клеточку, растекся по сосудам, вернув старое, но иногда способное на ловкие маневры наблюдение. Чего-то этому городу не хватало. Что-то всегда ускользало от Сёмина в моменты, когда он проезжал по проспектам и неасфальтированным переулкам. Его одолевали мимолетные озарения, тут же гаснущие, словно накрытые колпаком невидимого сторожилы. Но относительно Якимовых никаких мыслей не проскальзывало. В то же время запускать дело в привычный оборот не хотелось, тянуло самому разобраться, а потом уж и за писанину садиться.

Сёмин нахмурился, когда увидел, как по внутреннему дворику отдела по направлению к уличному сортиру, перепрыгивая через клумбы, пробежал Якимов из НИИ. Вот приспичило! Виктор закурил, приоткрыв окно.

Докурив вторую и помогая дыму убраться из кабинета наружу, он чуть не поперхнулся, краем глаза заметя, как в сортир заходит некто, со спины похожий на другого Якимова, по крайней мере узнанное сероватое пальто вызвало у следователя конвульсивный приступ кашля.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 5 18.12.2016 в 21:23
Сёмин сорвался с места и бросился по коридору к проходной.

- Где тот, из камеры? – хрипло закричал Виктор Кочерге, разгадывающему за пультом газету-сканворд.

- Как где? – безучастно зевнул лейтенант. – В камере. Спит.

- Эх! – Сёмин безнадежно махнул рукой и выскочил на улицу в тот момент, когда со стоянки отъезжала Приора Якимова. За тонировкой нельзя было разобрать, кто именно сидел за рулем, но, заметив выбежавшего следока, водитель газанул, резко развернулся и угнал прочь.

Виктор тем временем подбежал к уборной. Бешено колотящееся сердце подсказывало неизбежность картинки, что ожидала его за дверью.

Разбросанное белье, раскрученная туалетная бумага, содранные со стен плакаты и пазл с тигром на две тысячи элементов, который Лизочка собирала в течении полугода – под всем этим лежало скрюченное тело Якимова в приспущенных трусах. Осматривать нет времени. Быстро в погоню! Сёмин набрал номер дежурного с сотового, запрыгнул в машину и, уже разворачиваясь, хоть и тяжело дыша, но сдержанным голосом доложил:

- В сортире во дворе тело. Вызови скорую и осмотри. Потом перезвонишь. И пошли кого-нибудь ко мне в кабинет, пусть эсэмэской скинет данные из открытого на компе досье. Все.

По какой дороге мог поехать Якимов? Из города есть три выезда. Один на ремонте, другой ведет к федеральной трассе, а третий… Но какой из Якимовых сбежал с места преступления? Скорее всего, тот, что из леса, но... Мог ли он подсмотреть информацию с компа, а именно адрес проживания двойника из НИИ? Вполне. Да, к трассе, а там направо до Каменки.

Вызов. Кочерга:

- Витек, ну ты нас напугал, ей богу! Я-то сам попался…

- В каком смысле? – Виктор переключил скорость и поддал газу. Дворники натужно скрипели. В самое нутро потихоньку прокрадывалось предчувствие беды.

- В смысле спасибо тебе, а то я уже засыпать на посту начал, а так пробежался под дождичком, освежился. - Олег хихикнул, и не было в его смешке ни тени иронии или розыгрыша.

Виктор вызвал в памяти картинку из туалета: положение рук, царапина на щеке, разорванный пополам тигр.

- Очки… - Сёмин сопротивлялся из последних сил. – Очки там были? Не заметил?

- Какие очки? – рассмеялся Кочерга. – Очко там! Одна штука! И все.

- Как все? – Виктор спросил тихо, стараясь не отвлекаться от дороги и не задумываться об исчезновении тела. Или о галлюцинации.

- Тебе инфа из досье еще нужна?

- Да, - чуть помедлив, ответил Виктор и на автомате повернул направо.

- Пришлю эсэмэс. Ну ты кадр! Ладно, давай! А, стой! – Олег спохватился. – А ты куда смотался? Когда будешь с клиентом разбираться?

- С кем? – Сёмин протер запотевшее стекло, а потом этим же рукавом напряженный лоб. Бывалого следователя стал первый раз в жизни пробирать озноб. Руки затряслись, но Виктор крепче сжал руль, и вроде отпустило.

- В камере. Говорил же уже! – Видно, что у Олега начало кончаться терпение.

- В какой камере?

- В третьей! Выключай уже дурачка!

- Так вроде в первой же был? – Виктор тут же припомнил: да, он подводил Якимова из НИИ к первой камере. Там и спал сбежавший. Или не спал?

Олег тяжело вздохнул:

- Нет, Витенька, в третьей. Товарищ Смирнов собственной персоной. Я думал, ты его разбудил уже. Давай возвращайся и принимайся за дело. И зачем тебе этот Якимов сдался? – он же помер уже. Вот же написано: дата смерти и все такое.

Сёмин нажал отбой и бросил мобильник в подстаканник. Нужно придти в себя. И уж точно сейчас не стоит возвращаться в участок, а ехать, куда и собирался.

Зажигалка сработала с десятого раза, за одну затяжку Виктор выкурил треть сигареты. Как бы он не старался контролировать волнение, оно беспощадно овладевало сомневающейся душой. Не гонится ли сорокалетний одиночка за призраком? Нет, все же, зная увлеченность сослуживца сверхъестественным, сотрудники могли договориться и подшутить в тоскливый будний день. Но уж больно убедительно. Для Кочерги сдержать всенаполняющую радость, когда приходит долгожданная масть в свару, не представлялось возможными, и так искренне смеяться у него не получилось бы.

Рациональный ум следователя, отметая прочь любое мистическое толкование, подсказывал лишь одно объяснение: галлюцинации вследствие принятия седативных препаратов, алкоголя и чрезмерного объема никотина. Но принять эту версию как единственно верную ему казалось неправильным. И причин тому было предостаточно. Виктор не мог, как ни старался, вспомнить тот августовский день, когда солнце последний раз ласкала его кожу, когда монолитные коробки строений отбрасывали длинные тени, зеброй испещряя улицы. Он также не понимал, почему до сих пор не встретил женщину, с которой хотелось бы остепениться и… Постой! Вот оно! Виктора охватило будоражащее беспокойство, мондраж и волнительная суета в сердце. Вот чего не хватает городу! От чего он кажется ему чужим! И почему он раньше не замечал, что в Чембаре нет ни одной детской площадки, ни школ, ни садиков, и в торговых центрах нет уголков для детей? А ведь должны быть! Или нет? В любом случае нужно поторопиться: переулок Советский, дом пять, квартира семьдесят семь. Так написано в полученной эсэмэс. Что-то тянуло туда, не принимая возражений.

Хмуро мелькал частокол посадок вдоль черных, совсем без снега, полей. Иногда встречались зоны, пестрящие зеленью озимых. Дождь поредел и закончился вовсе. Странно, но не хотелось курить. Виктор опустил окошко и принял заряд потока непривычно теплого ноябрьского воздуха.

Что еще можно сделать? Разложить по полочкам каждый момент встречи с обоими Якимовыми. Первый – из леса: вот его приводят в кабинет… Нет, он входит сам, Виктор подсознательно решил, что его привели, потому что так делали обычно, но сопровождающих он не видел. Потом он уехал, оставив его одного дописывать объяснительную.

Вызов Кочерге.

- Олег, а на моем столе никакие записки не лежали?

- Прикалываешься? Минутку. – Кочерга ответил на телефон дежурного. – Есть лист, исписанный тобой. Я твой почерк из тысячи узнаю.

Тягостное молчание. Лейтенант не выдержал:

- Хочешь спросить, что там написано? Вить, ты меня пугаешь. Пил?

- Немного, - сухо признался Сёмин. – И что же там?

- Поздравляю! Походу ты влюбился и забыл об этом! – Кочерга в очередной раз расхохотался. – «Катя». Весь листок исписан именем Катя. Ты как ребенок, ей богу…

Виктор сбросил вызов. «Екатерина Сергеевна», жена Якимова из досье, единственная Катя, подходящая по имени, не считая баб Кати, соседки. Но с какой стати?! С головой не порядок?

Но Сёмин был уверен: он абсолютно вменяем, котелок варил как надо, но вот ЧТО в обычной гречневой каше оказалось намешано помимо гречки, понять не получалось.

Последние пятьдесят километров он старался ни о чем не думать.

При подъезде к Каменке произошло два события, одно из которых осталось совсем не замеченным – пошел дождь, а вот второе заставило следователя тормознуть у знака с названием города. Заправка с правой стороны и закусочная «У тополя» в точности повторяли те, что располагались на въезде в Чембар. Лишь через пять минут нервного перекура, Сёмин продолжил путь, все больше убеждаясь, что каждая улица, дом и изгородь этого городка такие же, как и в Чембаре. Люди прятались под зонтами, будто специально скрывая лица. Город-близнец с жителями-двойниками? Подобный бред легко проверить, и Виктор свернул к любимой кондитерской. Если за прилавком его встретит баба Клава, то он добровольно сдастся в психушку.

Полноватая тетка с добродушным, румяным лицом ни капли не была похожа на Клавдию Михайловну, да и бейджик с именем «Наташа» это подтверждал каждой уверенной в себе буквой.

- Пару беляшей, пожалуйста. - Сёмин протянул сотню. – И подогрейте.

- Не местный? – игриво улыбаясь, поинтересовалась продавщица, доставая заказанное.

- А что, ни на кого из местных не похож? - Плохая попытка неуместной шутки.

Наташа пожала плечами, отправляя пакетик с беляшами в микроволновку.

Виктор отвернулся к окну. Напротив, на здании ателье висела табличка с названием улицы. Нет, в Чембаре тут другая, да и переулка Советского нет.

Забрав теплые жареные пирожки и сдачу, следователь задержался на пороге, решившись на мучавший его, неудобный вопрос, который можно было понять неоднозначно:

- А у вас есть дети?

Наташа посмотрела в сторону, застывшие глаза встали на паузу, лишь руки перебирали, шурша пакетиками. Впрочем, через пару секунд она очнулась, заметя клиента с озабоченным видом:

- Я сдачу неправильно сдала? Вы уж простите…

Сёмин вышел, не дослушав.

Вполне возможно, что города строили с одинаковой планировкой, но больше его смущало другое: он никак не мог вспомнить бывал ли в других поселениях. Окончание курса. Распределение. Переводы. Все этапы служебной деятельности неизменно всплывали в память в одном окружении. Или разных, но типичных.

Когда Виктор подъехал к пятому дому, дожевывая беляш, уже смеркалось. Фонари у подъезда и на стоянке потрескивали и нехотя вспыхивали рассеянным светом. Строение, вытянувшееся пятиэтажкой поблескивающих стекол, встречало гостя холодным молчанием.

«Неместный» потер щетину, поправил прическу, будто и впрямь собирался на свидание к загадочной Кате. Ухмыльнувшись самому себе в зеркало заднего вида, Сёмин выпорхнул из машины и направился к подъезду. Приоры нигде не было видно, что не исключало ее возможного нахождения в гараже, но Виктор уверенно приближался к заветной двери, за которой, как ему казалось, приоткроются многие, если не все тайны. А может быть, их прибавится.

Лифт не работал, да и особо спешить было не куда. Семьдесят седьмая ждала его на пятом этаже, приветствуя замызганным ковриком и массивной стальной дверью. И тишиной. Лампочка, торчащая из трещины на потолке, мерцала если не умирающим, то больным раком мотыльком.

Виктор потянулся к звонку, но дверь внезапно отворилась. Рука по привычке дернулась к пустой кобуре на ремне, но оружия он в участке не брал, да и то, что предстало перед взором никак не вызывало опасности.

Катя стояла обнаженной. Длинные, мелированные огненными перьями волосы прикрывали грудь, взрослое тело дышало страстью, глаза смело буравили Виктора, от чего он стал терять устойчивое положение и покачнулся. Женщина схватила его за ворот и потянула внутрь. На сопротивление не нашлось ни сил, ни желания.

***


Головная боль при пробуждении. Живой кокон, слизью опутавший тело, нехотя вынимал противные холодные щупальца изо рта, носа, ушей и прямой кишки Сёмина. Неведомое существо растворялось в воздухе, высвобождая энергию белого свечения, и вскоре все вокруг залило теплым и нежным светом.

Виктор лежал, одетый, как и прежде, в куртку и черные джинсы, на широкой кровати с белыми простынями. Сон с тяжелой болью отступал, последней покидая голову. Пальцы нащупали листок бумаги, вложенный под руку. Только что проснувшийся сильно жмурился, потирая глаза. Ни мебели, кроме кровати, ни видимых вблизи стен, будто ложе висело в бесконечном, всепроникающем свете. Рай?

Виктор приблизил листок к глазам и прочел: «Назови вслух любимый цвет». Что за бред? На секунду почувствовав в себе Алису Льюиса Кэрролла и поблагодарив про себя невидимое Нечто за то, что не попросили съесть чего-нибудь, Сёмин завис вниманием над словом «любимый», выписанным нарочито каллиграфическим подчерком.

С губ слетело: «Красный», хотя все время в голове крутился «Синий». Почему он назвал красный? Что произошло с момента, когда дверь открыла голая Катя. Его отравили? Оглушили?

Между тем пространство вокруг стало мерцать и наполняться алыми тонами. Вырисовывались контуры стен, дверного проема, потолка.

- Зеленый! – чуть придя в себя, объявил Виктор.

Освещение, подчинившись, изменялось, мягко гармонируя с предыдущим цветом, мешало палитру, добавляло все более луговые оттенки.

Любознательность следователя Семина прищурилась и выдала следующий цвет, пытаясь заметить источник:

- Синий!

- Ну хватит! – раздался вдруг раздраженный женский голос из-за стены.

Виктор даже вздрогнул от неожиданности.

- Выходи уже на кухню. Будем завтракать. – Скорее всего, голос принадлежал Кате, теперь интонация сменилась на благожелательную, с ласковой приторностью.

Сёмин слез с кровати и, ступая по синему полу посиневшей спальни, подошел к двери того же цвета. Как только он отворил ее, свет в комнате потух. Кухня не отличалась изысканностью, сумев удивить лишь искусно расшитой скатертью на столе. Катя в домашнем голубом халате возилась у плиты, громыхая дверцами шкафов, тарелками и ложками. Комнату освещал дневной свет серой улицы из окна, и даже пестрые павлины, на которых расположилось дымящееся блюдо, были пропитаны посредственной блеклостью.

- Яичница с брокколи и сыром, - объявила хозяйка. – Как ты любишь.

В желудке забурлило. Виктор занял предложенное место и теперь мог разглядеть Катю, пристроившуюся за столом напротив. Вздернутая вопросительным знаком бровь, пронзительный взгляд испепелял, проникая в нутро, но Сёмин выдержал. Губы, накрашенные темно алым, часто двигались, то поджимаясь, то закусываясь.

- Ну же, - женщина кивнула на приготовленную еду, - ешь.

- Что здесь происходит? – Виктор облизнулся, потому что во рту пересохло так, что шершавый язык нащупывал каждую трещинку на небе.

- Завтрак. - Катя пожала плечами. - Здесь происходит завтрак. Поешь.

Желудок снова дал о себе знать протяжным завыванием, и Виктор сдался, набросившись на яичницу. Вилка постукивала по тарелке, пища сглатывалась почти не пережеванная. Бесподобно.

Катя пила чай, осторожно наблюдая за «любимым». Она понимала, что натиск нужно ослабить, осознание должно придти не скачками, а медленно надвигающейся лавиной. Неотвратимой. Нужно поменьше смотреть на него. И больше не набрасываться, как с порога. По крайней мере, не сейчас. Иначе в комнату для гостей придется спроводить раньше срока.

Следующий, не успевший начаться, вопрос жующего Виктора она прервала намеренно:

- Да, знаю, голубое мне не идет. Ты всегда любил, когда я одевала красное.

Сёмин перестал есть. Катя отвлеченно улыбалась, будто вспоминая о чем-то.

- У меня в шкафу есть красное платье, - зачем-то сказал Виктор.

- Правда? – Катя искренне обрадовалась.

- Да. Оно твое?

- Не знаю. Наверно.

Сёмин отложил вилку, прокашлялся и решительно заявил:

- Достаточно. Будь любезна, объясни все.

- Вряд ли у меня получится объяснить ВСЕ. - Катя погрустнела и отвернулась в окно. – Вопросов у тебя должно быть очень много.

- Закурю? – Виктор достал почти пустую пачку сигарет.

- Да, конечно. - Катя встала, подошла к окну и открыла форточку, но на место не вернулась, - так и осталась стоять, облокотившись об оконную раму.

Самое главное она произнесла медленно, тихо и уверенно, чтобы каждое слово проникло в сознание Сёмина и раскрылось в нем, подталкивая к выводам:

– Витя, это не наш мир.

Нарастающее волнение рационального следователя снежным комом сминало преграды, расставленные сознанием. Руки задрожали. Пепел осыпался на бардовый хвост павлина. «Не наш мир», - это объясняло бы многое, если бы не порождало еще больше вопросов. Где же ниточка, за которую нужно ухватиться, чтобы распутать этот клубок?

Катя между тем продолжала, повышая громкость из-за невозможности сдерживать чувства:

- Ты же и сам иногда понимал, что с этим миром что-то не так. Мы любили друг друга, а здесь вынуждены жить в разных городах.

Сёмин замечал, как этой женщине не просто давались слова, что она старается обходить болезненных для нее тем, но не может, и следующее просто вырвалось накопившимся страданием:

- Они забирают у матерей детей, Витя! Неужели ты не замечал, что здесь нет детей! Они их забирают! Я не хочу жить в таком мире!

Уже крик навзрыд разрывал монотонность комнаты, но Катя зажала ладонью рот, прекратив напрасные рыдания.

Сёмин пытался разобраться сам, понимая, что многочисленные вопросы могут усилить и без того еле сдерживаемое состояние Кати. Скорее всего, детей после рождения определяют в закрытое пространство: город то или спец учреждение. Если Виктор был частью этого мира, то почему данный факт кажется такой дикостью только сейчас?

- Почему я раньше этого не замечал?

- Мы недавно в этом мире, - просто ответила Катя, шмыгнув носом.

- Откуда мы?

- Не знаю, – она ответила так обреченно, словно приговаривая себя к забвению. – Я даже не знаю, кто мы и как сюда попали. Может быть, мы умерли, а души вместо рая или ада, застряли в других измерениях, в телах наших двойников. Мы будто тени жалких существ этого мира. Но одно мне известно наверняка…

Катя посмотрела на Витю глазами, полными слез и прошептала:

- Ты мне поверишь. Потому что любишь. Потому что все, что происходит с нами, с тобой - приближает тебя ко мне.

Сёмин замер в нерешительности, почувствовав себя на пороге черты, переступив которую, он никогда не станет прежним. Да и хотел ли он вернуться к «прежнему»? Может быть любовь к Кате, в которой он ни капли теперь не сомневался, и есть та нить? И только бережное, аккуратное наматывание клубка поможет из чужой жизни навсегда вернуться в родной мир.

- А Якимов? – Последние старые вопросы не давали покоя Виктору.

- Мне казалось, его проекты в НИИ помогут нам с возвращением. Он работал как раз над задачей, связанной с множественными Вселенными. Рассказывал о блинном пироге, и, что проваливаясь через слои, можно достичь нужного измерения. В этой квартире он оборудовал нечто вроде портала, напичкал ее новейшими технологиями, в каждом углу что-то вмонтировал. Кроме кухни: это моя вотчина, потому тут так и спокойно. Это мой маленький мирок. Но я хочу домой, Витя! В наш с тобой огромный, солнечный мир!

Голова у Сёмина немного закружилась, виски сдавило. Она что-то недоговаривает. Да, он ей верил, но чутье следователя подсказывало: эта женщина свернет горы, чтобы добиться своего. И что стало с Якимовым?

Катя встрепенулась, словно услышав мысли Виктора:

- Пройди в комнату для гостей. Я уберу со стола.

Сёмин поднялся и подошел к указанной двери, но открыв ее, замер, сконфузившись.

- Темно. – Перед ним зияла пасть чудовища, из которой веяло холодком, ни намека на свет.

- Там выключатель слева на стене, не с краю, а подальше.

Виктор вошел, шаря рукой по стене странной структуры: теплая, бугристая поверхность с щекотящими ворсинками. Бугорки один за другим, рука тянулась, блуждая по холмам, Сёмину не хотелось терять опору межкомнатного порога, но дверь захлопнулась. На мгновенье тьма настолько плотно обступила его, что зазвенело в ушах. И тут до него дошло: поверхность на ощупь очень похожа на кожу, словно гладкая женская рука в пупырышках размером с кулак. Сзади кто-то шаркнул по полу.

- Здесь есть кто? – Сёмину стало стыдно за то, что страх сковал движения, а голос сломался хрипотцой.

Невидимый ответил совсем близко:

- Здесь есть ты.

- Красный, - произнес Виктор, кожей головы чувствуя, что волосы седеют.

Пустоту комнаты для гостей стал заливать рассвет, плавно переходящий в кровавый бархат заката, освещая лишь структурные стены. Тысячи холмов оказались усыпанными вплотную друг к другу, закрытыми человеческими глазами. Но большего размера. Со всех четырех стен - бесчисленное множество спящих глаз в красной дымке освещения. И они были живыми! Некоторые беспокойно шевелились, реснички подергивались.

Комната пришла в движение. Рассудительность Сёмина поплыла: то ли он кружился на месте, то ли стены начали вращаться. То тут, то там распахивались глаза, он лишь успевал замечать странные картины, будто кадры старых кинофильмов, отражающиеся в зрачках. Вот сам Сёмин поправляет волосы в зеркале заднего вида, в другом глазу группа навьюченных лыжников тяжело справляются со снежной вьюгой, где-то безмолвный взрыв и вспышки выстрелов, водопад и радуга… Радуга. Виктор невольно залюбовался ею, стараясь задержать внимание. Последнее, что он увидел - это вытаращившийся на него из стены пустой, без картинок, глаз, он так дико скрипел и безумно прыгал зрачком, словно, нежелая того, запечатлел самое страшное зрелище из возможных.

Последовала вспышка, вытолкнувшая Виктора наугад.

***


Очнулся он в своей комнате в Чембаре, лежа на диване. Нос, заклеенный пластырем, побаливал. Как только Сёмин закряхтел, из ванной выскочил Олег Кочерга и, вытирая об себя руки, подоспел к Виктору, помог подняться.

- Проснулся? Не спеши. Полежи. Слабый еще.

Больной отмахнулся.

- Что я тут делаю? – Испуганно огляделся - все та же родная холостяцкая квартирка: прилежно разбросанный бардачок, книжный шкаф с коллекцией мистики, мокрое полотенце на спинке дивана, помятый скраю тазик у столика.

- Опять ничего не помнишь? – Олег тяжело вздохнул от неизбежного, уже поднадоевшего пояснения последних дней друга.

Виктор вдруг схватил Кочергу за рукав и, дергая за него, безумным голосом вопрошал:

- Скажи, прошу: у тебя есть дети?

- Хорош уже! - Олег вырвал руку и отвечал как можно мягче: - Конечно, есть. Осталось пятеро. Трое два года назад погибли при освоении Антарктики. Ты же сам из этой экспедиции чуть живой вернулся, с того времени и начались нелады с головой.

Сёмин вытаращился на человека, который вроде бы еще вчера сидел в дежурке и отвечал на звонки, решая сканворды.

- И как же меня с таким недугом в полицию взяли? – Виктор пытался уличить Олега, сам не понимая в чем.

- А тебя и не взяли. Ты в НИИ устроился в Каменке. Я всегда был против подобной подработки. С тобой там обращаются как с подопытной крысой.

Сёмин вскочил с дивана. Ноги подкосились, но он удержался и, в раскорячку, придерживаясь о стул, заковылял к шкафу. Оставался лишь один способ проверить реальность на прочность.

Среди нестиранного шмотья, он нашел красное платье, висевшее крайним.

- Нужно найти Катю, - подтвердил Виктор вслух.

- Если нужно – найдем, - успокоил друг. – Ты только отдохни.

За окном моросил дождь, и как любой задержавшийся нежданный гость начинал уже нервировать и утомлять. Когда последний раз напоминало о себе солнце?
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 6 18.12.2016 в 21:27
Четвертая работа

Елиенвиль: город, где умирают тени



Узкая улочка, из мощенной брусчатки, тускло освещалась городскими фонарями. В воздухе витал запах сырости и плесени. На улицах Елиенвиля, в такое время обычно никого нет. Но в этот раз, кто-то нарушал ночную тишину. Это был мужчина. Стук его каблуков эхом стелился по переулку. Он был одет в черное пальто с высоким воротом, который закрывал его лицо. Мужчина уверенно шел вперед, а по его широкому шагу, можно было догадаться, что он куда-то торопится.

Внезапный треск электрической лампочки, заставил мужчину обернулся назад. Посмотрев по сторонам, он не заметил ничего необычного. Лампа одного из фонарных столбов то гасла, то загоралась снова, что делало переулок, еще более мрачным. Длинные, многоквартирные дома, высотой всего в три этажа, сливались в одно монолитное здание, ни в одном из окон которого, не горел свет. Все это навело бы жуть на любого, кто здесь оказался. Но, видимо, мужчина был не из трусливых. Достав из кармана звонящий телефон, он спокойно ответил:

ー Да дорогая? Уже иду. Немного задержался на работе, тяжелый день. Да, бегу-бегу.

Закончив разговор, незнакомец заметил, как за ним погас свет. Все фонари что были за его спиной, неожиданно потухли. Но даже это его не напугало, однако, когда он опустил голову вниз, на его лице застыл ужас. Он начал крутиться по сторонам, как будто пытался что-то найти.

ー Нет-нет-нет… ー бормотал он себе под нос, ー это все выдумка… это же неправда!

Его сердце начало бешено колотиться, а сам он резко почувствовал слабость. Все его тело пронзала боль, и темнело в глаза. Потеряв равновесие, мужчина упал на колено. Не покидая надежды он пытался подняться обратно. Но его ноги были ватными, и он рухнул на землю.

Кругом не было никого, кто-бы мог ему помочь. Мужчина лежал на брусчатке, а легкий ветерок, еще некоторое время, разносил его тяжелое дыхание по безлюдной улочке.



***



ー Я вам говорю, упал замертво, ー Молодой человек сидел на стуле, и нервно постукивал пальцами по своему колену.

Напротив него стоял стол, за которым сидел пожилой детектив. Они находились в кабинете, который освещала лишь одна лампа, находившаяся в углу, за столом.

Стены кабинета были окрашены в белый цвет, и в нем почти не было мебели. Кругом на полу стояли ящики, с различными бумагами.

Мужчина, сидящий за столом, захлопнул лежащую перед ним папку, и кинул ее на верх, и так высокой, стопки:

ー Еще один бедолага, и все те же симптомы.

ー Детектив, я ему постоянно говорил, ー ответил его собеседник. ー Ну не ходи ты ночью, ты же знаешь, ночью опасно. А он что… вот дурак.

ー Вы точно ничего перед этим не употребляли?

ー Да я уже как месяц, ни капли. Вы же знаете мою жену. Постоянно мне нервы полощет. Стив, говорит, вышвырну тебя к чертовой матери.

ー Тогда давайте еще раз, ー начал детектив.

ー Не верите значит мне. Я выглянул в окно, а там как раз он идет. Я вам, вот, зуб даю, тень его исчезла. И когда он это увидел... ой детектив, все же знают, когда он забирает тень… все... вы мертвец.

Детектив почесав свою щетину, глубоко вздохнул:

ー Снова Вы за свое.

ー Да клянусь я вам, ー начал убеждать его Стив, ー у любого спросите.

Неожиданно раздался стук в двери.

ー Войдите, ー крикнул детектив.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошел седой мужчина. С виду ему было за пятьдесят. Он был очень опрятный и ухоженный, однако в его глазах виднелась усталость.

ー Простите, а вы у нас кто? ー донеслось из-за стола.

ー Меня зовут Жерар де Касто, ー ответил гость, ー но зовите меня просто Жерар.

ー Хорошо Жерар, ー вопросительно посмотрел детектив. ー По какому вопросу?

ー Напомните, детектив, ваше имя?

ー Патрик.

ー Видите ли Патрик, проходя мимо вашей двери, я нечаянно подслушал ваш разговор. И мне кажется я могу вам помочь.

Детектив удивленно приподнял брови:

ー Да вы что?

ー Я не помню чтобы я Вас видел в нашем городе, ー Отозвался Стив.

Однако его реплика осталась без внимания.

ー Позвольте я присяду, ー спросил Жерар.

ー Конечно... вон, ー Патрик указал на стоящий, возле шкафа, стул ー возьмите.

Жерар взял стул, поставил его ближе к столу, уселся, и закинув ногу на ногу начал:

ー Патрик, меня тоже беспокоит большое количество смертей в городе, ー его голос был очень спокойным и монотонным. ー Думаю Вам стоит принять на веру все как есть, и начать действовать.

Детектива это очень сильно задело. Он вскочил из-за стола, и чуть не крича:

ー Действовать? Я что по-вашему ничего не делаю? Я ночами сижу, пытаюсь поймать убийцу. Пятнадцать смертей. Пятнадцать! Всего за месяц.

ー Это все чужие, ー вклинился Стив. ー Все об это знают, только Вы, детектив, не хотите нам верить.

ー Да не начинайте вы уже, ー отмахнулся Патрик.

ー Нет, нет, чего вы так категорически, ー сказал Жерар. ー давайте послушаем что человек скажет, разберемся.

Детектив скривив лицо, жестом показал Стиву продолжать.

ー Чужой… Вы сами посудите, этот город проклят, это даже в его названии - Alien Виль, что значит город чужих. Чужой, просыпается каждые десять лет. Он питается тенями людей, ー глаза его бегали по сторонам. ー После того, как тень покидает своего хозяина, человек умирает.

ー Тьфу блин, конкретно достал. ー разозлился детектив.

Жерар перевел взгляд со Стива на Патрика и сказал:

ー Детектив, попробуйте разобраться в сказанном, не рубите на корню.

ー Да о чем вы? У меня что, по-вашему, есть время на ваши сказки? Люди умирают, некоторые просто пропадают. Вы знаете, что до меня пропало уже четыре детектива? Нет? А то что люди звонят мне, и жалуются на крики? Да этот город сходит с ума! Дурдом просто. А вы мне тут сказки травите. Я делаю все что в моих силах!

Неожиданно, в кабинете, моргнул свет, и Стив вскочив со стула закричал:

ー Смотрите, детектив, смотрите. Ваша тень... ваша тень пропала.

ー Что за чушь, ー произнес детектив.

Патрик опустил глаза вниз, и ужаснулся. Лампочка светила из-за его спины, но детектив не отбрасывал тень.

ー Это чужой, это он, ー закричал Стив. ー Он забрал вашу тень… он здесь. Он заберет все наши тени. Бегите, бегите от сюда.

Стив вскочил со стула и, как угорелый, выбежал из кабинета. Его неистовый крик затихал по мере его удаления:

ー Все умрем… все!

ー Послушайте, детектив, ー начал Жерар. ー Патрик, смотрите на меня.

Детектив почувствовал как его сердце начало биться быстрее.

ー Патрик, дышите глубже, ー продолжал Жерар. ー Вы можете спастись. Думайте, детектив, почему люди умирают?

ー Я... ー задыхался детектив, ー я не знаю!

ー Почему именно тень?

ー Незнаю… Незнаю, ー детектив чуть не плакал. ー Хотя… Свет… Было много света. Вспышки… Что-то взрывалось. Люди начали умирать!

ー Вы близки как никогда! Теперь скажите где Вы находитесь?

ー В кабинете, я в кабинете!

ー Нет, ー Жерар настаивал ー шире, смотрите шире! В каком вы городе? Вспоминайте!

ー Я, я… Елиенвиль. Это… это Елиенвиль.

ー Почти, Патрик, почти! Сколько лет вы тут живете?

Детектив дышал очень тяжело, ему было сложно держаться на ногах и, еще сложнее, говорить.

ー Всю жизнь… Какое это имеет значение?

ー Имеет, ー ответил Жерар, ー имеет! Вспомните, тогда, ваше детство в этом городе!

Затем, детектив как будто что-то понял:

ー Я тут недавно… Меня привезли сюда. Это Франция... Франция!

ー Да-да, это Франция, ー подтвердил Жерар. ー А теперь вспомните, кто я? И где вы находитесь?

ー Вы доктор… доктор Жерар де Касто. А город… город Алиеневиль! ー наконец, детектив все вспомнил.

ー Верно… все верно Патрик! Что означает название?

ー Aliéné Ville. Это Франция… Франция. В переводе это значит Город умалишенных.

ー Теперь слушайте меня внимательно. ー доктор схватил детектива за руки. ー Был несчастный случай. Вспомните! Произошла утечка опасного газа, побочным эффектом которого был массовый психоз. Всех рабочих, вашего предприятия, забрали в самую большую в мире, психиатрическую клинику во Франции. Это важно, вы должны все вспомнить. Клиника “Алиеневиль”. Это целый город. Во время происшествия, были взрывы. Вы видели как, на фоне световых вспышек, умирают люди. Это отложилось в ваших головах и стало причиной последующих смертей. Вы забыли кто вы, но помните те ужасные смерти. Ваши люди сами внушили себе смерть, от этого и умирают! Тяжелейший случай заболевания. Вспомнили?

ー Да… да доктор, я вспомнил ー руки Патрика все еще тряслись.

ー А теперь сделайте глубокий вдох. Посмотрите вниз, посмотрите! Ваша тень на месте, ее никто не забрал.

Патрик опустил свой взгляд вниз, и облегченно вздохнул. Тень была на месте. Ему сразу стало намного легче.

На лице у доктора появилась улыбка:

ー Молодец Патрик, молодец. Важно было чтобы Вы вспомнили.

ー И что со мной будет дальше? ー спросил патрик.

ー Все кто вспоминали, кто они и осознавали свою болезнь, излечивались. Теперь они живут нормальной жизнью за пределами больницы. Идите к себе, отдыхайте, завтра Вас осмотрит доктор, и если все хорошо, в скором времени Вас выпишут.

Патрик послушался доктора, схватил висевшую на стуле куртку, и побрел к себе. Когда дверь за ним захлопнулась, доктор набрал кого-то по телефону:

ー Алло, Себастьян? Себастьян, у нас для Вас есть открытая вакансия. Детектива. Да. Интересует? Отлично, жду Вас завтра в моем офисе.

Доктор спрятал телефон в свой карман, и буркнул себе под нос:

ー А методика то работает.


Жерар покинул кабинет и поспешно направился домой. Время было позднее и солнце давно село. Когда доктор вышел на улицу за ним замерцала лампочка, и он обернулся чтобы посмотреть, что происходит. В кармане его пальто зазвонил телефон.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 7 18.12.2016 в 21:29
Пятая работа
Город снов


Есть мечта, подумал он, вечная сияющая как тысяча огней мечта. Такая яркая словно огонь, и огромная будто небосвод. Он знал, что мечтать о ярких снах это всего лишь фантазия. И всё-таки сон это реальность. Он не отвлекает человека, а лишь освобождает от тяжёлых будней, от нагрузок, болей и разочарований повседневности. Но что если можно очутиться в городе мечты, там, в глубоком сне. И бродить там осознанно, где всё можно. Там никто не нагрубит тебе, не скажет, иди отсюда, ни уволит с работы. Это город, где всё возможно. Надо лишь загадать желание и попадёшь в сказку. А сказка может быть реальной, если небо похоже на небо, а земля на землю. Если ты видишь только тех людей, которые тебе дороги. Но как отыскать ключ к этой сказке, где взять слова, чтобы попасть в этот мир. Он задавался этим вопросом всё чаще и чаще. Настоящее чудо, а не сон, в том, где можно идти куда хочешь, и делать всё что хочешь, не боясь быть отвергнутым обществом. И пока он искал ответы на свои вопросы, город ждал его. Когда он очутился в этом сне, он даже не предполагал, что всё будет так реально. В городе своих снов было тихо и уютно. Там не было людей, не было машин, зданий, а лишь пространство, безликое, выцветшее, пустое. Сон был чёрно белым. Он видел солнце, оно было большим, ярко белым, но ему было холодно. В городе снов было кое, что еще, что он не заметил сразу. Тени от лиц. Сами лица были немые, как будто осуждающие его, крупные, но находящиеся высоко над землёй. На лицах не было эмоций, радости или грусти. Они образовывали круг и смотрели свысока на него как бы наблюдая. Лица были тёмные и отбрасывали тёмные тени. Тьма от тьмы подумал он, что же они будут делать дальше. Но они лишь смотрели. Сзади лиц было что-то толстое похожее на квадрат из дерева. Вот только что это на самом деле узнать было непросто. Но эти тени в отличие от самих лиц были живыми. Они служили зеркальной стороной самого лица и обладали мимикой. Они медленно покачивались, светлое солнце обжигало их, они горели, тёмное отражение их сущности угасало вместе с их жизнью. Они умирали. Всё это выглядело довольно странно, и нелепо, но по их отражению было видно, что они уходят мученически, смертельно страдая. Хотя как может страдать тень, он не знал. Они уходили, и появлялись заново, это своеобразный процесс, складывающий в мозаику о жизни и смерти. Ведь пока кто-то умирает, кто-то живёт. Это закон. Однако менялись лишь лица на тенях, а сами же лица оставались неизменными, и непоколебимыми. Вдруг он увидел, что солнце начало тухнуть. Становясь всё темнее и темнее, оно двигалось всё дальше, уходя в неизвестность. Туда где нет ни лиц, ни теней, ни людей. Солнце стало тёмным и совсем исчезло с неба, когда он проснулся. Круглый аппарат золотого цвета блестел и покачивался в руке. Симулятор сна, который он нашёл на днях, так ясно обрисовывал всю картину происшедшего. Его нельзя было использовать ночью, но чтобы погрузиться в сон, нужно было три раза встряхнуть содержимое симулятора, после чего должны появиться две расщелины, с помощью которых надо вдохнуть полной грудью содержимое. Далее надо отдохнуть и десять минут неподвижно лежать на кровати. После чего мир сна будет открыт, для бесстрашного зрителя. После сна он чувствовал себя вполне нормально, и голова не болела, но ощущение что он что-то упустил, не покидало его. Как будто он зашёл в город ни в то время, в которое нужно. И теперь жалел о потраченном дне. Прошла неделя, прежде чем он решился на повторный сон, только на этот раз вопреки надписи, выгравированной на древнем языке, говорящей погружаться в сон только утром, он осмелился сделать это ночью. Какой смысл наблюдать за городом, в котором ничего не происходит кроме смерти теней. Он сделал всё как в прошлый раз и через мгновение очутился там. Только теперь сон был другим. Он был живым, и обладал цветами. Там находились люди, но только они не замечали друг друга, а были заняты своими собственными проблемами. Кто-то искал потерянную собаку, ну а кто-то объяснялся в любви. Все сны были собраны воедино. Как будто вереница видений всех людей мира находилась здесь. Архитектура так же была разнообразной, но более всего удивляло не это, а то, что она рушилась всякий раз, как человек стоящий рядом с ней исчезал. Наверное, просыпался, подумал он. Он так же увидел своих знакомых, друзей и родных, но они его не узнавали, не обращали на него никакого внимания, как будто его не было. Над городом всё также как и в его прошлом сне нависали лица, но и они изменились, теперь они изображали какие-то странные картины. Как будто их что-то сердило, или раздражало. Их глаза гневно смотрели на него. И они больше не отбрасывали теней. Теперь ни они двигались, а сами лица. Может быть, теперь они чувствуют боль, а не тени подумал он. Они кружились высоко, а он гулял по городу снов не замечая правил. Он попытался представить кафе в Париже, где подают его любимые круассаны, и оно появилось. Он сел за стол и улыбаясь, начал употреблять любимую еду, рядом с клоуном, который показывал на удивление, смешные сценки. Он сумел вообразить все, что хотел, пока солнце не стало тухнуть и удаляться прочь. Тогда он понял, что время сна заканчивается и начинается суровая жизнь. Мир, где можно всё так быстро уходит, оставляя за собой приятное послевкусие. Однако реальный мир изменился, в городе появились лица, и он сумел заметить их, только выйдя на улицу. Лица над городом переговаривались, посмеивались, но заметив его, прекратили свой разговор.

- Тени всегда умирают, их ждут страдания, потому что тени это зло – сказало одно из лиц высившееся над городом.

- Ты станешь тенью – сказало другое лицо – ведь из-за тебя изменился город, в котором мы главные жители.

- Кто вы? – спросил он.

Наступило тишина, потом тени произнесли слова, поочерёдно, как бы беседуя между собой.

- Зачем нужен город снов, в котором ничего не происходит? – спросил он, пока ещё мог говорить – Зачем смотреть на умирающие тени?

- Сны нужны для того чтобы спать, а город снов нужен для того чтобы жить. Для того чтобы смотреть, думать, существовать, делать всё то что не успел в реальной жизни.

- А тени это те, кто осмелился прийти сюда не вовремя. И их ждёт смерть.

- Ты понимаешь, что ты освободил город от теней. Это недопустимо.

И вдруг он увидел, что не только лица перестали отбрасывать тени, но и люди. Они ходили мрачные и грустные, и было видно, что им есть от чего грустить. Тьма воцарилась над городом. Безжизненные и одинокие они бродили по городу, не зная, куда спрятать свою хмурость.

- А что плохого в том чтобы жить в городе без теней? - спросил он.

- В том, что тень это двойник, и она должна быть тёмной, а когда её нет, то всё светлое становится мрачным. А мрак это хаос. Нельзя повергнуть город в хаос и остаться безнаказанным.

- Да, но разве что-то изменилось.

Одно из лиц посмотрело на него строго.

- Да тогда ночью мы были вместо теней. Нам и сейчас больно ведь тени умерли, но всё измениться, когда ты станешь тенью, ты ощутишь все наши муки.

Внезапно он понял, что никто не видит лица кроме него, может это ещё один сон или это всё ему только кажется. Он также понял, что выхода нет, и что он напрочь изменил реальность, как во сне, так и на Яву. В голове пронеслась бешеная идея, что можно опять вернуть тени. Сейчас утро, а значит можно вновь погрузиться в сон, ведь симулятор всё ещё у него в руке. Но разве можно спать так долго, и безопасно ли это для него ведь на симуляторе было написано, что применять его можно только раз в неделю, но выбора у него не было, и он поспешил домой. Действия все те же потряс, вдохнул и лёг. Он смог заметить через окно, что лица по-прежнему наблюдают за ним и даже что-то говорят, но что именно он так и не успел услышать. Во сне были лица, были тени, мир был светлым, и каким-то невесомым. Он почувствовал, что парит где-то высоко над землёй.

- На это мы и рассчитывали - сказало одно из лиц – А теперь отправляйся вниз, к теням.

Пока кто-то умирает, кто-то живёт. Это закон – подумал он, и это была последняя мысль, которую он смог осознать в этом сне. После чего он исчез, для того чтобы появиться снова. И так с каждым разом, он уходил с мира снов в реальность с большой радостью. И старался не спать весь день и всю ночь, потому что знал, что там его ждут страдания, быть запертым в городе, где умирают тени, и где он тень.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 8 19.12.2016 в 09:24
Голосование открыто до 27 декабря включительно*

*Масс-дуэль предполагает:
- наличие (и явку) не менее пяти участников;
- участие дуэлянтов в голосовании;
- наличие ТОП-3 победителей.
11.2 Читатели, не участвующие в дуэли, должны давать аргументированные отзывы по каждой работе и голосовать за ТОП - 3 т.е. выставлять баллы (пример: 1 место Рассказ **** - 3 балла. 2 место Рассказ *** - 2 балла. 3 место Рассказ ***- 1балл. )
11.3 Дуэлянты обязаны дать аргументированный отзыв по каждой работе своих
соперников (если дуэль анонимна - то и по своей работе, либо голосование
участников становится закрытым) и проголосовать, составив ТОП-3. Голосовать за себя запрещено.
Участники дуэли отправляют голоса на почту: text.duel@yandex.ru
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 70
Репутация: 317
Наград: 37
Замечания : 0%
# 9 19.12.2016 в 19:11
Мистику всегда сложно оценивать, но даже она должна содержать рациональное зерно, какую-то идею. Иначе она превращается в нечто похожее на кич.
1. Нитью.
При чём здесь нить мне так и не удалось до конца понять, будем считать, что это то, что ещё держит человека среди живых.  Души самоубийц скитаются по пустыне в поисках кого-то, кто составляет смысл их жизни. Не встречала я врачей которые стали бы кончать жизнь самоубийством из-за травли в СМИ или из-за претензий родственников. А представителям этой профессии приходится с подобным встречаться чуть ли не каждый день. Тем более характер врача, который даже в аду спасает женщину, совершенно не соответствует его поступку. Это мне показалось очень неубедительным.
2. Тень №14.
  Намудрил автор. Зачем вставлять так много старославянских слов, заставляя читателя постоянно обращаться к ссылкам. Мне они не нужны совсем, своих знаний хватает. Но далеко не все так просвещены. На кого тогда рассчитано произведение? Зачем также искажать самих персонажей мифологии. Ни Велес, ни Кощей не питались кровью, они не вампиры. Кровью питалась нежить более низкого уровня. Зачем замешивать в одном котле предания и исторические факты. Сейчас модно стало переделывать всё так, как хочется автору той или иной идеи. Но это не достойно. Надо всё-таки бережно относиться к прошлому, иначе мы все превратимся в "Иванов родства не помнящих".
3. Красное.
  Детектив не детектив. История психического расстройства подопытного, вывернутая наизнанку.  Интрига держится до конца, что немаловажно. Читается легко, сюжет раскручивается динамично.
4. Елиенвиль: город где умирают тени.
  Интересная история, жаль, что очень короткая. Сам сюжет не успевает удивить своей таинственностью, захватить внимание, как разгадка уже преподносится автором. А можно было бы её раскрыть не хуже, чем "Страх" С. Кинга. Очень надеюсь, что она будет доработана.
5. Город снов. 
  Отсутствие абзацев, про которые все уже устали повторять, сильно усложняет чтение и восприятие текста. Сама идея как-то автором не раскрыта до конца. Совершенно не понятно, что такого плохого сделал ГГ, чтобы его необходимо было уничтожить, превратить в тень. Жаль, что вы не даёте возможности исправить ситуацию.
Опуская другие ошибки, хочу вам заметить, что солнце гаснет, а не тухнет (возникает ассоциация с испорченной рыбой).
Итоги: 1 место №3 "Красное"
            2 место № 4 "Елиенвиль ..."
            3 место № 5 "Город снов"

Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 10 21.12.2016 в 17:29
Первый голос

1. Нитью. За воспоминания о "Маленьком принце", специальные или случайный, автору плюс: пустыня, шарфик, дети... Все как-то сумбурно.
2. Тень №14. Во-первых, если автор уж подошел творчески к заданию и решил оформить, то не надо в epub выгружать, доступнее для всех формат pdf: ничего не теряется, а усилий для открытия приложить нужно гораздо меньше. К теме текст прикручен, это заметно и это минус. Перегруженность устаревшими словами тоже минус. Неровная стилистика в начале делает это самое начало скучным, а ведь именно первые абзацы нацелены увлечь, а у вас самая интересная сцена оказалась псевдо-пытка, ближе к ней и стилистика более-менее поправилась. Ошибок море. На за старания плюс)
3. Красное. У этого текста есть большой минус - недостаточно раскрыт сюжет, герои и финал. автору наверно эти моменты понятны, конечно, но со стороны нужно вчитываться, перечитывать, чтобы зацепиться за что-то, чтобы распутать этот самый клубок. Но интерес к прочтению держится на "хорошо".
4. Еленвиль. Что-т как-то по-детски, если честно. Диалоги вычурные. Отсутствие тени... слишком прямое раскрытие темы.
5. Город снов. Тут зацикленность на теме. Чтение никакого интереса не вызвало.

Выводы. Первое место - никому.
Второе - Тень№14 за старания
Третье - Нитью - за воспоминания о "Маленьком принце"
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 11 21.12.2016 в 21:54
Второй голос

Первая работа: «Нитью» (???)

Очень натужно читается. Предложения перегруженны «красивостями», зачастую просто ставящими в тупик, типа: солнце, застрявшее на «самом пике своего восхождения», вздыхающее серо-бирюзовое (явно что-то из дизайнерского сочетания цветов в одежде) небо напоминало «тонкое витражное стекло» и т.д. и т.п.

Диалог о «смерти мозга» и о остаточном «дыхании», который заканчивается предложением распития «слез радости» и «слез печали» вызывает нездоровые ассоциации.

Как я понял, то идея, заложенная в рассказе, такова:

- врачи не могут решиться отключить искусственную вентиляцию легких у мужа, даже при полном подтверждении гибели его головного мозга, пострадавшего в результате какого-то неудачного эксперимента по телепортации (о!);
- «в ответку» обдолбавшаяся жена (видно от накатившей обиды или от присущей вздорности характера) даже толком не может вскрыть себе вены, решая помучаться, чтобы детям (потенциальным сиротам) было побольнее (других причин не видно);
- и трудяги-реаниматоры, которые, вытащив женщину с того света, тут же садятся «поминать» эту неудавшуюся самоубицу «не чокаясь», т.е. уже считая ее умершей.

Фееричненько так… а может санитарами закончиться.

Оценка: +1

Третья работа: «Красное»

Вполне себе читабельно, но только до развязки. И это даже при таком дерганном повествовании.

Автору надо немного ознакомиться с поведенческой психотерапией, чтобы ярче описать перепады в состоянии следователя - главного героя.
О порядках, царящих в полицейском участке города Чембар, я просто умолчу - это пусть себе там в Пензе разбираются. Особенно с моральным обликом и субординацией.

Зато проскочила весьма свежая мысль: «настоящая женщина… пахнет новым платьем». Повеселило, но заставило задуматься, а зачем вообще тогда следователю-холостяку его отдельная квартира? Ах, так это другой мир! Тогда все нелепости сразу складываются в не менее нелепую картину, где «кожей чувствуют, что волосы седеют», а «наугад» становится прицельно.

Дочитал, но так и не уловил основную суть рассказа. Пересекающиеся миры. Застрявшие души. Антарктика. Голая Катька…
Последнее напомнило анекдот: «Да какая она не баба, если не умеет делать мужика виноватым во всех проблемах, в которых виновата только сама».

Если бы было проще и «однолинейно» изложено, то вполне можно один раз с удовольствием прочитать. А так только остается надеяться на то, что автор «остепенится» и начнет страдать усидчивостью.

Оценка: +2

Четвертая работа: «Елиенвиль: город, где умирают тени»

Некоторые куски диалогов достаточно живые. Идея сюжета затертая. Если бы автор просто прочитал http://psychologytoday.ru/public...., то получилось бы значительно реалистичнее и страшнее. А так слишком пресно.

Оценка: +3

Пятая работа: «Город снов»

«Телеграфный» стиль начала, когда автор явно делал работу исключительно под себя, любимого. Повествование напоминает пересказ третьим лицом (из серии «одна бабака рассказала») обрывочных видений наркомана.

Если автор ппропускает уроки литературы в школе, то нагло позволю себе процитировать бесподобные слова из комедии «Ревизор» Н. В. Гоголя:
Хлестаков: «Моих, впрочем, много есть сочинений: «Женитьба Фигаро», «Роберт-Дьявол», «Норма». Уж и названий даже не помню. И все случаем: я не хотел писать, но театральная дирекция говорит: «Пожалуйста, братец, напиши что-нибудь». Думаю себе, пожалуй, изволь, братец! И тут же в один вечер, кажется, всё написал, всех изумил. У меня легкость необыкновенная в мыслях».

Оценка: +0
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 317
Репутация: 810
Наград: 41
Замечания : 0%
# 12 22.12.2016 в 12:08
1. Нитью
Как-то не сложилось в голове цельного сюжета. Неоконченно, что ли.
Смерть и похождения женщины обоснованы, чего не могу сказать про главврача.

2. Тень №14
Анонимус, говорите? Ладно, буду считать, что не видел титульный лист.
Кстати, без него могли бы выложить прямо в форум, epub не все прочитают.
Показалось сначала, что постапокалиптика.
Потом стилизация напомнила Олди, у тех тоже, ненашенские персонажи говорят и думают по-нашенски )
Написано хорошо, но местами затянуто. В конце вон, вообще – учебник криптоистории.

3. Красное
«…пытался вжаться в наброшенном на плечи пальто» – что-что он пытался сделать в своём пальто?
Написано хорошо, а читается сложно, поэтому тянет перечитать. Напомнило «Мемо» А. Рюэллана.

4. Елиенвиль
Названьице то ещё. Заставляет при каждом упоминании в тексте остановиться и обдумать прочитанное.
Шучу. На самом деле глаз на нём спотыкается постоянно.
«Стук его каблуков эхом стелился по переулку. Он был одет…» - так стук был одет или переулок?
«Внезапный треск электрической лампочки» - честно, услышав внезапный треск, про электрическую лампочку подумаю в последнюю очередь.
Тема дуэли взята как бык за рога, буквально.
Концовка смазана. И опять психбольница, сколько можно.

5. Город снов
К счастью, текст самый короткий. Иначе, с такими монументальными абзацами, как первый, его никто не смог бы прочесть. Но даже так сложно читать. Усугубляет дело засилие местоимений «он» и «они».
«…после чего должны появиться две расщелины» - это как минимум скалу надо потрясти, чтобы полюбоваться на расщелину-то, а тут их ажно две.
Сюжета особого не нашёл, морали тоже. Марк Твен был бы мной доволен.

Места
1 место, 3 балла: #3
2 место, 2 балла: #2
3 место, 1 балл: #4
Группа: РЕЦЕНЗЕНТ
Собщений: 285
Репутация: 349
Наград: 29
Замечания : 0%
# 13 22.12.2016 в 14:55
К сожалению, нет душевных сил расписывать мнение о работах в отдельности, потому оценю их по критерию "зацепило али нет". Будет коротко и ёмко.

1. Нитью 3/10 (не зашло в принципе).
2. Работа вторая - 6/10 (финал подкачал. Нафига из самобытности переходить в политику, историю и пр?; болтовня во время пыток - слабый кусок текста)
3. Красное 5/10 (неплохое начало,  из идеи можно было выжать больше; акцент поставить либо на городе без детей, либо полнее развернуть любовную историю; а так ни то ни сё).
4. Елиенвиль 5/10 (слита концовка, отчего выглядит дёшево весь текст).
5. Город снов 2/10 (да хрень какая-то).

Топ-3.
2. Вторая работа - 1 место - 3 балла.
3. Красное - 2 место - 2 балла.
4. Елиенвиль (ну и название) - 3 место - 1 балл.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 14 25.12.2016 в 18:03
Третий голос

Буду краток.

Произведение №1 Нитью:

В голове застыл образ изнуряющей пустыни, с палящим солнцем. Немного недопонял сюжет. Что за фонарик такой. Почему доктор покончил жизнь самоубийством, тоже не понятно. Со слезами как-то странновато получилось. Но в целом читать можно.

Произведение №2 Тень:

По началу тяжело читалось. Потом стало проще. Очнулся на 8 странице, только тогда начал понимать, что происходит. Вернулся назад, перечитал заново первые страницы. Произведение написано хорошо, хотя мне было бы лучше читать с более простыми словами. Но мне кажется, что в таком духе нужно писать что-то большое, так как тут получилось мало сюжета.

Произведение №3 Красное:

Не заметил эмоций в произведении. Вокруг него происходит вообще что-то непонятное, а он и виду не подает. Пробил человека по базе, нашел его дело, я так понял с фото, но далее говорит, что человека нужно опознать. Он ведь не знает, что тут чертовщина твориться, что их двое одинаковых (если я правильно понял), а ведет себя как будто знает. Но интрига была. Интересно было понять, что происходит.

Произведение №4 Елиенвиль:

Произведение коротковато, все очень быстро раскрутилось, не было времени и погадать. Автор мог бы и постараться побольше, и доработать произведение.

Произведение №5 Город снов:

Прошу меня простить, но мне не понравилось. Первое, некрасивое, что бросается в глаза, это ОН. Кто он и что за лица такие? За что его наказали? Если я правильно понял, то у любого человека было это «чудо снотворные», неужели это первый человек кто использовал его не по инструкции? И вообще, странная инструкция. Раз в неделю, только днем. Но сама идея со сном неплоха, можно было раскрутить что-то поинтересней.



Итого:

1 место (3 балла): Третье произведение – Красное

2 место (2 балла): Второе произведение – Тень

3 место (1 балл): Первое произведение - Нитью
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Собщений: 1460
Репутация: 1257
Наград: 18
Замечания : 0%
# 15 26.12.2016 в 21:44
Четвертый голос

1. Нитью. Понравилось начало, запутанное и вправду немного мистическое, но концовка подкачала, вплели сюда докторов, и испортили тем самым весь сюжет. Я думаю, лучше было оставить идею ту, которая была и продолжить её.
2. Тень №14. Начало интересное, увлекательное в некоторых местах ироническое, но при чтении всё время мешали слова со сносками, приходилось всё время заглядывать в заметки, а это изрядно напрягало, конец, как и в первой работе, разочаровал, приплели кащея бессмертного славянскую мифологию. Не понравилось смешение нескольких стилей. И вот итог неплохое начало, интересная середина, но концовка, увы, на три, а жаль.
3. Красное. Понравился рассказ, сразу видно автор старался, над этим произведением, но слишком уж он непонятный (возможно с первого раза), немного сложен для чтения. Но всё равно интересный рассказ.
4. Елиенвиль. город, где умирают тени. Не очень понравился рассказ. По сравнению с другими слабоват.
5. Город снов. Несмотря на ошибки, которые присутствуют в рассказе, город снов мне запомнился, в нём отчетлива, видна тема дуэли и раскрыта на должном уровне, хотя и можно было более отчётливо расписать наказание главного героя.
Итог

1.место(3 балла): – Красное

2.место(2 балла): – Нитью

3.место(1 балл): - Тень № 14
Форум » Литературный фронт » Литературные дуэли » Дуэль № 644 (Аноним)
Страница 1 из 212»
Поиск:


svjatobor@gmail.com

Информер ТИЦ
svjatobor@gmail.com
 
Хостинг от uCoz