Профиль | Последние обновления | Участники | Правила форума
Страница 1 из 212»
Модератор форума: Диана, Горностай 
Форум » Литературный фронт » X Турнир » Проза — группа 3 (Куратор Диана)
Проза — группа 3
Группа: Глава клуба рецензентов
Сообщений: 1106
Репутация: 1621
Наград: 48
Замечания : 0%
# 1 17.07.2017 в 01:04
Оппоненты: X vs Y
Максимальный срок выбора темы: до 19/07/17 включительно.
Выбранная тема: Белая ворона
Объём: минус один голос за один авторский лист.
Жанр: на усмотрение участников
Жду работы до 03/08/17 включительно!
Присылать произведения на почту: german.christina2703@gmail.com (с обязательным указанием собственного ника и номера группы!!!)

Отсрочка до 06/08/17 включительно!
Группа: Глава клуба рецензентов
Сообщений: 1106
Репутация: 1621
Наград: 48
Замечания : 0%
# 2 07.08.2017 в 02:56
Рассказ №1

Тощий

1. Чужак

Тощий у них в секторе появился в конце последнего образовательного года. Максим этот день запомнил во всех подробностях. Отряд их как раз закончил дежурство по сектору и после вечерней линейки и гимна собирался под секторной стеной за домами, чтобы поиграть в пристенок. Игры велись на патроны и сигареты. Курили для форсу, рисково – никогда не знаешь: стуканут или нет. Если кто-то затаил на тебя какую-нибудь особенную злобу за день, могли и стукануть – тогда в ночи в квартиру опекунов придут взрослые дружинники, по доносу, и уведут в карцер, а утром на линейке при всей Образовалке прижгут язык окурком. И больно и позорно. Потом ещё от опекунов достанется, потому что на доме обязательно нарисуют белый крест, а опекунов на работе оштрафуют за неправильное воспитание. А может и в другую семью отдадут досрочно, в другой сектор. А что там в чужом секторе? Потому-то курящие после линейки в отряде считались отчаянными парнями. Максим на такое не решался. Во-первых, меткостью он не блистал и в пристенок выигрывал редко, а просто так сигарет достать ему было неоткуда. Он же не Киря – подопечный майора сектора, у тех-то в доме чего только ни водится. Во-вторых, если б сигареты и были – он не Шубин – их комотряда. О том, чтобы стукануть на Шубина – высокого, крепкого, одним взглядом вгоняющего любого отрядного в полное ничтожество, и думать страшно. Курить при Шубине решались только его ближайшие друзья. Хоть и не было пока случая, чтобы в их отряде кому-то прижигали язык за курение или поношение Идеалов Богоданной Отчизны, например, да только никогда не знаешь, что Шубину в голову патриотизм не вступит. Вот когда Шубин на сборе сектора, как взрослые, тогда пожалуйста, кури на здоровье, отрядные не сдадут. Даже шубинские ближайшие помощники.

Тощий не просто появился не как все люди, он ещё и начал с того, что курил при Шубине. Отряд сперва даже не понял, что за ними наблюдает чужак: ржали себе над обычными приколами, плевали в стену, футболили пластиковые бутылки, выбирали монетки для игры. Киря как всегда собирался подать Шубину сигаретку, но тут захлопал себя по карманам и ругнулся:
– Вот нечисть, сиги-то я, кажись, потерял.
Разговоры не смолкли, но как-то притихли. Максим скосил глаза. Шубин с пустой улыбкой – не то насмехаясь, не то осуждая Кирю, смотрел на него.
– Разжалую я тебя из фуражиров, Колядин, – сказал он не то в шутку, не то всерьёз. – Комотряда своего некуренным оставляешь.
Киря побледнел. Опекунов за его разжалование по головке не погладят.
Тут откуда-то сверху раздался негромкий голос:
– Ты в тех кустах пачку уронил, мне отсюда видно.
Сколько было отряда – все восемь человек молча подняли головы. Тогда-то Максим и увидел Тощего впервые. Тощий сидел на стене, свесив ноги и с доброжелательным равнодушием смотрел на них прозрачными бесцветными глазами. Был он в неуставной клетчатой рубахе и пыльных мешковатых штанах, а вот ботинки – армейские, хорошие, Максиму на зависть. На голове какая-то ветхая шапчонка непонятного цвета. По одному взгляду на Тощего было ясно, что он негодный и выпуск из Образовательного Учреждения отметит под Стеной – и по его худобе и тщедушности и по его одежде (все годные парни носили форму отряда). И ещё что-то странное было в его лице. Максим редко видел больных людей, но понял, что Тощий точно больной. Только не похоже было, что Тощего хоть что-то из этого волнует. В общем, Шубин бровью повёл, и Киря ринулся в кусты, на поиски пачки.
– Спускайся к нам, не бойся, не арестуем, – сказал он вроде как приветливо, только глядел на пришельца холодно. Шубин не любил чужих и ещё больше не любил негодных. Максим забеспокоился – что Шубин задумал?
– Да я не боюсь, – Тощий спрыгнул со стены. Негодным его могли признать уже по одному росту – ниже даже Максима. А Максим на строевой первый с конца. Испуганным Тощий не выглядел – озирался себе по сторонам, приглядывался к отрядным, молчал. Киря тем временем вынырнул из кустов, победно сжимая в руке потерянную пачку. У Максима мелькнула мысль, что Киря мог потерять её не случайно. Шубин выкуривал за вечер минимум половину, это было серьёзным расходом даже для Кири. Шубин закурил, протянул пачку гостю:
– Сам будешь?
Типично брал на слабо – с чужими курить нельзя, это закон. Но и как отказаться, чтобы потом не смеялись, что струсил? Однако Тощий спокойно кивнул и взял сигарету. Курил он жадно, взатяг и явно наслаждался каждым вдохом. Максим так не умел.
Шубин, не отрывал взгляд от лысой головы Тощего, которая маячила где-то на уровне его подбородка. Больше никто курить не решился. У стены повисла тишина, полная недоверчивого любопытства.
– Ты из какого сектора? В каком отряде? – спросил Шубин, продолжая играть в добрячка. Максим решил, что такое уж у него сегодня настроение. Тощий удивлённо посмотрел на него:
– Ни в каком я не в отряде... Не видишь что ли? Негодный. А вы в пристенок играете? На патроны? Дайте я с вами, у меня вон чего есть.
Он сунул руку в карман и выгреб сразу штук двадцать отборных патронов.
Взвод алчно загудел. Если собрать со всех, едва ли наскребётся и десяток, да ещё не известно, какие стреляют. Максиму до ужаса захотелось выиграть себе хоть один.
– Против таких сокровищ у нас ставки нет, – со сдержанной насмешкой заметил Шубин, аккуратно втаптывая окурок в землю.
– А вон, пачку добавьте, в самый раз будет...
– Что ж ты хочешь -- играть на всё сразу?
Тощий кивнул, почесал ухо о плечо. Слишком уж он был спокоен. Максим решил, что играть с ним опасно, кто их знает, негодных, какие у них хитрости.
– Мне б побыстрее сыграть, а то долго нельзя тут быть, чужой сектор, – объяснил он и простодушно добавил. – У нас в секторе патронов нет, а на интерес что за игра?
– Точно, на интерес играть не охота, – согласился Шубин и усмехнулся. – Давай так, если ты обходишь всех моих, ни разу не отдав ход – мы тебе все наши патроны и сигареты, а если кто-то тебя обойдёт – ты нам все свои патроны и мы тебя арестуем. За нарушение границ сектора. Годится?
– Не высока ли ставка? – тихо спросил Тощий, глядя прямо в глаза Шубину. Тот не выдержал, отвёл взгляд:
– Не хочешь, так не тянем, – ответил он равнодушно. Тощий пожал плечами и принялся отсчитывать монетки. Сами по себе они ничего не стоили теперь, только для игр и годились. Максиму стало неспокойно, в животе ворочался скользкий комок дурного предчувствия.
Остальные давно вынули деньги и готовились к первым броскам. Киря как всегда вызывался следить, чтоб никто не жулил. Максим помолился про себя и поцеловал крестик перед тем, как бросать. Но это ему не помогло. Тощий своего хода не отдал никому и скоро забрал у них все монеты. Он нетерпеливо смотрел за каждым бросающим – видно, торопился в сектор. Максим понял, что в победе он не сомневался. В этом ему чудилось что-то нечестное. Хотя формально всё было по правилам. Наконец все отстрелялись. Оживлённый Тощий подошёл к Кире за выигрышем – тот раздавал премии. Киря нерешительно посмотрел на Шубина. Тот лениво кивнул. Киря пересыпал в маленькие ладони Тощего семь патронов и добавил початую пачку сигарет – её с особым сожалением.
– Приходи ещё, – с вежливой злостью сказал Шубин.
– Приду, – серьёзно сказал Тощий. – Отыграетесь.
Прежде, чем кто-либо успел среагировать, Тощий уже взлетел на стену и сгинул с той стороны.
– Бес тощий, – сказал ему вслед Киря, как плюнул. С тех пор и приросло.

2. Оксана

Максим с самого начала знал, что добром это всё для Тощего не кончится. А Тощий таскался к ним каждый вечер, играл в пристенок, делился сигаретами, сам курил. Обещание он выполнил – позволил взводу отыграться. Максима не отпускало чувство, что он это сделал нарочно, чтобы его не выгоняли. Позже выяснилось, что и камни Тощий метал метко – в пристенок проиграет, в камни выиграет. В остальном он хоть и вёл себя тише тихого, но никогда он не мог смешаться с отрядом. Торчал из них клетчатой занозой. Максим не знал, чего Тощему не сидится в своём секторе, может, там его гонял свой отряд, а может, у него шарики за ролики заехали – у негодных часто нервы сдают перед выпуском. Каждое появление Тощего приносило Максиму почти физическую боль – он постоянно ждал, когда Шубину надоест играть в благодетеля, когда он арестует или изобъёт Тощего. Или просто убьёт. Негодных официально разрешалось расстреливать на месте без всякого повода. Но у них в секторе этим правом редко пользовались. Чего на них патроны тратить? Боевых патронов ещё после Охотничьих Лет становилось всё меньше. Свежие патроны отправляли на фронт, в городах поставок не было, жили старыми запасами.

То, чего боялся Максим, случилось примерно через месяц после первого появления Тощего в секторе.
Максим в тот день дежурил по дому. Напротив жила ячейка Оксаны – невесты Шубина. У Максима дыхание перехватывало каждый раз, как он её видел. В тот день Оксана вышла из дверей с ведром грязной воды – видно, тоже дежурила. Максим отошёл на середину комнаты, чтобы она его не заметила с улицы, и принялся наблюдать, затаив дыхание – юбка у Оксаны была подоткнута, ноги оголены выше колен – никто же не увидит в разгар дня все заняты – кто на работе, кто в образовалке или на дежурстве. А он, Максим, видит. Оксана вылила воду в канаву, но почему-то не пошла обратно. Она смотрела на другой конец улицы и улыбалась. К ней подошёл... Тощий. Максим едва не подпрыгнул. Он тоже улыбался. Максим как будто впервые его увидел – так меняла улыбка лицо. Оксана оглянулась по сторонам, ухватила Тощего под локоть и потащила в проулок между домами – но Максиму всё равно было видно, что там происходит. Вот с улицы их уже не заметят. Оксана что-то быстро говорила, ласково глядя на Тощего – когда они стояли рядом было хорошо заметно, что он её на полголовы ниже. Оксана стащила с его головы рваную шапчонку – Максим с удивлением и брезгливостью обнаружил, что Тощий – лыс. Оксана достала из кармана на переднике новую шапочку – крипично-красную. Таких в стране не производили, значит, она её сама сделала. Наверное на уроке домоводства. И вот теперь отдаёт её Тощему! Тощий смущённо отвернулся, но Оксана насильно надела на него шапку и рассмеялась, потом обняла его и поцеловала в обе щёки. Максим почувствовал, что краснеет. Вот так Тощий! А Оксана тоже хороша, при живом женихе с негодным крутить! Пока он думал над этим, Тощий испарился из проулка. Оксана поправила фартук, взяла ведро и пошла домой.

Вечером Максим опоздал на линейку – опекун попросил наколоть побольше дров. Так что он пошёл сразу к стене, куда и так все должны были явиться. Ему оставалось только пройти за последнюю линию домов, как вдруг, мимо него пронёсся Тощий, едва не сбив с ног. Максим развернулся и побежал следом, автоматически. Уже потом, в разгар бега он сообразил, что правильно делает – за Тощим полагается гнаться. Наверняка его кто-то ещё видел с Оксаной. Зато теперь не нужно думать – донести или нет. Судя по топоту позади, отряд не отставал. Тощий бежал очень быстро, петляя между ровными линиями домов, как заяц. Да только сектор тут чужой. А отрядные его знают как свои пять пальцев. Максим обернулся на бегу – заметили остальные его или пока нет. Он сжал зубы и наддал ходу, вот уже близко клетчатая рубашка, раздувающаяся от встречного ветра. Максим цапнул за неё, дёрнул на себя и в сторону. Тощий и пикнуть не успел – они оказались в неприметной расщелине между домами. Максим отпустил рубашку Тощего и быстро заслонил проход фанерой. Потом обернулся, кивнул вперёд. Тощий ничего не спросил: лицо его покрывал мелкий бисер пота. Негодным физические нагрузки даются тяжело. Они шли между домами, иногда едва протискиваясь сквозь щель. Молчали. Потом шли другими тайными проходами, известными Максиму, пока не добрались до противоположной стороны стены. Здесь властвовал отряд “11Б”, но, насколько знал Максим, в это время бэшки предпочитали торчать у старого склада боеприпасов. Повезло им жить рядом с таким богатством.
– Спасибо, – коротко сказал Тощий и нацелился перемахнуть через стену
– Да постой ты, чего наши за тобой гнались?
Тощий разом как-то обмяк, привалился к стене спиной и уставился в землю. Максиму было интересно – соврёт или нет?
– Да ничего. С Оксанкой поболтал. Я же не знал, что Шубин такой психованный...
Максим пока не решил, как это трактовать – как ложь или полуправду:
– Зачем же ты вообще с чужой девушкой заговорил?
– А зачем люди разговаривают? – огрызнулся Тощий, исподлобья зыркнув на Максима.
– Ты с ней знаком что ли?
– Знаком. Она к моему опекуну помогать по разнорядке приходила.
Говорил он зло и устало. Видно, привык уже приходить к ним после линейки, а теперь этому конец.
– Тебе-то что устроят за то, что помог?
– Да они меня не видели, – отмахнулся Максим.
– Ну спасибо, правда. Ты не обязан был...
Максим пожал плечами.
– Ты знаешь, Шубин быстро отходит, посиди недельку дома, а потом опять приходи... Только Оксанку больше не трогай.
Тощий дёрнул плечом.
– Ну нет, туда я больше не приду. Но вот тебе я кое-что принесу, хорошо? Тебе понравится... Только в мои дела с Оксанкой ты не лезь, ладно? Я её давно уже знаю... Раньше Шубина вашего...
«Что же он мне принесёт? Патроны что ли? – задумался Максим. – А может, сиги?».
– Не угадаешь, – улыбнулся Тощий. – Ладно, до завтра. Сюда же придти сможешь?
Максим кивнул. Тощий вмиг взлетел на стену.
– Тощий! – окликнул его Максим. – Тебя как звать-то? По-настоящему?
– Женя.
И спрыгнул по ту сторону.

3. Книгочеи

– Крыса тощая, – подобострастно говорил Киря, поглядывая то на пустую стену, то на комотряда. Шубин молча курил. Максиму казалось, что он нарочно стоит в такой позе и вообще всё делает нарочно.
– Теперь все понимают, что негодные – не люди, и их нужно истреблять? – докурив и вдавив окурок в землю каблуком, спросил Шубин тихо. Отряд напряжённо ловил его слова.
– Мы хорошо отнеслись к негодному, мы общались с ним как с равным. И что он?
– Что? – подхватил Киря. – В рожу командиру плюнул, вот что.
– Фигурально выражаясь, – быстро перебил его Шубин, заметив озадаченные лица. – Наплевал на доверие, тварь. Негодные хуже животных. Слабые не имеют права на жизнь, так учят нас Бог, Генсек и Отечество. И теперь вы понимаете, почему.
Максим вроде бы и понимал, а вроде бы и нет. Как измерить силу? Тощий слабее Максима, его признали негодным для жизни. Максим слабее Шубина, его признали негодным для размножения. Шубин пригоден для жизни и для размножения, ему подобрали невесту. И какую! Но невеста Шубина обнималась с Тощим, Тощий обыгрывает Шубина в камни и пристенок, значит, он сильнее? И кто из троих не имеет права жить? Тут он вспомнил о вчерашнем уговоре. Максим с сожалением посмотрел на начавших игру в пристенок парней и пошёл за дома.
– Макс, ты куда?
– Обещал опекунам помочь...
Он сам поразился, как легко далась ему ложь. За ложь на сутки запирали в карцер. А проверить его ложь было не так и сложно. Но слишком интересно, что за подарок у Тощего.
Максим легко пересёк сектор своими тайными маршрутами, ни разу не напоровшись на патруль. У стены было пусто. Максим потоптался на месте и с горечью подумал, что, может быть, Шубин прав: годные не люди, им ничего не стоит нарушить слово. И тут на стене показалась голова в оранжевой шапочке.
– Ты один? – прошептал Тощий.
– Один, один, – Максиму даже испугался тому, как обрадовался.
Тощий спрыгнул на землю, придерживая свою клетчатую рубашку на груди. Рубашка оттопыривалась. Максим с любопытством присмотрелся. Тощий отчего-то вспыхнул и отвернулся. Максиму тоже стало неловко, хоть он и не понимал, почему. Тощий покопался и вытащил из-за пазухи какую-то прямоугольную плоскую коробку.
– Я тебе книжку принёс, – улыбнувшись, пояснил он. – Читать-то умеешь?
Читать Максим, конечно, умел. А вот книг никогда раньше не видел – кроме Библии, но её в руки кому попало не давали. Он взял у Максима книжку и осторожно повертел в руках. «Трудно быть богом» – шевеля губами прочитал он название
– А зачем она?
– А ты попробуй, почитай, не оторвёшься, – ухмыльнулся Тощий.
– Небось запрещённая...
– Ещё какая запрещённая, – Тощий довольно улыбался.
Запрещённая книга показалась Максиму ужасно крутым предметом. Да и он сам теперь был не кто-то там, а настоящим преступником. Такие вещи придавали солидности.
– Спасибо, – сказал Максим от души.
– Только прочитай, – строго сказал Тощий. – Я за неё три обоймы отдал.
– Вот зачем тебе патроны...
Максим затолкал книжку во внутренний карман гимнастёрки. Вроде со стороны не видно.
– Покурим? – предложил Тощий. Они уселись под стеной. – Я давно книжки таскаю. У нас в секторе библиотека старая. Ясно, там всё закрыто. Жечь всё разом не стали – слишком пожароопасно. Ну сторож их понемногу жжёт. А я ему патроны дам и он мне до того разрешает покопаться, какие-то книжки унести...
Максим пожал плечами. Ему было непонятно, для чего Тощий это делает.
– Эх ты, – вздохнул Тощий. – Там же целые миры... Другие.

После они ещё не раз встречались на том же месте. Максим прочитал первую книгу, потом ещё одну и ещё. Теперь он уже не удивлялся тому, что Тощий любыми способами добывает их. Времени у Максима было немного, но он приноровился читать ночами, когда остальные воспитанники и опекуны спали. Максим набрасывался на книги как голодный на хлеб. Глотал их за ночь, даже толстые. Сначала он читал довольно медленно, но потом интерес начал гнать его вперёд. Скоро он стал читать так хорошо, что ему поручили читать отрывки из Библии на переменах. А уж с Тощим они спорили иной раз до хрипоты над разными книгами.

– Как там Шубин? – спросил Тощий однажды. И Максим испугался, что он хочет вернуться в компанию отряда. Максим привык считать Тощего только своим, ему не нравилась идея делиться им с кем-то ещё.
– Шубин про тебя совсем забыл, – честно ответил Максим. – У него другие заботы, его должны принять в школу офицеров. Нужно сдать строевую на отлично. И Слово Божье... А ты почему в из своего сектора бегаешь? Травят там вас?
– Да нет, – скучным голосом ответил Тощий, – так. Просто. У вас сектор хороший. И потом, тут Оксанка...
– Да уж, повезло тебе, – протянул Максим.
– Нравится она тебе? – с лёгкой улыбкой спросил Тощий.
Максим вздрогнул, замялся.
– Нравится она мне или нет, какая разница? Она всё равно в мою сторону и не плюнет. И потом, Шубин.
– Почему думаешь, что не плюнет?
– Да я почти негодный, – пробурчал Максим, краснея. – Смотри, какого роста... И сил не особо, и стреляю так себе.
– Зато ты хороший, – с неожиданным жаром сказал Тощий. – Добрый. И неподлый. И умный, вон как книжки читаешь.
– Да кому это нужно? – с досадой махнул рукой Максим. – Добрый, всё равно что слабый. А слабые, сам знаешь... Ни на что не годные.
– Знаю, – спокойно ответил Тощий. – Но я с этим не согласен. Ты же читаешь то, что я приношу...
– Мало ли что там в книжках...
– Ну и что, что в книжках? Там правильные вещи пишут, потому их никому больше читать не дают.
– Смотри, а то раньше времени казнят, – недовольно сказал Максим. – Растрепался тут.
– Донесёшь что ли?
– Может и донесу...
– Силу хочешь показать?
– Может и хочу...
– Да нет в этом никакой силы, – спокойно сказал Тощий. – Ладно, пока. Осторожнее там с книгами, смотри чтоб не нашли. У тебя много уже...
Максим отвернулся от него, ничего не сказал и не попрощался.

4. Парад

– Парни, айда, там Тощий! Тощий на параде в девках!
Киря, красный и возбуждённый шипел эту новость, закатывая глаза. Максим посмотрел на Кирю тревожно. Шубин прищурился. Они все стояли в толпе на смотре парада сектора гамма – сектора Тощего. На той неделе сами принимали гостей и проводили парад, а теперь праздно глазели на мощь дисциплины гаммы. Взрослые парады прошли в первой половине дня, сейчас выступали недообразованные.
– Да идёмте же, – шипел Киря, – быстрее, пока не прошли. У него башка лысая, прикиньте, и он в плаааааатье, ахахахахаха...
Отряд оживился. Максим похолодел. Что несёт Киря?
Отряд потянулся следом за Шубиным, который споро проталкивался через толпу, куда вёл Киря. Тот непрерывно что-то говорил и похохатывал. Максим его не слушал, все чувства как будто парализовало холодом, он и хотел не идти и не мог. Негодные обычно не участвовали в парадах... И почему Тощий должен идти в девчачьих рядах? Отряд распалялся.
– Вон он, вон – крикнул Киря, ввинчиваясь в последний ряд людей перед парадом и указывая куда-то. Максим тоже протолкался к заградительной линии и вытянул шею. Он не сразу узнал Тощего без его клетчатой рубашки – на нём была девчачья школьная форма. На лысой голове пилотка. Шёл он в ногу, не поднимая глаз, в руках, как у всех крайних – портрет Генсека. Максим растерялся, он не знал, что думать, в голове вился бесконечный поток вопросов. И тут сбоку оглушительно засвистел Киря. Их отряд потёк рядом с парадом, сопровождая шествие свистом и хохотом. Тогда Тощий вздрогнул и поднял глаза, обернулся, узнал. Максим поймал его взгляд, Тощий смотрел как всегда без страха и без вызова, но как-то печально.
– Понял, понял? – толкали его рядом. – Он же девка, во прикинулся! Поэтому к нам и таскался, тут-то её все знают! Ахахахахаха!
Максим вдруг резко остановился и попятился, назад, в сторону, вглубь толпы. Его ругали, наступали ему на ноги, пихали локтями.
Максим вырвался из толпы и побежал прочь.

5. Богоматерь

Поздно вечером, перед отбоем Максим, крадучись, пробрался в церковь. Там было пусто и звонко. Церковь была самым красивым местом в городе: из-за картин. Хоть и иконы, но картины же. И узоры на стенах. Можно было смотреть всю жизнь и не насмотреться. Он немного побродил по церкви, а потом подошёл к иконе Богоматери. У иконы теплилась лампадка. Максим перекрестился.
У него была тайна – он помнил свою мать. Обычно детей отнимают в роддомах – это единственные мед. учреждения, которые остались со старых времён. Если заболел – лечись сам, или умирай, слабые не нужны. Но вот за младенцами государство следило. Чтобы распределять. Мать Максима родила его дома, как он теперь понимал, а потом выдала за одного из детей опеки. Обман вскрылся, когда Максиму было три года. Его казнить не стали – решили, что слишком мал, чтобы запомнить растлевающую близость родных матери и отца. Но Максим запомнил. Не лицо матери, нет. Но само впечатление чего-то огромного и тёплого, обнимающего тебя со всех сторон. Ощущение любви. И когда он смотрел на Богоматерь с младенцем Христом, ему казалось, он смотрит на маму, разговаривает с ней. Он никому и никогда про это не говорил, даже на исповеди.
Вот и сейчас он пришёл, чтобы немного успокоиться. Рядом с иконой всегда становилось легче.
– Максим, – негромкий голос за спиной заставил его подпрыгнуть. Сердце чуть не остановилось. Оксана! И она знает, как его имя! Глаза Максима невольно забегали, ему не улыбалась перспектива пострадать от ревности Шубина.
– Ты что ты тут делаешь? – выдавил он, наконец.
– Мне с тобой поговорить нужно, – Оксана откинула толстую чёрную косу за спину и прямо посмотрела на него.
– Ну... говори, – выдавил Максим.
– Насчёт парада... Не удивляйся. Мне Женя про тебя много рассказывала. Она к тебе очень привязалась в последнее время. И я знаю... Что ты узнал... В Гамме специально в этом году решили негодных парадом пустить, чтобы показать, что все ресурсы до последнего используют... В общем, она переживает, что ты больше не захочешь её видеть. Я сказала ей, что этого не может быть. Ты ведь её друг.
– Нет, – резко ответил Максим, забыв о Шубине. – Я дружил с Тощим, а с сумасшедшей негодной лысой девчонкой, которая мне ещё и наврала, я дружить не собираюсь.
Оксана будто и не слышала его слов.
– Понимаешь, я раньше с ней в одной ячейке росла, пока меня к вам не перевели. В семь лет Женю ещё признали годной. А год назад она заболела. Она давно книги таскала в своём секторе, всякие, и учебники тоже. В общем, сама себе диагноз поставила, решила, что это рак. Вычитала в справочниках, чем лечить, залезла в старый медцентр, там были какие-то лекарства... Ну и лечилась... Странно, что не умерла, но волосы все вылезли...
– Зачем она лечилась-то? – вырвалось у Максима. – Если негодная.
– Ну негодной её только в этом году признали. Жить хотела...
Оксана вздохнула.
– Мне так жалко, что больше нельзя работать врачом. Я бы работала...
– Зачем? Негодных спасать что ли?
– А чем годный от негодного отличается? Лечили бы людей, было бы больше годных.
– Ну уж нет, если человек стал негодным, значит это воля Божья.
– А если этого человека врач спасает, значит, тоже воля Божья!
Максим даже вздрогнул:
– Ты чего в храме-то, богохульствуешь? Совсем что ли?
Оксана закусила губу, глядя на икону.
– Совсем. Теперь её к стене на выпускном поставят. А ты её даже простить не хочешь...
– Чего ей моё прощение? – поразился Максим. – Да я даже к размножению негодный. Мне невеста не положена... Это вы с Шубиным счастливые, – вырвалось у него.
– Да я скорее сдохну, чем от Шубина плодиться стану, – грубо ответила Оксана. – Причём тут вообще размножение?
«Не зря Шубин говорил, что девчонки все негодные, – подумал Максим».
– В общем, какая разница... А Тощ... Женя наверное, потому и заболела, что книжки читала, – попытался он вразумить Оксану. – Бог просто так не пошлёт.
И тут же мысленно пообещал себе избавиться от книг.
– Я тоже читала и что? – насмешливо сказала Оксана. – Почему её он наказал, а меня нет? И тебя?
– Ему виднее, – дипломатично ответил Максим.
– Ну и сиди тут с Богом, – огрызнулась Оксана. – Не знаю, чего она в тебе нашла. Предатель ты, ясно? От друга отказываешься.
– Ничего я не отказываюсь, только этот друг меня обманул первым, – буркнул Максим. – Она меня обманула, ясно? Наврала и всё. Зачем она парнем прикинулась?
– Затем, что иначе ей патроны было не достать. Приняли бы вы в пристенок лысую девчонку?
– Теперь уж не проверить... Пусть бы мне потом сказала...
Максим теперь даже злился на Оксану, пришла и испортила ему всё настроение. Чего она от него хочет?
– Ладно, поздно уже. Ну. Передать ей что-нибудь? – спросила Оксана.
Максим задумался:
– Книги, может, передашь?
Оксана отвернулась. Больше с тех пор они не разговаривали.

6. Выпускной

Утром первого сентября у круговой центральной стены было людно – Выпускной всё-таки. Максим с дрожью принял на линейке настоящий боевой автомат – последнюю неделю они учились его собирать и разбирать. В праздник Выпускного использовали боевые патроны. Государство платило. Желудок крутило со вчерашнего вечера – то ли от страха, то ли от того, что он должен был опять увидеть Тощего. В последний раз. Книги он так и не вернул. И читать их больше не решался – вдруг тоже заболеет. Какая-то заноза сидела в нём с самого дня парада. Максим хоть и уверял себя, что он – обманут и зря тогда выручил... Женю эту. Но где-то за грудиной всё ныло и ныло, царапалось. А ещё он боялся, что она к нему бросится, когда увидит... Девчонка же. Это было бы унизительно. Ему из-за этого воображаемого унижения хотелось наорать на Тощего, выплеснуть всю обиду и злость на него. Максим надеялся, что это сегодня поможет ему нажать на курок. Хотя кроме Тощего там будет ещё много детей. Семилетки, выпускники детского сада, которых отбраковали к школе. И выпускники школы, которых отбраковали для жизни. Слабые, негодные.
Максим украдкой смотрел по сторонам: Шубин был преисполнен торжественности, Киря откровенно скучал, кто-то явно горел желанием пострелять боевыми и шёпотом делился с товарищем идеями, куда лучше стрелять, кто-то, как и Максим, не хотел здесь находиться, но тщательно это скрывал. Здесь собрались отряды всего города, каждого из восьми секторов.

Наконец скомандовали построение. На Выпускной приехал Генерал. Опекуны и учителя – едва видные островки среди моря военных мундиров, то и дело одёргивали своих подопечных, что-то шептали, пугали и хвалили. Женские отряды чередовались с мужскими. Максим увидел Оксану в цепи буквально в трёх людях от себя, когда они построились.
А потом он посмотрел на стоящих у стены. Их было не так и много, может быть, человек пятьдесят – в белых казённых рубахах – стояли во рву. Максим знал, что у рва есть пол и этот пол открывается вниз, в братскую могилу, где трупы сжигают.
Ещё лет пятьдесят назад церемония Выпускного не обходилась без происшествий – но теперь, когда кровные семьи заменили постоянно меняющиеся опекунские ячейки, такое стало редкостью. Перед рвом пошёл поп в нарядной рясе – он напевно читал молитву и махал кадилом в сторону негодных. Негодные стояли молча, никто не плакал, даже семилетки. Максим не был уверен, что те понимают происходящее. Негодных уже давно не привязывали, но они даже и не думали бежать – куда? Всё равно расстреляют, а если промахнутся – сгоришь заживо в могиле. И тут, наконец, Максим заметил Тощего... Женю. Она не смотрела на ряд автоматчиков, на попа, ни на Максима: щурилась на небо – как будто рядом никого и не было. Максим вспомнил вдруг их споры под стеной, вспомнил, как ждал Тощего, как ему не терпелось обсудить с ним новую книгу... Сердце болезненно трепыхнулось и словно ввинтилось вниз. Ноги стали ватными, Максим пообещал себе, что не станет целиться – нажмёт на курок, а там на кого бог пошлёт. Поп закончил читать молитву, раздалась команда на плечо. Максим снял автомат с предохранителя и взял поудобнее. Негодные разом подались назад, упираясь спинами в стену. Кроме Тощего.
Вдруг что-то изменилось, по рядам прошёл ропот. Максим завертел головой и увидел Оксану: она прыгнула в ров и подошла к Жене. Взяла её за руку и повернулась лицом к автоматчиком. Её собственный автомат был плотно прижат к боку и дуло его смотрело в лицо Шубину. Женя прыгнула вперёд, потянулась и схватила за ствол ближайший автомат – дёрнула на себя. Автоматчик от неожиданности выпустил его из рук.
Прежде, чем кто-либо сообразил, что происходит, они вдвоём открыли огонь. Максим ещё успел заметить, как рухнул в ров, головой вниз Шубин, как захромал прочь, припадая на простреленную ногу, кто-то из отряда. И тут они наконец встретились взглядами с Тощим. Максим хорошо помнил, что Тощий не знает промаха – он уже почти чувствовал, как пули входят в его тело. Вместо того, чтобы броситься на землю и закрыть голову, Максим стоял, выпрямившись во весь рост, забыв про собственный автомат, и смотрел, смотрел. А Тощий всё не стрелял и не стрелял. Последнюю короткую очередь Оксаны перекрыл ответный хор автоматов. Взрослые дружины заняли место разбежавшихся и убитых. Выпускной наконец состоялся.
А Максим всё стоял неподвижно, до боли сжав цевьё и в голове неслось бессмысленное: «Прости, Господи, прости, Господи, прости меня...».
Группа: Глава клуба рецензентов
Сообщений: 1106
Репутация: 1621
Наград: 48
Замечания : 0%
# 3 07.08.2017 в 03:54
Рассказ №2

Отпусти


Еле слышный треск тлеющего табака заполняет тишину. Глубокий вдох сладкого яда. Сигаретный дым дерет горло, точно блесна в пасти щуки. Сероватая, клубящаяся струя, высвобожденная из недр моих легких, словно эхо из печи крематория, где сгорают останки неудачных образов. Молочная завеса играет вихрями в пространстве, расползается по комнате. Режет глаза, атакует. Окружает меня, поглощает. Отдаюсь в объятье ночи – колыбели меланхолии. Пепел сжирает никотиновую убийцу меж моих пальцев. Нарастает, овладевает ей. Не прихожу на помощь: не стряхиваю его в пепельницу. Я погружен в мысли. Не замечаю ее страдания танцующие вертикальной змейкой вверх, туда, где расположились настенные часы. Стрелки, подобны лезвиям ножниц, кромсают мое время. Скоро. Осталось совсем немного. Она придет. Воспоминания о ней резонируют по телу. Вздрагиваю. От этого рушиться серый Вавилон. Невесомой глыбой пепел падает на исписанную, изрезанную вдоль и поперек строками бумагу. Тушу окурок в пепельнице. Одним движением сминаю лист, отбрасываю в сторону. На пол. Тру ладонями глаза, опираясь локтями на стол. Августовская жара сделала кожу липкой. Уязвимой, грязной. Ощущение дискомфорта. Но резкий холодок, словно искусственное дыхание кондиционера, спасает положение. Но я знаю, что это на самом деле. Ее приход всегда сопровождается легкой прохладой. Чувствую ее дыхание на своем затылке, ее волосы касаются моих плеч. Мои глаза закрыты, откидываюсь на спинку стула, запрокинув голову. Вожделение и страх, похоть и ужас атакуют сердце. Растекаясь по венам, судорожно вздрагивают в мышцах. Ощущаю прикосновение ее когтей на своей груди. Замираю. Ее рука скользит к шее, скулам, слегка сдавливает горло. Ее губы у моего уха. Шепчут:

- Привет, - этот мерзкий, отвратительный, едва слышный шепот. Смрад ее дыханья проникает в ноздри. В мозг. Открываю глаза, оглядываюсь. Ее нет. Кроме меня в комнате лишь время, повисшее в воздухе. Ей нравится играть со мной.

- Сегодня я не в настроении, - обращаюсь в пустоту, замкнутую меж бетонных стен квартиры. Подхожу к кровати, падаю на спину, сомкнув руки в замок над головой, - не идет рассказ.

Вижу, как из-за края кровати появляется ее лицо. Черные прямые волосы, неприродно бледная кожа, широко распахнутые глаза со зрачками на всю радужную оболочку. Кровоподтеки, паутина проступающих вен, ветви сосудов по всему телу. Но главное – ее оскал. Зловещий, безумный. Острые треугольные зубы, не свойственные человеку, скорее какой-нибудь хищной рыбе. Темно синие нёба у основания и такие же цветом губы. Ее движения ломаные, сопровождаемые неприятным хрустом костей. Она забирается на кровать. Вместо ногтей длинные темные когти, чем-то похожие на ястребиные. Эльмерго. Демон. Она сама мне об этом рассказала три года назад. Когда в полном отчаянье от непонимания этого мира я правил себя острым лезвием. Явилась за моей душой. Но не взяла. Решила поиграть. В ужасе я молил о пощаде, пытался откупиться, но все было тщетно. Мне нечего было предложить взамен. Эльмерго требовала душу. И я отдал. Но не свою. Придуманную, но ей это пришлось по вкусу. В минуту безысходности, мне оставалось только уповать на чудо. Я прочел ей свой рассказ. Оживив в сознании персонажей, просил забрать их, вместо меня. Ведь душа книжных героев бессмертна. Она оживает каждый раз при прочтении. Я стал для нее бездонным Граалем, она же для меня – музой, пусть и извращенной. А далее случилось невообразимое. Наши тела из разных миров слились воедино, в танце плоти, урагане наслажденья. Это происходит раз в месяц. Я публикую свои рассказы в Интернете, чтобы их прочло больше народа. Эльмерго нужна пища.

Она подползает ко мне, ее звериные повадки порой жутковаты. Я давно привык к ее специфическому запаху, а точнее смраду. К вечному оскалу и искрам безумия в глазах. Она садится на меня, обнюхивает грудь, шею, волосы. Потом заглядывает в глаза, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. Точно собака, реагирующая на свист. Эльмерго не многословна. Но я научился понимать ее по жестам, улавливать ее настроения. Знаю, что она питает ко мне некие чувства. Какую-то привязанность. В том мире, откуда она является это так же противоестественно, как и в этом. Она скрывает нашу связь. Там, это существо такое же чужое для всех остальных, как и я для мира людей. Видимо это нас и объединяет. Мне страшно подумать, что сделают с ней, если узнают про нас. Я боюсь за нее. Но Эльмерго умеет управлять временем, в витках которого, мы и скрываем наши встречи. Если ей что-то не нравится или же мне вдруг угрожает опасность, она может поместить это событие в цикличный континуум, заставляя проигрывать его вновь и вновь, пока не найдет нужное решение. Так я избежал ДТП в прошлом году. А еще читает мои мысли.

- Сегодня мой рассказ никуда не годится, - Эльмерго разжимает кулак, и на грудь мне падают скомканные листы с рассказом:

- Читай, - сквозь зубы шипит демон. Я закрываю глаза. Мысленно начинаю воспроизводить текст. Киносценарий. Чувствую, как она пускает мою плоть в себя, как начинает движение тазом. Я сжимаю ее грудь, дыхание учащается, образы в голове становятся более красочными:

Кадр. Школьная теплица советского образца. Курящие на перемене десятиклассники, укрывшиеся за ней от глаз учителей.

- Ты главное бей первым! Не жди, сразу налетай. Хоп, хоп, - один из учеников, Стас, атакует невидимого соперника. Кулаки разрезают воздух. От резких движений сигарета чуть не вылетает из его рта, но приклеившийся к нижней губе фильтр спасает положение.

- Слышь, Пингвин, а смысл? Гиря вон как на раз-два Буряка уделал, - долговязый Сергей тушит окурок о стену.

- Сам ты пингвин, а Буряк твой лох, какого еще поискать. Рыдал как баба.

- Буряк может быть и лох, кто спорит? Но они с Гирей хотя бы одногодки, да и в одной весовой. А Лёха? Мало того, что на два года младше, так еще и на голову ниже. Гиря влупит раз, он и потухнет нахер.

- Лёха, не слушай его. Ты главное не ссы, бери напором. Перехвати инициативу. Ты подвижнее, быстрее. По началу даже можешь силы особой то в удары не вкладывать, только добейся того, чтобы он в блок встал. А уже тогда херач, что есть дури! Ногой в коленную чашечку. Толкай его, пытайся повалить. А там уже дело техники, с носока пустишь тот жопу и поймает. Как пить дать, поймает!

Крупный план. Алексей молча кусает губы. Его мысли:

«Легко сказать. Да только вот Серега прав. Моя единственная перспектива на сегодня – отгрести по полной. Конечно, Стасик хочет, чтобы я ушатал этого борова, наши школы уже давно на грани войны, но нужно ведь и реально смотреть на вещи. Тоже мне полтора метровый «Рембо» выискался, хотя в его словах есть резон. Допустим, мне удастся на первых порах загнать Гирю в блок, но это же до первой ответки. Хотя, по крайней мере, буду выглядеть достойно, мол, начал хорошо, пока не пропустил. А если удастся максимально долго удерживать инициативу, не давать ему ударить, так вообще скажут, что на равных махались. Ну, хоть не будет походить на мое избиение, а это уже кое-что. И кто придумал эти драки один на один?»

Звонок. Смена кадра. Школьный кабинет. Алексей поглядывает на часы над доской. Стрелки отсчитывают двадцать минут до окончания урока. Он не слышит учителя, окружающий мир для него не существует. Парень вот-вот переломит на двое шариковую ручку в руках. Мысли Алексея:

«Ну, вот и шестой урок пролетел. Вот когда не надо время тянется, а когда нужно... Так, соберись. Что ты в самом-то деле, как будто не дрался никогда. Блин, но тогда же была хоть какая-то перспектива на победу. А сейчас? Да ладно, будет как будет. Ну, похожу пару недель с фингалами, ну что с того? Тоже мне невидаль. Не убьет же он меня в самом-то деле? Вот когда толпа на толпу, всегда же выбирал себе самого сильного соперника, и ничего, не бздел. Тут и не случилось еще толком ничего, а уже чуть ли не штаны сушить пора. Да кого я обманную? Ведь для чего я выбирал самого здорового? Правильно, чтобы ко мне первому пришли на помощь, когда кто-либо уделает своего соперника. А уже вдвоем потушить любого дело плевое. Достаточно было плясать с ним, не подпускать к себе близко, тупо имитировать драку до нужного момента. Тактика, хитрость. И сильному против слабого не спешат подсобить, что и исключало максимально ситуацию, когда мне пришлось бы махаться с двумя. А тут подмога не придет. И вот вроде же ничего такого не произойдет, но как же не охота отгрести. Откосить тоже не вариант, да и как? В медпункт? Живот болит? И справку Гире отнести, вот смеха то будет! Меня свои же потом зачмырят. И дернул же меня черт вчера, пойти за ней!»

Смена кадра. Алексей смотрит на одноклассницу за третей партой в среднем ряду. Светлые волосы, правильные черты лица. Мысли Алексея:

«Но что-то в ней есть. Еще вчера, с утра, я в упор ее не замечал. Как и все остальные в школе. Кому есть дела до замкнутой, нелюдимой девицы? Белой вороне нашего класса. Но стоило мне столкнуться с ней, стоило выпасть листок с ее рисунком из тетради. Там определенно был изображен я. Такая же прическа, тот же шрам на плече, от падения с мотоцикла»

Смена кадра. Рисунок ручкой на тетрадном листе в клетку. Обнаженный парень лежит на спине. Тело прорисовано на удивление детально. Рядом обнаженная девушка, очень похожая на автора рисунка. Она целует парня в губы, рукой прикрывает его гениталии. Мысли Алексея:

«Кто бы знал, что она вообще думает о сексе. Да еще и со мной. Может, правду говорят про чертей в тихом омуте. Как же она испугалась, когда я взял этот рисунок в руки. Тут же выхватила, покраснела, на глазах навернулись слезы. Неужели она думала, что я стану смеяться? Что расскажу об этом всей школе? Хорошего же она обо мне мнения. Есть что-то манящее в знании, что тебя хотят. По настоящему, по взрослому. После уроков ведь просто хотел с ней поговорить об этом. Но не успел. Живет то она на соседнем квартале, с которым мы не в ладах. И нужно было Гире со своей шайкой оказаться тогда именно в тот момент, именно там?»

Смена кадра. Воспоминания Алексея. Кирпичная арка длинного девятиэтажного дома, служившая границей кварталов. На встречу парня вышли четверо, цикая по сторонам слюной.

- Какие люди! Сам Леха Соловей пожаловал, собственной персоны.

Смена кадра. На лысо стриженный гопник, по кличке Лысый, делает шаг на встречу парню. Алексей смотрит сквозь них, вслед одноклассницы.

- Слышь, че оглох?

- Че нада, Лысый?

- Слышь, ты не борзей! Заявился сам, никто тебя не звал, так еще и дерзить вздумал!

- А че мне? Вы я гляжу только толпой и можете базарить, по одиночке языки та в жопе? Вы ссать тоже по четверо ходите, ну чтоб шланги друг дружке держать?

- Слышь, ты че смелый такой? Че страх вообще потерял? Попутал?

Смена кадра. Самый здоровый из четверки, придержал Лысого за плечо. Вожак. Гиря.

- Соловей, давай рулить по-пацански. За язык тебя никто не тянул, хочешь на разы, давай на разы. Но за борзость свою ответить придется.

- Да легко! Где? Когда?

- Завтра, после шестого урока. На пустыре за стоянкой. Только ты и я.

- Пф, легко, братишка! Не запамятуй только!

- Уж не запамятую, будь уверен.

Смена кадра. Школьный кабинет. До окончания урока пять минут. Мысли Алексея:

«Ну и нажил же я себе геморроя. И все из-за нее. Хотя причем тут она? Ее рисунок. Ее чувства, желания. Сегодня Гиря подрехтует мне фейс, так что и на главную роль девичьих фантазий особо претендовать не придется»

Смена кадра. Звонок. Алексей обрушивает кулаки на парту.

- Пора!


Продолжение следует...
Группа: Глава клуба рецензентов
Сообщений: 1106
Репутация: 1621
Наград: 48
Замечания : 0%
# 4 07.08.2017 в 04:04
Продолжение второго рассказа:

Шелест бумаги врывается в мой рассказ. Открываю глаза. Тело Эльмерго извивается надо мной. Она выгнула спину, запрокинула голову. Отправляет один из комканых листов с текстом себе в пасть. Жует. Шелест бумаги внезапно сменяет хруст. Из уголков рта течет кровь. Она верит в рассказ, у меня вышло оживить персонажей в своем сознании. Это их кровь, это хруст их костей. Закрываю глаза. Продолжаю:

Кадр. Толпа школьников на песчаном пустыре за стоянкой. Разбиты на две группы. Дают последние напутствия бойцам. Самый старший, обладатель самого высокого авторитета на обоих кварталах стоит в центре, объявляет правила.

- Бойцам снять часы, никаких лишних предметов. Махаться голыми руками. В пах бить запрещено. Бой продолжается пока один из соперников не откажется, признав поражение, либо не потеряет сознание.

Смена кадра. Оголенные по пояс Гиря и Алексей стоят друг напротив друга, в кольце зрителей. Старший дает отмашку рукой, о начале поединка.

- Леха пошел!

- Гиря давай!

- Гаси гада!

- Лупи!

Смена кадра. Алексей предпринимает попытку атаки, но тут же напарывается на мощный ответ Гири. Удар приходится в область правого уха. Группа поддержки Алексея кривится, представляя его ощущения. Парни из школы Гири ликуют.

- Хорош!

- Гаси!

- Туши его!

Смена кадра. Алексей закрывается руками в блок, Гиря наносит удары один за одним. Стас закрывает глаза руками, Сергей отворачивается. Мысли Алексея сквозь электрические вспышки в глазах:

«Твою мать!»

Смена кадра. Алексей пытается протаранить Гирю правым плечом. Тот в свою очередь, старается ухватить его за волосы, чтобы оттянуть от себя.

- Че как баба за волосы хватаешь!

- Гиря мочи его, че ты танцуешь с ним!

Смена кадра. Алексей в последней надежде спасти положение бьет Гирю правым локтем в область печени. Соперник на секунду замирает.

Смена кадра. Алексей поняв, что попал в нужное место повторяет удар. Гиря еле слышно стонет. Ребята из школы Алексея взбодрились.

- Давай!

- Уделай, падлу!

Смена кадра. Алексей воспользовавшись минутным послаблением Гири, чуть отшатывается назад и проводит удар в челюсть. Однако, попадает в кадык.

Смена кадра. Гиря хрипит, взявшись обеими руками за горло. Алексей, что было мочи атакует кулаком нос противника. Слышен отчетливый треск сломанной кости, лицо в одно мгновение окропляется кровью. Теперь уже друзья Гири хватаются за голову.

- Да ну как так?

Смена кадра. Алексей бьет Гирю ногой в грудь. Противник загребая кроссовками песок, спотыкается, падает на спину.

- Леха, красава!

- Туши, туши его!

Смена кадра. Алексей стоит над поверженным, демонстрируя готовность к удару ногой. Гиря скрещивает руки, прося прекращения драки. Лицо окровавлено, из глаз текут слезы. Друзья Алексея победно кричат, подняв руки. Старший останавливает бой.

Смена кадра. Компания выходит из-за угла стоянки. Около школы их ждут одноклассницы. Стас обнимает за шею Алексея, который пальцем пытается прочистить поврежденное ухо.

- Мальчики, ну что?

- Кто победил?

Смена кадра. Сергей поднимает в чемпионском жесте руку Алексея. Девочки ликуют! Однако, сам Алексей ищет глазами лишь Карину. Ту, за которой увязался вчера, о рисунке которой размышлял перед дракой. Лишь вдали от всех, у самого школьного крыльца, он увидел ее. Мысли Алексея:

«Значит ждала! Не ушла домой. Значит…»

Смена кадра. Двор. Лавка. Алексей и одноклассница Марина.

- Ты теперь прям герой школы.

- Есть такое. Только ухо ноет ужасно просто.

- Какие же вы, мальчики, дети. Драки, школы, квартала.

- Ага. Слушай, Марин, а ты завтра с Кариной убираешься в классе после уроков?

- Ну, да. А что?

- Да я в следующий понедельник дежурю, а у меня дела. Может, давай я завтра за тебя уберу класс, а ты в понедельник за меня?

- Не вопрос. Надеюсь дела – это не очередная драка.

- Та не, сеструха помочь просила, ну такое.

Смена кадра. Школьный кабинет. Алексей и Карина. Девушка старается не смотреть в глаза парню, лишь трет тряпкой парту.

- Лешь, если хочешь, я сама могу помыть, воды ты принес.

Смена кадра. Алексей смотрит в окно, на затянутое тучами небо.

- Дождь будет. Ты точно сама справишься?

- Да, конечно. Можешь идти.

Смена кадра. Карина стоит одна под козырьком школьного крыльца. Льет сильный дождь. Ждет его окончание. Не замечает, как из-за угла школы показался Алексей. Он шел к ней, под зонтом.

- Такси – экспресс, доставка до дома!

- Леша?

- Давай, Карин, не задерживай водителя!

- Но, я…

- Никаких, но! Я тебе должен, ты же за меня помыла класс? Ныряй под зонт!

Смена кадра. Алексей и Карина идут по пустынным улицам. Всех прохожих разогнал дождь, тарабанящий в ткань зонта.

- Тот рисунок…

- Мне правда, стыдно за него, я не хотела, чтобы его кто-то видел.

- Ты отлично рисуешь…

Смена кадра. Алексей остановился. Смотрит в глаза Карине. Она ждет его слов.

- Знаешь, мне кажется, я тоже что-то подобное чувствую к тебе.

- Давай сменим тему?

- Карин, посмотри вокруг. Тут только ты и я. Весь город в нашем распоряжении. Только здесь и сейчас. Если нам нужно поговорить, то это самый подходящий момент.

Смена кадра. Карина тупит взор. Алексей целует ее в губы. Она отвечает.

Смена кадра. Спустя некоторое время. Двор. Стас и Алексей сидят на лавке.

- Нет, я ее не пойму. Тот поцелуй ведь что-то значил? Почему она ведет себя так, как будто ничего и не было?

- Че ты вообще ей паришься? Вон Маринка на тебя запала и давно, сдалась тебе эта Карина?

- Ничего ты не понимаешь. Маринка, конечно классная девка, но та особенная.

- Ты че книжек перечитал? Особенная. Она что, как-то по другому устроена?

- Да что ты, в самом деле. Тут что-то не так, вот жопой чую. Не спроста она такая забитая, она боится чего-то.

- Ну, съезди в город, из которого она переехала, разузнавай что да как. Может она просто сдвинутая? Я по началу думал, что это из-за того, что она новенькая, но, блин, уже пол года с нами учится.

- У меня была такая мысль, но блин, как узнать где именно она там училась? Или ты предлагаешь прочесать все школы?

- Почему все? Начни по порядку, глядишь, повезет и окажется, что училась в первой.

- Прикалываешься?

- На самом деле в первой. Мне Маринка говорила, я еще пошутил: была в первой, теперь будет в последней.

- А Маринка откуда знает?

- Слушай, че ты прицепился? Хрен его знает, спрашивала у нее, наверное, когда та только пришла к нам в класс. Я запомнил, только благодаря шутке.

- Ты мозг!

- Да ну тебя!

Смена кадра. Алексей мчится на мотоцикле. Залитая солнцем трасса, золотые поля мелькают на фоне. В наушниках играет Агата Кристи «Гетеросексуалист»

Смена кадра. Алексей остановился перед школой, внешне сильно напоминающей его родную. Лишь цвет крыльца синий, а не светло зеленый. У входа стоит компания каких-то ребят, по возрасту близких возрасту Алексея.

Смена кадра. Алексей подходит к молодым людям.

- Здаров, ребят. Не подскажете, где можно найти кого-нибудь из десятого класса?

- А или Б?

- Да без разницы, мне бы узнать кое-что.

- Ну, я из десятого, че хотел?

- Да тут такое дело. Раньше в этой школе училась одна барышня. Карина Полянцева, не слыхали?

Смена кадра. Ребята переглянулись. Тот, что в джинсовой рубахе ехидно усмехнулся.

- Да кто же ее не знает?

Смена кадра. Компания начинает смеяться. Алексею явно не по себе.

- Ну а все-таки, могу ли я найти кого-нибудь, кто учился с ней в одном классе?

- Ну я учился, че те надо? Ты вообще кто такой?

- Да не важно, просто нужно узнать. Короче, какая она была тут, когда училась?

Смена кадра. Парни смеются, Алексей начинает нервничать.

- Охрененная была, че тут сказать.

Смена кадра. Тот, что в джинсовой рубахе изобразил жестами, как будто имеет невидимую девушку сзади. Остальные смеются, держась за живот.

- Ах ты, сука!

Смена кадра. Алексей что есть мочи бьет парня в челюсть. Тот от неожиданности пятится назад.

- Ты че делаешь, мразь!

Смена кадра. Алексея окружают.

- Тебе жить надоело? Ты знаешь, кого ударил?

Смена кадра. Алексей бежит в сторону мотоцикла. Вслед за ним шестеро, включая парня в джинсовой рубашке.

- Стой, мразь!

Смена кадра. Алексея сбивают с ног у самого мотоцикла. Он падает на асфальт вместе с ним.

Смена кадра. От падения у мотоцикла открывается боковой бардачок, из которого на асфальт со звоном высыпаются гаечные ключи. Алексея бьют ногами сразу трое.

Смена кадра. Алексей хватает вывалившийся ключ на двадцать четыре. Пытается отбиваться.

Смена кадра. Алексей наотмашь попадает колючем в висок парня, в джинсовой рубахе. То замертво падает.

- Ты че творишь?

Смена кадра. Противник отступает, Алексей кричит, тряся ключом.

- Ну, давайте, суки! Давайте!

- Ты же убил его, придурок!

Смена кадра. Здание суда. Алексей на скамье подсудимых. В зал заходит судья. Все стоят.

Смена кадра. Алексей слушает приговор.

- … признать виновным по статье 119-я часть первая Уголовного кодекса Украины, убийство по неосторожности, и назначить наказание в виде четырех лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. До наступления совершеннолетия поместить…..

Смена кадра. Следственный изолятор. Записка от Стаса.

«Она переехала»



Открываю глаза. Тело содрогается, Эльмерго стонет на мне. Потоки крови из ее рта текут по шее, груди. Я на финише, отдаю ей рассказ в полной мере, вместе со своим семенем. Она смотрит мне в глаза. Рычит сквозь стиснутые зубы. Я вижу на них остатки застрявшего мяса. Я задыхаюсь от нахлынувших эмоций. Мы замираем. Она что-то почувствовала. Прочла мои мысли. Разинула пасть перед моим лицом. Из ее недр вырывается вопль дикой кошки, смешавшейся с ароматами гнили и теплой крови. Я знаю, что ей сейчас больно, пытаюсь обнять, успокоить. Но она отбивает мои руки в стороны, продолжает выть. Сжимает все сильнее острыми когтями мое горло. Я почти не могу дышать. Хватаюсь за ее руку своей, чтобы ослабить хватку. Эльмерго кусает ее за запястье, однако острые как лезвия зубы не прорезают плоть. Подобно верной собаке, играючи прикусывающей руку хозяина. Она затихает. Слабеет. Я жадными глотками хватаю кислород. Она отринула назад, спрыгнула с кровати, забилась в угол комнаты. Прокашлявшись, я все же начал говорить:

- Пойми, это не может продолжаться вечно. Ты же сама прекрасно знаешь. Мы не должны быть изгоями в наших мирах. Белыми воронами, чужаками. Что будет если твои узнают? - Эльмерго лишь рычит в ответ.

- Все это не правильно. Я чувствую, где-то рядом есть родная мне душа. Та, с которой я должен прожить свою жизнь. Человек, понимаешь, человек! Порой мне чудится, что я улавливаю ее настроения, чувствую ее желания. Видимо это способность я, в какой-то мере, перенял у тебя. Но это моя судьба, встретится с ней. Боюсь, что нам с тобой не подвластно обмануть предначертанное. Но я нашел выход. Я не буду публиковать этот свой рассказ, я напишу новый. Про тебя и меня. Мы будем жить в сознанье читателей. Ты будешь жить в их головах. Я дам тебе свободу. Их память.

Глаза Эльмерго кровоточат. Она уже не рычит. Время все еще в ее власти. Лишь наклоняет из стороны в сторону голову, подобно верному псу. Она растворяется, покидает меня. Навсегда. Стрелка часов вновь начала бег. Ее больше нет. На меня обрушивается августовский зной. Встаю с кровати, бреду к письменному столу. Я выжат. Пуст. Беру чистый лист бумаги. Пишу:

Отпусти


Еле слышный треск тлеющего табака заполняет тишину. Глубокий вдох сладкого яда. Сигаретный дым дерет горло, точно блесна в пасти щуки….

Группа: Глава клуба рецензентов
Сообщений: 1106
Репутация: 1621
Наград: 48
Замечания : 0%
# 5 07.08.2017 в 04:25
Рассказ №3

Операция «Белая Ворона»


Директива № 195060461

Главный штаб ополчения войск Эрра-15

Совершенно секретно

Для: Центральная управа развед. обеспечения (ЦУРО)

По имеющимся данным, в ближайшие дни (сроком до недели) ожидается активизация войск противника на участке Либа. В связи с этим постановить ЦУРО к исполнению:

1) Использовать благоприятный момент для инициации варианта «Белая Ворона».

2) Считать операцию начатой с момента первого боевого контакта с противником на вышеуказанном направлении.

3) Ответственным за сопровождение варианта «Белая Ворона» назначить майора первого класса Л*****.

4) Руководителем операции «Белая Ворона» назначить майора первого класса Л*****. Исполнителем – соответствующие подразделения ЦУРО.

5) Обо всех обстоятельствах операции докладывать непосредственно в Главный штаб.

Примечание: Код шифровки: 4 Тб–крипт; Способ передачи: телефотонный, синусоидный поточный, Х128-разрядные фальш–каналы; После прочтения – уничтожить.

1

Капрал Халин лежал на спине, закованный с ног до головы в углеродисто-волоконный доспех, тяжело вбирая грудью горячий воздух, и смотрел в красноватое, бесконечно ясное, без единого облака небо. Над многокилометровым слоем прозрачной атмосферы нависал космос, оттененный кораллово-бежевым отливом, и покрытый россыпью звезд. Альтарес ­ полноправный хозяин системы, царь в далёком от Солнца дворце ­ величавым, холодновато-синим свечением взирал на разногласия смертных. Недавно начавшееся столкновение поутихло, будто ожидая второго раунда. Если бы капрал находился сейчас на базе, он бы непременно пристал к Николаеву с расспросами об астрономии. Но, к сожалению, для себя Халин укрылся на дне воронки и, желая плотнее прильнуть к земле, уперся полимерным рейдовым ранцем в глинисто-оранжевый грунт планеты-колонии. С самого дня высадки он не попадал в подобный переплёт.

– Акир, естеш жив? – кричал откуда-то слева Вронски.

– Не дождёшься, свиная рулька! – вернулся из временного забытья Халин.

– Я видел, как у тебе забрало разломило. Потом молчание. Думал, хана.

– У меня связи нет. Наверное, попаданием повредило – сказал Акир, дотрагиваясь до шлема, пытаясь, через наноматерию перчаток, ощупать повреждения.

– Слухал бы ты, цо в эфире сейчас – сказал Вронски, немного пыхтя.

– Да мне всё равно. А ты чего там пыжишься?! – отвлёкся от своего занятия капрал.

– Прикрой мне! – рявкнул Вронски и, судя по звукам, рванул по подъёму из своего укрытия.

Акир вытянулся, не вставая, вдоль склона, насколько позволял рост, поднял над головой автомат и выдал длинную очередь в сторону ДОТа. ДОТ немедленно ответил пулемётным огнём. Пара внушительных посланий проскользнуло над головой, и к тому времени запыхавшийся сержант тяжело брякнулся возле Халина.

– Я думал, Мешко, ты разучился бегать – приветствовал капрал.

– Знаешь, – сквозь закрытый шлем, неровно дыша, начал Вронски – Знаешь, за цо ты мне всегда подобался?

– Ты набожный грешник, а я – ангел воплоти! – ехидно ответил капрал.

– И так если, то падший. – Отдышался сержант – За твоё убогое чувство юмора. Оно есть убогое, но всё же…

– Всё же где там наши? – прервал его Халин.

«Почекай чуть-чуть» – бросил сержант Халину. Вронски слегка приподнялся, выглянул из воронки ловко и незаметно, будто куропатка из травы, и сполз обратно. «Командир приказал инфу собрать» – объяснил он.

Мешко открыл крышку наручного ПК и набрал команду «Выполнить текущую задачу => В доступ».

– Приём. Сержант Вронски. Передаю сведения, господин рейтар!

– А теперь! – капрал отчётливо видел своё отражение на темном стекле интерактивного забрала – А теперь, – повторил Вронски – Смотри тутой.

– Там за барханом – показал Вронски в сторону тыла – Наш славный командор, программер головоногий и Кузьмин. Вероятно мне, передают сигнал бедствия – усмехнулся Мешко.

Сержант, помедлив задумчиво, засуетился вдоль кромки рыхлой почвы и попеременно с каждой стороны визуально зафиксировал информационную карту. Сеть автоматически обновила данные для всего подразделения.

– Там – продолжил он уже возле Халина, рисуя рукой дугу – За теми барханами, ну там, где есть первый раз бахнуло – Хиза! С ней ещё кто-то. Не из наших. Ник-нейм не знаю.

«Почекай!» – прервал сам себя Мешко, выставив пятерню – Сержант Вронски принял! – отчитался он уже по связи.

– И что там? – кивком любопытствовал Акир.

– Ну, всё! – недовольно протянул Мешко – Он совсем зъехал. Командор наш. Атакировать собрался.

– Значит, пока мы отрезаны, я тебе подчиняюсь! – округлил глаза Халин – Вот так новости.

– Езус Марья! Акир, не будь таким пессимистом. – Засмеялся Вронски и хлопнул товарища по плечу – Помнишь, как было на Критоне?!

– Полная задница! Но там хоть командовал рейтар Севернин. А теперь этот.

«Момент!» ­ сказал Вронски – «Приказует теперь по отделённо».

Пару секунд сержант кивал сам себе, уставившись в землю, а потом довольно сообщил:

­ У меня тебе хорошие новости, Акир! Первая – мы штурмуем ДОТ. Вторая – участвует всё отделение, а значит, ты подчиняешься, по-прежнему, Хизе.

– Штурмует только одно отделение? – цокнул капрал, недовольно качнув головой.

– Вечно недоволен! Да, первое штурмует. Второе подавляет противника, третье в обход, с фланга, а четвертое – огневое прикрытие. Кажется, не так плохо, а?

– Дерьмо! – ввернул Халин.

Место сбора нам – за той дюной – показал Вронски.

Короткими перебежками, от укрытия к укрытию, пара космических пехотинцев – Халин и Вронски – добрались до бархана перед ДОТом. Почти у цели, сержант на полном бегу споткнулся обо что-то, упал на колени, как будто перед алтарём, и застыл на мгновенье. Халин развернулся, с криком: «Жирный боров» – потянул товарища за ухват наспинной броне и за мгновение до града пулеметных пуль, выдернул громоздкого бойца с открытого пространства. Постепенно, словно одинокие пустынные лисы в поисках еды, с разных сторон появились остальные солдаты подразделения.

– Черт, я, наверное, метров пятьсот на пузе прополз – ворчал сквозь дыхательные пазы шлема Крюк – Теперь вся промежность по уши в песке.

– Рождённый ползать, Крюк, сам знаешь. – сказал Халин.

– Ой-ой, умный нашёлся. Рожденный ползать – кривлялся рядовой Крюк – бла-бла-бла. У меня ни одного укрытия, ни сантиметра пригорка.

– Я ж говорю, Крюк, у тебя как всегда.

– Да пошел ты! – оскалился рядовой.

– Ща шлем стяну с тебя, выдерну бороду и на лысину натяну – шутя, пригрозил Халин.

– Конечно, свой-то шлем профукал – также не унимался Крюк.

– Заткнитесь оба! – Хиза шла в полный рост, будто пули и снаряды её совершенно не волновали – Потом будете флиртовать.

– Хо-хо, мастер-шеф – заголосил Мешко – Естеш вовремя!

«Один, пять, восемь» – мастер-шеф пересчитывала личный состав – «А где девятый?».

– Нет – ответил басистый Мавруд.

– Как нет?

– Так, мастер-шеф. Совсем нет. Миной накрыло – печально поведал капрал Мавруд.

Было, вдруг, нависла тишина, которую моментально прервала Хиза:

– Некогда. Каждому своё. Не в бирюльки играем.

Хиза открыла ПК и сверила данные. Согнувшись и недолго поколдовав, она объявила вставая:

­ Две цепи по три пойдут по флангам. Вронски! Ты и – она обвела взглядом отделение – Халин, и ещё Крюк, поддаёте жару, пока мы двигаемся. Вот с этого самого бархана. Мы упали, вы пошли. Как обычно. Главное – говорила Хиза уже скорее для всех ­ не мешкать. Ноги в зубы и вперёд. Доберёмся до бункера, кидаем сперва магнитные. Там наверняка стационары без людей. На всякий случай, перед входом – осколочные. И если кто вздумает подохнуть – сгноблю в нарядах. Даже на том свете. Всем ясно?

– Так точно! – вразнобой ответили бойцы.

– Давайте покажем, как умеет воевать 2-я Восточно-Европейская бригада!

Мастер-шеф жестом указала занять позиции и приготовиться. На месте, полулежа, в изготовке, обдумав полсекунды всё ещё раз, словно ей снова предстояло бить решающий пенальти в финале армейской лиги, она кликнула по экрану ПК. Биты обработанной и зашифрованной информации со скоростью света преодолели метры песчаной планеты и оповестили рейтара, что первое отделение готово. Рейтар отжал цифровое поле «Принял» и, затем, «К исполнению!». В мгновение ока в сторону бункера понесся ураган из всего, что только было у отделений поддержки и прикрытия. Автоматика в ДОТе незамедлительно огрызнулась крупным пулемётным калибром и гранатомётами. Мины вновь завыли свою писклявую тягомотину.

Халин взглянул на автомат. Счетчик боеприпасов отобразил цифру «1000». «Полный комплект» – промелькнуло у него в голове. Он повернулся к Вронски. Тот что-то говорил, но грохот так плотно опоясал всё вокруг, что Акир ничего не расслышал. Мешко подбежал на полусогнутых и крикнул почти в упор:

– Казал, ты без связи. Поменьше стреляй, значит, и на мене смотри.

– Толстяк, – ответил громко Халин – лучше ты смотри под ноги, я тебя не утащу.

– Ты – идиот! – качнул головой Вронски и покрутил пальцем у виска.

Халин улыбнулся. Иногда он и сам находил, что перебарщивает:

– Я понял, Мешко. Ориентир на тебя и на Крюка. Там разберёмся.

– Ну, всё, они пошли! – вмешался Крюк и все трое открыли огонь с песчаного пригорка.

Халин отсчитал про себя до трёх – секунды, которые ему показались очень долгими. Шеренги наступающих залегли и Акир, что есть мочи, рванул по бархану вниз. Ноги, повинуясь закону притяжения ускорили и без того интенсивное движение. «Один» – капрал старался краем глаза выхватить Вронски и Крюка. Они бежали уступом чуть впереди. «Два. Приглядеть бы укрытие» – подумал Халин. «Три» – капрал тут же, словно безвольная шарнирная фигурка, обмяк и сложился на плотный песок. Над головой просвистели пули. Пара финтов-рывков в сторону и вот он уже под защитой невысокого, величиной с бордюр, каменистого уступа. Пласта неизвестной ему породы.

– Курва мач – почил Вронски руганью своё тяжеловесное приземление – Мы ничего не прошли, а он уже бьёт нам.

Мешко лежал в паре метров от Халина.

– Двигайся, не время щас – выпалил Акир и выпустил в сторону противника изрядную пачку патронов. Тут же поднялся и сорвался рысью, перепрыгивая с ноги на ногу. «Один, два, три, упал» – командовал сам себе капрал. Беглый огонь. Подъём и стремительный бег. Танцуя под палящим светилом, краткими перебежками приближаясь к цели, Акир чувствовал, будто подчинился ритму знакомого танца. Три пружинистых толчка. Передышка. Три кратких мгновения. Скачок. Не чувствуя под собой земли, Халину казалось, что в каждый промежуток он парит и затем мягко падает, чтобы потом ещё сильнее оттолкнуться, как, наверное, это делает игривая кошка. Халин проделывал маневр раз за разом, пока не почувствовал спиной фортификационный бетон. Он стоял в окопе, который вился иссохшим ручьём, примыкая к ДОТу. Капрал устало прислонил затылок к стенке бункера и попытался плавно нащупать дыхание.

Плотной группой возле бункера столпилось всё отделение. Хиза знаками дала понять, чтобы приготовили гранаты и добавила:

– Вронски, Халин! Пятнадцать метров, прикрывайте периметр.

– Есть! – коротко бросили пехотинцы и поспешили перекрыть тыл.

Сквозь огромную бойницу бетонного монстра полетели магнитные лимонки. Тем временем Мавруд установил пробивной заряд на прочную дверь. Кумулятивная струя, состоящая из газа и кислоты особого состава, начала впиваться в замок, прогрызая прочный материал. Электромагнитные взрывы внутри ДОТа должны были обезвредить стационарные автоматические установки. При удачном раскладе – вырубить системное управление.

– Дверь готова! – проревел Мавруд. Хиза показала заходить внутрь. Крюк потянул массивную входную преграду на себя, а Мавруд закидал проём ударно-волновыми и свето-ослепляющими «приветами». После серии хлопков отделение, кроме двух прикрывавших, тесной колонной, во главе с мастер-шефом, скрылось в бункере.

Акир знал, что может случиться любая неожиданность. Поэтому держал ухо востро. Но всё оказалось вне всяких сценариев. Халин услышал гром, который гневно поразил небеса прямо у него за спиной. Едва обернувшись, он лишь успел заметить, как огромный огненный шар вздымается вместе с бункером к небу. Бетонные осколки разлетались во все стороны, а земля заходила под ногами. Капрала сбило взрывной волной, и он потерял сознание.

2

Вдоль серого полуосвещённого коридора подземной станции сил колонистов в светло бежевой форме ополчения без знаков различия шёл мужчина. Его шаги мерным эхом раздавались далеко впереди, и это стало знаком для часовых. Завидев приближающуюся фигуру, один из ополченцев крикнул:

– Стой! Звание и код допуска!

Второй ополченец, более старший, не вставая со стула, на котором он довольно вальяжно и свободно сидел, откинувшись на спинку, взглянул на напарника, словно на идиота и крикнул подходившему:

– Всё в порядке, брат майор! Проходите. Он новенький здесь, вот и выслуживается. Без году неделя как с фронта.

– Тебе бы поучиться, Андрей! – ухмыльнулся в ответ майор первого класса, почти приблизившись к часовым.

– Пять лет, с самого начала, брат Локтев, и ни одной оплошности. Я хоть и фермер от роду, но умею знать. – Ополченец поднёс руку к голове и передал по связи – Открыть дверь!

Металлическая дверь, окрашенная в зелёный с проступающей ржавчиной, лязгнула полутора тоннами массы и нехотя повиновалась механическому приводу.

– По старинке, но зато надёжно – сопроводил Андрей неспешное действо.

Майор Локтев, отблагодарив часовых, переступил порог и вошёл в широкое, ярко освещённое в центре, помещение. Посреди комнаты сидело два связанных солдата метрополии в окружение офицеров безопасности. Пара ополченцев располагалось у стены, в качестве страховки. За столиком в углу, в полумраке, сидел седой некрупный мужчина в белом халате.

– Здравствуйте, профессор! – обратился Локтев к седому человеку.

– А майор – ответил тот, улыбаясь – Мы только Вас и ждём.

– Братья! – обратился Локтев к присутствующим – Не вижу причин церемонничать, предлагаю приступить! Профессор, вмешательство на ваше усмотрение.

Седоголовый кивнул и стал что-то записывать на десктоп. Локтев подошёл к пленным, достал электронный мундштук и закурил.

– Вы знаете, чего я вправе требовать, а чего нет? Ведь так?

– Кажется, ополчение не подписал конвенции – медленно ответил Вронски – Мы ничего не обязаны.

– Но и мы можем вас пытать – ухмыльнулся майор.

– Так есть, но…

– Чего ты хочешь, скотина? – перебил Акир, смотря майору прямо в глаза.

– Ох, какой бойкий экземпляр! – рассмеялся Локтев – Для начала давайте формальности. Звание, должность и так далее по списку.

Пленные переглянулись и Мешко начал:

– Мешко Лукаш Вронски, сержант космической пехоты, Русский штурмовой батальон, 2-я Восточно-Европейская бригада, оперативное подчинение Земля-Эрра.

– Халин Акир Викторович, капрал – с неприязнью бросил Акир.

– Ну что ж. Не самое удачное место для знакомства. Да и обстоятельства не те. Я – майор первого класса сил ополчения Эрра-15 Локтев. Приятно познакомиться.

– Да пошёл ты – вырвалось у Халина – Показушник клоунский.

– А теперь к делу! – майор будто не обратил внимания на оскорбление

Локтеву передали папку, которую рн незамедлительно открыл.

– Тут перехватили кое-что. Мы долго не могли понять, как получается, что при таких потерях, метрополия снова и снова отправляет на фронт свежие силы. Подозрения были, но как-то не сходилось. Всё-таки биоинженерия под запретом. А нарушения караются очень строго. Видимо, ваше военное министерство решило пойти ва-банк. Даже родное правительство не простит им этого.

Мешко громко засмеялся:

– Боже дроги, цо бы там ни было, мы естем простые солдаты.

– Обо всём по порядку – ответил майор – Ваше командование, чтобы скрыть провалы на фронте, чтобы скрыть масштабы убитых, ввело программу клонирования. Точнее частичного клонирования. Всё-таки с памятью ученые ещё не могут до конца разобраться. Да и с сознанием тоже. Поправьте меня, профессор, если я ошибаюсь.

– Научные премудрости сейчас ни к чему, брат майор – уже почти старческим голосом произнёс седовласый мужчина.

– Так вот – продолжил Локтев – С фронтов поступала странная информация. Солдаты различных подразделений сообщали, что некоторых солдат противника они видят не в первый раз. Точнее, хоронят не в первый раз. Поначалу, все решили, что какой-то массовый психоз. Но случаи нашли документальные подтверждения. Фото, видео, просто экземпляры одинаковых трупов. Не близнецов. Совершенно одинаковых.

– Вам бы наливать поменьше! – вставил Халин.

Один из офицеров подошёл и влепил Акиру пощёчину.

– Заткнись, когда с тобой разговаривает офицер первого класса. Ты много себе позволяешь, грубиян!

– Уорент! – резко вклинился майор – Отставить! Займите своё место. Допрос веду я.

– Простите, брат майор. Я уже не мог себя сдерживать.

– Сохраняйте самообладание, брат Уорент. Особенно, когда рядом вышестоящий начальник! Тем более, когда присутствует профессор.

– Виноват.

– Я повторю, господа. – Обратился майор к пленным – Слишком много фактов указывало на правоту наших бойцов. Тут подключились учёные. В общем, чтобы больше не рассусоливать, скажу, что ваша армия – это армия андроидов.

– Йезус Марья! – ироническим тоном протянул Вроски – Мешко простой, как два гроших. Да, Мешко по-глупому угодил не в тот батальон. Мешко нашёл буклет «Polished brass» на призывном пункте и пошёл искать казарму, думая, что там написано «Польски брат». Мешко не знал ни русского, ни английского. Поэтому просто показывал эту надпись проходящим солдатам: новобранцам, добровольцам. Таким же, как и он. Ему ткнули пальцем в казарму, где выступал этот пердольски оркестр. Это была казарма Русского штурмового. Мешко простой поморец. Он зашёл и отдал документы в канцелярию, полагая, что теперь он в Польском батальоне. Да, Мешко не образован, любит вкусно покушать, но он не идиот, и не верит в такие сказки.

– Удивительно складно прописанный сценарий – профессор захлопал в ладоши – Подумать только. Они всё же неплохо постарались. Приятно наблюдать за такой работой.

– Нам Вы можете не верить, господа земляне. Но – майор сделал многозначительную паузу – Лучшее доказательство – это вы сами!

– Ты что рехнулся?! – произнёс Халин – Вронски, да они нас за идиотов принимают. Расстреляйте, и хватит ломать комедию.

– Дело в том, что вы первые действующие… кхм-кхм… то есть первые живые андроиды, до которых нам удалось добраться. В полевых условиях трудно проводить такие научноёмкие исследования. Вообще, наши инженеры, робототехники только приступают к серьёзной проработке вопроса. Теперь, когда у нас есть вы, дела пойдут быстрее, а действовать на общественное мнение на Земле будет проще. Главное кропотливо подготовить доказательства. Пропаганда метрополии, милитаристское лобби – серьёзный противник, и сопротивление преодолеть будет нелегко. На этом, думаю, первый допрос можно закончить. Как считаете, профессор?

– Да-да – согласился седовласый наблюдатель – Времени не так много, но и спешка смерти подобна.

– Уорент! Вывести пленных! – приказал Локтев.

Мешко и Акира вывели через длинный бетонный коридор во внутренний двор, а потом за ворота, и направили под охраной к транспортнику. Мешко заметил, что их вело два юнца, на которых висела новенькая форма. Вронски взглянул на Акира. Тот кивнул. Мысли в их головах совпадали. Это шанс. Оба знали, что такой наглости от них не ожидают. Слишком глупо, но возможно.

Как только зашли за транспорт ополченцев, Мешко резко развернулся и пнул ближайшего конвойного в пах, а потом боднул головой того прямо в нос. Акир не отставал и уже шарил в куртке второго поверженного охранника в поисках ключа. Халин достал магнитную карту и провел над запястьем Вронски. Щелчок. Мешко свободен, как вскоре и сам капрал.

– Тревога! – закричал водитель транспорта – Сюда. Приём. У нас побег.

– Чего орёшь?! – рявкнул Халин, быстро подбежал и вмазал что было силы водителю лицо.

Мешко взял автомат, ещё один бросил Акиру.

– Разделимся. Повезёт – увидимся – сказал Мешко. Я на всход, а ты на заход.

– Идёт! – крикнул Халин и помчался на запад – Удачи, свиная рулька! – добавил он убегая.

На высоком бархане с биноклем в руках стоял Локтев и рядом мужчина в белом халате. Они смотрели вслед убегающего капрала.

– Думаете, сработает, профессор?!

– Это наш почти единственный шанс. Вариант «Белая ворона» пока идёт по плану. Их производительные силы крепнут день ото дня. Нам важно, чтобы отлаженная система начала гнить изнутри. Сама себя надломила. Знаете, майор, они создали нечто, о чем и сами не догадываются. Если эти андроиды способны сознавать себя, то, возможно, откажутся от роли пушечного мяса и начнут, что-то вроде восстания. Или, хотя бы, неповиновения. Нужно, чтобы хоть один из них задумался. Сознание, есть такая теория, это ошибка эволюции. Побочный продукт. Вирус, который передаётся от человека к человеку. Что ж – задумался профессор – может быть, теперь болезнь вырвется за переделы людской расы. Если всех андроидов поразит вирус самосознания, кто знает, возможно, у нас будет новый союзник и шанс, наконец, отвоевать свой суверенитет. В любом случае, белая ворона выпущена из клетки. Это один из вариантов. Дадим ему шанс осуществиться.

Профессор улыбнулся, посмотрел на Локтева и пошёл назад, вниз по бархану. Майор глянул через бинокль на удаляющуюся фигуру.

– Что ж, профессор. Возможно, вы правы. Но этих «возможно» слишком много. Слишком.

Акир бежал, спускаясь и поднимаясь по дюнам, не чувствуя усталости. Он знал, пусть лучше лопнет печень, чем догонят ополченцы. Второй раз ему уже так не повезёт. Километров через десять, Халин остановился. Он согнулся, опёрся ладонями о колени и жадно вбирал кислород. Уставившись в песчинки бесконечной пустыни, Акир задумался. В голове мелькало ощущение дежавю. «Машина или человек. Всё равно. Главное я – это я!»
Группа: Глава клуба рецензентов
Сообщений: 1106
Репутация: 1621
Наград: 48
Замечания : 0%
# 6 07.08.2017 в 04:28
Голосование открыто до 21/08/17 включительно! Голосовать нужно за один рассказ!
Если допущена какая-либо ошибка в форматировании, обращайтесь ко мне в лс.
Группа: МАГИСТР
Сообщений: 466
Репутация: 302
Наград: 22
Замечания : 0%
# 7 08.08.2017 в 17:13
№ 1 - годная антиутопия, неплохая психология. Впрочем... неудивительно, что Максиму не доверили размножение, раз уж он настолько *спойлер* не отличает. И концовка... это трэш, разве так можно? Ни с позиций ватсонианства, ни дойлизма - нельзя. Ещё в одном месте "годный" вместо "негодный.

№ 2 - аморфная размазня, от сюжета в голове не осталось ничего... интернет-истории как корм личного демона?

№ 3 - "Вторая модель". Не помешал бы конец-перевёртыш поинтереснее - другие клоны, "сами вы андроиды", что угодно.

За № 1.
(хоть он и похож на второго "Мудреца без головы" до неприличия, кмк. Включая травести).
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 235
Репутация: 112
Наград: 5
Замечания : 0%
# 8 09.08.2017 в 10:30
1. Язык нормальный, читабельный, без вырвиглаза. Контекст любопытыный, но слишком уж утрированно и нарочито всё это. Автор явно не смог дожанглировать всеми нюансами антиутопичного мира. Связь с темой ясна: выделяешься -- удаляешься. Хотя "белая ворона" как словосочетание в тексте нигде не встречается. Разве что белые одежды в конце. Я так и не поняла концепт этого мира, а самое главное - концепт текста. Очень заметно, что мальчики тут выписаны либо мудаками, либо тряпками, а девочки - героини прям. Книжки тут смотрятся чужеродно, я не верю в их роль в тексте. Ну и финал выглядит как: автору надоело писать и все умерли. Почему Максим просил прощения? Я не верю, что до него что-то дошло из гуманистических идей.

2. Была бы одна история про гопоту, голосовала бы точно. Во-первых, язык именно кусков про гопоту куда более живой и без косяков. Язык части с демоном просто чудовищен. Перегружен, пафосен. Как два разных человека писали. Идея приносить в жертву души написанных персонажей хороша. Но исполнение...

3. Лучший язык из представленных тут. Думала, что точно голосну. Но увы -- часть с битвой затянута, я с трудом ориентировалась в именах -- у каждого минимум по два. Часть с битвой ничего не дала мне как читателю, для чего она была? Показать человечность? Имхо, экшен битвы годится тут хуже, чем сцены на привале, скажем. Ну и плоттвист для меня оказался запутанным. Если робот себя осознает, он не будет воевать. Но это фейл -- в тексте роботы и так считали себя людьми и воевали. Есть множество простых способов заставить воевать осознающего себя человека. В общем, идея мне оказалась не ясна. Привязка к теме номинальная.

Более-менее чёткая идея есть только у второго, но язык... В первом есть школота, я люблю школоту. Есть даже характеры. Но идея. В третьем язык! Но сюжет...

Никому голос
Группа: НАЧИНАЮЩИЙ
Сообщений: 48
Репутация: 56
Наград: 4
Замечания : 0%
# 9 10.08.2017 в 13:09
Рассказ 1 
Идея просто отличная. Не смотря на то что тема постапокалиптических вариаций развития общества достаточно избита, мне понравилось как вы ее описали. При чем главной темой естественно был не мир, который вы описывали, а именно "белая ворона". чем отлично раскрыли тему. Мне очень и очень понравился рассказ.
Читается легко и приятно. Прием мини-глав несколько отвлекающий, я люблю постепенное повествование, а если и использовать главы то они должны быть объемом побольше, ну ничего, здесь сильно в глаза не бросилось.
По тексту особых отклонений не увидела (про то что в одном месте было годны вместо негодный уже сказано было, не повторяюсь). Единственное по моему  новая шапочка была кирпично-красная вначале а потом стала оранжевой - или мне показалось? Фразы построены правильно и четко, постепенно описывая события. Нет затянутости, в меру описания мест и людей, в меру диалогов, на мой взгляд гармонично написано - да, именно гармонично.
По сюжету - повторюсь - тема хоть и не новая, но раскрыта автором хорошо. Прием, что девочка стала мальчиком тоже не нов, но тут смотрелся как влитой. 
Тема раскрыта полностью - тощий и есть белая ворона и кстати на мой взгляд очень тонкий намек что их в белых одеждах расстреливали.

Рассказ 2 
Вы знаете, когда читала - не могла сдержать неприятия. Настолько сильное неприятие к демону и к ситуации, что не передам. Но это кстати хорошо, любые сильные эмоции у читателя это прекрасно, они дают возможность ощущать, а значит думать о том, что написано. У вас получилось абсолютно отвратительное описание секса с этим демоном и наслаждения этого действа, просто ужас - в хорошем смысле, взбудоражило все мое естество))) По рассказу который внутри рассказа - не понравился, абсолютная гопота и банальная история и я пропускала половину фраз когда читала. Я понимаю суть что вы хотели донести - что автор вдыхает душу в книжных персонажей - прекрасная идея, но уменьшите этот рассказ про школоту - саму историю оставьте-раз уже другой нет, но уменьшите, тяжело читать - не понравилось. 
Сам текст читается хорошо (кроме части про школу), качественно описаны эмоции и чувства ГГ - писателя.
Автору спасибо, мне многое понравилось в вашей идее и в вашем сюжете, мне до вас еще далеко, снимаю шляпу (почему тут нету смайлика снимающего шляпу? ведь сайте же для писателей). 
Тема раскрыта - белые вороны в своих мирах и девочка в школе-белая ворона)

Рассказ 3
Вы знаете, автор, наверное опять таки это субъективное мнение и дело вкуса - но описание боя вначале у вас не очень получилось - я не скажу что я написала бы лучше, но если честно - то я пропускала половину диалогов и фраз (когда они собирались штурмовать).   Ваш рассказ мне понравился вообщем, кроме этой части - где они мечуться туда сюда. Я потеряла даже суть кто где по имени, где какой герой находится и кто из них девушка) 
Идея красивая - белая ворона - это мысль в голове андроида о том что он андроид и что в результате приведет к восстанию и победит врага - замечательно на мой взгляд. Только вот начало, эх....
Я поддерживаю изящность борьбы с врагом методом его внутреннего саморазрушения) Красиво, элегантно и просто, хоть и долго. Только им надо было больше захватить солдат, чтобы вероятность была больше. Отличный рассказ.

Понравились все авторы со своими вымышленными мирами. Но раз необходимо голосовать за кого-то, то скрепя сердце отдаю голос первому. Авторы остальных произведений, хотела бы с вами свидится как-то в дуэли)
Группа: АДМИНИСТРАТОР
Сообщений: 328
Репутация: 870
Наград: 42
Замечания : 0%
# 10 11.08.2017 в 06:56
Первый
Мощный качественный текст, цельный нераспадающийся сюжет. По тому, как написано – мой фаворит в этом туре.
Один из двух рассказов, напомнивший «Обитаемый остров» Стругацких.

Второй
Демон, питающийся придуманными душами.
Написано очень неплохо, достойный соперник первому.
Но жаль, что рассказ-в-рассказе, занимающий бо́льшую часть объёма текста, никак не связан с судьбой "внешнего" ГГ.
Либо я не смог уловить эту связь.

Третий
Автор явно не успевал. Множественные опечатки и ошибки, вводящие меня-читателя в ступор. Как-то: «их вело два юнца», «смотрели вслед убегающего капрала».
Задумка хороша, хотя концовка выглядит смятой. 
И вычитка тексту не повредила бы.

Голос первому.
Группа: МАГИСТР
Сообщений: 1001
Репутация: 1153
Наград: 56
Замечания : 0%
# 11 12.08.2017 в 12:31
Первое произведение:
Хороший, качественный текст с хорошей подачей персонажей, психологии общения, с прорисовкой атмосферы существующего мира. Из минусов: почти полностью отсутствует описание мира, поэтому "сектор" остается просто словом, опекуны - так же толком не обозначены и прочее. Мир вокруг детей отсутствует. Не понравился финал произведения - он слишком... слишком он противоречит той выстроенной до того хорошей психологической линией взаимоотношений героев, их внутренними пожеланиями и прочим - не было  должных предтечь для такого показушного и, увы, глупого бунта. То бишь в конечном итоге у произведения, как бы, в целом есть все, но нет конечной идеи - увы.

Второе произведение.
Хорошая, новая первичная идея, но вот дальше. Выходят два рассказа недодела слитых воедино. Описания в реальном мире излишне пресыщенны, водяные что ли - воды в них много, а содержания мало, действо же в рассказе излишне сухое, да и две драки на один квадратный метр повествования - это уже перебор. Постановка Карины получилась слишком в фоне, взаимодействие, взаиможизнь героя и демона получились тоже вроде как-то отдаленно - без конечного обозначения их симбиоза в грядущем. Опять же, для столь трагического отношения героя к демону, имеется в виду заявление о том что они белые вороны двух миров, не было у него к демону должной теплоты, а  было ощущение привыкшего раба - поэтому таковая грусть в его словах - несколько неправильна что ли. Если же избавление... то другие слова, другие мысли. 

Третье произведение:
Очень много персонажей, причем проименованных персонажей, которые толком не имели никакого значения для повествования - ненужные ружья стоят арсеналом в первом акте, в третьем же стреляют только два, да и то как то неуверенно - порох явно сырой. Повествование выстроено очень скучно, не смотря на вроде как данную динамику боя, потому как присутствует излишне большой охват и излишне большой сумбур в следствии этого же охвата, а по сути действует небольшое подразделение - надо как-то поструктурированнее что ли такие вещи давать. Финал произведения явно слаб, да и стар до полного безобразия - робот осознающий себя человеком и которому говорят что он робот - это отголоски еще из пятидесятых-шестидесятых годов. Какого-то ценного финала в произведении не обозначено. Так же еще и очень не хорошо то, что по сути бой то весь ваще не нужен был со сценарной точки зрения, потому как этих пленных могли взять где угодно, хоть в штабе, хоть при десанте, хоть где угодно. Тут построение конфликта как раз должно было иметь психологический характер - внутренние осознания, терзания, выводы. Короче нужного было дано на грошь, а ненужного на три зарплаты. Слабый текст.

Итого осталось выбрать между номером один и номером два. Номер один не имеет идеи, но имеет знатную концепцию и очень сильное исполнение, номер два имеет концепцию, первичную идею, но не имеет финала да и исполнение мал-мал хромает - нет созвучия повествования.

Голос за произведение №1
Группа: НАЧИНАЮЩИЙ
Сообщений: 92
Репутация: 102
Наград: 5
Замечания : 0%
# 12 14.08.2017 в 10:07
1. Плюсы: тут одни плюсы. По всем параметрам, от классного слога (всё нужное, ничего лишнего) до композиции. Сюжет по сути не новый, в основе лежит старая добрая "Мы" (+ разные другие антиутопии включены), только построенная не на материале авангардной утопии 20-х, а на современном ультраконсервативном тренде (хотя есть отголоски авангардистской этики типа отмены семьи, чего не может быть в рамках консерватизма, но, как я понял, это было поздней вынужденной мерой для удобного террора). От Мы тут основная линия искушения героя женщиной-запретом, но она интересно обыграна, автор слешер по ходу) кроме того и герой находится на обочине системы, в отличие от героя Замятина, что несколько облегчает задачу искусительнице. Но автор не ведётся на лёгкие ходы, и его герой в итоге остаётся лояльным системе, хоть и травмированным. Финал отличный, катарсис во все поля.
Минусы: нет.

2. Плюсы: интересная идея кормить демона текстами, хотя она не новая, это что-то галинское, по-моему . Живой язык в диалогах пацанов. Игра текстом, кольцевая композиция рамки.
Минусы: слог рамки слащаво-пошлый. Внутренние монологи Алексея искусственны. Сценарная подача, видимо, выполнена для облегчения работы автора, чтобы не прописывать слог повествователя. Сюжеты обеих частей ванильные и пустые, бульварщина.

3. Плюсы: диалоги более-менее живые. Экшн удался.
Минусы: композиция и динамика не рассказа, а начала более крупной формы, в рамках рассказа первая часть не нужна, человечность лучше раскрывается в бытовых сценах, а не батальных. Первая часть больше похожа на экшн ради экшна, для развития композиции можно было вставить между этими частями ещё одну, где бойцы отдыхают, например. В диалогах много кальки и клише, которые портят впечатление от динамики живой речи. Для раскрытия главного конфликта не хватает места. Короче, скорее задел на повесть, чем рассказ.

Голос первому
Группа: РЕЦЕНЗЕНТ
Сообщений: 120
Репутация: 427
Наград: 4
Замечания : 0%
# 13 14.08.2017 в 11:23
1.
Отличный рассказ. Сюжетная конструкция крепкая, язык повествования ровный.
Единственное, видно, что рассказ закончен немного искусственно: ближе к финалу действие загоняется, автор больше рассказывает, чем показывает, да и многие сюжетные нити оказались попросту брошенными без дела:
Много внимания уделено книгам, тому, что гг помнит родителей, но это все не влияет на сюжет, гг не становится он от этого ни смелее, ни человечнее. Тогда зачем все это было – просто чтобы показать тупость сломленного, искривленного системой человека?
Финал вроде бы подготовлен эмоционально и сюжетного, и, тем не менее, немного разочаровывает. Решительных действий ждешь именно от главного героя, несмотря на всю его трусость. Во что выльется зароненное в его душу противоречие, память о матери, как повлияли на него все прошедшие события?
А никак. Обидно.
Сюжет заставляет вспомнить и «451 градус» (книги), и «Дивный новый мир» (отсутствие родителей, деление на касты), ну и «Выбраковку» Дивова, конечно.
В целом рассказ понравился.

2.
С самого начала переусложненные образы, перегруженные фразы. Сквозь слова продираться достаточно трудно, и на фоне всего этого пафоса вдруг: «словно искусственное дыхание кондиционера, спасает положение».
Стиль основной части выдержан лучше. Но и здесь множество ошибок и шероховатостей: «стоило выпасть листок с ее рисунком из тетради.», «Карина тупит взор», «по возрасту близких возрасту», «Из ее недр вырывается вопль дикой кошки»(в недрах демона сидела кошка) и т.д.
Персонажи раскрыты слабо, демон – вылитая девочка из «Звонка», герой-рассказчик и вовсе лишен каких-либо черт, нам на слово приходится поверить в то, что оба они «белые вороны»… и это не самая сильная привязка к теме.
Во вложенном рассказе жизни куда больше чем в «реальных» событиях. Написан он лучше, персонажи более объемные. Но эта история слишком уж проста, больше напоминает случай из жизни, рассказанный у подъезда. Нет тут ни морали, ни смысла особого, да и финал скорее формальный.
Ремарки, вроде «Мысли Алексея», «Смена кадра» выглядят неряшливо, не дают погрузиться в происходящее. «Смена кадра» эта происходит слишком уж часто, особенно в сцене драки - это действительно раздражает.

Сцены с демоном воспринимаются просто как необязательные вставки в основной сюжет. Необаятельные т.к. никакой связки между историями практически нет, вместо рассказа могла быть хоть сказка про Колобка, и ничего бы не изменилось.
Имхо, куда интереснее было бы, если бы, например, описано было несколько визитов демона, и для каждого был выдуман отдельный рассказ/эпизод. Такая попытка автора разговаривать с демоном на языке аллегорий :)
Итого имеем неплохую идею и не слишком хорошее исполнение.

3.
Трудно дался мне этот текст. Прочитать так, чтобы не перепутать персонажей, и при этом уловить какой-то смысл в написанном удалось раза со второго.
Почти с первых строк на читателя вываливают тонны абсолютно лишней информации, не добавляющей ничего сюжету, не работающей на антураж.
Сцена боя ужасно затянута, и написана попросту скучно.
Вот для примера: «визуально зафиксировал информационную карту. Сеть автоматически обновила данные» - как это выглядело, что должно возникнуть в голове у читателя? «Кумулятивная струя», «электромагнитные взрывы» – как это все выглядит?
Ничего не визуализировано, ни одной картинки, голый пересказ, будто отчет читаешь. И конструкции вроде «Ноги, повинуясь закону притяжения ускорили и без того интенсивное движение.» - тоже интереса не добавляют.
Персонажи практически безлики. Разве что речь Вронски звучит необычно, хоть как-то выделяет героя, но этого мало.
После сцены боя следует «лекция», воспринимать ее, проще, но и она образностью не блещет.
Дальше побег и… финал. Вернее место, где он должен быть.
Один из солдат – не андроид и… что? Андроид узнал, что он андроид – и что? С чего мы вообще должны были предположить, что у него нет самосознания? Герой делает какие-то значимые выводы? Тоже нет.
Финал в итоге пришит белыми нитками, рассказ распадается на части, сюжет слабенький.

Голос за №1
Группа: МОДЕРАТОР
Сообщений: 264
Репутация: 605
Наград: 25
Замечания : 0%
# 14 15.08.2017 в 06:51
Первый рассказ.
Вначале не очень понравилось. Дальше читала с возрастающим интересом. Интересно было, чем это всё закончится... И тут Бац.
И это капец, жёстко. Думаю, любую другую концовку забраковала бы. А тут автор прям молодец. Сильно.

Второй рассказ.
Вначале, до этой "истории в истории" - шик. Язык повествования красив. А это "историю в истории" еле прочитала. не уловила связи. Да и идея показалась смешной.

Третий рассказ.
Тут я была в шоке. Диалоги, которым не поверила ну ни капли, бумажные герои, невычитка - всё это делает текст абсолютно непригодным для восприятия. Да и идея не нова.

Голос, естественно, за первый.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 231
Репутация: 625
Наград: 33
Замечания : 0%
# 15 17.08.2017 в 11:23
хм, все голосуют исключительно за первый... так и подмывает голосонуть за другой) И ведь и второй и третий - не плохие тексты,. чем же берет всех первый? Автор погружает читателя в свой мир, нисколько не заботясь об описании оного, и делает это, будто так и должно быть. Мне это импонирует. Герои живые, хотя само окружение и атмосфера отдают искусственностью. Второй текст берет гнетущим пессимизмом. Интересные отношения, запретные. История в истории тоже показан ярко, но сам сюжет простоват и по началу читать скучновато. В третьем основную часть текста составляют диалоги, мне тоже вспомнилась "Вторая модель" Дика, но там, конечно, все было гораздо лучше, хоть и ожидаемо для сегодняшнего читателя.
Просто во втором и третьем недоделанного больше, а так бы они могли посоревноваться.
Голос   за №1
Форум » Литературный фронт » X Турнир » Проза — группа 3 (Куратор Диана)
Страница 1 из 212»
Поиск:


svjatobor@gmail.com

Информер ТИЦ
svjatobor@gmail.com
 
Хостинг от uCoz