Профиль | Последние обновления | Участники | Правила форума
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: aequans, Суселлл  
Форум » Литературный фронт » XI Турнир » Проза, III тур, пара №1 (Четыре стороны)
Проза, III тур, пара №1
Группа: МОДЕРАТОР
Сообщений: 1036
Репутация: 1150
Наград: 36
Замечания : 0%
# 1 18.08.2018 в 00:25
Тема: Четыре стороны
Сроки: до 2-го сентября включительно.
Объём: минус один голос за 1 а.л.
Работы присылать мне на почту alina.karn21@yandex.ru с указанием темы письма "проза+ник".

Вспоминая о правилах турнира (вы же их читали, да?), повторяю на всякий случай, что: пару, тему и оппонента разглашать нельзя - карается дисквалификацией.

Голосование открыто до 19-го сентября включительно!
Прикрепления: III_tur_para_1_.doc(164.5 Kb) · III_tur_1_para_.doc(205.5 Kb)
Группа: МОДЕРАТОР
Сообщений: 1036
Репутация: 1150
Наград: 36
Замечания : 0%
# 2 06.09.2018 в 09:22
Сказка о четырёх сторонах
 


Преподобный Элиав, наливаясь праведным огнём, орал на маленькую меня, нависая своей чёрной хламидой, как коршун над мышью. На всю площадь раздавался его гневный рык:
- Ты!!! Ах, ты, дрянь!  - Люди до этого размеренно бродившие по базарной площади, привлечённые его воплями, оживились и стали собираться вокруг нас. В скуке провинциальной жизни, какое никакое, а развлечение. А жрец собора  Пяти Хранителей всё сильнее распалялся и уже привычно работал на публику. Элиав вперил в мою, жалкую испуганную великой несправедливостью рожицу, свой мосластый длинный палец. – Как посмела ты, дитя порока, которую я приютил из жалости, тронуть священный Переместитель своими, грязными руками?!!
- Хм, хлип! – слёзы обиды, уже готовые сорваться из глаз, мгновенно высохли от возмущения. – Вы же сами приказали его отмыть до зеркального блеска! И заявили, что я не получу и крошки хлеба, пока его грани не засияют ярче света …
- Что?!! Дерзить мне вздумала, ведьминское отродье? 
 К постоянным оскорблениям я уже давно привыкла. Они вылетали изо рта Первого хранителя чаще, чем молитвы. Но сегодня он решил сделать это прилюдно, а сдержанности мне всегда не хватало. Но частичка где-то внутри укоряла. Зря я решила возражать! Надо было всё-таки перетерпеть, промолчать. Кушать-то, ой, как хочется! Теперь точно ничего не даст. Мне, конечно, не привыкать голодать – опекун был чрезвычайно строг не столько к себе, сколько к «ближним своим». Что уж говорить обо мне, нахлебнице? Вздохнула, стиснув зубы. Не думаю, что богам требовалось наше всегдашнее воздержание. Попросту их представитель был чрезвычайно скуп. 
Пока тревожные мысли проносились в голове, Элиав развивал свою обвинительную речь дальше. Он благоговейно возвёл очи горе и выдал.
 -  Сам магистр Карисси всегда с благоговением прислушивался к моим словам. И не  прикосался своими  гениальными дланями к …
- Угу, - буркнула я, - после третьей бутылки «Слёз святой Гании» его руки были сильно заняты перемещением тела по полу … - осеклась, услышав нестройный смех первых рядов зрителей. 
Только говорить это не стоило. Круглое лицо опекуна побагровело. И я, в этот момент, ну очень, захотела скрыть свои мысли, а лучше самой скрыться, зарыться под землю, в особенности сейчас, потому что стало очень страшно! Мой покровитель чуть ли не задымился от злости - ему приходилось каждый год давать взятку этому гению-магу, дабы он оставил в покое святой дар предков. Теперь же по моей вине могла вскрыться сия афёра. Ведь если мне с лёгкостью удалось понять причину неисправности, то возникал законный вопрос – что мешало гению ремонта порталов сделать это раньше? 
Хранитель набрал в грудь побольше воздуха, словно хотел изрыгнуть пламя. Моя спина вжалась в тёплый камень. И отступать уже было совершенно некуда: сзади один из столбов «позора», которым временно служила опора арки сканирования Переместителя, слева Храм, справа плотная толпа зевак, а впереди –  преподобный Элиав. 
- Мерзавка! – сорвался на визг его голос. Шокированная аудитория отпрянула и загалдела. Они ещё никогда не видели своего пастыря таким разъярённым. Священник шумно закашлялся и, взяв себя в руки, продолжил травлю уже на низких тонах. – Я приказал тебе - до блеска отмыть святыню. А что сделала ты? Ты её уничтожила!
- Вот уж, враньё! – выдала я. Если уже терять нечего, то стоит защищаться. Да и толпа загудела недоверчиво, ибо пирамида Переместителя переливалась всеми цветами радуги, посылая в пространство искры света. И это было очевидно. – Я её починила!
- Да кто ты такая, чтобы утверждать подобное! – Гаркнул Элиав. – Никогда ещё не было такого свечения, даже в те годы, когда ей пользовались. Наверняка она теперь опасна! Может взорваться и разнести весь город!
- С чего бы это? – удивилась, оглядывая предмет спора. Яркий белый свет говорил о полном здравии Переместителя. Вот если бы он сместился к красному…
Должна отвлечься от столь трагической сцены и немного пояснить происходящее. Мой мир – это скопление мелких планет-спутников вокруг большой материнской планеты. И все мы находимся в едином воздушном пузыре. Спутники вращаются таким образом, что света нашей звезды Равии хватает всем. Все планетки, как и центральная, заселены и торгуют между собой, являясь отдельными государствами под диктатом Императора. Раньше товары и люди с помощью Переместителя могли быстро попасть на любую планету системы, на наш Розгос тоже. Было очень быстро и удобно, но именно в тот день, когда я имела несчастье оказаться на одном из спутников, гордо именуемом «Святая земля», телепорт внезапно сломался. Правильнее всего было бы сказать - перестал работать. Это событие случилось уже семь лет назад!
Проще всего было бы его исправить или воздвигнуть новый. Но Первый хранитель решил иначе. Есть же, пусть и более примитивные и дорогие транспортные средства в виде летучих кораблей, воздушных управляемых шаров и прочего уже менее элегантного механического подспорья. И налоги с их использования идут в казну планеты через сборщиков оных – жрецов храма Пяти хранителей. Чего не скажешь о Переместителе, он действовал бесплатно и налогами не облагался, как святой дар создателей. Теперь вам понятно, отчего наш преподобный Элиав готов был меня размазать по этому сооружению, но перед адептами нельзя было терять своё лицо. Тем более, что каждый год он проводил какой-то умопомрачительный ритуал перед приездом эмиссара Императора магистра Карисси. Просил создателей помочь восстановить священный дар. И вот – свершилось! А он?
- Можешь ли ты, Делия, - пафосно обратился ко мне Элиав, хищно сверкнув глазами, - поклясться в том, что портал исправен и не причинит вреда использующим его гражданам?
Народ, коего налетело великое множество, разноголосо загудел: одни поддерживали меня, другие опасались последствий.
- Кто я такая, что бы разбрасываться такими словами? – удивилась я, ведь магические клятвы приносят только обученные маги. 
-Тогда остаётся единственный способ проверить работоспособность Переместителя, - он удовлетворённо потёр руки. – Это проба! И по закону осуществляет её тот, кто ремонтировал.
О, да! Электорат зашумел громче на предмет – давайте, проверим. И изменить ничего уже не могла, ибо летела внутрь сияющей пирамиды, пущенная «хранительной» дланью. Последнее, что увидела, поднимаясь с белого каменного пола – это счастливую рожу своего палача, набирающего на панели управления одному ему известную комбинацию символов, что-то бормоча себе под нос. Далее искрящийся туман окутал всё внутреннее пространство. И раздирающая моё тщедушное тельце боль вырубила сознание. 
Как во сне, сменяя друг друга, проносились странные видения. То я падала в сиреневые океанское волны, то ломая ветки деревьев-исполинов обрушивалась на ковёр из изумрудного мха, то меня принимала в объятия степная пожухлая от зноя трава. А уже в следующий момент, очень болезненно приземлилась на камни мостовой оживлённой городской улицы. От боли из глаз брызнули слёзы. Но даже опомниться от падения - было не дано.
Над ухом оглушающе крякнул клаксон, заставив подскочить на месте и шарахнуться в сторону от автомобиля. Избежав смерти под колёсами, была сбита с ног железной лапой механического чудища. Это железное неизвестно что, больше напоминающее закованного в металл бегемота, к моему счастью, двигалось аккуратно и медленно. Поэтому пинок вышел несильный. Его седок в круглоглазом красном шлеме заорал, перекрывая шум: «Полиция! Уберите эту ненормальную с проезжей части!» Что в принципе - уже не имело смысла, потому что, совершив кульбит, я на четвереньках отползала на тротуар. 
Посидев немного, прислонившись спиной к стене дома, немного пришла в себя. Мимо проходили люди – туда-сюда – и никому не было дела до несчастной девчонки. Люди, они везде одинаковы и заняты собой. Итак, Элиаву наконец-то удалось избавиться от меня под благовидным предлогом. Теперь я снова бездомная, но свободная. Могу идти на все четыре стороны. Только, вот, что мне делать с этой свободой без денег и документов? И хорошо бы узнать для начала, куда попала?
Спрашивать у прохожих – глупо, ещё и, правда, в полицию загребут. Докажи потом, что ты не преступница. Можно, конечно, самой туда заявиться, рассказать правду. Но тогда придётся вернуться под опеку. А этого я не хочу!
С определением места всё разрешилось просто: стоило лишь немного прогуляться по городу. Над железнодорожным вокзалом на растяжках висел транспарант: «Добро пожаловать в столицу Трилии  - Вирдену!» Прекрасно – меня зашвырнули очень далеко. Уже радость – встретить знакомого шансов практически нет. И город этот - мне уже нравился! -  чистенький такой, весёлый, суетной. Дома многоэтажные, с огромными окнами. Вдоль дорог в кадках деревца и цветы. На площадях и скверах фонтаны. Пирамида Переместителя вдвое больше, чем на «Святой земле», сверкает на площади, рассылая радужные искры. Люди такие нарядные, улыбающиеся. 
Одно плохо – чужая я здесь. Но унывать не буду. Так, чтобы нормально жить - надо  найти работу. Только как? Вот у нас на площади есть доска объявлений. Может быть, и здесь так? Но всё оказалось намного сложнее. Доски объявлений не нашлось нигде! Странно. До самого вечера бродила по сверкающим чистотой мостовым, заглядывая во все попавшиеся на пути магазинчики, конторы, кафешки – тщетно, работники им не требовались. Зато надышалась всякими вкусными запахами до головокружения. 
Кондитерская привлекла моё особо пристальное внимание. Ах, какие там были пирожные! Какие печеньки, пряники, конфетки! Зверюшки и цветочки из цветного шоколада! Вот бы попробовать – говорят, что они очень вкусные. Но как на нашей планете, так и здесь, я могла позволить себе только любоваться и сглатывать слюну. Зеркальная витрина отразила мою тощую фигуру в полинялом синем комбинезоне. Платок, прятавший под собой чёрные кудряшки, куда-то испарился при перемещении. И теперь на голове было воронье гнездо. И весь вид был такой несчастный, что проходившая мимо старушка, остановилась, участливо покачала головой и спросила: «Деточка, хочешь пирожок?» «С-спасибо», - заикаясь, выдавила я. И тут же была одарена огромным, по моим меркам румяным изделием и яблоком в придачу.
Жаль, конечно, но такие сердобольные люди встречаются не часто. Да и не привыкла я к подачкам, даже таким откровенно добросердечным. Помня это, начала укрощение голода с зелёного фрукта. А пирожок спрятала в карман.
Прибежищем на эту ночь выбрала шикарный столичный мост. Каменное ложе меня не смущало – приходилось спать и на земле. От парапета набережной вниз к воде всё укрыто серыми плитами. Чисто и тихо.
Удивительно, но за весь день мне не встретился ни один нищий или плохо одетый человек, что наводило на неприятные мысли. Это что же получается – я выгляжу как страхолюдка? Поэтому не смогла найти работу? И что теперь делать? Допустим, что волосы можно разобрать и руками. Но где найти приличную одежду – не воровать же идти? Да-а, задача.
За спиной постепенно затихал засыпающий город. Вздохнув, вытащила пирожок и положила его на камень, оттягивая желанный момент ужина. Мимо проехал на самодвижущейся коляске фонарщик. И набережная окрасилась в оранжевые всполохи. Вода заискрилась отблесками. Весь город стал похож на сказку в сияющих гирляндах, развешанных на деревьях. В мягком свечении окон скользили тени счастливых обитателей. 
А над всем этим лазоревая, центральная планета и вереница разноцветных лун. Расцвеченные огоньками очертания аэростатов и аэропланов скользящие в чёрной глубине среди искрящейся ваты облаков. А на тёмной стороне – россыпи созвездий! И для кого вся эта красотень? Редкие прохожие даже не смотрят по сторонам, не то, что на небо – привыкли, наверное.
Я же, как зачарованная, следила за этим представлением. На нашей провинциальной планетке мне не было возможности и времени любоваться ночным небом! Воспоминания родили забавную мысль. Интересно, где Элиав найдёт для себя и храма такую служанку? И уборщица, и механик, и на все руки мастер. Заметьте, работающую бесплатно! Только бы не заскучал, а то ещё разыскивать возьмётся, не дай-то боги!
Засмотрелась на небо и не сразу обратила внимание, что на середине моста остановился экипаж. И тёмная фигура возникла у перил. В одной руке он держал свёрток.
- Наконец-то я могу избавиться от тебя, - громко произнёс незнакомец, нисколько не смущаясь тем, что может быть кем-нибудь услышан, и расхохотался. – Никчёмное, бесполезное существо! - Вслед за этим ноша полетела в воду и стала медленно погружаться, сносимая течением. Человек даже не стал любоваться на дело рук своих. Хлёстко стукнула дверца, и удаляющееся рычание мотора возвестило о том, что злодей уехал.
Тот, кто находился внутри сумы, отчаянно пытался выбраться. Ткань вспучивалась и трещала, но всё было безуспешно. От этих отчаянных усилий, погружение только убыстрилось. Может быть - это было и неправильно – мало ли кого и за что решили утопить, но остаться в стороне, я не смогла. Уже через несколько минут, дрожащими от холода пальцами, развязывала тугой узел. С одежды стекала вода, и пальцы скользили.
Как только мешок раскрылся, из него выскочил с шипением огромный мокрый кот. Издав боевой «мяв» он кинулся на меня. Никакой благодарности! Лапа с выпущенными когтями мелькнула возле самых глаз – едва успела отпрянуть. Вот и спасай после этого усатых негодяев!
- Ты совсем от страха сбрендил, что ли? – возмутилась я, автоматически.
- Нет… - ответил он, всряхиваясь всем телом так, что брызги полетели в разные стороны. Я застыла от удивления. – Подумал, что этот … вернулся. Он часто так пугал…
- Ты… ты умеешь разговаривать? – никогда раньше не встречала рассуждающих животных. 
- А ты? – Мне показалось, что он усмехнулся!
- Так, ведь, я же – человек! А ты – кот!
- Да? А я и забыл… - Огромные голубые глаза засветились и он продолжил, – Так и ты – не человек!
- Как это? 
- Да так это! – Кот деловито принялся умываться. – Ведьма ты, вот кто.
- Я – ведьма? И это после того, как тебя спасла?
- Ты ведьма не потому, что спасла меня или нет, - продолжая наводить марафет, ответил наглец, - Ты ведьма - по сути. Я же вижу! И вообще с тобой что-то не так…
Пока я пыхтела, пытаясь осознать услышанное и понять - не брежу ли от голода, зверюга уже успел как-то обсохнуть. Передо мной сидел очень крупный белый и пушистый кот. И его розовый нос тянулся к пирожку.
- Ну, уж – нет! – заявила я, выхватывая добычу. – Это мой ужин! – Теперь он, кажется, обиделся. Повернулся спиной и прижал уши. – Ладно, так и быть, – сжалилась, - поделюсь.
Но сначала пришлось снять и выжать свой комбинезон. Хорошо, что вся рабочая одежда на «Святой земле» обработана специальным образом и высыхает мгновенно, стоит только встряхнуть. Иначе пришлось бы туго. К ночи ощутимо похолодало.
Я разломила свой пирожок наполовину. Начинка оказалась мясной. Кот заинтересованно уставился, судорожно сглатывая. Он был действительно голодным. Хотя, странно было бы прежнему хозяину кормить его перед аутодафе. Одну часть подовика убрала обратно в карман, замотав в носовой платок. А другую мы съели на двоих до последней крошки. И устроились спать на каменной плите в глубокой нише под мостом. Наверное, если бы не Альбус, как представился кот, то мне пришлось бы трястись всю ночь. Он оказался неплохой грелкой – мягкой и горячей.
Утром, как смогла, привела волосы в порядок, умылась в реке, и после завтрака, жизнь показалась не такой уж и обречённой. Пусть в карманах ни гроша, ни крошки – не беда. Всё устроится, всё будет хорошо! Я в этом уверена. Кот был со мной полностью согласен. И, хотя, так и не ответил, за что с ним так обошлись – теперь это было уже не важно. 
У края дороги, подняв крышки капота, возился в автомобиле какой-то крупногабаритный гражданин. Он пыхтел и, кажется, тихо ругался сквозь зубы. Но делал совершенно не то, что могло исправить поломку. Откуда я это знаю? Просто знаю и всё!
- Не хочешь подойти? – внезапно осведомился кот. – Думаю, что помочь грану будет правильно!
Это заявление подтолкнуло меня вперёд. И правда, а то доломает аппарат с психу. Жалко – машина-то замечательная! Чёрный кабриолет с откидным верхом. С огромными фарами-глазами. Классный автомобиль-джентльмен!
- Кхм, уважаемый, гран! - На мои ещё нерешительные слова мужчина никак не отреагировал. -  Вы не туда лезете! Корбюратор чистый…
- Что? – развернулись массивные плечи. И я увидела красное от злости лицо. – Что?! – Кустистые брови поползли вверх, а огромные рыжие усы обвисли. Он смерил меня быстрым сердитым взглядом с головы до ног. Ну, да! Ну, да, так же меня раньше все механики встречали, а бывало, что и гнали.
- Вторая запальная свеча, - уверенно подсказала, сопроводив заявление улыбкой.
- Да что может понимать такая мелюзга, - буркнул он. – Я сам его собирал по винтику! И свечи только вчера новые поставил! - Однако полез выкручивать. Пальцы должно быть у него железные, если ключа не потребовалось. Пара минут и длинненькая штучка уже в руках. – Надо же! Пробой! А мне почему-то и в голову не пришло. И откуда ты взялась такая умная? Как догадалась?
- Просто увидела! – Что ещё можно сказать, если это правда? Расцвела в улыбке. И всегда было так. Намного труднее иной раз объяснить человеку, что в механизме не так, если не все названия деталей знаю. Кто меня учил-то? В особенности, если вижу его впервые в жизни.
Но гран оценил мои способности сразу и даже дверцу распахнул. Спустя полчаса мы подъехали к распахнутым железным воротам ремонтной мастерской грана Валиса. Это была не какая-нибудь вшивенькая слесарня, а огромное, по моим представлениям, предприятие. И гран был здесь хозяином! 
Вот где был настоящий рай для меня! Столько разнообразных машин в одном месте я никогда не видела. И шагоходы разных формаций, и автомобили, и даже несколько строительных мехозавров! Глаза разбежались от удивления и восторга. А руки зачесались от желания всё пощупать.
Над обездвиженными железяками трудились около десятка мастеров с подмастерьями. И вот они-то, как раз, встретили моё появление недоверчиво и насмешливо. Ну почему так всегда? 
- И что эта пигалица может здесь делать, Валис? – обратился к хозяину старик в промасленном комбинезоне. – Разве что полы в цеху драить?
Но тот только усмехнулся. А мне пришлось держать экзамен, указывая на вышедшие из строя детали, устраняя неполадки. Наверное, это было смешно, когда я объясняла:
- Вот та железка кривая, что держит пружинку у штуковины похожей на дамскую шпильку… - просто обхохочешься! Но всегда была права. Мастера ржали, чесали затылки и пополняли мои знания, называя железяки и штуковины по именам.
Ещё не закончилась проверка, когда старый мастер отвёл грана Валиса в сторону. Наверное, он не хотел меня обидеть, но я всё равно расслышала его слова.
- Это же ведьма! – воскликнул он, оглядываясь по сторонам. И почему меня все так называют? – Ты понимаешь, какую ответственность на себя берёшь? А если маги прознают или, что ещё хуже, чёрные?
На это заявление хозяин только вздохнул и махнул рукой – будь что будет. Во всяком случае, я получила работу. Жильём на первое время стала служить каморка под лестницей в мастерской. Работников своих гран Валис кормил и хорошо платил. Таким образом, все мои скромные желания исполнились. С первой получки я накупила кучу пирожных, конфет и иных сластей. Пир в мастерской удался на славу. Даже старый мастер Квац перестал хмуриться, поглядывая на меня. 
И нескромные мечты – потрогать все механизмы – осуществились. Моя бурная деятельность очень устраивала и хозяина, и механиков. Клиентов ощутимо прибавилось. Слух о мастерской, где быстро и качественно осуществляют ремонт, разнёсся не только по столице, но и по всей Триллии. Как только появлялся новый клиент, сразу же звали меня. Мастер вешал лапшу на уши гражданину, а я осматривала аппарат, прикидываясь подмастерьем, чтобы позже сообщить о неполадках. Теперь мои способности были оценены по достоинству! 
Ко всему прочему мастерская, а главное – свалка за ней  - были клондайком. Сколько там всего находилось! И не расскажешь: от знакомых мне с детства устаревших моделей до никогда не виданных ранее автомобилей, шагоходов, авиеток и аэропланов! Там же я случайно наткнулась на четырёхместный махолёт. Он был в плачевном состоянии, но вызвал такой взрыв восторга, что хозяин отдал его в моё распоряжение бесплатно. Расцелованный в обе щёки от переизбытка чувств, Валис только смахнул слезу, оправил усы и пожелал успехов в восстановлении летуна.
Вытащенный на край ремонтной площадки махолёт напоминал летучую мышь со сломанными крыльями. Такой же несчастный и беспомощный. Он, казалось, глазел на мир своими прожекторами и молил о помощи. 
Первое же детальное обследование аппарата принесло неожиданный сюрприз. Кот, как всегда, крутившийся возле меня, исчез внутри кабины. Привлечённая громким шипением и скрипом когтей по металлу, я увидела его безуспешную попытку открыть маленькую дверцу.
Створка пилотского бардачка отъехала в сторону. На ворохе бумажной трухи лежала необычного вида кукла. Она была не больше моей ладошки. Странно, кому понадобилось брать в полёт игрушку? Как её описать? Представь себе позеленевший от времени латунный цилиндр. Мысленно приделай к нему металлические ручки и ножки изящные и тонкие. Голова – перевёрнутый конус с переплетением пружинок-волос. Наденьте на это подобие робота металлическую пластинчатую юбочку, как у древних воинов. А на плечи накиньте кружевную пелерину из проволоки. Из спины торчал маленький пропеллер, но это я увидела позже.
Как только игрушка оказалась в руке, всю её оплёло голубоватым пламенем электрических разрядов. С кончиков моих пальцев веером сорвались искры. Возможно, что и сама я засветилась. Во всяком случае, кот фыркнул и отскочил на пассажирское сидение. А кукла внезапно ожила: открыла глаза, потянулась, расправляя ручки, выскользнула и зависла в воздухе прямо передо мной.
- Наконец-то! – пискнула она, укоризненно. – Как же долго я ждала твоего появления, ведьма!
- Опять! Почему я ведьма?!! – даже удивление не могло преодолеть моё возмущение.
- А кто же ещё? Только ведьма-механик могла меня оживить! – Наконец-то кто-то снизошёл до объяснения. И тут же огорошила. – Теперь я твой фамильяр - Зита.
Я, как стояла, так и села на ложемент. А преображённая кукла, то есть, фамильяр, огляделась вокруг и запричитала, сложив ладошки перед собой.
- Ты ж, моя бедненькая! И какие же злыдни тебя, моя лапочка, изломали?! – надо полагать, что это относилось к махолёту. И тот ей ответил! - дрожью всех конструкций. – Ну, ничего! Теперь мы тебя вмиг починим. Верно? – это уже почти с угрозой ко мне. И дождавшись кивка, взлетела над кабиной, оглядывая пространство свалки. – Сколько работы! Эй, несчастный народ!
И из всех изломанных временем и людьми металлических уродцев к нам стали стекаться странные призрачные создания. «Как хорошо, что уже наступила ночь! Иначе все мастера бы разбежались!» Эти странные светящиеся создания могли повергнуть в шок кого угодно. Ползли голубоватые змеи и ящеры, шагали невообразимые по форме существа, летели стрекозы…  Вот, что бы теперь мне не говорили, а у каждого механизма - есть своя душа! 
Разноцветное холодное пламя окружило наш аппарат плотным кольцом. И Зита, обращаясь к ним, верещала уже на таких высоких нотах, что слов было не понять. Как и о чём она с ними договаривалась осталось тайной. Некоторые, поклонившись, убрались восвояси, но большая часть осталась! Металлическая кукла повернулась ко мне.
- Так, ведьма, принимай своё воинство! Давно это кладбище никто не чистил, так что сил будет немерено! – торжественно объявила она. И, не дождавшись никакой реакции от ошарашенной меня, скомандовала, - Руки протяни ладонями вперёд.
Возражать отчего-то совершенно не захотелось. Процесс поглощения, как соизволили мне объяснить позже, был безболезненным, но ужасно неприятным. Когда очередная механическая душа прикасалась к коже, тело пронзала холодная волна. Зато по окончании действа меня распирало изнутри, и руки – да! – мои руки заметно мерцали даже в свете включённого прожектора. И, спрашивается, как теперь я буду на людях появляться?
- Та-ак! – фамильярша прищурила глазки, - И где все остальные?
- Кто все? – удивилась я.
- А я-то всё думаю, - возник со своим замечанием Альбус, - что с ней не так?!
- Молчал бы уж, убожество! – презрительно скривилась железная леди и пальнула ему в нос крошечной молнией. И тут кот меня сумел удивить. Перед мордой возникло розоватое свечение, как щит отразившее нападение. – Ага! Значит, всё-таки и ты что-то можешь. – Удовлетворённо заявила Зита. – Кончай прикидываться, маг! Перевоплощайся и помоги узнать, что случилось с нашей девочкой!
Щелчок, облачко искрящегося пара, и вот передо мной уже не кот, а мужчина в белом щегольском костюме. Сверкающие белые, но не седые, волосы до плеч. На пальцах перстни. Вот это да! Не зря я подозревала в нём подставу! То-то он столько пирожных умял – думала, что плохо ему станет. Я не стала кудахтать – как это? Как это? 
- Ну, прости, Делия, - притворно-умильно воззрился Альбус мне в глаза, - не мог я признаться…
- Ага! Я, значит, вкалываю за двоих, а ты только жрёшь и спишь! – демонстративно обиделась и отвернулась.
- Ну-у, - вклинилась в разборки фамильярша, - прикрывал он тебя. Хотя, мог бы, и поработать, не перенапрягся бы!
- Да, я как бы сам в бегах…  - наглая физиономия и ни капли раскаяния!
- Ладно, забили на прошлое, - решила я. И, правда, что это? Совсем забыла, что его от расправы спасла. – Давай, что там со мной не так?
И тут же перед глазами возникла довольная рожа моего опекуна и его пальцы пляшущие по кнопкам. Ясно услышала последние сказанные слова: «… отправляйся теперь на все четыре стороны!»
- Вот же, гад, этот … твой опекун! – констатировал Альбус. – Ты же прибыла сюда не в башню Переместителя?
От догадки перехватило горло, и смогла только кивнуть.
- Он хотел её убить, - Зита сжала кулачки. – А так как она ведьма, а не простой человек, то её существо расщепило на четыре части! Главная ведьминская сущность здесь. А где все остальные?..
Не знаю, что происходило дальше, как я оказалась в своей постели. Меня, словно, выключили. Вот была Делия – раз - и уже нет!
Утро оказалось необычно занятым, так что о ночном происшествии, даже вспомнить было некогда. В мастерскую заглянул вначале капитан воздушного фрегата, пристроенного на воздушных стапелях. А далее случилось столпотворение. Клиентов перестала считать уже после второго десятка. И везде я успела! 
Всё стало намного проще. Не надо было обходить весь воздушный корабль, выясняя, где поломка. Дух судна или машины пришёл ко мне и сообщил всё в подробностях. Правда и скрывать свои новые возможности теперь стало труднее. Например, не стоило шокировать людей способностью сваривать детали голыми руками. Или тем, что не просто чистить металл от ржавчины, а обращать процесс вспять, восстанавливая разъеденное коррозией. Да мало ли ещё что? Силы мои росли с каждым днём, часом, минутой; с каждой восстановленной машиной. 
Прошёл уже год с того момента, как отец Элиав отправил меня в смертельную ловушку, как он думал. Теперь я была ему даже в какой-то степени благодарна – я была счастлива! Правда, очень счастлива, потому, что занималась своим любимым делом. Машины и механизмы – это моё всё, это моя жизнь и больше ничего не надо.
Об этом я думала, идя по знакомым улочкам Вирдены. Остановилась у витрины магазина готового платья, полюбовалась на разряженных манекенов. Полюбовалась на себя. Теперь меня отличить от пёстрой толпы прохожих, спешащих по своим делам, было практически не возможно. Разве что предпочтение отдавала брюкам? Вот и сейчас на мне были светлые кожаные бриджи и лёгкая курточка с заклёпками им под стать. Непутёвые кудряшки прикрывала кепка. Вобщем – симпатичная молодая особа семнадцати лет! 
Зита сегодня не захотела становиться невидимкой и изображала новомодную штучку – погон на правом плече. Рядом вышагивал огромный белый кот. Отчего-то Альбус по-прежнему предпочитал такую форму существования. И вся наша троица  направлялась в ту самую кондитерскую, которая так восхитила меня в день прибытия. 
- Что-то мне не нравится тот гражданин в синем костюме, - внезапно заявила моя фамильярша, - идёт за нами от самой мастерской, как приклеенный!
- Как же я не почувствовал? – подскочил кот, будто его укусила блоха и развернувшись притворно стал лизать свой бок. – Точно – это маг! Молодой, способный  и, вроде бы, не агрессивный… понаблюдать за ним надо. Пошли Делия!
Хорошее настроение, как ветром сдуло. Нет, это был не первый звоночек! Тёмные и не очень личности уже несколько месяцев то и дело возникали возле меня. Первым, кто сообщил о подозрительном господине, расспрашивавшем обо мне, был тот старый мастер, опознавший во мне ведьму. Ведьм, даже таких, скорее полезных, чем вредных, не любили во всех мирах и без исключения на всех планетах. За ними охотились и маги правопорядка и маги тьмы, которых официально не существовало. И что случалось после поимки - было покрыто тайной.
Наверное, этот маг особо-то и не таился. Зеркальное стекло показало его во всей красе: ярко синий костюм-тройка, идеальная стрижка очень светлых волос (это - что? – у всех магов светлые волосы или только у хороших так?) Идеальный какой-то красавчик… жаль.
Да, грустно. Хотелось завтра устроить праздник для всех этих людей, что приютили, помогали, прикрывали и хранили мою тайну. Поэтому заказ в кондитерской я сделала и оплатила. Всю эту гору сластей доставят завтра на место к назначенному времени. И всё бы ничего, но отчего-то кусочек от моей теперь неполноценной души щемило от безысходности и тревоги. 
Обратно я шла напряжённая, как струна, внутренне готовясь к нападению. И не ошиблась! В сгущающихся сумерках у ворот мастерской с четырёх сторон, к нам бросились чёрные тени. Фонари отчего-то не светили. И понять, кто они такие не могла. И, как бы я не готовилась к подобному, а драться совершенно не умела - или разучилась? Помню, что раньше часто приходилось пускать в дело кулаки. А теперь – что? Как? Ударить врага – проблема.
Время было упущено. Они оказались слишком близко! На меня откуда-то сверху упала металлическая сеть и стала стягивать в подобие кокона. Альбус, сверкая в темноте удлинившимися до невероятного размера когтями, сражался сразу с двумя тёмными личностями. Двое других пытались схватить меня и не могли от того, что мой фамильяр пускал по сетке электрические разряды. Но изловчившись, один сделал удачную подсечку. Мы покатились по мостовой, рассыпая искры. От растерянности меня освободил воинственный визг Зиты.
- Сражайся за себя и за нас! Вспомни всё, что умеешь!
И тут помощь пришла - откуда не ждали. В драку вступил маг-преследователь в синем. Он так внезапно напал на моих ловцов, что они отвлеклись от спутанной жертвы. Меня на короткое время оставили в покое. Что же я могу? Что? Совсем плохая из меня, абсолютно не боевая, ведьма! Стоп! Сетка металлическая, значит, можно её расплавить! И это не составило особого труда. Мгновение и я на свободе. А на земле круг из сажи. Как же здорово!
- Беги, ведьмочка! – крикнул мне белобрысый спаситель в сияющих ультрамарином  доспехах. – Внутри они тебя не тронут!
И я рванула к калитке мастерской. Весь контур забора светился радужным сиянием. Это духи машин встали на защиту! Надо же! Как только калитка захлопнулась за спиной, её тут же запечатали тем же сиянием, что и всю территорию. И тут я вспомнила про своего драгоценного мага. Он там сражается, а я прячусь? Как-то это неправильно!
Но стать героиней, отважно бросившейся на помощь другу, мне в этот раз не удалось. Белый комок уже спрыгивал с забора вниз. От него несло палёной шерстью. И лоб пересекал кровавый след, но вид был бравый. Зита верещала над моей головой, но я не в силах была прислушиваться к её командам. Действовала так, как подсказывала интуиция.
Заглянула в будку сторожа. Дедуля сладко спал, обняв свою любимую двустволку. Счастливый – ему ничего не грозит сейчас. А, вот мне? Да, сейчас меня укрыли механические духи. Но я же, не могу сидеть вечно за забором мастерской! И что помешает тем же тёмным магам, а сомнений о принадлежности нападавших уже не возникало, проникнуть внутрь утром на своей технике? Меня вычислили и теперь не оставят в покое. Опасность грозит и хозяину мастерской и всем работникам.
- Слушай, Альбус, - обратилась к коту, - а кем я стану, если найду свои части и объединюсь с ними?
- Хм! Даже не знаю, - задумался он, - как минимум станешь более могущественной ведьмой…, а, возможно, даже чародейкой! 
- Всё зависит от того, какие другие части, - перебила его Зита.
- Да, - подтвердил маг, - это очень важно! Каждая из твоих двойников вместе с частичкой души получила и определённые черты характера. Ты, вот, работоголик, увлечённый механикой. Тебе даже на сон жаль тратить время, которое можно потрать с пользой, возясь с машинами. А какие те, другие – неизвестно. Каждая из них живёт сейчас своей жизнью. И ещё, как знать, захотят ли они объединиться с тобой? Вот, ведь, вопрос…
- А они вообще живы?
- Конечно! – опять влезла в разговор напористая фамильярша. – Смерть любой из частей – это мгновенная смерть остальных. Странно, что вы не чувствуете друг друга. И это говорит о том, что каждая по-своему довольна существованием.
- В любом случае, - решилась я, - надо их разыскать и убедить в необходимости объединения. А то перебьют поодиночке или захватят – тогда точно - конец! И здесь уже оставаться нельзя! Опасно.
За забором что-то глухо взорвалось. Якая вспышка высветила дальние здания. И тут же всё стихло. Интересно, кто там победил? Лично мне симпатичен был белобрысый маг. Мысленно пожелав ему удачи, отправилась в свою комнатку. 
Хорошо, что не успела обзавестись домашним скарбом. Всё имущество уместилось в две небольшие сумки. Грану Валису я оставила записку с извинениями и благодарностью. 
Странно, но отчего-то мне было не страшно покидать, ставшее уже родным, место. А в душе росла убеждённость в том, что всё делаю правильно. Обновлённый и усовершенствованный махолёт радостно замигал при моём появлении. Быстро загрузились внутрь. Запел мотор радостную песню полёта. Неуловимо затрепетали преображённые крылышки, сливаясь в невидимость. И подняв целое облако пыли, мы стартовали к звёздам.
Группа: МОДЕРАТОР
Сообщений: 1036
Репутация: 1150
Наград: 36
Замечания : 0%
# 3 06.09.2018 в 09:29
***
  
В ночном небе мне ещё летать не приходилось, но это было прекрасно! Звёзды приблизились и стали ярче, или это дорисовывало воображение? Не важно! Я была в восторге! Внизу ещё сверкали перекрестья освещённых улиц, а вверху, затмевая Триллию, чётче и крупнее нависала голубым пузырём материнская планета. И жемчужной россыпью плыли в бесконечности другие планеты.
- И куда нам теперь направляться? – задала я вопрос своим спутникам. – Не посещать же все пять десятков планет – так мы и за сотню лет не управимся!
- Эй! – Зита пнула в брюхо, растянувшегося на сидении кота. – К тебе вопрос!
- Ау? – зевнул пушистый лентяй. – Грубиянка, ты, всё-таки! Но Делия права. Побывать везде проблематично… - Альбус небрежно стряхнул с себя даму с пропеллером и перевоплотился в человека. Всё такой же изысканно белоснежный костюм, безупречно лежащие волосы, словно и не было никакого сражения всего полчаса назад! – Я не могу назвать место нахождения двойников, но указать направление – всегда, пожалуйста! – С этими словами он слегка наклонился ко мне и выдёрнул у меня волос!
- Ой! Что ты творишь? – возмутилась я бесцеремонности. – Больно же!
- Извини, но не кровь же, у тебя брать – это ещё хуже, - невозмутимо буркнул он и стал магичить. На его ладони вспыхнул огонёк, который вместо того, чтобы подпалить мой волос, слился с ним воедино. Раздался тихий хлопок, и на белой коже перчатки уже лежит небольшой сапфир. Щелчок пальцев и камешек обрёл облик кулона на цепочке. – Вот. Возьми! – удовлетворённо хмыкнул он. 
- И что мне с ним делать? Как пользоваться? – это же надо! – какой, однако, он умелец. Раз, два и пожалуйте – амулет готов!  - Знаешь, а ты мог бы быть сказочно богат с такими умениями! – озвучила я свои мысли.
- Знаешь, малявка, - в тон мне, но иронично, произнёс маг и не преминул щёлкнуть меня по кончику носа, - в этой жизни за всё приходится платить. Только у всех плата разная. То, что делается для кого-то бескорыстно, у магов налогом не облагается. И потом, богатство – это лишнее беспокойство, - он снова обратился в кота и последние слова уже невнятно промурчал, - а я люблю покой!
Я так была занята всем происходящим, что едва не врезалась в какое-то чёрное воздушное судно, которое без габаритных огней направлялось в сторону покинутой нами планеты. «Вот, ведь, раззявы!» – ругала я и себя за невнимательность, и капитана неизвестного корабля за то, что нарушает правила. А ведь, этот лентяй, так и не объяснил, что делать.
Но Зита отлично знала своё дело. Она ловким пассом набросила цепочку мне на шею. И вот тут - уже не потребовалось объяснений. Из камня вырвался тонкий луч и ушёл в пространство, указывая направление, куда-то далеко почти за грань видимости. 
Я старалась держаться, как можно дальше, от планет. Возле них было плотное движение, как на оживлённой магистрали. Такие медлячки и малыши, как наш махолёт, старались не попадать в одну струю со скоростными фрегатами и яхтами. Да и грузовики могли сбить такую мелочь и не заметить. Воздушные светофоры и координаторов передвижения тогда ещё не придумали.
Солнце поднялось навстречу, и даже затемнённые окуляры не помогали справиться с ослеплением и резью в глазах. Такому неопытному пилоту, как я трудно пришлось. Хорошо, хоть сам аппарат, названный мной «колибри», наградила кое-каким разумом. Иначе десять часов полёта к искомой планете могли завершиться катастрофой.
Уже на подлёте луч отчего-то стал выдавать такие немыслимые петли и зигзаги, что невольно засомневалась в его исправности. Поэтому приземлились на полянку небольшого леска. Ух, как же я устала! Пока Альбус сканировал пространство, переползла на заднее сидение и мгновенно уснула.
Пробуждение было на удивление мирным: листья шелестят, птички поют и над ухом кто-то чавкает. Чавкает? Тут же вскинулась и огляделась. В неясном вечернем свете кот доедал неведомо откуда взявшийся бутерброд. А Зита раздражённо жестикулировала, призывая его к тишине.
- Ах, ты проснулась? – воскликнула она радостно.
- Давно пора! Спать на закате – вредно, – заявил Альбус, сглатывая последний кусок. И как только не подавился? – Там ещё есть, - мотнул мордой в сторону бардачка, словно угадал мои мысли, - голодной не останешься. Жуй быстрее и идём твою «четвертушку» отлавливать. Где-то рядом притихла и больше не мечется, как загнанный кролик. Может быть, тоже спит?
Но двойняшка не спала. Мы не прошли и сотни шагов, как лезвие разбойничьего клинка упёрлось в мою шею, и я была схвачена крепкой рукой.
- А ну, вытряхивай карманы! – тихо, но уверенно скомандовал голос над ухом.
Альбус тут же перекинулся в человеческое обличье, но и это не испугало бандитку и не нарушило её планов. Она только крепче прижала меня к себе.
- И ты, оборотень, присоединяйся! – хмыкнула она. – Такими фокусами меня не удивить. Всяких видела. Не успеешь и двинуться, как подружку приколю!
И это моя сущность? Неужели такое таилось где-то внутри, а теперь обособилось и действует? Ну, уж – нет! Не позволю! Со мной нельзя так обращаться!
- Ай! Ай-я –яй! – раскалённый клинок выпал в траву, которая тут же задымилась. А разбойница, забыв обо всём, трясла обожжённой рукой и усиленно дула на ладонь. Как будто это поможет? Как же! 
Маг для надёжности тут же спеленал болезную. И только после этого мы стали выяснять откуда у неё появилась такая огнеопасная сестра-близнец. Неизвестно, поверила ли она нам до конца, но только отправляться с нами дальше на поиски двух других, наотрез отказалась. 
По её мнению, она хорошо устроилась в этой жизни. В доказательство привела нас в свой маленький домик. Сразу стало ясно, что здесь она бывает редко, наверное, скрывается, когда становится туго. 
- Ты пойми, - пыталась убедить меня бравая сестрёнка, - всегда находится то, что плохо лежит. И богатых олухов на мой век хватит. Пусть будут благодарны за науку. Не все с ними станут церемониться так, как я! 
- Это же опасно!
- Знаю! – поморщилась она. – Был у меня учитель и друг. Эти мироеды его повесили. Ну, так что? Он старый был. Вот и лоханулся. А  меня – пусть попробуют, поймают! – Дерзко стрельнув глазами, она призналась. – Знаешь, у меня золота и побрякушек дорогих уже целый сундучок припрятан. Ещё год или два побалую. Наберу побольше и на другую планету переберусь. А там заживу, как госпожа!
Она подмигнула мне, отмахиваясь от фамильяра, как от надоедливой мухи.
- Тут такое дело наклёвывается! У-ух! Может, поможешь? 
- Плохая идея, - процедил кот, - можешь мне поверить. Уж я-то знаю! – Но разве такая девица могла поверить магу-оборотню?
- У тебя такие способности! – она потёрна ладошки. – Мне до тебя далеко! Мы же любой запор без ключей и ломов вскроем. Любое хранилище или сейф взломаем. Да что там сейф! Ты же себе любой механизм подчинишь. Локомотив или, там, скажем, инкассаторский корабль сам подлетит, откроется и сдастся без боя… - у неё алчно засверкали глаза.
А я подумала: «Как хорошо, что ведьминский дар ей не достался! Она бы такое натворила – даже представить страшно!» И я принялась убеждать её в том, что всего можно достигнуть своим трудом. Актриса из неё тоже была неплохая: кивала, строила грустные рожицы и так далее.
Наверное, зря мы пили чай, которым нас угощала разбойница. Но она, посопротивлявшись для вида, сделала задумчивый вид. А потом и совсем пригорюнившись, сказала, что подумает, а утром даст ответ. Я понадеялась, и как оказалось – зря! Не бывает раскаивающихся разбойников, когда им кажется, что они на взлёте.
С трудом разлепив глаза, поняла, что крепко связана. Ну да, верёвка-то не металл и подчиняться мне не будет. Это она так полагала. Напрасно. Просто с деревом или верёвкой, как в этот раз нужны другие приёмы. Альбуса она закрыла в клетке. А Зиту, каким-то образом – я не стала её расспрашивать – заперла в стеклянной банке. Вот, ведь, ушлое создание. И просто так это ей с рук не сойдёт! Никогда ещё я не была так зла, причём так выходило, что сердилась на саму себя!
Никогда не считала себя ангелом, но и бандиткой и воровкой не была, а тут! Если честно и откровенно, то я могла раньше, когда живот от голода лип к спине прельститься яблочком или ягодкой, случайно свесившимся на улицу из-за чужой загородки. Но чтобы так! 
Некоторое время померила шагами избушку. И не выдержала. Если её сундучок с золотом остался здесь, то она явно собиралась вернуться. Но с тех пор, как я проснулась, указатель её местоположения ни разу не сместился. Она в засаде, что ли сидит? 
Отправились на поиски непутёвой Делии-2 пешком, замаскировавшись. Хорошо иметь рядом мага – это до меня дошло в полной мере, только сейчас, когда неузнанной под наведённой личиной, спокойно шагала по улицам столицы этой сельскохозяйственной планеты. Почему? Да потому, что чуть ли не все транспаранты сообщали о великой победе правоохранительных органов – поимке разбойницы, которая уже год не давала спокойно жить и трудиться населению всего королевства! И огромный цветной портрет, перечёркнутый белой надписью с сообщением времени и места публичной казни. Представляете, какой шок вызвало бы моё открытое появление?
 Не поленилась сходить на место. Практически рядом с королевским замком стояли высокие башни зернохранилища. Именно у подножия самой высокой был устроен эшафот. Казнённую предполагалось подтянуть к самой крыше высоченного сооружения, чтобы всем было видно. Просто средневековая дикость какая-то! Но именно это оставляло шанс на спасение.
Уже за час до «представления» на площадке стал собираться народ. Все бурно обсуждали событие. И, что вполне понятно, но обидно – никто не пожалел преступницу. Здорово же она им насолила всего лишь за год! А попалась на банальной жадности. Сестрёнка решила наведаться в королевскую сокровищницу уже в третий раз. Там её ждала засада – поделом! Но от её жизни зависела и моя, и две других.
Наконец из ворот тюрьмы выехал грузовичок с клеткой. Он черепашьим шагом проехал по дороге, демонстрируя приговорённую. И сколько бы она не хорохорилась, бледность выдавала страх. Раскаивалась ли она, жалела ли о том, что не слушала нас, да и вообще о том, что делала? 
Я или точнее, моё второе «я», закованная в цепи по рукам и ногам поднялась по ступеням. Судейский исполнитель зачитал длинный список преступлений. Все так боялись побега, что снимать оковы не рискнули до самого конца. Маленький круглый от обжорства и безделья, палач торжественно накинул петлю на шею жертве. Потом выбил лесенку из-под ног. И ахнувший в этот момент зритель, изумился ещё раз. Повешенная, вместо того, чтобы ухнуть вниз, согласно с законом притяжения, внезапно для самой себя и толпы, вдруг, стала возноситься вверх. Оковы, раскалёнными каплями пролились на помост. Сухие доски  вспыхнули, привлекая к себе внимание. Когда взоры обратились вверх – разбойницы уже не было. Только обрывок верёвки качался на ветру. А с безоблачного неба сыпались на город золотые монеты и драгоценные камни. Очень надеюсь, что никого не покалечили.
- Не стоило её  расковывать, - меланхолично заявил Альбус на глазах у шокированной внезапным спасением Делии-2, обретая образ животного, - ни за что не прощу ей то, что заперла меня в вонючей кроличьей клетке!
- Да, я … я же,  спасибо… - слов у неё уже больше не было. Разбойница обхватила голову руками и, отвернувшись, затихла.
Направляющий луч вёл нас дальше. Даже на значительном расстоянии искомая планета была прекрасна: всю её покрывал океан. Большие и малые острова, составлявшие сушу, были соединены между собой мостами. От этого казалось, что на голубой шарик накинули золотую сеть. Зелёные узелки островов искрились на теневой стороне от огоньков. Красавица! И климат очень тёплый – экватор, всё-таки!
И, как оказалось, прибыли мы как нельзя, кстати!
Неизвестно почему, но на этой земле всё ещё использовали лошадей для передвижения. А лошади, как известно, животные пугливые. 
Луч указывал на карету, которая неслась по лугу прямо к обрыву. Дорога давно уже осталась позади. Ни кучера на козлах, ни форейторов на запятках! А из экипажа дикий женский визг! Что делать? 
- Веди машину над каретой, - скомандовал Альбус. И земля на пути взорвалась лёгкими фонтанами пыли. Но лошади только свернули в сторону, не снижая скорости, понеслись к лесу. – Здесь магия не поможет…
- Я буду прыгать! – неожиданно заявила разбойница. – Мне такое уже приходилось делать. Подай немного вперёд!
Теперь махолёт шёл вровень с глупыми животными. Делия вылезла из кабины через боковую форточку и прыгнула вниз. Какая она, всё-таки, ловкая! Спина коренной прогнулась от свалившегося на неё человека. Ещё мгновение и повод уже был в руках девушки. Резкий винт, и поплясав на задних ногах, лошадь встала, принуждая подруг к покорности.
- Ах, благодарю вас, отважный… - из открытой дверцы вывалилась бледная, как смерть, но крепкого телосложения дама. Делия повернулась к ней, и слова замерли у говорившей на устах. Этого нового потрясения её нервы уже не выдержали: она упала в обморок.
Я уже бежала к карете так быстро, как могла. Кот едва поспевал. Зита ехала на мне, уцепившись за ворот лётной куртки. Оттащив немного в сторону несчастную женщину, заглянула внутрь экипажа. Там в пышном розовом платье с бантиками лежала я №3. И я была в обмороке! Однако, какая я … нежная!
Альбус фыркнул, отправил пару искр в направлении женщин. И – о, чудо! – они тут же пришли в себя. Несколько минут мы смотрели друг на друга. Дама только бестолково хлопала глазами. А «куколка» переводила взгляд с меня на разбойницу и обратно, пытаясь что-то сообразить.
- Что вылупилась? – грубо прервала гляделки Делия-2. – Ты, как понимаю, хорошо в этой жизни устроилась, сестрёнка! Вот облом-то будет!
- Ах, ах! Какие вы смелые! – защебетала «куколка». – Ах, как я вам благодарна! Добро пожаловать в мой замок…
В это белоснежное и, словно слепленное из пены морской, сооружение с башенками мы прибыли все вместе: разбойница на козлах, куколка в карете с камеристкой, а я на своём махолёте. Флаги на башнях развивались. Трубы приветствовали дружным рёвом. Герольды кланялись и важный дворецкий церемонно склонял голову. Парк с подстриженными деревцами, аллеи розовых кустов, мраморные дорожки и фонтаны – всё прилагалось. Навстречу нам вышел самый настоящий принц. Он улыбался и рассыпался в комплиментах. Только сердце мне подсказывало, что гостям он совсем не рад и вся эта любезность просто дань придворной привычки.
- Это мой жених, Рогос! – представила его куколка.
Делия-3 оказалась принцессой. И принцессой самой настоящей, потому что сразу же начала распоряжаться и капризничать. Прежде всего, она решила нас переодеть, как только мы отдохнём с дороги. Но, то яркое безобразие, что принесли нам горничные, мы с разбойницей наотрез отказались надевать, как и украшения. Нет, надо быть справедливой, украшения Делия-2 приняла, но совершенно не для того, чтобы носить. А мне, как механику, все эти побрякушки и платья были совершенно ни к чему.
- Фу, какие вы девочки, несговорчивые! Вы даже не представляете, какой фурор могли бы мы произвести сегодня на балу! 
 Принцесска надула розовые губки. Но долго обижаться она не умела. Жизнерадостность била из неё ключом. До самого вечера она таскала нас по дворцу и по парку. И даже на наш рассказ отреагировала своеобразно.
- А давайте, сестрёнки, жить все вместе! Дворец большой. А если не нравится, то можно и каждой из вас найти что-то другое по вкусу. – Она неожиданно хмыкнула и подпрыгнув, захлопала в ладоши. – Нет! Ещё лучше! Вы выйдете замуж за одного из братьев моего Рогоса! У него дюжина очаровательных братьев! Представляете, три или четыре свадьбы в один день! Ведь мы четвёртую сестричку обязательно найдём. Разошлю слуг на все планеты. Они её обязательно найдут! Пусть только попробуют не найти, я им! – И она сжала в кулачёк пальчики в кружевной перчатке. Потом вздохнула и продолжила. – А объединяться, сливаться воедино или как там ещё, я не хочу. Неужели вы не понимаете? Моя сказка про «Золушку» из книжки, которую Элиав сжёг в печке, почти сбылась! Ещё чуть-чуть и…
- Но принц, он же тебя не любит! – одёрнула её разбойница. – Это невооружённым глазом видно!
- Принц, принц. Любит, не любит – какая разница! Главное, что моя мечта сбудется! И нет больше вечно брюзжащего опекуна. Нет рваных обносков, нет вечного голода, от которого живот сводит. Нет грязной и неблагодарной работы с рассвета до глубокой ночи! А принц – свыкнется, слюбится. 
Меня передёрнуло. Неужели, я такая прагматичная и хладнокровная эгоистка, где-то глубоко в душе?
Бал был великолепен! Собралось огромное количество гостей. Прибыли все тринадцать сыновей Царя морской планеты. Что сказать? Все красавцы молодые и так далее. И батюшка их не подкачал. Мы танцевали, смеялись. Да, принцессе всё же удалось уговорить нас с разбойницей одеться в соответствующие наряды.
В какой-то момент, мы, оставив куколку веселиться дальше, вышли в сад.
- Тс! – разбойница схватила меня за руку и потянула к одной из беседок.
Внутри кто-то всхлипывал. И тут мы ясно услышали разговор.
- Не плачь, - нежно уговаривал кого-то Рогос. – Я ещё что-нибудь придумаю. Кто же мог подумать, что эти сестрицы-близняшки появятся именно тогда, когда всё так хорошо начало получаться! – Девичий голос что-то пробормотал невнятное. И принц продолжил. – Мой батюшка упрям и ни за что не откажется от своей затеи. Он считает, что если Дели, пусть и случайно, спасла мне жизнь, то долг чести обязывает сделать её своей женой. Но я тебя люблю, и отступать - не намерен. Не знаю, как от неё избавиться. Ведь она неплохая и убивать её не хочу, но… Я мечтаю, чтобы невеста, как внезапно появилась, так внезапно и исчезла! Тогда бы мы смогли быть вместе с тобой, милая…
Дальше подслушивать не имело смысла. Мы вернулись во дворец, но праздник больше не радовал. В каждой улыбке принцев угадывался подвох, а во взглядах придворных ложь. Одна куколка, словно не замечала притворства – веселилась на полную катушку. Бал затянулся за полночь.
Ещё не рассвело, когда меня разбудила разбойница.
- Пора смываться, - заявила она. 
- А как же принцесса? – удивилась я, натягивая привычную кожанку.
- Куда она денется? – двусмысленно ответила Делия-2 и подхватила корзинку с фруктами со стола. – Я умею доступно уговаривать!
На заднем сидении махолёта, завёрнутая в стёганое покрывало, спала куколка. Разбойница пристроила свой груз и плюхнулась рядом с ней. Наверное – это было похищение, возможно, что так делать не стоило, но иначе поступить мы не могли.
Вперёд по лучу указателю! Теперь он вёл на совершенно белую от снега планету, что вращалась ближе к северному полюсу материнской земли. Ох, и занесло же мою частичку! Пока сзади истерила несостоявшаяся принцесса, а разбойница доказывала, что ничего хорошего ей от прежней жизни ждать не приходится, я, натянув плотнее шлем, всматривалась в пространство. 
Дух махолёта отчего-то был сильно встревожен и чувствовал агрессию. Моё ведьминское чутьё тоже было обеспокоено. Даже кот не дремал, как всегда, а сидел, вытянувшись в струнку. Только, вот, ничего подозрительного глаза не замечали. В этих широтах движение было не таким интенсивным, как возле ближних к экватору спутников. И духи встреченных кораблей были благодушны. Странно! Отчего же сердце будто сбесилось?
Всё открылось, как только я направила «Колибри» на посадку. Внезапно по бокам проявились два чёрных крейсера без опознавательных знаков. Пираты или чёрные маги? Имперские корабли не прячутся. Несколько раз встречались, но мы были им не интересны. 
Преследователи легко нагоняли нас. Выстрелили серебристыми облаками сетей. Одна промазала и схлопнулась раньше, чем настигла. От второй я уклонилась и выскользнула перед самым носом неприятеля. Нас, явно хотели взять целыми и невредимыми. А ещё я почувствовала жуткую, иначе не скажешь, тяжесть в голове. Застонала разбойница. Куколка потеряла сознание. Взвыл диким голосом кот.
- У них два сильных мага-телепата! Сопротивляйся, Делия! – Альбус что-то всё же сделал, потому, что сознание прояснилось. 
Но земля оказалась уже слишком близко. Выбора почти не осталось. Из занесённой снегом поверхности прямо по курсу торчали ледяные глыбы. Только справа виднелось что-то зелёное похожее на занесённые кроны деревьев. Заложив крутой вираж, повернула туда. Белая пороша и фонтан зелёных игл взвились в воздух. Жалобно затрещали крылья, не успевая сложиться. Мотор взвыл и  заглох. Машина немного прокатилась по насту и ухнула куда-то вниз.
Как только махолёт не врубился в ствол лесного гиганта – чудо! Стекло кабины пошло трещинами. С трудом сдвинула его в сторону. Огляделась. Печальная картина. Корпус утопал в толстом ковре из мха и хвои. Крылышки опять искорёжены. Да и с мотором проблемы.
Вокруг куда ни глянь – лес. Деревья в несколько обхватов толщиной колоннами уходят вверх. За плотным покровом даже неба не видно. Должно быть темно, как ночью, но свет струится с той стороны, где осталась горная гряда. Здесь, как под крышей – тихо и тепло, даже руки не мёрзнут. 
Только в одном месте, там, где провалился аппарат, зияет дыра. А за ней - враги! Почему-то я их чувствую. И, кто бы сомневался, они не оставят нас в покое. Уже в который раз возник вопрос: что делать? Воин из меня - никакой! А драться всё равно придётся. В рабство к чёрным магам я не пойду – лучше смерть.
Мои пассажиры по одному так же выбрались наружу и оглядывались. Разбойница вытащила из багажника какую-то огромную сумку, которой я припомнить не могла. У меня такой не было, да и её забрали без вещей. Замок что ли ограбила? И когда только успела? Она швырнула принцессе шубку и сапожки – нежное создание тряслось от холода в кружевной пижамке и туфельках. После этого, на земле оказался небольшой оружейный арсенал.
- Так, держи, - протянула она мне странный тубус с отверстиями в торце и ручкой похожей на дверную по середине. Тяжеленный! – Это ручная пушка. В ней двадцать зарядов. Жаль, времени было мало - дополнительные патроны не захватила. Не думала же, что на нас нападут! Но на первое время хватит. – Объяснение не заняло много времени. - Целишься зелёным лучом, и нажимаешь на курок.
Боевая подруга пыталась и принцессе навязать оружие, но та только отрицательно покрутила головой и поползла куда-то под бок махолёта, прятаться. Зато себя разбойница обвешала, как ёлку: за пояс с патронами засунула четыре пистолета, сбоку длинный кинжал, даже в сапоги что-то сунула. Альбус от её подарков отказался. Зато Зита прихватила пару крошечных дамских пистолетиков.
Мы ещё возились с имуществом, когда активизировались наши враги. Сначала из дыры полетели хлопья снега, а следом – черные бильярдные шары. Они бесшумно падали за землю и тут же превращались в безликих воинов в доспехах. 
И опять я растерялась! Как стрелять в людей или существ? А они приближались. Сбоку раздался тигриный рык. Альбус трансформировался в боевую форму. Теперь он был и не кот, и не человек, а что-то новое и страшное. Звериная голова с огромными клыками, руки-лапы с когтями-клинками, хвост с иглами вместо шерсти. Но даже испугаться я не успела. Неуловимым движением чёрные воины приблизились. И бой начался.
Первый выстрел я сделала с закрытыми глазами. И от отдачи чуть сама не улетела назад. Кто-то невидимый удержал меня в вертикальном положении. Но разбираться, кто это был – недосуг. Поражённые насмерть враги не падали, просто испарялись или опадали пеплом. Искусственно созданные чёрными магами они просто выполняли свою задачу, и мне их стало не жаль. 
И вот, снаряды кончились. А враги сменили тактику. Теперь они разделились на три части. Крайние отвлекали разбойницу и Альбуса, стараясь как можно дальше увести от меня. Те же, кто остался в центре, распускали сети. Главной добычей по-прежнему считали меня. Никто другой их не интересовал. На принцессу, скулившую от ужаса возле машины, вообще не обращали внимания. 
В руках теперь находилась совершенно ни к чему не годная пушка и только отягощала руки. Стоп, стоп, стоп! Она же железная! Кто же, как ни я найдёт ей применение. Ведьма я, всё-таки, или – нет! И в возрадовавшихся врагов полетели раскалённые металлические шарики. Даже сети нападающих стали для меня оружием против них. Они отлетали в направлении меня и, развернувшись, опадали огненным дождём на чёрных воинов. 
Всё бы хорошо, но тут я допустила ошибку! В азарте сражения и так выдвинулась непозволительно далеко вперёд. А тут, заметила ведьмака, спустившегося из пролома. Он стоял и творил своих солдат, создавая их прямо из воздуха. Надо было, очень надо было мне достать именно его, чтобы прекратить сражение или получить передышку. И разбойница и Альбус, да и я, тоже, очень устали. А он всё создавал и создавал. И этому действу не было предела.
Именно поэтому, как только исчезли преграждавшие мне путь, и образовался коридор, ведущий к ведьмаку, я рванула вперёд и ударила всем металлом, что ещё оставался в моём распоряжении. Он дёрнулся, но не упал. Только одна рука повисла плетью. Зато вся сила ответного удара сосредоточилась на мне. Всё-таки, он был очень силён, а главное опытен. На меня навалилась такая тьма, что мир вокруг перестал существовать. Она душила, она сминала, она пыталась заполнить собой сознание, покорить и поработить. Где-то рядом или далеко – потерялось осознание пространства – что-то говорила Зита. Но слов разобрать было невозможно из-за растущего гула. Боль и тоска раздирали мой клочок души. И я сопротивлялась, как могла, нарастающему отчаянию.
Неожиданно всё закончилось. Сквозь туман, стоявший в глазах, вдруг увидела у своих ног себя саму в странной меховой одежде, чуть дальше, распластавшееся тело врага.  Откуда-то сверху из пролома раздавался гром, скрежет и вой, иссиня белые вспышки больно били по глазам. И я, наконец-то пришла в себя. Ко мне уже подбегали кот, разбойница, а за ними принцесса. Я была рада, что они живы. Но как же, мне было плохо!
- Я всё-таки, спасла тебя, сестрёнка! – очнулась на короткое время моя героическая частичка. – Так ждала вас всех…
- Она умирает?  - всхлипнула принцесса.
- Ещё нет, - фыркнул кот, обойдя её по кругу, - но рана в сердце магической стрелой – смертельна. Несколько минут и всё… Вам надо либо немедленно объединяться, либо погибнете вместе с ней!
- Я согласна, - прошептала принцесса, - всё равно от меня толку мало…
- Да, уж! – буркнула разбойница. – Выбора-то нет!
А я просто кивнула, потому, что слов не нашла.
- Что ж, тогда возьмите друг друга за руки, образуя круг, и повторяйте за мной заклинание. 
Мы сцепили пальцы. Слова были очень простыми о том, что мы добровольно соединяем свои тела, сознания, души, разумы и силы. Щелчок. И вот уже я стою одна единая и цельная, но в голове отчего-то спорят голоса. А ещё, мне ужасно тесно и жарко, потому, что вся одежда с нас четверых оказалась на мне одной! Глупо о таком думать в такой момент? Может быть и так, но…
И не успели мы что-то ещё сказать или предпринять, как сверху на нас полились потоки солнечного света. А вслед за этим, появился тот самый маг в синем костюме, что следил за мной ещё в Вердене. О! Неужели всё сначала! Опять сражаться?
- Вот, скажите мне, пожалуйста! – вместо приветствия потребовал блондин. – Почему я должен гоняться за вами, Делия, по всем планетам системы? 
- Ну, уж – нет! – заявила я. – Без боя, я не сдамся! – Сейчас во мне преобладали героиня и разбойница. Они стояли спина к спине. И я, автоматически приняла стойку бойца.
- Вот так всегда с девушками, - почему-то устало пожаловался Альбусу преследователь. – За ними ходишь, уговариваешь, помогаешь, а они норовят тебя же и укокошить! А ведь я всего лишь хотел передать вам, Делия, приглашение от ректора Академии Магии и Чародейства. 
- Что???
- Он приглашает вас на вступительные испытания, которые состоятся уже через два дня! – И он протянул мне тонкую металлическую капсулу с гравировкой на боковой стороне. – Предполагаю, что испытания вам под силу.
Вот всего ожидала, только не такого!
 Да, в Академию меня приняли. И если не буду лениться, а этого мне совесть не позволит, то через пять лет получу золотой диплом Чародея-механика. А уж что я сотворю с такими-то умениями! О! Мне уже заранее страшно.
А как же преподобный Элиав? – спросите вы. Хм. Ну, скажем так. Он был не просто удивлён, когда из вновь запечатанного им Переместителя, вышла я под руку с магом в белоснежном костюме. Хранитель буквально затрясся от страха. Ни меня, ни моего спутника он не ожидал увидеть.
- Драгоценный мой друг, Элиав! – медоточиво обратился к опекуну, Альбус. – Как же так вышло, дорогой, - уже с нажимом и угрозой, - что ты решил избавиться от моей племянницы таким варварским способом?
- Альбус! Ты мой дядя? – изумилась я.
- Да, Делия, - ответил он. И тут же оправдался. – Тогда была война. С тобой мы поговорим об этом позже! – Маг вновь обратился к бывшему другу. – Когда я оставлял тебе ребёнка, ты клялся, что сделаешь её жизнь счастливой и беззаботной, будешь её опекать, холить и лелеять, как собственную дочь! А сам!..
Не стану описывать трагический конец преподобного Элиава. Нет, его не убили, что вы! Просто теперь он превращённый в осла будет отрабатывать свои грехи у бывших прихожан. И смею думать, что они не будут с ним так строги, как он. Как только исправится, так магическое заклятие его освободит.
На этом позвольте мне завершить свой рассказ. Будет ли продолжение? Будущее покажет.
Группа: МОДЕРАТОР
Сообщений: 1036
Репутация: 1150
Наград: 36
Замечания : 0%
# 4 06.09.2018 в 09:34
________________________________

15 июня 1989 г. в горы Чечено-Ингушской АССР
отправился туротряд школьников Гимназии №17 г. Хасав-Юрт.

Согласно свидетельским показаниям, 92 человека, включая вожатых, наставников и преподавателей, были отрезаны от близлежащих населённых пунктов
обстоятельствами непреодолимой силы.

Участники похода не имели работоспособных средств связи,
достаточного количества провизии и медикаментов.

Васильева Галина, Эбзеев Назир, Байбанов Заур, Хатуев Максим и Выродов Владимир
добровольно отправились на поиски помощи 25 июня 1989 г.

Сигнал бедствия был послан 26 июня
жителем села Автуры, Джуккаевым Алимом,
который обнаружил следы плутавших людей в лесах Бенойского хребта.

87 членов отряда были спасены в тот же день.

Выродов Владимир был найден с многочисленными переломами конечностей
в 20 километрах от стоянки лагеря 2 сентября 1989 г.
сотрудниками Чечено-Ингушского отделения
Государственного комитета РСФСР по чрезвычайным ситуациям.

Местонахождение Васильевой Галины, Эбзеева Назира, Хатуева Максима и Байбанова Заура
до сих пор не установлено.

________________________________


ЖЕРНОВА ГОСПОДНИ


23 июня 1991 г.
Республиканская психбольница «Самашки»
Закан-Юрт, Чечено-Ингушская АССР


Хотите знать, что самое худшее в пребывании в психиатрической лечебнице?
Это не терапия, не строгие правила и даже не ваша облезлая палата с металлической койкой.
Ваша семья.
Сестра. Родители. Они приходят навещать вас. Но со временем визиты сокращаются. А сестра вообще перестает приходить. Потом вы замечаете, что мать не смотрит вам в глаза. Ласковые слова сменяются дежурными, любимая еда, которую она приносит, становится пресной. И вскоре она тоже прекращает навещать вас.
А потом ваш отец говорит вам, что у вашей сестры нервный срыв, она не может разговаривать с братом. Не может смотреть в его безумные глаза. Больше не может слушать истории о монстрах. И когда он говорит, он плачет. Но ему не грустно. Он злится. Он напуган и разбит. И вы понимаете, что видите его в последний раз.
Вы остаетесь одни. Ваш самый большой страх становится нетленным.

15 июня 1989 г.
Хасав-Юрт, Дагестанская АССР
90 км к западу от Махачкалы


Они глядели на директора с восторгом.
Маджита Али-Мурзаевича обожали все без исключения. Трудно вообразить более радушного и ответственного наставника, радеющего за общее дело. Его стремления и успехи были известны далеко за пределами республики, и ребята были их неотъемлемой частью. Их жизнь была красочной и интересной, полной приключений и удивительных открытий. Школьники Гимназии №17 славного города Хасав-Юрта безмерно благодарили своего директора и жаждали новых подвигов.
Статный мужчина с белыми, но густыми волосами поправил очки и раскрыл красочно лакированную папку. Он оглядел ребят с трепетом, улыбнулся и зачитал приветствие:
— Человечеству необходимы оптимизм и захватывающие цели, чтобы выжить. И при этом необходимо думать о важнейшем процессе — воспитании молодежи. История учит, что выживают только народы с высоким моральным уровнем, и которые непрестанно заботятся о его повышении.
Все мы помним и любим те материалы об уникальной истории нашего края, его природе и исключительных природных богатствах, которые впервые были опубликованы к 25-летию спортивного ориентирования в нашей АССР мои добрым другом и товарищем, Атаянц Александром. Впервые книга "Спортивное ориентирование Дагестана" была опубликована в 1983 году, и конечно же, без вашего личного вклада она никогда бы не стала всеми любимым достоянием и сокровищем.
Сила любого народа, нации или общественного образования состоит в знании своей истории и уважении к ней. Перед теми, кто идет следом, стоит ответственная задача не растерять и не порушить то, что сделано нашими предшественниками. Мы должны быть вместе. И я благодарен нашим добрым соседям, что они пригласили юных первооткрывателей посетить спортивный лагерь «Светлячок» на базе отдыха в Чечено-Ингушской АССР.
Так, с позволения моего друга и автора, мы сумеем внести в исходный текст незначительные, продиктованные временем изменения, которые могли бы способствовать написанию полной и подробной истории кавказского ориентирования от его возникновения до настоящего времени. Вы на пороге удивительных открытий и свершений. Пуска же каждый из вас найдет свой путь и привнесет в мир нечто выдающееся и достойное. К цели, друзья.
К цели!

Восторженная речь директора наполняла Володю упоением и радостью. Он держал Галину за руку и предвкушал начало каникул, можно сказать, первых, которые они смогут провести вместе вдали от пыльных улиц и базаров Хасав-Юрта, а Галина сияла от любви, потому что думала о том же. Чувствуя тепло Володиной ладони, она мечтала лишь о том, чтобы это ощущение никогда ее не покидало.
Толпа оживлено зааплодировала, но Володя не разжал ладонь. Пока все были заняты рукоплесканием, он чмокнул девушку в щеку, от чего та румяно вспыхнула. Под овации и улюлюканье, в сопровождении, конечно же, родителей, учителей и наставников по спортивному ориентированию, поток школьников хлынул к стоянке, где их ожидали три Икаруса и патруль, призванный обеспечить безопасность детей в дороге.
Автобусы жадно пыхтели, готовые вскоре отвезти юных первооткрывателей к цели, о которой так упоенно проповедовал директор. Отцы заполнили багажные отделения сумками и снаряжением, а матери рассказали, какие вкусности приготовили в дорогу, и когда ликование сменилось слезами и объятиями с родными, которые отпускали чад на поля спортивных сражений, пришло время отправляться в путь.
Володя занял место рядом с Галиной, и, помахав родителям и сестре в окно, грустно опустил голову любимой на плечо. Икарус тронулся в полдень.

15 июня 1989 г.
Сержень-Юрт, Чечено-Ингушская АССР
40 км к югу от Грозного


Пыльная дорога петляла над ущельями.
За окнами проносились станицы и аулы, с пастбищ доносилось протяжное мычание коров, а приветливые чабаны дружелюбно махали рукой. Всюду зеленели горные цепи, изрезанные каменистыми пиками гранита, а малахитовые, будто махровые овраги переливались в солнце журчанием многорукой реки Хулхулау. Дети с любопытством изучали окрестности, предвкушая грядущий поход в горы, где они смогут, наконец, познать истинную красоту местной природы.
Городишко оказался миниатюрной версией родного Хасав-Юрта.
Вереница хат и домишек расположилась на берегу притоков Сунжи, откуда уже были видны предгорья Дзана-Корта, и пахло чистым, почти сладким снегом ледников. Саманная коробка здания администрации соседствовала с побеленным корпусом больницы, то и дело на пути встречались женщины с ведрами, полными овощей, иногда дорогу перекрывали стада овец, неспешно дрейфующих между дворами. Конечно, никто не ожидал увидеть здесь разительно другие пейзажи, и потому ребята с невольным облегчением вздохнули, когда Икарусы проехали по главной улице Шерипова, проскочили шумный рынок, обогнули окраинные кошары и свернули на деревянный мост, уводящий дорогу вглубь Бенойского леса.
Чернеющие стволы пихты и сосны образовывали узкий тоннель, по которому автобусы медленно просачивались в темноту — солнечный свет здесь рассеивался по-особенному, а хвоя придавала ему ни с чем не сравнимый зеленоватый оттенок. Все вокруг как будто окунулось в полумрак, даже ручьи, сопровождающие колонну в метре от гравийной дороги, больше не блестели. Моторы усердно гудели — серпантин лихо вильнул и скользнул в гору.
Лагерь «Светлячок» прятался в чаще россыпью разноцветных крошечных построек, которые мелькали среди густых, заросших ветвей, как шляпки грибов. Когда гравий зашелестел под останавливающимися колесами, дверь в Икарус устало открылась, и в салон автобуса вошел высокий парень в белой рубашке и синих шортах. У него была загорелая кожа и темные, свойственные народу глаза, а купленный, скорее всего, на местном рынке шарф не совпадал с тоном фирменной панамы — оригинальный комплект вожатый, скорее всего, потерял, а этот повязал небрежно и наспех. Трудно было не догадаться, что он жил в Сержень-Юрте, а в лагере подрабатывал на летних каникулах.
Парень обменялся несколькими словами с водителем, поздоровался с сопровождающим учителем и обратился к ребятам:
— Добро пожаловать. Меня зовут Назир, я буду вашим вожатым ближайший месяц. С остальным коллективом вы познакомитесь чуть позже. Сейчас мы проведем перекличку и затем отправимся на заселение. Но сперва, я пройду по салону и соберу у вас всю еду и напитки, которые вам передали ваши родные.
По автобусу пробежал недовольный шумок, но Назир поднял руку в знак тишины и томно продолжил:
— Таковы правила. Мы находимся в заповедных лесах Беной и лишние запахи здесь ни к чему.
Попытка объяснить запрет возымела обратный эффект, ребята переглянулись и вопросительно уставились на парня в панаме. Он тут же сообразил, что совершил глупость, и поспешил снова исправить ситуацию:
— Еду в упаковках можете оставить, но надеюсь, что вы скушаете ее сегодня после сборов. Вечером, перед отбоем, я заберу все, что останется.
Он развернул пакет и неспешно заковылял по салону.

23 июня 1989 г.
Марзой-Мохк, Чечено-Ингушская АССР
30 км к востоку от Сержень-Юрта


Володя забрался в палатку к Галине, когда солнце уже скатилось за почерневшие пики Бенойского хребта. Он осторожно присел у походных сумок, включил фонарик и направил его на тент, чтобы никого не слепить светом. Галочкина соседка сухо поздоровалась, но влюбленных оставить наедине не захотела, а лишь уткнулась в подушку и нарочито засопела.
Галина пожала плечами, ее эта выходка нисколько не волновала. Она осторожно прильнула к парню и аккуратно чмокнула его в щёку. Володя просиял и шепотом заметил:
— Я думал, ты спишь уже.
— Нет, мы только пришли. Развесили вещи, чтобы просохли к завтрашнему забегу. На обратном пути мы попали под грозу.
— Куда вы ходили с вашим отрядом? Не видел тебя целый день.
— Посетили Зиярат, — осторожно сообщила Галина, поглядывая на Ленку, которая недовольно ворочалась, — это древнее мусульманское святилище. Нам показывали изображения на дольменах, они похожи на языческие, что-то вроде свастики.
Ленка хмыкнула:
— Это старинное изображение мельницы, а не свастики.
— Именно, — подтвердила Галина шепотом, — говорят, там жил старейшина, который мог исцелять любые болезни. Это был дар свыше.
Ленка не успокаивалась:
— Даром свыше будет то, что вас никто не заметит в такое время. Недели не прошло, как вы уже нарушаете правила.
— Правила-то дурацкие, — в полголоса сказал Володя. — И меня никто не видел.
Снаружи послышались шаги, в дверной щелке показался свет фонарика и в палатку впрыгнул Макс.
— Ну чего, спим?
— Давайте, пусть весь лагерь придет к нам сегодня, — с укором буркнула Ленка.
— Сейчас еще Заур придет, — хихикнул Макс, усаживаясь на край спаленного мешка Ленки.
— Осторожнее!
Не прошло и минуты, как в палатку вскочил запыхавшийся товарищ:
— Еле ноги унес, — сообщил он, недоверчиво поглядывая в вентиляционный клапан, как в окно. — Назир обход делает, думал, заметит меня.
— Так, народ, — Ленка рассердилась, шепот перерастал в шипение, — мне не нужны неприятности. Уходите.
— Ты принес? — спросил Макс, не обращая внимания на бухтящую подругу.
— Осторожнее! — повторила она, когда парень, будто невзначай, решил усесться поудобнее.
— Ага, — подтвердил Заур, протягивая пакет товарищу.
Макс с энтузиазмом развернул кулёк и с удивлением обнаружил несколько жестяных коробок монпансье, полкило ирисок и шесть заварных эклеров.
— Еда? — не поверила своим глазам Ленка. — Вы что, с ума сошли?
— Да брось ты, — Макс раздал ребятам угощения, открыл одну коробку конфет, а Ленке бросил вторую, от чего металлический коробок тревожно звякнул. — Они носят эти сладости с собой. Ты понимаешь? Они забрали их у нас и едят сами, пока никто не видит.
— Но только не мы, — заметил Заур.
— Но только не мы, — подтвердил Макс, многозначительно подняв указательный палец.
— Откуда пирожные? — тихо спросила Галина. — Их долго хранить нельзя, а эти вроде свежие.
— Может в ауле купили, пока вы по Зиярату ходили, — предположил Володя, незаметно для всех отложив свое пирожное в сторону.
— А вам не кажется это странным? — сморщился Макс, беря уже вторую порцию. — Нам никто не объяснил, почему нам нельзя конфеты. Мы же дети! Нам нужны конфеты.
— Дети, вам на следующий год в университет поступать, — не переставала Ленка, — вот выгонят вас из спортивного класса перед экзаменами, будете потом локти кусать.
— А ведь и правда, — подхватил Заур, — это так странно.
— Ничего странного, — тихо ответил Володя, влюбленно уткнувшись носом в густые каштановые волосы Галочки. — Зверье идет на запах. Медведи, кабаны. Мы в дикой природе.
— Почему тогда вожатые носят еду с собой? Так запаха нет, что ли? — не унимался Макс, взяв уже третье пирожное, которое изначально предназначалось Ленке, на что та только злобно хмыкнула.
— Может, они кормят алмасты, — шепотом протянул Заур.
С улицы послышались звуки залитого костра — Назир опустошил бидон, чтобы не оставлять огонь на ночь. Он осторожно заковылял к своей палатке, шаги отчетливо слышались в ночном воздухе ущелья. Назир спешно застегнул молнию на дверце и затих.
— Что такое алмасты? — неуверенно спросила Ленка.
— Чудовище, — прошипел Макс, изображая в воздухе лапы воображаемого зверя.
— Дурак, — коротко сказала Ленка, взяв из кулька ириску.
— Это дикие места, — продолжил Заур, — наверняка здесь водится какая-то чертовщина, снежный человек или вроде того.
— Сам ты снежный человек, — громко засмеялся Макс.
— Тихо ты, — Ленка взяла еще одну ириску.
— Ты же не думаешь, что это правда? — недоверчиво спросил Володя.
— Говорят, он ворует овец у местных, — не успокаивался Заур, — и плетет по ночам косы кобылам.
— Так, вы оба, идите отсюда по-хорошему, — приказала Ленка. — Я не шучу.
— Правда, ребята, завтра трудный день, индивидуальный забег по ущелью, — подтвердила Галина, — пора спать.
— Ну, мы же только начали, — протянул Макс, — о, пироженка.
Он приметил отложенный Володей десерт и, когда Ленка уже выпихивала товарища на улицу, успел его схватить, исчезнув по ту сторону тента.
— Ага, а ему значит, можно? — буркнул Заур, бросив взгляд на Володю.
— Проваливай, кому сказала.
Володя поцеловал Галочку, сухо попрощался с Ленкой и нехотя последовал за ребятами, оставив девчонок одних.
Ленка собрала рассыпанное по спальному мешку монпансье обратно в коробку, завернулась калачиком и отвернулась. Галина выключила оставленный Володей фонарик, забралась под холодное одеяло и, дождавшись запоздалого звука застегивающейся молнии на палатке Володи, закрыла глаза.
Тишина будто звенела.
Сегодняшней ночью ветер не колыхал даже макушки деревьев. Это была не первая ночевка на склонах Бенойского хребта, но обычно были слышны хоть какие-то звуки. Было такое, что где-то журчала вода, хотя обычно отряд не разбивал лагерь у водоемов из-за возможности подтопления во время неожиданной грозы, иногда хрустели сухие ветви, которые неугомонно терлись друг об друга во время порывов ветра, даже птицы, частенько, ухали в ночи. Но сегодня — все как будто вымерло.
Галина практически провалилась в сон, когда посреди лагеря, у кострища, звякнула металлическая банка. Звук был резким, но обрывистым, он моментально затих в окружающей палаточный городок хвое. Галина бы не придала этому никакого значения, если бы Ленка в тот момент напугано не вскочила.
— Галя, ты слышала?
— Да, что это? — сквозь сон протянула Галина.
— Не знаю, шум какой-то.
— Да со стола упало что-то, — предположила девушка, стараясь не потерять сон.
Ленка просидела еще несколько минут, вслушиваясь в монотонную тишину, но не услышав больше ни звука, опустила голову на подушку.
Бряк.
— Слышишь?!
Ленка схватила Галину за руку, но та уже не спала. Действительно, металлический звук, короткий и стремительный, раздался вновь.
— Может, ветер катает пустую баночку консервов по поляне?
— Консервные банки нельзя оставлять на ночь, — сурово заявила Ленка. — А если это медведь? Или еще кто-нибудь.
— Кто? Алмасты? — усмехнулась Галина, но Ленка пропустила вопрос мимо ушей.
— Почему Назир не выходит? Мог бы и проверить, что там.
— Да мало ли что, может это обычный ёж полез в сумки, давай спать. Сама ведь ребят выгнала, а теперь и мне покоя не даешь.
Звуков больше не было.
— Нас услышали.
Ленка пыталась вглядеться во тьму, царившую по ту сторону тента, но, конечно же, ничего не видела сквозь плотную ткань.
— Ты меня пугаешь, прекрати туда смотреть, — настойчиво потребовала Галина.
— Там, — сухо указала подруга.
Галина проследила, куда указывала соседка вытянутой рукой, и уткнулась взглядом в вентиляционное отверстие, за которым, в ночной непроглядной темноте было что-то. О его существовании можно было только гадать, ведь ничто не указывало на то, что оно действительно там, но нечто внутри подсказывало — это так.
Не было никакого движения. Полная и неоспоримая тишина. Оно притаилось? Оно смотрит? Оно чего-то ждет?
— Довольно, — буркнула Галина и включила фонарик, направляя его в сторону вентиляционного клапана.
— Ты с ума сошла? — громко крикнула Ленка, выхватывая фонарь.
Снаружи послышалась возня и звуки расстёгивающихся молний. Показались блики зажжённых фонарей, и ночной мрак наполнился недоумевающим бормотанием ребят. Ленка торопливо выключила свет и прижала фонарик к груди, надеясь, что никто не понял, откуда донесся ее крик.
Галина не могла пошевелиться. Она с ужасом понимала, что среди неугомонной и нарастающей болтовни из соседних палаток, отчетливо слышны отдаляющиеся шаги, которые терялись в чаще леса.

24 июня 1989 г.


Солнце взошло над восточным крылом Алеройской возвышенности и, преодолев плотные ветви пихты, заползло в палатку сквозь узкое вентиляционное отверстие. Галина слышала, как снаружи копошился лагерь — то и дело были слышны семенящие шаги и суета. Кто-то бубнил неподалеку, застегивая молнии на рюкзаках.
Ленки уже не было. Она аккуратно заправила спальный мешок, упаковала сумки, бережно укрыв их брезентом. Зажмурившись от тонкого луча, скользнувшего по лицу, Галина натянула свитер, зашнуровала кеды и выглянула на улицу.
Вокруг кострища сновали туда-сюда ребята, а среди их белых олимпиек мелькали бирюзовые галстуки вожатых. Наставники взволнованно подбирали с земли разбросанный инвентарь. Галина покинула палатку и обнаружила, что вокруг лагеря на кустарниках висела одежда, которую будто бы наспех кидали в стороны.
Володя, приметив, что Галина проснулась и вышла на воздух, поспешил к девушке.
— Гляди, что творится.
Назир полез на дерево, пытаясь дотянуться до мешка, из которого торчали оранжевые, специально маркированные для соревнований флажки.
— Надо быть очень сильным, чтобы забросить его туда, — пояснил Володя, предвосхищая вопрос Галины. — Мы обнаружили это полчаса назад. Кто-то разворошил наши рюкзаки.
— Животное? Медведи?
— Или кабаны, — пожал плечами Володя. — Наверно искали еду, когда набрели на наш лагерь.
Они прошли к кострищу, где толпились остальные. На подходе их нагнал Макс.
— Припасы забрали, — коротко сообщил он.
— Следы нашли?
— Вожатые отправились вниз, к долине, чтобы проверить, — ответил Макс, — вроде бы там нашли несколько консервных банок, выпавших из мешков.
— Кабаны, говоришь? — спросила Галина Володю, но он ничего не ответил. — Если пропали мешки, так может, это местные нас ограбили?
Назир спрыгнул с дерева, так и не дотянувшись до рюкзака с флажками.
— Бесполезно, — сказал он, — надо отыскать палку, возможно, мне удастся его сбить.
К нему подоспела Залина, наставница из смежного отряда.
— Забудь про флажки. Пойдем.
Назир посмотрел на нее пристально, но заметив недоумевающие взгляды школьников, скомандовал:
— Эй вы, трое, помогите остальным собрать вещи, пока все не намокло.
Галина, Володя и Макс покорно присоединились к товарищам, а Назир взял коллегу под руку и ответ в сторону, где они несколько минут переговаривались и, видимо, решали, что делать дальше.
Ленка укладывала помятые карты местности и фонарики в рюкзак. Галина поравнялась с ней, присела на корточки и, помогая со сборами, осторожно спросила:
— Ты как?
Ленка не подала вида, что слушает.
— Ты думаешь, это кабаны?
Оно молчала, нервно запихивая инвентарь в сумку.
— Макс сказал, что припасов нет. Все утащили.
— Макс припер чертовы пирожные в нашу палатку, — по обыкновению сквозь зубы протянула Ленка, не отрывая взгляда от усыпанной фонариками поляны. — Чтобы это ни было, оно пришло на запах чертовых пирожных!

* * *


Отряды были построены у кострища, когда все вещи были собраны, а инвентарь упакован. Назир обратился к ребятам:
— Пока наши товарищи проверяют округу, мы пришли к выводу, что забег будет перенесен. Комитет уже оповещен, что мы не прибудем на место старта в назначенное время. Мы останемся в лагере, пока нам не доставят провизию, так как все припасы ночью были украдены дикими животными.
— Если у кого-то есть остатки еды или воды в палатках, — строго начала Залина, — просьба сообщить об этом до того, как мы станем их обыскивать. Животные всегда обходят лагерь стороной, если их не завлекают запахом.
— Возможно, мы разместились на миграционных маршрутах кабанов или барсуков, и мы можем столкнуться с ними снова, если не предпримем меры. До базы тридцать километров пути, а Зиярат отрезан от нашей стоянки селевым потоком после недавней грозы. Нас девяносто два человека, поэтому мы должны действовать ответственно и слаженно.
— Мы разделимся на группы, — дополнила Залина. — Несколько человек отправятся с Назиром к озеру, чтобы принести воды, другие будут собирать хворост, поэтому…
— Кабаны забрали нашу воду?
— Большая часть бутылок прокусана, у нас осталось всего несколько литров. Нужно взять фляги, мы сможем прокипятить воду на костре.
— Мы не будем ничего такого делать, — сказал Макс из толпы.
— Почему?
— Нам должны привезти воду и еду на вертолётах. Если это кабаны и если они еще в лесу, это может быть опасно.
— Хворост нужен для того, чтобы мы могли развести сигнальный костер.
— Сообщите им, где мы, — подхватил Заур, — в чем трудность?
Назир и Залина переглянулись.
— Мы уже сообщали, это может занять время. Чтобы нас быстрее обнаружили с высоты, необходимо подать сигнал. Поэтому нам и нужно развести костры. А другие тем временем сходят за водой.
— Нельзя разделяться, — вставила Ленка. — Вы же знаете правила.
— Кто не хочет участвовать, оставайтесь в лагере, собирайте дрова. Залина останется за главную. Но я отправляюсь в лес, и мне нужна помощь. Кто присоединится?
— Мы с Максом готовы, — поднял руку Володя.
— Эй!
— И Заур пойдет, — продолжил он.
— Отлично, выступаем через десять минут.
Толпа разбрелась по лагерю, рассредоточиваясь по группам.
— Володя, зачем? — не понимала Галина.
— Выродов, какого черта? — не успокаивался Макс.
— Нас почти сто человек, мы будем пить росу с листьев, по-твоему?
— Пусть вызывают спасателей, это их работа!
Володя осторожно осмотрелся. Убедившись, что никто не обращает внимания на их перепалку, он сказал:
— Пошли за мной.
Галина, Макс, Заур и Ленка торопливо последовали за Володей, который направлялся к вожатской палатке. Внутри собирала походный рюкзак Залина.
— Это я, — оповестил Володя, заглядывая внутрь.
— Ты сказал им? — повышенным тоном спросила Залина, отложив рюкзак в сторону.
— Нет. Это сделаешь ты. Ребята, проходите.
Не понимая, что происходит, друзья зашли под навес.
— Остальные не должны знать, — отрезала Залина, глядя на Володю с укором.
Оно достала из рюкзака спешно свернутое полотенце и, осторожно развернув его, показала ребятам содержимое свертка — поверх синей ткани лежали четыре разбитые рации.
— Это шутка? — спросил Макс.
— Это выглядит как шутка? — гневно переспросила Залина.
— Я нашел их утром среди разбросанных вещей, — пояснил Володя. — Никто не должен знать об этом, пока мы не разожжем ориентирные костры.
— Это бред! — вспылил Макс. — Это полный бред!
— Должны быть сигнальные ракеты, мы можем их запустить? — вступился за друга Заур.
— Отсырели. Пока что дым от огня наш единственный шанс.
Ленка прошипела:
— Мы должны вернуться на базу. Понимаете, мы должны вернуть на базу.
— Нельзя вести такую группу людей через лес.
— Что значит нельзя? Мы сможем! Нас готовили к такому, да и что трудного вернуться? Соберемся за полчаса, выдвинемся в сторону Сержень-Юрта и к вечеру будем на месте. Вернемся той дорогой, что пришли.
— Инструкция запрещает нам покидать лагерь в таких ситуациях. Нельзя терять самообладание, нужно принести воду и зажечь костры. Это все, что мы можем.
— Плевать на инструкцию, — не успокаивался Макс.
— Я так понимаю, что комитет не знает о случившемся, — предположила Галина. — Это была ложь, что они в курсе.
Залина кивнула.
— Они поймут, что у нас нештатная ситуация, когда мы не прибудем на место сбора, — продолжила Галя.
— Но сидеть без дела нельзя, — не сдавалась Залина. — Ребят надо занять чем-то, чтобы не началась паника. Сель сошел у Зиярата, а это значит, что на пути до Сержень-Юрта может быть еще хуже. Это огромное расстояние, я не поведу отряд через лес. Вы лучшие, и вы знаете правду, поэтому мы сейчас соберемся и сделаем дело, так ведь?
— Я могу организовать группу, и мы соберем бруснику вокруг лагеря, — подняла руку Ленка.
— Отлично.
— Ну а мы с Назиром тогда отправимся за водой, — подытожил Володя.
Группа: МОДЕРАТОР
Сообщений: 1036
Репутация: 1150
Наград: 36
Замечания : 0%
# 5 06.09.2018 в 09:36
* * *


Назир, Володя, Макс, Заур и Галина выдвинулись, когда солнце поднялось над верхушками пихт.
Лагерь провожал их осторожными взглядами, полными тревоги и непонимания. 
Володя запрещал Галине идти с ними, но она наотрез отказалась оставаться в палаточном городке. Ленка пожелала им удачи, испытывая, пожалуй, угрызения совести. Она всегда была такой, правильной и дико упрямой, поэтому решение остаться ребята приняли без сопротивления. Нельзя было сказать, что остальные горели желанием спасать собирающих хворост одноклассников, но каждый осознал, что другого выбора не осталось. В конце концов, преодоление маршрутов по пересеченной местности ни для кого не было чем-то непривычным. Ощущение полезности приободряло, но стоило ногам путников ступить на мягкий, промокший утренней росой мох, как храбрость отступила, и остались лишь необъяснимая боязнь и душевный упадок. 
Они шли в тишине. Назир сверялся с компасом, проверяя правильность маршрута по отмеченным точкам на спортивных картах, подготовленных для состязания. Каждый из группы думал о том, что в свете случившегося, оказаться в одиночку среди чернеющих зарослей рододендрона и папоротника, под плотными, почти непроницаемыми для солнечного света кронами, было бы еще более жутко.
Никто не осмеливался признать и, разумеется, произнести вслух, что своим гуманитарным походом за водой группа нарушила главное правило. В любых инструкциях, которые ребята читали перед началом каждого состязания по спортивному ориентированию, первой строчкой, подчеркнутой двойной красной линией, жирными буквами сказано — в случае опасности никогда не покидать места бедствия. Любой человек, оставшийся в лесу вдали от цивилизации, никогда не должен уходить оттуда, где он понял, что заблудился.
Все знали, что выброс адреналина в кровь делает поведение заплутавшего нерациональным, нелогичным, спутанным и опасным для собственного здоровья. Тем более, коллектив базы отдыха знает, где остановился лагерь. Комиссия по соревнованиям поймет, что произошло что-то неладное, когда команды не прибудут на старт. Все лесничества, все надзорные органы — каждый в радиусе ста километров знает, где должен быть отряд. Бегство с места происшествия — неминуемая проблема. 
Назир ориентировался по карте и компасу, он делал пометки, когда группа проходила характерные места — ущелье, рощу или иссохшее русло ручья. То и дело он убеждал остальных, что за пригорком, или за гранитным валуном, или по ту сторону еловой чащи, или около того грота — будет вода. Сперва они искали озеро, водоем, указанный на карте, который притаился в пяти километрах от лагеря, но вскоре попытки отыскать его свелись к поискам вообще любого источника воды — будь то ручей или болото. 
Спустя час похода, Назир остановился, для экономии сил нужен привал.
— Глаз замылился. Надо отдыхать.
— Мы должны были выйти к водоему давным-давно, — заметил Макс, откинувшись на покрытый мхом и лишайником валун.
— Скоро нагоним, — обещал Назир, нервно протирая стекло компаса.
— Какие-то проблемы? — спросил Заур.
— Не пойму.
Назир протянул компас товарищам, Володя и Макс склонились над циферблатом. Галина устало глядела издалека, отмахиваясь от комаров. 
Стрелка компаса подрагивала. 
— Может быть, под нами залежи металлической руды, — предположил Володя, стараясь, чтобы его голос звучал убедительно.
— То есть, мы не знаем, где север, — перефразировал Макс.
Заур протянул:
— Отлтично, просто восхитительно.
— Спокойно, я проверю по часам, — коротко заявил Володя.
Он забрался на валун, на который падали рассеянные лучи солнца, и направил руку вверх. Сделав несколько корректирующих движений в воздухе, юноша соотнес положение солнца с часовой стрелкой. На глаз разделив полученный угол между большой стрелкой часов и цифрой «один», Володя указал на поваленное в метрах тридцати дерево.
— Юг там. Компасу мы не можем теперь довериться, будем идти по часам. Назир, еще тридцать минут похода, и мы поворачиваем обратно в лагерь, думаю, ты с этим согласишься. Если солнце зайдет за Бенойский Хребет, мы не сможем передвигаться ночью. Стоит небу затянуться облаками, и мы останемся вообще без ориентиров.
— Класс, — Макс взмыл большой палец вверх.
  Путники продолжили поход. На пути не встречались ни птицы, ни грибы. Местами ребята натыкались на кусты брусники, но сочные ягоды не придавали сил, а к полудню голод по-настоящему дал о себе знать. Сбив дыхание и исцарапав руки о кустарники и гранитные валуны, группа то и дело останавливалась на привал — он был нужен все чаще. Алюминиевые бидоны и фляги звонко брякали за спиной, и ребята с опасением представляли, как трудно им будет нести воду в лагерь, когда они ее наконец найдут.
Но водоема все не было. 
— Мы отклоняемся в сторону, — констатировал Володя, руководствуясь направлению, которое ему указывали наручные часы. — Постоянно идем не туда.
— Ну так и понятно, — согласился Назир, — это из-за того, что мы делаем неравномерные шаги. Нас всех все время клонит вправо. Вы же знаете. 
— О да, — съязвил Макс, — осталось ходить кругами, без компаса, еды и воды. Отличное соревнование. Маджит Али-Мурзаевич, вы мой герой!
— Ты сам виноват, — тихо протянула Галина.
— Что, прости?
— Ты притащил пирожные вчера ночью, забыл?
— Что? — не понял Назир. — Что он сделал?!
— Ребята, — протянул Заур, дергая Володю за рукав. 
— Ты спятил? — разъяренно спросил Назир, схватив Макса за грудки.
— Ребята, — настойчиво повторил Заур.
Они оглянулись. Товарищ указывал на опушку среди пихтовой рощи. Отпустив Макса, Назир сделал несколько шагов в сторону пролеска. Галина и Володя присмотрелись.
Между четырех толстых стволов, в трех метрах от земли, графично вырисовывалась рукотворная конструкция — три выкорчеванных дерева, одно на другом, будто висели в воздухе, сохраняя равновесие под тяжестью друг друга. Казалось, что если дотронутся до одного из них и нарушить геометрический баланс, то вся конструкция непременно рухнула бы на землю.
— Как думаете, что это? — спросила Галина.
— Может, ветром нанесло, — предположил Володя.
— А похоже, что кто-то пытался соорудить лагерь, — высказал свою версию Макс. — Похоже на каркас для навеса.
— Высоко, — не согласился Заур. — Да и нет никакого упора, эта штука держится в равновесии из-за центра масс, которые образуют эти стволы между собой. Любой навес обрушил бы это сооружение. Может, какая-то ловушка? Охотничий капкан?
— Или ориентиры? — пожал плечами Макс. — Кто-то из путников мог оставить их тут, чтобы было видно издалека.
— Да, только если эти путники великаны, — дополнил Володя. — Попробуй поместить такую штуку в трех метрах от земли.
— Нам надо убираться отсюда, — настаивал Заур. — Ребята, нам надо возвращаться. Я серьезно.
— Ты что, испугался? — не понимал Макс. — Это просто деревья.
— Я хочу, чтобы мы просто повернули обратно в лагерь.
— Что-то я не помню, чтобы ты так боялся вчера, когда пугал девчонок.
— Что-что? — не понимала Галина.
— Он ходил по лагерю ночью, чтобы напугать вас, будто это алмасты.
— Заткнись, дибил, это была твоя идея притащить жратву в палатку.
— Кстати, — протянул Макс с издевкой, поворачиваясь к Назиру, — никому не интересно, где я ее взял? Назир, может, пришло время поделиться историей?
— Я не понимаю, о чем ты.
— Я таскал сладости из вашей палатки каждый вечер, в то время как вы с Залиной рассказывали нам про заповедные леса, про несчастных животных, которые могут учуять запах. К чему этот цирк? Неужели сами ели, втихаря?
— Бред.
— Или вы кормили кого-то другого? 
— Никого мы не кормили! — отрезал Назир.
— С меня довольно, — Заур поднял руки вверх. Он сбросил с плеч связки с бидонами. — Я возвращаюсь. Кто-то идет со мной?
— Заур, мы должны быть вместе, — уверяла Галина. 
Володя подтвердил:
— Разделяться нельзя.
— Я с этим психом дальше в лес не пойду.
— Вчера ты так не думал, гуляя по лагерю ночью, — не успокаивался Макс.
Заур скинул с себя рюкзак и бросился на товарища. Они повалились на землю, а Володя и Назир поспешили их разнимать. 
— Пошел ты, Макс, — сплюнул Заур. Кажется, в потасовке он получил по лицу, от чего то побагровело. — Все вы пошли, ясно? 
Он обиженно отвернулся, поднял рюкзак, оттряхнул его от сучков и налипшего мха и заковылял между стволами пихт в сторону, как он думал, лагеря. Попытки остановить товарища ни к чему не привили, и группа осталась вчетвером. Несколько минут они просто глядели, как белая олимпийка мелькает между ветвей, постепенно скрываясь из виду. И когда стихли даже звуки хрустящих веток под ногами Заура, группа приняла решение идти дальше. Володя водрузил на плечи оставленные Зауром бидоны, и они пошли вниз по склону, все также сверяясь с картой и положением солнца относительно большой стрелки часов. 
Оставляя за спиной сооружение из стволов, которые парили в воздухе благодаря никому не понятным геометрическим аксиомам, каждый думал лишь о том, что тот, кто это соорудил, мог в эту самую минуту наблюдать за ними, стоять в нескольких метрах, спрятавшись за плотными ветками хвои и папоротника.
Тем не менее, если конструкцию на дереве оставили с целью привлечь внимание вертолета или других путников, то это была отличная идея. Понимая, что правило «правой ноги» действительно может навредить возвращению обратно в лагерь, Галина решила оставлять метки на деревьях, которые хорошо было бы видно на расстоянии. Конечно, у группы не было времени сооружать шалаши, поэтому вход шел специально заготовленный клубок красных льняных ниток. 
Первое время Галина оставляла их каждые тридцать метров, но вскоре поняла, что такими темпами клубка не хватит надолго, и принялась помечать деревья нитками все реже.
Когда солнце поравнялось с кронами деревьев на западе, стало ясно, что до заката осталось не менее пары часов. Группа сделал привал. В воздухе висело напряжение, и, кажется, все понимали, что настал момент серьезно поговорить.
— Я возвращаюсь, — коротко сказал Макс. — Возможно, успею нагнать Заура, если потороплюсь.
— Ты же знаешь, что спешить нельзя, — беспокойно сказала Галина. — Нельзя торопиться, ты начнешь срезать путь, будешь видеть более удобный, по твоему мнению, маршрут, станешь думать, что видишь места, которые ты видел на пути сюда, но все это не так! Макс, остынь, ты не первый раз в походе, ты должен понимать, что нам нельзя разделяться, тем более к вечеру, и тем более спешить, чтобы кого-то догнать.
— Я думаю, он прав, — спокойно ответил Назир. — Мы должны повернуть, если поторопимся, успеем вернуться в лагерь к ночи.
— Дай взглянуть на карту, — потребовал Володя. — Так. Лагерь здесь, под Марзой-Мокх. А мы, судя по всему, здесь.
— Эта карта полное дерьмо, — констатировал Макс, — здесь обозначен водоем, который мы должны были обнаружить несколько часов назад, но его нет.
— Предположим, что мы пропустили его, — продолжил Володя, не обращая внимания на друга и его вечное нытье. — Я доверяю солнцу. Понятно, что если продолжать путь в этом направлении мы рано или поздно достигнем Сержень-Юрта. Здесь километров шесть, не больше. Но взгляните, вот здесь еще один аул, до него вообще километра три — Беной, если следовать через хребет, можно выйти прямо на него. 
— А это что? — Галина указала на небольшой прямоугольник без подписи.
— Это кошара. Фермерский загон.
— До него добраться проще всего, — подтвердил Володя слова Назира. — Скорее всего, до фермы не больше часа ходьбы, плюс-минус.
— И что ты предлагаешь?
— Повторяю, я убежден, что нам надо разделиться.
— Володя, нет! Ты знаешь, нельзя этого делать. Сколько можно повторять? Это неправильно.
— Нас четверо. Вокруг — четыре места, откуда можно позвать на помощь. Четыре разных варианта. Четыре стороны. Нам необходимо разделиться.
— Я возвращаюсь в лагерь, — повторил Макс. — Я не доверяю этой чертовой карте, скорее всего увальни из спортивного комитета специально отметили не существующий водоем, чтобы сбить с толку на соревнованиях. Кто знает, может быть, этих поселков там вообще нет.
— Сомневаюсь, скорее всего, мы не сразу заметили, что стрелка компаса отклонялась из-за магнитных пород в земле.
— Я предлагаю идти в Сержень-Юрт, — высказался Назир. — Мы вызвать помощь для остальных с базы отдыха.
— Может быть, остальные уже вызвали помощь, — настаивал Макс. — Когда мы не явились на старт, скорее всего, спасателей сразу отправили. Возможно, их уже эвакуируют.
— Если до кошары меньше всего, почему нам всем не отправится туда? — не успокаивалась Галина. — Всем четверым? 
— Если карта врет, мы будем блуждать еще дольше, — признался Володя. — А так кто-то из нас рано или поздно доберется до населенного пункта. Предлагаю умножить наши шансы, и каждый пойдет в своем направлении.
— Не будем терять время. 
Макс сбросил с плеч бидоны и без слов пошел по красным меткам, которые оставляла Галя, в лагерь, затерявшись в предночных сумерках через несколько минут.
— Я иду в Сержень-Юрт, — сказал Назир.
— Ты не должен соглашаться на это! — протестовала Галина. — Ты первый, кто должен нести ответственность. 
— Я иду в Сержень-Юрт, — повторил Назир, глядя в сторону, не желая встречаться с ребятами взглядом. Он перерезал ремешок, на котором висели бидоны. Они с лязгом рухнули на землю. Не оборачиваясь, он продолжил путь в том направлении, в котором они шли последние несколько часов. Через несколько минут и его фигура растворилась в чащи леса.
Галина и Володя остались одни.
Сумрак сгущался, заполняя пролески тенями. То и дело из-за зарослей доносился отдаленный хруст ветвей. Володя успокаивал Галину, объясняя, что это всего лишь ребята прокладывают себе путь. Он понимал, что совсем скоро тьма окончательно окутает пространство, и передвижение будет практически невозможным. Все ориентиры скроются в ночи, влажный мох, покрывающий булыжники, станет скользким и опасным, а дикие звери, если случайно потревожить их обиталища, могу стать агрессивными и безжалостными.
Медлить нельзя, но Володя не мог отпустить Галину. Она нежно обняла его, опустив голову на грудь, прижавшись так сильно, что дрожь ее тела чувствовалась даже сквозь походный костюм. Он поцеловал девушку, стараясь отогнать дурные мысли из головы.
Галина плакала. Она знала, что решение отправиться в разных направлениях было чудовищной ошибкой, она пыталась сохранить хладнокровие  и трезвый ум, но больше не могла сопротивляться.
Они посмотрели друг на друга. Володя разглядывал Галину, будто смотрел на нее впервые и все никак не мог насмотреться. Он провел ладонью по ее волосам. 
— Если ты не успеешь дотемна, — сказал он, — устрой ночлег, не передвигайся ночью.
— Знаю.
— Выбери место на возвышении, чтобы лежанку не подтопило, если пойдет дождь.
— Знаю.
— Ты помнишь, как определить положение Полярной звезды? Пять расстояний от Мерака к Дубхе. Пять.
— Да-да. Пять.
— Сохраняй тепло, — Володя заботливо застегнул олимпийку Гали. — Постарайся найти гнезда птиц или грибы, орехи.
— Да-да, конечно.
— У тебя остались спички? 
— Отсырели.
— Попробуй просушить, держи в открытом кармане. Если придется развести огонь, убедись, что подо мхом нет торфа. На сильное пламя можно кинуть хвойных веток, тогда получится сигнальный костер.
— Да-да, конечно.
— До кошары полчаса ходьбы, — напоследок напомнил юноша. — Если тебя что-то напугает, затаись. Не беги. Слышишь? Не беги. 
— Бежать нельзя, знаю.
— Моя девочка, — Володя сдерживал себя, стараясь контролировать голос, который выдавал его страх и опасения. Он посмотрел на Галину очень внимательно. Она отрешенно глядела на брошенные Максом бидоны, машинально кивая. Володя обнял девушку на прощанье и с величайшей тяжестью на душе пустился в направлении аула Беной, по ту сторону скалистого хребта.
Он не оборачивался. 
Напрягая слух, Володя пытался расслышать хруст веток за спиной, который бы означал, что Галина пустилась в путь. Но тишина разрывала его сердце. Неужели она все еще стоит там и смотрит ему в след? Неужели она думает, что он бросил ее? 
Неужели она думает, что они больше не увидятся?

* * *


Тьма заполнила все вокруг. Исчезли отблески вечерней росы, очертания базальтовых валунов слились с кустарниками, а чернеющее небо объединилось с верхушками елей и пихт, скрыв из виду острые пики хребтов и зубцы расщелин. 
Путь лежал через почти отвесные скалы. Володя не понимал, как ему предстоит их преодолеть, но большие опасения вызывали ориентиры — сейчас ничто вокруг не могло указать, в какую сторону двигаться. Плотная дымка заволокла звезды, и единственным источником света был фонарик, который резал черное пространство тусклым, почти блеклым лучом. 
Володя выбился из сил — он шел в гору, и это было самым убедительным основанием полагать, что нагорный хребет впереди.
Отсыревшая земля и мягкий лишайник сковывали движение, не давая держать нужный темп. Володя хватался за низкие ветви деревьев, чтобы держать равновесие. Подошва постоянно соскальзывала, от чего Володя мог в любой момент сорваться на гранитные камни и разбить голову. Кто найдет его здесь? Среди акров непроходимого леса, в оврагах, где не ступала нога человека, куда даже солнечный свет днем пробивается с трудом.
Володя вслушивался в каждый шорох, но вокруг была только тишина. Не было слышно ни звуков спасательных вертолетов, ни шума железной дороги, ни журчания горных рек, которые могли бы привести его к населенному пункту. Неоспоримая и всеобъемлющая тишина вселяла тошнотворный страх, который не отпускал ни на секунду.
Всматриваясь в очертания деревьев и направляя фонарик в разные стороны, Володя ловил себя на мысли, что ему мерещатся тропы. Он сделал несколько попыток свернуть с намеченного пути, чтобы убедится, что это действительно проторенные дорожки, но Володя постоянно натыкался на пролески и опушки, где все было покрыто густыми зарослями папоротника. Желание найти более удобный маршрут или иллюзия того, что рядом могут быть люди, уводила Володю в сторону от намеченной цели. Он не мог признаться себе в том, что совершал ошибку каждый раз, когда хотел срезать путь, обогнуть неудобный валун или поваленное дерево. 
Осознание этого факта означало бы лишь одно — он заблудился, и поэтому старался отогнать от себя навязчивую мысль.
Вода кончилась. Последний глоток Володя сделал с сожалением и понял, что к утру, если он не доберется до поселений, сил на передвижение будет еще меньше. Когда земля под ногами стала ровной, а свет фонарика стал таким бледным, что едва освещал пространство на расстоянии вытянутой руки, Володя понял, что дальше идти нет никакого смысла. Либо он ходит кругами, либо неисправимо отклоняется от точки назначения.
Юноша достал из походного рюкзака полиэтиленовый мешок, выбрал подходящий куст папоротника и завязал пакет поверх растения, чтобы к утру в нем скопилась испарившаяся с листьев вода. Он проверил спички, надеясь развести костер, но все они оказались испорченными — серные головки отсырели и не могли разгореться. Затаившись неподалеку от самодельного водосборника, среди выступающих корней сосны, Володя расстегнул рюкзак, спрятал в него ступни, чтобы не переохладится ночью, и замер в оцепенении.
Он не мог заснуть, даже не моргал, глядя в черное полотно перед глазами. Он с сожалением думал о Галине, надеялся, что ей удалось-таки добраться до фермы. Может быть, именно сейчас, в эту самую минуту, она посылает сигнал бедствия спасательным службам. Может быть, Макс нагнал Заура и они успешно вернулись в лагерь, где участники похода разожгли сигнальные костры? Или группа вожатых, которые утром отправились по следам животных, разворотивших походные рюкзаки, наткнулась на сотрудников лесничества и уже предпринимает попытки вызволить ребят из леса. 
Почему они вообще так глубоко забрались в непроходимые дебри Бенойского хребта? Настолько глубоко в чащу, что даже сама мысль возвращения той же дорогой повергала всех в шок — без воды и пропитания, без сухой одежды и испорченных дикими зверями медикаментов девяносто два человека просто не преодолели бы этот маршрут через перевалы, овраги и ущелья. Не говоря уже о панике, которая могла нахлынуть на ребят, узнай они, что единственные средства связи были кем-то нарочно испорчены.
Володя не мог понять, почему столько очевидных правил и инструкций было беспечно нарушено вожатыми и наставниками, что четверым юным школьникам пришлось брать на себя непосильную ответственность и рисковать жизнью ради спасения остальных. Почему пришлось проводить соревнования в глухом лесу, вдали от населенных пунктов, дав несовершеннолетним спортсменам неактуальные карты местности? 
Столько вопросов, и все они гулом роились в голове. Володя думал и о Назире. Добрался ли тот до базы отдыха и сумел ли вызвать помощь. Но больше всего, его беспокоил запрет на приятно пахнущие сладости, из-за которых Назир, Залина и остальные вожатые каждый день проводили чуть ли не обыски в палатках ребят. Сам запрет выглядел основательным, с ним трудно было поспорить, но как тогда объяснить то, что они сами хранили эти запретные продукты? Неужели они действительно подкармливали кого-то в лесу? Никто ведь не задавался вопросом, а знало ли вышестоящее руководство о том, что такие правила были введены. Может быть, это личная инициатива? Но чья? И зачем?
Мысли спутались. Промозглый холод пробирался под одежду, от чего волоски на коже поднимались дыбом. Волны озноба сменялись обильным потом. Володя закашлял, а суставы будто налились свинцом. Его спина затекла, а острая и неудобная коряга, под которой он притаился, впивалась в кожу и причиняла беспощадные порции боли. 
Отключающееся сознание улавливало едва различимое в ночи движение, но Володя провалился в дрёму, не в силах больше сопротивляться окутавшему его разум бессилию.
Группа: МОДЕРАТОР
Сообщений: 1036
Репутация: 1150
Наград: 36
Замечания : 0%
# 6 06.09.2018 в 09:37
* * *


В мешке, который Володя закрепил поверх кустарника, скопилась вода. Опьянённый от счастья, что водосборник героически выполнил миссию, парень аккуратно снял пакет с растения и нацедил несколько живительных глотков.  
Голова раскалывалась от утомления, а мышцы ныли, будто вчера он разгружал фуры с мешками муки на рынке родного Хасав-Юрта. Пелена перед глазами долго не отступала, пока Володя не осознал, что дело не в утратившем резкость зрении, а том, что на бурелом опустился утренний туман. Солнце еще не вышло из-за хребта, но света было вполне достаточно, чтобы продолжить путь.
Володя некоторое время осматривал близлежащие валуны, надеясь отыскать гнезда куропаток, в которых могли бы быть кладки яиц, но обнаружил только несколько кустов брусники — от дюжины ягод не было никакого толка, голод пожирал парня изнутри, нагоняя мигрень и уныние.
Соорудив в том месте, где Володя провел ночлег, пирамидку из камней, на случай, если кто-то будет проходить мимо и поймет, что он в беде, юноша отправился в путь. 
Он обогнул каменистое плато, прошел вдоль иссушенного русла реки, которое в сезон дождей наверняка бывало бурным и полноводным селевыми потоками, взобрался на базальтовый уступ и увидел перед собой пролесок. Солнце все еще пряталось за горной цепью, но туман уже практически сошел, открыв Володе вид на долину. На многие километры вокруг, куда только доставал взгляд, виднелась изумрудная гладь леса. Будто океан, она изгибалась волнами и практически дышала низко плывущими облаками.
Ни одного намека на жизнедеятельность людей Володя не смог рассмотреть. Он не видел ни дорог, ни пастбищ, ни огней домов, в радиусе десятков километров не было столбов электропередач, даже дым сигнальных костров, которые должны были развести в лагере, отсутствовал на горизонте. Он не мог понять, как могло так получиться, что он отбился настолько далеко, что ни Сержень-Юрта, ни Бенойа, ни кошары — ничего не было видно вокруг. 
Но кое-что все же привлекло его внимание. Там, внизу, в нескольких километрах, чернела гладь озера. Вероятно, того самого, которое они с группой пропустили прошлым днем. Володя обернулся — Бенойский хребет чернел в противоположной стороне. 
Парень все никак не мог решиться, что делать. Отправится дальше, на скалы? Или спуститься в долину и набрать воды в бидон. Потерять сознание от жажды среди гранитных уступов или повстречать местных жителей, обитающих, возможно, на берегах водоема?
Сопротивляясь внутреннему голосу, подсказывающему, что это может быть лишь иллюзия изнеможённого разума, Володя понимал, что это может быть его единственный шанс пополнить запасы воды и преодолеть потом восхождение полным сил. Он был растерян, но позволил отчаянию заполнить каждую клеточку тела — только на пять секунд. Стиснув зубы и сделав несколько глубоких вдохов, Володя затянул ремешки рюкзака потуже, отогнал сомнения и направился в сторону чернеющей глади озера.

* * *


Паника. 
Угроза жизни из надуманной материализовалась в реальную. Каждый куст папоротника таил в себе скрытую опасность. За каждым стволом дерева пряталось зло. Из чащи доносились необъяснимые звуки, из под камней — потусторонний гул. Володя слышал голоса, которых не было, но они сводили с ума и доносились отовсюду. 
Он бежал, как будто от этого зависела его жизнь. 
Спотыкаясь об острые расщелины, он падал, разбивая колени. 
Хватаясь за колкие ветки, он царапал ладони в кровь.
Ужас дышал ему в затылок, сковывал дыхание и заставлял бежать, метаться из стороны в сторону. Он знал, что выглядит как загнанный в тупик заяц, пытающийся укрыться от своры лисиц.
Озера нигде не было. 
Взбираясь на каждый уступ, встречающийся на пути, Володя молился о том, чтобы увидеть неподалеку животворящую поверхность воды, но вокруг — только густая хвоя, переливающаяся, гипнотизирующая.
Он кричал. Он звал.
Громоподобное эхо троекратно отражалось от базальтовых глыб и вековых крон, разносилось на сотни метров вокруг и умолкало, будто испугавшись. Никто не отвечал. Только тени и параноидальные призраки слышали его вопли.
Лопасти вертолёта слышались неоднократно. Володя пытался забраться на дерево, лишь бы заметить, откуда доносится звук, но шум затихал через секунду после того, как появлялся. Был ли он бредовой галлюцинацией, Володя не знал. Он старался не издавать ни единого звука и перебирался сквозь бурелом на цыпочках в надежде не упустить очередной признак спасательной операции. Но когда все звуки словно исчезали из мира, он принимался шуметь, что есть мочи. Бросал камни в чащу, бил палкой о стволы сосен. Звуки разлетались по округе, но все было тщетно.
Он был один.
Одиночество и паранойя стали его верными спутниками. Они заставляли бежать все дальше, разбивая руки о камни и кустарники. Коряги хватали его за олимпийку и рюкзак, а корни сбивали с ног. 
Часы были разбиты. Циферблат больше не был ему верным другом, и когда Володя полностью потерял ориентацию в пространстве, он упал навзничь. Белое солнце висело в зените и согревало озябшее лицо. Он глубоко дышал, сердце могло выскочить из груди в любую минуту.
Он плакал. Он понимал, что все кончено.

* * *


Володя принял пряный запах дыма за наваждение.
Сладковатый, почти приторный привкус гари. Он вскружил и без того опьяненную болью голову, от чего внутренности сжались, и к горлу подкатила тошнота.
Слух обострился, и Володя расслышал потрескивающий шелест костра. Открыв глаза, юноша сперва не заметил разницы. Он даже подумал на мгновение, что ему это не удалось — перед ним черная пелена. Периферическое зрение уловило алое свечение. Володя перевернулся на бок и всмотрелся в невероятную действительность.
В нескольких метрах от него полыхал костер. Багровые языки пламени поднимали и уносили в ночное небе мириады искр. Они кружили у верхушек сосен и пихт, медленно угасая в холодном воздухе. Тусклые очертания приняли форму, и Володя осознал, что он не один — у костра виднелась фигура. Человек сидел к юноше спиной и, кажется, пил из кружки горячий чай.
Аромат напитка просочился в подкорку, и Володя поежился, взбудораженный терпким запахом.
Человек у костра заметил, что парень очнулся. Он повернулся вполоборота, разглядывая юношу и, не то ухмыльнувшись, не то сказав что-то нечленораздельное, поднялся с насиженного места и направился к Володе.
Юноша не знал, как реагировать. Он сделал несколько тщетных попыток отползти в сторону, но тело не слушалось. Покорно наблюдая за незнакомцем, он бессильно ожидал, что произойдет дальше.
Мужчина склонился над Володей.
— То’хта, то’хта, — пробурчал он, помогая парню подняться с земли.
— Спасибо, — только и мог вымолвить он, опираясь о влажную от вечерней росы землю.
— Русский? — спросил мужчина с акцентом, протягивая Володе кружку с горячим напитком. — Ты кричал, джашчыкъ. Я слышал. Я нашел тебя.
— Заблудился, — признался Володя, пытаясь собраться с мыслями. Он жадно отхлебнул чай, который будто божественный источник тепла, распространился по телу до самых мизинцев.
— Нен’ча к’юн? — томно продолжил незнакомец. — Сколько дней?
— Не знаю, — честно признался Володя, — два-три. Да, два. Два дня.
— Один? Или много людей? 
— Еще четверо. Остальные под Марзой-Мохк, много людей.
— Видел следы. Много следов в разных местах. Красные нитки на деревьях.
— Это мы! Это были мы! Вы видели кого-то? Девушку, моего возраста, длинные каштановые волосы?
— Никого не видел. Сообщил в ауле, и администрац’ыларым звонила в Грозный. Были вертолеты, — указал мужчина пальцем на черную гладь неба. — Несколько часов уже не летают. Всех нашли. Ты остался.
— Вы поможете мне выбраться? 
Мужчина достал из походной сумки хлеб и колбасу и без замедлений протянул Володе, который накинулся на еду, как дикий. 
— Я покажу путь, б’ир джары атларгъа, — мужчина почесал подбородок, видимо, подбирая слова. — Скажу, куда идти.
— Вы не проводите меня? — не мог поверить Володя.
Мужчина минуту наблюдала за тем, как парень уплетает походный ужин, затем томно встал и направился к костру. Взяв полено, незнакомец вернулся к Володе и тихо сказал:
— Тынгыл аргъа, — он указал пальцем на свое ухо, — слушай.
Мужчина замахнулся и троекратно ударил палкой о ствол дерева. Звук разлетелся по округе, заполняя каждый закуток  гранитных расселин и бездонных оврагов. Эхо вторило ударам и через некоторое время затихло. Володя не понимал, что происходит, и наблюдал за выжидающим чего-то мужчиной с опаской и недоверием.
Из непроглядной темноты, откуда-то из смольного и будто вечного мрака, раздался троекратный стук в ответ.
Володя попятился. Мужчина взглянул на него и шепотом проговорил:
— Не могу проводить. Я здесь из-за аб’нау’ю. Шайтан, воровал у меня пшеницу и кукурузу все лето. Мен’нерва ла’рым! Я потравил ядом все посевы. Думал, подохнет. Нет, джашчыкъ. Стал вдобавок таскать овец с кошары. Я здесь из-за аб’нау’ю. Мне детей кормить надо. А властям все безразлично. Им дела до наших бед нет. На себя надо надеяться.
— Что такое аб’нау’ю? Какой-то зверь?
— Бурый, как смерть. Его имя алма’съты. 
— Вы видели его? Может, кто-то из сельчан воровал зерно? 
— Перебил всю дичь в лесу, шайтан. Ох, мен’нервала! Никого не оставил. Другие почитают его. Подкармливают сахаром и сдобой. А моих посевов ему не видать. Либо уберется обратно в горы, в свои священные пещеры, либо я его пристрелю, простит меня Аллах.
Мужчина указал на ружье, которое он оставил у костра. Заметив недоверчивый взгляд Володи, незнакомец натянуто улыбнулся:
— Я Алим. Алим из Автуры. А твое имя?
— Я Володя. Выродов Владимир из Хасав-Юрта.
— Ешь, Володя. Ешь. Ничего не бойся.
 
* * *


Иссиня-черное небо побледнело и возвысилось.
Мир наполнился вибрациями и свежестью. Неподалеку догорал ночной костер, испускавший клубы дыма каждый раз, когда с раскидистых ветвей стекали в него капли не то росы, не то дождя. Вокруг монотонно шелестел рододендрон, покачиваемый едва ощутимым дуновением ветра. 
Алима не было видно поблизости. Володя не помнил, как он ушел. Осмотрев кострище, юноша не заметил и ружья. Алюминиевая кружка валялась среди лишайника, неподалеку в поросли притаилась походная сумка, из которой торчали очерствевшие горбушки хлеба и несколько банок с консервированными томатами.
Володя боролся с желанием позвать Алима, но открестился от этой мысли в последнюю секунду. Без раздумий он расстегнул рюкзак, наспех затолкал в него чужие припасы и, повторно оглядев место ночлега, спешно отправился в путь. Его не покидало ощущение, что нечто наблюдает за его бегством из-за тенистых зарослей, но кто это мог быть, Володя старался не думать. Он волновался сейчас лишь о том, в какую сторону идти теперь. Алим обещал показать путь к аулу, но теперь он пропал. Отправился ли он на охоту, о которой рассказывал минувшей ночью? Или пал жертвой таинственного зла, которое так ненавидел и хотел уничтожить?
Стараясь сориентироваться на месте, Володя на минуту остановился. Переводя дух, он решил, что следует спускаться вниз по уклону, где, как он полагал, может находиться неуловимый водоем. В конце концов, дождевая или родниковая вода должна же где-то скапливаться.
Решение казалось таким простым и очевидным, что Володя решил не медлить, и когда он уже приступил к спуску в ущелье, внезапно раздался выстрел. Будто гром, он разлетелся по Бенойскому лесу, отражаясь от уступов и ложбин многократным эхо.
За выстрелом последовал рев.
Нечто огромное и нечеловеческое издало вопль, каких Володя никогда не слышал в своей жизни. Зверский крик, полный агонии и страха, охватил все вокруг, он нарастал и не прекращался. Послышался повторный выстрел, и тогда рёв затих. Что-то надломилось, заскрежетало и силой рухнуло на землю — глухой звук был последним, что слышал Володя.
Обомлев от ужаса, юноша замер, напрягая слух, но ничего, кроме привычной тишины, он больше не слышал. 
Сделав несколько осторожных шагов, Володя убедился, что остался незамеченным — лишайники и мох будто впитывали каждое его движение, и тогда он ускорил шаг. Спуск с горы давался легче, чем подъем, и Володя не мог не воспользоваться шансом поскорее удрать. Будто по ступеням лестницы, он ловко перепрыгивал булыжники и кусты, убегая все дальше и дальше от таинственного рыка и человека, безжалостно стрелявшего в его источник. Парня обуревал страх, животный, неконтролируемый, он отказывался верить в истории о чудовищах, но не мог отрицать их существование после всего, что слышал. 
Бидоны за спиной напугано брякнули, когда подошва предательски соскользнула с пологого откоса базальтовой плиты. Володя попытался ухватиться за ветку дерева, но из-за недостатка сил реакция его подвела, и он сорвался с уступа. 

* * *


Парень не знал, сколько времени он пролежал среди камней и зарослей папоротника без сознания. Ему казалось, что прошло не больше нескольких минут, если не сказать секунд, но если судить по возросшему освещению, времени могло пройти гораздо больше. Голова будто раскалывалась надвое. Володя осторожно пошевелил пальцами на руках и ногах и с облегчением выдохнул — все цело. 
Однако что-то было не так. Володя не сразу понял, в чем дело. Отдышавшись, он не спеша встал и прислушался. 
Звук. Его сердце екнуло. Юноша осторожно раздвинул плотные ветви пихты, росшей в нескольких метрах от места падения, а там — водоем. Плоская и абсолютно неподвижная гладь озера. Практически идеально круглое, оно притаилось среди сплошной стены высоких деревьев. Сокрытое в самом сердце леса.
Володя припал к воде и стал жадно пить. Он хватал ртом воду, не успевая ее проглатывать. Ледяная, она действовала оживляюще. Юноша умыл лицо и с наслаждением уселся на берегу, глядя в небо и благодаря бога за спасение от мучительной смерти. Спустя несколько минут, Володя выпил еще, пока жажда не отступила окончательно, и тогда он наполнил бидон про запас, замотал его полиэтиленом, чтобы не расплескать в пути и стал оглядывать береговую линию в надежде увидеть рыбаков или постройки.
Вокруг не было ничего — только бесконечный лес и спящая поверхность озера. Володя с сожалением признал, что единственным способом найти путь домой остается теперь восхождение на Хребет. Теперь он был уверен в своих силах. Имея при себе несколько литров воды и украденные у Алима продукты, парень не погибнет с голода еще несколько дней. К тому же, если верить старику, вчера над лесом пролетали вертолёты спасателей, которые Володя принял за бред воспаленного разума. Возможно, сегодня продолжат поиски, и юноша сможет подать им знак и будет спасен, как и остальные.
На противоположном берегу дрогнули ветви. Раздался хруст, и в небо взмыла одинокая птица, которую будто потревожили. Володя проводил ее взглядом — она бесшумно пролетела над озером и скрылась за кронами пихт. Ветви снова дрогнули, и среди полной недвижимости и покоя Володя не мог этого не заметить. Отодвигая хвою в сторону, на берег вышел алмасты.
Огромный зверь передвигался на двух ногах, длинных, как у человека, но полусогнутых. Неестественно вытянутые лапы свисали с широких плеч и будто безвольно болтались у коленей. Бурая, засаленная шерсть сбилась в тугие пучки, местами покрытые репейником и грязью. Его голова вытянута вперед, а близко посаженные глаза и короткий, вдавленный нос напоминали очертания примата, которым он, скорее всего и являлся. Володя не мог поверить в существование чудовищ даже в тот момент, когда оно стояло всего в десятках метров. Он отказывался верить.
Алмасты припал к воде и стал пить воду с ладони, облизывая оставшиеся капли бордовым языком. 
За спиной Володи послышались спешные шаги.
— Еще один, шайтан, — прохрипел Алим.
Он обогнул Володю и вскинул ружье.
Алмасты замер. Когда над озером прогремел выстрел, существо вскочило на ноги и бросилось в лес, пугливо озираясь. Очевидно, пуля пролетела мимо цели. Алим чертыхнулся и поспешил по береговой линии к месту, где скрылся таинственный зверь.
Володя бежал так, как никогда в своей жизни. Бросив на берегу бидон с водой и скинув рюкзак, он несся сквозь поросль прочь от озера. Не щадя рук, он карабкался по склонам. Ноги то и дело застревали среди скользких булыжников, а цепкие сосны рвали одежду и царапали лицо. Ужас, который будто заменил в его жилах кровь, не давал сбавлять темпа. Все силы, что у него были, он тратил лишь на то, чтобы уйти как можно дальше. 
Перед глазами мелькали образы увиденного, и как Володя не старался, он не мог прогнать от себя мысли о чудовище. Таинственном гуманоиде, разворошившем лагерь несколькими днями ранее. Монстре, тайно подкармливаемом жителями горных деревень. Воплощением невиданного зла, наблюдающим из-за зарослей.
Алмасты.
Отрицать очевидное Володя больше не мог. Из последних сил он понимал, что может погибнуть не от голода или жажды, не от перелома костей, одиночества или бреда. Опасность принимала новый облик и становилась поистине ужасающей. 

* * *


Отвесные скалы гремели в порывах ветра. 
На долину рухнула гроза, сотрясая громом воздух, преисполненный отчаянием и болью. Глубокие, почти черные тучи смешались с крупными каплями ливня, делая передвижение по голым гранитным уступам бессмысленным и практически невозможным.
Володя забился в расщелину и дрожал от пронизывающего до костей холода, пока потоки воды и грязи водопадом не стали заливать убежище. В любой момент юношу могло унести потоком в пропасть. 
Медлить нельзя. 
Чудом цепляясь за редкие кустарники, проросшие на каменистых уступах, Володя продвигался в сторону грота, зияющего в нескольких сотнях метров от него. Если бы кто-то сказал ему неделей ранее, что он будет карабкаться по горным цепям в грозу, не питаясь и не спав несколько дней, он бы ни за что не поверил в это. Вообще, трудно представить человека, способного пережить нечто подобное. Значит ли это, что Володя должен погибнуть?
Инстинкт самосохранения превзошел все знания, которые имел о нем Володя. Из последних сил он вцепился в уступ грота, подтянулся и забрался внутрь.
Лежа на ледяной платформе из базальта и гранита, юноша быстро дышал, легкие в спазмах хватали воздух, а отупленный от холода разум старался оставаться в сознании. Не то от озноба, не то от порывов ветра и селевых потоков, пол пещеры будто подрагивал. Вибрации были едва ощутимы, и Володя списал их на адскую усталость. Со сводов нерукотворной пещеры стекали ручьи дождевой воды, заливая лицо и глаза, помогая тем самым парню не отключится.
В нос ударила кисловатая вонь. Воздух переполняли гниль и резкие, но сладковатые, почти приторные зловония аммиака. Тошнотворные запахи плесени и опрелости вывернули Володю наизнанку, и его тут же стошнило. Стараясь не дышать, он прикрыл нос и с трудом отполз к краю пещеры, где та обрывалась всего в нескольких сантиметрах. 
Когда глаза привыкли к темноте, а обоняние — к смраду, перед глазами открылась широкая галерея. Высокие своды терялись в узких, узорчатых породах гнейса и кварца. По стенам стекали ручейки воды, от чего те переливались перламутром. А в глубине, метрах в пятнадцати чернела риолитовая глыба.
Он невольно забыл о зловониях, отвращение и смертельная усталость сменились изумлением. Юноша поднялся на ноги и заковылял к глыбе, придерживаясь о шероховатые стены, чтобы не упасть от бессилия.
Володя не мог поверить своим глазам. Да, еще несколько дней назад он с таким же рвением отрицал истории о монстрах, но то, что он видел сейчас, просто не могло существовать. Черная глыба, похожая на огромный сгусток затвердевшей смолы, представляла собой гигантский вал, медленно вращающийся среди двух столоктитовых столбов. Четыре чаши, будто подвешенные на этом практически идеально ровном круге, некогда были обычными каменистыми образованиями, но ручьи воды, стекающие с потолков, сделали их жерновами, которые наполнялись водой и медленно, практически незаметно для глаза, вращали исполинский вал.
Под ним — базальтовая плита с глубокими, многовековыми отметинами, которые оставили на ней колоссальные чаши в своем вечном, безостановочном вращении. 
По углам галереи разбросаны кости животных, коренья, перья птиц, из-под груды почерневших останков виднелись искореженные консервные банки и этикетки конфет, а под жёрновом — початки кукурузы и размокшие колосья пшеницы. Той самой, что была отравлена Алимом после набегов алмасты на его ферму. 
Той самой, что стала причиной их вымирания.
Володя с сожалением обнаружил в нескольких метрах от мельницы два небольших комка шерсти, которые когда-то были живыми детенышами. Они погибли от яда, пропитавшего злаки, которые чудовища мололи в нерукотворных жерновах. 
Больше здесь нечего было смотреть. Даже находиться здесь было невыносимо. Это не было святилищем. Не было убежищем. Это был склеп, и Володя решил покинуть его как можно скорее. Пусть ветры и воды Бенойя размозжат его о скалы, только лишь бы не находиться среди трупов величайшего открытия, которое совершил Володя волею судьбы.
Он повернулся к выходу, а там, в неясных очертаниях грота стоял зверь. Он наблюдал за Володей пристально и даже алчно. Его оскал и раскосые, дикие глаза вселили в юношу оцепенение и кошмар. Оно готовилось атаковать. Оно готово было защищать то малое напоминание, что осталось от потомства. Оно было в ярости.
Жернова мололи медленно, но никогда не прекращали своего движения. Как бы Володя не старался исправить судьбу, избежать участи, какой бы путь он не выбрал тем роковым вечером — он все равно оказался на самом краю гибели. Терять было нечего. Всех, кого он любил, он потерял. Одиночество стало для него за эти недолгие несколько дней единственным вариантом жизни, который он смиренно принял и осознал.
Он думал о Галине. Володя не представлял, удалось ли ей спастись. Он не знал, добралась ли она до кошары той ночью. Он не мог простить себе того, что отпустил ее одну.
Зверь поднялся на дыбы, заревел и бросился в атаку.
Володя кинулся навстречу без раздумий.
Сбившись с ног, они схлестнулись в борьбе и через секунду сорвались в чернеющую пропасть ущелья.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 48
Репутация: 183
Наград: 14
Замечания : 0%
# 7 09.09.2018 в 13:37
Доброго времени, товарищи.
Первый текст
Есть какие-то неуловимые черты, которыеприсущи вот этим всем фэнтези историям, где ГГ - девочка/женщина/другое. Легкое, ненавязчивое повествование с таким же легким, кажется, нарисованным мелками миром. Слишком яркая картинка, как по мне. Так уж воспринял. Понравилась задумка, с этим расщеплением при трансгрессии  переходе через Переместитель. Она забавная такая, ничего. Но не хватило совсем чуть-чуть. Эта работа очень хорошая, как по мне, но напоминает замок из песка. На который надвигается серьезная волна. В виде второго текста.

Второй текст
Оболочка, хоть и не самая оригинальная (вплане, дежурный монстр недели и вот это всё), но, чёрт побери, какое же
внутреннее содержание. Огромное удовольствие получил при прочтении. И настолько
погрузился в этот рассказ, что не сразу понял, когда он подошёл к концу:
несколько секунд "неужели всё?". 
Несколько опечаток не испортили общего, безпреувеличения, восторга от прочтения. 

Голос работе 2 и спасибо авторам за достойные тексты. Это было очень круто, чесслово.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 336
Репутация: 1956
Наград: 46
Замечания : 0%
# 8 10.09.2018 в 12:56
1. Фантазии автора завидую. Сложный мир, интересные персонажи, дико скачущая сюжетная линия. Остается вопрос: зачем повествование так затянуто в начале и почему оно так стремительно и поверхностно сворачивается к концу? Целевая аудитория явно подростки лет до 14, но через такое начало они вряд ли продерутся. Яркий мир.  Но лично мне возвращаться в него не хочется. Наверно потому что вырос уже.

2. Выживание подростков в диких лесах Ингушетии. Автор явно готовился и прошерстил материал. Подано на ура. Но могу сразу указать на слабое звено всего текста. Это монстр. Из-за него и финал выглядит слабоватым и скомканным. Нужно было добавить тайны и загадок, мистицизм, он там к месту и предпосылки есть, а монстр... Ожидаемо и не впечатлило.

Но голос все же №2
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 623
Репутация: 748
Наград: 45
Замечания : 0%
# 9 11.09.2018 в 11:09
1. У автора прекрасная фантазия и по-своему интересный мир, где механизмы и магия сплетены воедино. Что иногда подкупает, ведь если отточить некоторые образы и продумать мир тщательней, атмосферы добавить, получилось бы правда интересно. Зато подача крайне графоманская и это, к сожалению, убивает задумку. Сюжет рассчитан на подростков. Персонажи прописаны также "для подростков", т.е глубины характера нет ни у одного, все переживания поверхностны. Повествование скачет, прыгает и мельтешит. К середине текста я безбожно устал, а под финал взвыл, дочитывал, стиснув зубы. Нет, правда, стоило выделить в этом хаосе несколько главных сцен и прописать их по-хорошему. Выводов окончательных пока не делаю, иду читать текст второй.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 623
Репутация: 748
Наград: 45
Замечания : 0%
# 10 11.09.2018 в 12:28
2. Попробую сперва о плюсах высказаться. Кратко. Самый очевидный - приятное повествование. Вдобавок, описывать "быт" легко - а в рассказе ситуация именно бытовая - это уметь надо, за что автору конечно же плюс и всё такое. Пожалуй, плюсы на том завершаются, и мы переходим к вещам, которые лично меня заставили сомневаться на тему кому же отдать голос. Сомнение вызывает тривиальность, ибо леса, скалы, атмосфера турпохода - это же нам не только из личного опыта знакомо, но и смотрено и читано не раз и не два. Т.е, автору не пришлось напрягать фантазию как автору первой работы. Кто-то тырит продукты из палаток и шастает по лесу - ситуация скажем прямо давно занесена в толстую книгу шаблонов. Заблудились в лесу - см. ту же книгу страницей раньше. Неведомый мохнатый зверь - та же книга рисунок на обложке. Кстати, монстра можно заменить медведем или бешеным енотом, ничего бы в сюжете не поменялось. Действия героя в конце... не хочется проводить параллелей, но напомнили фильм "Схватка". Но в фильме герой собирался пристрелить себя ранее, а Володя-то... он же не два года в лесу прожил, чтобы на жизнь наплевать? Так что я действительно какое-то время пребывал в сомнениях кому же голос отдать. Вроде рассказ уровнем выше - поначалу так кажется - но вот по финалу и содержанию такого бы не сказал. Если бы в первом автор повествование наладил, не описывая происходящее так бегло, да над характерами чуть лучше поработал, ушёл бы голос туда. А так, за неимением выбора, отдаю второй работе. 

Авторов благодарю за тексты, неплохой поединок.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 103
Репутация: 372
Наград: 19
Замечания : 0%
# 11 11.09.2018 в 23:27
такс значит. четыре стороны,
первый. слабенькое фэнтези, интересным был только кот. интересна задумка с планетами мирами, тут канечно можно много раздуть.  как заготовочка сойдет и как всегда очень быстрый финал. и да, где четвертая то? 
второй. вот это триллер. держал меня в напряжении весь путь.  слог не скушный. а когда зазвонил телеграмм я вздрогнул. значит проникся.  нуу может есть и недочеты и штампы. но история живо нарисовалась и потрясла так что цель достигнута.  и тема обыграна лучше. есть моменты для размышлений.
голос второму рассказу
Группа: НАЧИНАЮЩИЙ
Сообщений: 54
Репутация: 161
Наград: 2
Замечания : 0%
# 12 11.09.2018 в 23:31
1. «Сказка о четырех сторонах»
Автор, знаете, что бы с вами сделал истинный граммар-наци за слово «прикосался»? Про синтаксис и не говорю. Да убоитесь же впредь гнева его!
Мне понравилось, как телепорты заехали в сюжет (примечательно, что я тоже писала о таких штуках в отборочном), в этом мире они встали как влитые со своим обоснованием.
Однако после типичного перемещения, запущенного через пендель, начинается мультипликационный шабаш. «Ведьмина служба доставки» машет рукой «Мэри и ведьминому цветку», та кланяется «Небесному замку Лапуте», «Леди Баг» целуется с «Супер-Котом», Квами тверкает жопкой с «Шиммер и Шайн», а на подтанцовке у них персонажи из «Снежной королевы». Я весь набор любимых мультиков автора перечислила или что-то забыла?
Помимо всей этой вторичной милоты есть просто слабые места. Повествование с самого начала прерывается явлением автора читателю, который возжелал доходчиво разъяснить космогонию своего мира. Начпис дожил до третьего тура и все еще не знает, что история мира должна передаваться через диалоги и описания?
Кроме того, автор, погуглите, что такое «аутодафе». Кот его не совершал.
Ну и диалоги, сюжет – уровня сказки для тинейджеров. Даже не знаю, плохо это или хорошо. Для подростковой аудитории тоже нужно писать. Вот только читатели здесь, в основном, взрослые. Вряд ли оценят.
Что касается меня, мне рассказ с определенными оговорками понравился. Он слишком избыточен: его бы сократить раза в два, а лучше - в три, отсечь все лишнее и оставить только самую суть - от этой концентрированности он бы только выиграл.

2. «Жернова Господни»
Куда более зрелый текст. Написано основательно, с четкой интонацией, колоритом местности. Всплывают в памяти кадры документальных хроник – от советских пионеров с их праздничными линейками, летними лагерями и ламповыми турпоходами до современных документальных версий происшествия с группой Дятлова. Сходство только внешнее, хотя так же слышится закадровый голос (здесь он звучит между строк в отличие от подачи в лоб в первом рассказе), со сдержанной напряженностью рассказывающий о перипетиях плутания школьников в лесу. При том, что заранее известно, что с героями не случится ничего хорошего, рассказ заходит увлекательно. Очень понравились живые диалоги, в которых легко узнается характер каждого героя.
Теперь претензия по сути.
«Назир, еще тридцать минут похода, и мы поворачиваем обратно в лагерь, думаю, ты с этим согласишься».
«И когда стихли даже звуки хрустящих веток под ногами Заура, группа приняла решение идти дальше. Володя водрузил на плечи оставленные Зауром бидоны, и они пошли вниз по склону, все также сверяясь с картой и положением солнца относительно большой стрелки часов».
Почему они тут же не повернули назад – или полчаса еще не прошло? Между удалением Заура и принятием решения идти дальше должно было прозвучать обсуждение, т.к. без него я не могу поверить, что решение было принято сколько-нибудь обдуманно. Какие могли приводиться аргументы, чтобы с ними согласились все четверо, если изначально план был сходить за водой на 5 км? Какой смысл идти дальше и тащить эту воду за 20 км, рискуя не вернуться в лагерь дотемна? При том, что все отлично знают, что так делать нельзя.
В итоге я и вовсе не понимаю, зачем автор разогнал ребят поодиночке. Ну ладно даже, парни пободались между собой и каждый из принципа пошел своей дорогой, считая этот путь единственно верным. Но как влюбленный юноша мог отпустить опасным путем в ночь свою девушку, зачем? Поначалу я думала, что в этом иррациональном поведении виновато мистическое наваждение, внушенное монстром, хотя об этом не было сказано прямо. Потом мне показалось, что у всех сработала какая-то фаталистическая обреченность, пассивность перед неминуемой судьбой, хотя с чего она, собственно, взялась? В общем, для меня действия персонажей представлялись не слишком обоснованными.
Появление монстра и вовсе разочаровало: это оказалась не ожидаемая инфернальная тварь с паранормальными способностями, как бы раскидывающая вокруг себя сети злополучных стечений обстоятельств, а всего лишь йети. Впрочем, монстром мог быть кто угодно, как тут уже говорили - хоть медведь, хоть бешеный енот - дело в другом. Я бы порекомендовала автору прочесть повесть Федосеева «Злой дух Ямбуя», а после него «Куджо» Кинга, чтобы посмотреть, как опытные писатели (в отличие от нас, начписов) развивают схожие ситуации.
В тексте порой встречаются странные или спорные обороты, они разбросаны по всему рассказу, но т.к. в целом написано ровно, не вижу смысла разбирать его по мелким косточкам.
P.S. Хотя нет, одну косточку все же сломаю. Автор, знаете, что бы с вами сделал истинный граммар-наци за ваше «столоктитовых столбов»? «Сталагнаты представляют собой колонноподобные образования, возникающие при соединении сталактитов и сталагмитов». Рррррррр.

На самом деле мне понравились оба рассказа. Они оба по-своему хороши, оба не без недостатков. Первый сложнее заставить себя дочитать из-за большого объема (но я дочитала). Второй ближе к концу подвел мои, вероятно, завышенные ожидания. Однако он очевидно сильнее первого, поэтому голос за него – №2.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 467
Репутация: 893
Наград: 15
Замечания : 0%
# 13 12.09.2018 в 21:56
Первый
" Преподобный Элиав, наливаясь праведным огнём, орал на маленькую меня, нависая своей чёрной хламидой, как коршун над мышью. На всю площадь раздавался его гневный рык: "как мне видится разбор постановки этой сцены:
-"наливаясь праведным огнем +орал " путаница времени
-"нависая своей черной хламидой" создалось впечатление - девченка сидит у него под хламидой как под юбкой.
-"как коршун" и "на всю площадь раздавался его гневный рык" - рычащий коршун? Грифон что ли?
Далее...
Может сюжет себя покажет. Сюжет понравился,если не вчитываться,как бы не смешно это звучало. Читайте поболее,автор книжек, аниме можно просто вдохновляться.
Второй
Скучные диалоги . Картонные. Слишком ощущается рука автора в действиях персонажей, из-за этого их действия кажутся неадекватными. Именно настойчивость автора портит впечатление от суровой обстановки в рассказе. Это основное,что вызвало недовольство . Рассказ второй заметно выше уровнем проработки и стилистики,да даже подготовки фактов о месте действия. Голос второму.
Группа: ЗАВСЕГДАТАЙ
Сообщений: 16
Репутация: 92
Наград: 3
Замечания : 0%
# 14 14.09.2018 в 23:55
Трудный выбор.
Первый текст. Классное фэнтези. Отличный слог, персонажи. Яркий, насыщенный мир. Все хорошо. Но события кажутся смазанными. От такой истории хочется большего объема, сюжетных поворотов. Создалось впечатление, что автор или торопился или специально старался как можно больше сократить рассказ.
Второй текст. Рассказ впечатлил детализацией. Все очень грамотно, ровно. Классное построение текста, описание природы. Очень здорово.
Спасибо огромное обоим авторам, получил удовольствие от чтения. Голос Второму.
Группа: МАГИСТР
Сообщений: 615
Репутация: 2649
Наград: 57
Замечания : 0%
# 15 15.09.2018 в 12:14
Эх, жаль, уже все самое главное сказали. Придется коротко поделиться впечатлениями, чтобы не повторять замечания коллег! ))

Первый текст пересыщен и поэтому выглядит вычурно. Чем пересыщен? Самолюбованием ГГ, ее нежным и умилительным отношением к себе. Она как будто в зеркало смотрится в придуманный мир и находит все больше аргументов для своей милоты. Это слегка раздражает читателя, потому что ему не дают получить объективную картину этого выдуманного мира. Стиль изложения постоянно сбивается с легкого детского жаргончика на пафосные "ибо, дабы и оные", что тоже выбивает из колеи чтения. Если не полениться и обработать текст, разгрузить его, очистить и написать чуть более простыми словами, будет хорошее детское фэнтези.

Второй текст, конечно, на порядок мощнее, глубже и написан прекрасно, грамотно (за исключением нескольких огрехов), стильно. И конец тоже не разочаровал. Можно в будущем расширить до повести.

Голос второму тексту!
Форум » Литературный фронт » XI Турнир » Проза, III тур, пара №1 (Четыре стороны)
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск:


svjatobor@gmail.com

Информер ТИЦ
svjatobor@gmail.com
 
Хостинг от uCoz