Для писателей
» Проза » Юмористическая

Копирование материалов с сайта без прямого согласия владельцев авторских прав в письменной форме НЕ ДОПУСКАЕТСЯ и будет караться судом! Узнать владельца можно через администрацию сайта. ©for-writers.ru


Дуболомия. Глава третья продолжение
Степень критики: любая
Короткое описание:
Продолжение 3-й главы

- Что значит по делам? Яга, ну останься, посидим, весело же так. Чего уходишь? Не, присажуйся. – Как ребенок, уговаривал ее остаться пьяный Дурень.
- Нет-нет, ситцевый мой, дело к полночи ближется, а сегодня Ночь на Ивана Купало, понимаешь? Этой ночью травы магические особенными силами наполняются. Врозумил, Дурнюшечка?
Руслан покачал головой.
- Ну вот смотри, чтобы магией правильно пользоваться, нужно разные особые предметы и травы иметь. Это как суп варить, не сваришь же на одной воде – овощи да птицу бросить надо, а еще можно и пряностей положить, тогда вкусней будет, а ежели посолить, то еще насыщенней и ярче вкус станет. Также и с магией: множество разных приправ и добавок существует, и важно не только сама суть вещи, а и то, как ее добудешь и при каких условиях. Травы же, вообще, важно сорвать в нужные дни и нужное время. Тут главное не то, что сорвешь – а как сорвешь. В сегодняшнюю ночь, появляются тайные травы, наполненные магией древней, а те, что и без того растут везде – приобретают особую силу. Когда знаешь, какие из них как срывать и для чего,- послужат они в деле твоем верой и правдой при заклятиях определенных.
Дурень пустым, совсем запутавшимся взглядом смотрел на Ягу.
- Иди, старая, тебе виднее.
Он попытался продолжить рассказ Дмитрию о своих недавних подвигах, но в разговор вторглась Евдокия, сидевшая напротив рядом с поклавшим на стол седую голову, Иваном.
- Русланчик, ты, надеюсь не дразнил ночью овинника нашего? Я поняла что спал ты на стогу рядом с овином.
Дурень тяжело всглотнул.
- Нет, конечно, я уснул, как убитый. Отрубился без задних ног. Не видел никаких овинников.
- Ну добренько, а то он вредный у нас. В прошлом году за то, что дед снопы в овине не правильно расставил, спалил безобразник весь овин. Долго потом новый строили. А хлеба-то сколько погибло.
Дурень встал из-за стола. Его слегка пошатывало.
- Пойду я немного прогуляюсь, встряхну набитое вдоволь пузо. Нам, богатырям славным, всегда в форме нужно быть. Не позволяем мы себе расслабиться – в любой миг недруг может пожаловать, и снова в бой ступать. За родину Матушку, за Дуболомию, за Русь, Гиперборею и Артанию, в конце концов. Вы только не расходитесь. Я приду скоро.
Доброедов провел его затуманенным взглядом, и только Руслан отошел подальше от стола – рухнул лицом в тарелку с костями.
Когда богатырь проходил мимо прикованного Степана, тот тихо подозвал его:
- Эй, герой, поди сюда.
Руслан не спеша зашагал к нему.
- Чаго тебе, падла хвостатая?
- Руслан, дружище, не оставляй меня тута. Заберите с собой в путь. Я сгожусь. Буду сон ваш беречь, пока отдыхаете ночью.
- Вот этого не надо. – Ответил Дурень, и не обращая внимания на уговоры Степана, пошел прочь от озябшего голого мужика.
Руслан не спеша брел по сельской улице. Кругом тишь, только сверчок поет. Но наслаждаться ночной тишиной Дурню долго не пришлось.
«Молодец, иди сюда.» – Донеслось до него еле слышное приглашение. Это был приятный женский голос.
Руслан обернулся на встречу голосу. Там никого не было.
«Иди, иди, мы ждем тебя, богатырь.» – Манящий своею нежностью и загадочностью тонкий девичий голос словно сам повел Руслана за собой.
Дурень свернул на тропинку между двух домов. До ушей донесся призрачный звонкий смех. Хохотало явно несколько девиц. Ноги богатыря сами несли его по тропинке. Минув оба дома, Дурень пошел вверх по небольшому холму. Смех становился сильнее и отчетливее. Все нутро тянуло к нему. Он сам не заметил, как обогнул поросший редкими деревьями холм и очутился на широком лугу. Вдалеке слышно, как несет свои воды бурная река. Хозяек нежных голосов не видать.
«Молодец, иди к нам. Мы тут.» – Голос звучал не в ушах Руслана – он поселился в самом разуме, и уже сам управлял им. Сознание отказывалось что-либо понимать. Оно воспринимало только завораживающий зов невидимых девиц.
Время и пространство перестали существовать для Руслана. Он стал куклою, ведомою в неизвестность по велению заманивающих его голосов в глухой ночи.
Впереди, сквозь тьму он увидел очертания двух фигур. Ноги сами ускорили шаг на встречу.
- Иди-иди. Мы ждем тебя. – Уже отчетливо слышал он.
Руслан приблизился к девицам. Луна, словно специально, бросала свой свет на белокурые фигуристые тела. При легком освещении взору его предстали две полностью обнаженные прекрасные молодые девушки. Их длинные зеленые волосы роскошной пеленой ниспадали на хрупкие узкие плечи. Нагие груди обеих вздувались от тяжелого страстного дыхания. Большими зелеными глазами они жадно смотрели на Руслана. Пухлые губы произносили слова нежности. Мир словно замер. Были только он и две нагие красавицы, нежно взявшие его за обе руки. Они медленно повели богатыря за собой в сторону речки. Но Руслан уже не слышал, как бурлит река. Он видел только их, стал ведомым ими, заворожено наблюдая, как двигаются в таинственном свете их красивые, не прикрытые одеянием ягодицы, налитые сладким соком спелости, как аппетитные яблони в жарком июле. Девушки вели его за собой, а он – послушно шел. И ничего, кроме желания быть рядом с ними, он не испытывал.
Вдруг, рука одной резко бросила Руслана. Раздался раздражительный визг. Дурень немного вышел из забытья. Сознание начало включаться. Кто-то в длинном платье таскал его поводыршу за волосы.
- Ах ты дрянь, а ну прочь руки, паскуда. – Озлобленно кричала, появившаяся ниоткуда женщина. Она свалила на землю нагую красавицу, пнула ее ногой под зад и уверенным шагом направилась ко второй. Руслан узнал Анну.
Дочь Доброедова со всего маха отпустила звонкую пощечину обнаженной девке. Та, издав резкий вопль, быстро бросила руку Руслана, побежала к речке. Но Анна схватила ее за патлы, дернула в одну, затем в другую сторону. Рот разъяренной Доброедовы оскалился, даже в ночном мраке Дурень видел как покраснели ее свирепые глаза. Настигнутая гневом Анны девица, вырвалась из крепкой хватки, оставив в сжатом кулаке нападчицы клочок зеленых волос, и пустилась бежать за своей подругой. Через мгновения обе скрылись. Недалеко раздались два, следующих друг за другом всплеска воды.
Анна подошла к Руслану. Тот непонимающими глазами смотрел на нее.
- Русалки, скотины бесстыдные, попытались утянуть тебя в Подводное Царствие. Им нужны такие крепкие силачи, чтобы дочерей им наделать таких же… - Анна замялась, - ну, красивых по их меркам. Вот и служил бы им в утехах плотских целую вечность, а наигравшись и попользовавшись, отдали бы тебя водяному на охрану его владений. Много мужиков статных так попрападало.
Чары русалок отступили окончательно, и Дурень уже пришел в себя, начиная осознавать, что произошло.
- Так они же вроде с хвостами. Без ног. Ходить не могут. А у этих ноги и даже задницы есть. Я сам видел.
- Это те, что в лесных реках живут - с хвостами, ну то есть эти тоже с хвостами, но те, что возле людских поселений обитают, столько видят людей, что научились превращать хвост в ноги стройные, на время – долго чары не действуют, и вскоре ноги вновь хвостом оборачиваються. Потому и стараются, бесстыжие, быстро свое подлое дело совершить, и попасть в Подводное Царство вместе с добычей.
Анна сделала уверенный шаг к Дурню, сократив их расстояние так, что практически дышала ему в широкую грудь.
- Хватит о них разговаривать, мой богатырь. Посмотри лучше какая красавица перед тобой стоит.
Она глянула на него наполненными вожделения глазами. Рука сорвала с головы гребень. Роскошные светлые волосы небрежно распустились, предавая аристократическому образу девицы, звериной дикости. Она прикусила губу.
- Ну же, мой герой, я твоя.
- Я не могу с дочерьми друзей. А мы с Дмитрием сдружились – не разлей вода.
Анна усмехнулась.
- Забудь, считай, что я подкидыш.
- Правда? – Глупо спросил Руслан радостным басом.
- Ага.
С этими словами рука Анны нежно взяла его за затылок и не по женски сильной хваткой потянула голову Руслана вниз, направляя к своим приоткрытым в ожидании губам. Забурлила кровь богатырская. Не смог он сопротивляться женской силе, которая во много раз превосходит силу самых дюжих мужей. И слились их губы в страстном поцелуе посреди цветущего луга, наполненного ароматом трав. И лишь желтая Луна освещала их пламеннную страсть и неодолимое желание овладевать друг другом.

Яга бродила по бескрайнему полю в поисках магических трав. Этой ночью появлялись особые травы, невидимые в другие дни. А иные приобретали сверхъестественную мощь, необходимую для сотворения заклятий. Главное – знать, какие для чего служат и как с ними управляться. Обладающий знаниями подобными, может дивные вещи творить, используя чудесные силы природы. Вот такое тонкое дело – волшебство. А кому, как ни ей – древней ведьме ведать подобные секреты.
Недалеко от себя Яга увидела одинокое яркое свечение. Она подошла ближе. Огромный величественный лев сиял в ночи перед ней. Ну вот она, лев-трава. Сама маленькая, а светится словно лев исполинский. Яга аккуратно срезала травинку, оставив корень в Земле Матушке.
А вот и кликун-травушка светится. Маленькая, а светит ярко. Эту так просто срезать нельзя: корень в земле не должен остаться, а прежде чем сорвать, необходимо вокруг серебро выложить. Ведьма осторожно присела возле, светящегося в темном поле маячка, достала из мешочка за поясом серебряные вилки, обложила травинку со всех сторон, и выдернула ее с корнем. То же самое Яга проделала с одолень-травой и метлицей. Хорошо, что в доме у Ивана приборов столовых из серебра вдоволь было – ведь серебро, которое клалось вокруг срываемого растения, нельзя забирать – в противном случае, новая чудодейственная трава в следующем году на том месте не вылезет.
Остальные травы было найти не просто: они не излучали яркий свет. По этому, Яга ползала на карачках по всему полю, в поисках чудесных растений. Ее упорство увенчалось успехом: вскоре ведьма отыскала сон-траву, с помощью которой при определенном заговоре, сможет управлять людьми, одурманивая их; прострел-траву, в виде чудесного цветка, силы которого способны исцелить раны, нанесенные в бою острым оружием, а еще она может стрелять в заговоренного, словно молния; траву песий язык, позволяющую творить заклятия над собаками и исцеляющую покусанного псом. Улыбаясь, ведьма поклала в свой мешочек траву петровы батоги, которая обладала способностью портить видных девиц, лишая их дара речи и заставляя чирикать, как сороки. Обрадовалась ведьма, узрев под тусклым лунным свечением плакун-траву. Эта травица помогает усмирить злых духов и нечисть всякую, делая их послушными воли человеческой.
Яга сама не заметила, как уже начало расцветать. Она огляделась вокруг. Деревни и не видать. Ну и далеко же забрела старуха. Довольная своими находками, она не спеша побрела в сторону села. Ведьма всегда знает, где что находится и в каком направлении идти, достаточно один раз там побывать, и ни в каких картах и всяких приметах природных, так необходимых следопытам, она не нуждается. Также точно она обладала способностью чуять, который час на дворе.
Село пустовало. Все отсыпались после праздника. Даже петух, как ни старался, а разбудить никого так и не смог. Иван видел десятый сон на пороге дома под дверью. Яга заглянула в окно. Там храпела на печи спящая Евдокия. Дурня не было. Ну и где же он? Вырушать пора уже, пока жара знойная не началась, а этот нибось до утра квасил, а теперь дрыхнет прям за столом у Доброедова. Ладно, надобно его у дома старосты поискать да будить, пока Солнце всю мощь свою не набрало после истощения в Царствии Теней.

- Руслан, Руслан! – Слышал он во сне. – Вставай, Дурень.
Чья-то рука упорно теребила его за плечо.
Дурень приоткрыл глаза. Чем-то озабоченное лицо Яги нависло над ним.
- Вставай же. И штаны одень. Совсем стыд потерял.
Глаза Руслана тут же раскрылись. Он привстал, упираясь руками о землю. Яга стыдливо отвернулась. Дурень посмотрел вниз: и впрямь, он был полностью голый. Рядом, на зеленом лугу, лежала помятая рубаха и штаны. Богатырь быстро оделся. В голове шумело, он еще не пришел в себя и не до конца осознавал что происходит, но когда увидал на траве знакомый обруч, мгновенно все вспомнил. И что же это он до дома не дошкандыбал, а вот так уснул прям на земле сырой посреди луга цветущего?
- Я даже не стану спрашивать как ты тут очутился и почему спишь без одежды. И не буду объяснять тебе, что день уже в разгаре, за полдень перевалило. Давай, пойдем. Тебя тут все искали, чтоб помог пожар тушить. Но уже и это ты проспал – сгорело все.
- Какой пожар? – Удивился Руслан.
- Такой. Самый обычный. Овин у Ивана с Евдокией сгорел. И так внезапно: люд не успел еще от пьянки отойти, а тут на тебе – огонь полыхает во всю, никто понять ничего не может, мозги-то не на месте со хмеля, ни воды ни ведра найти не могут. Бегают, словно оголделые туда-сюда да горланють во весь рот.
Лицо богатыря перекосилось. Как на яву перед глазами предстала картина овинника, которого он зашиб дубиной, затем в голове всплыл образ Евдокии, повествующей какой злобный их хозяин овна, как спалил он овен в прошлом году…
- Яга, давай-ка быстрей убираться от сюдова. – Взмолился Руслан.
Та наградила его подозрительным взглядом.
- Это чего так вдруг?
- Просто, поверь мне, уносим ноги и все. Не спрашивай ничего больше. Поверь на слово.
В деревне уже никто не обращал внимания на своего героя. Все обсуждали недавний пожар. Жизнь в селе вновь ожила. Бабы суетливо пробегали мимо, спеша разнести новости вперемешку со сплетнями, мужики живо делились друг с другом впечатлениями о тушении огненной стихии. Некоторые так и размахивали руками, в которых все еще держали пустые ведра.
Во дворе сидели на завалинке Евдокия и Иван, подперев руками головы и грустно смотрели перед собой. Они даже не обратили внимания на вошедших Руслана и Ягу. За избой, со стороны заднего двора, еще струился легкий дымок, мол извещая о том, что всеистребляющее пламя сделало свое дело и гореть уже нечему.
Дурень быстро поспешил к ступе. Но его остановил настойчивый стук в калитку. Кого там еще принесло? Яга пошла к двери. «Только не Доброедов», - думал про себя Дурень, сжав кулаки в ожидании скандала…
За спиной у Руслана заскрипела отворяющаяся калитка. Он никак не желал столкнуться лицом к лицу со своим новым товарищем, дочь которого он так беспардонно… осчастливил этой ночью. Стыдливо сморщив глаза и скривившись, он нехотя развернулся в сторону непрошеных гостей.
На счастье богатырю, у порога стояло два не знакомых ему мужика. Оба просто одеты и со свежими лицами, то есть во вчерашней пьянке они явно не участвовали. Мужики робко кивнули головами в знак приветствия.
- Ну, здравствуйте, незнакомцы. – Скорей спросила с чем пришли, нежели поприветствовала их Яга.
- Добра вашему дому, славные соседи. Владимиром звать меня. – Сказал один из мужиков. Он и его товарищ окинули взглядами всех, кто был во дворе. Высокий, поражающий мощью своего могучего тела богатырь, молча изучал их не добрым взглядом; на завалинке возле хаты сидели старик со старухой, тупо уставившиеся в одну точку, и никак не реагирующие на гостей. Непонимающие глаза мужиков оставили стариков, отрешившихся от Мира, и нацелились на богатыря.
- Вы, я так понимаю, славный Руслан Дурень, спасший добрых соседей наших от нечистой напасти? – Осторожно спросил Владимир. Второй гость спокойно стоял рядом.
Руслан задрал голову повыше.
- Ну я.
- Рады приветствовать тебя, великий воин славянский, спаситель и защитник земель Дуболомии. Мы из соседней деревне. Беда у нас стряслась, вот и пришли к тебе, к герою, за помощью.
Руслан быстро посмотрел на Ягу, которая совсем не одобряюще косилась на него, потом на несчастных мужичков, в надежде переминающих ногами у порога, опять на Ягу, на мужичков.
- Нет.
Ведьма вздохнула с облегчением.
- Нам дорога дальняя предстоит. И так на долго тут задержались. А впереди еще ого-го путь какой, так что извините, люди добрые, но не могу я больше оставаться тута.
Мужик, что постоянно молчал, жалобно смотрел на своего спутника. Тот же мялся, не зная что сказать.
- Ну ладно, мы так и знали, что даже такой воин, как ты, Руслан, не справится с нашей проблемой. – Он кинул на Дурня хитроватый взгляд.
Руслан стиснул зубы. Кисти рук сжались в кулаки.
- Да… вы… это… - Выдавливал он сквозь зубы. – Мне под силу все. Просто в теперешний час не могу торчать в этих краях, щас вон Доброедов прибежит… - Руслан осекся. – То есть я хотел сказать: бежать нам с Ягой уже пора, пака овинник не признался… - Тут же он замолчал, осознав что вновь наговорил лишнего, глянул на Евдокию с Иваном – те вроде ничего не услышали, а если и услышали, то находились в таком опустошении, что даже не придали значения его словам. – Ешкин хрен, о чем это я? В общем нам еще в Заморляндию лететь, а это знаете ли далеко.
Мужик разочарованно пожал плечами.
- Что ж, придется с другим героем бочку медовухи, приготовленную по особому рецепту бабки Праски, распить в честь его победы.
Услышав это, Яга в отчаянии опустила плечи. Конечно же Дурень теперь согласится. Мало того, что его богатырскую гордость затронули, так еще и в самое больное место ударили, супостаты: сказали, что не в честь него, а иного воина-спасителя пир устроят, и специально приготовленное для этого праздника пойло, не с ним, храбрым и отважным, выпьють.
Лицо Руслана покраснело от закипающей ярости. Глаза вздулись и усеялись множеством красных пятен.
- Стойте! – Крикнул он уже, развернувшимся к выходу мужикам. – Я помогу, так уж и быть. Яга, пойдем, выручим напоследок добрых людей, как же без этого? Не могу я не помочь славянам в час лихой. Я думаю, это быстро будет. Побью очередных негодников и полетим далее. Пойдем, пойдем, старая.
Пока Руслан, Яга и двое жителей соседней деревне шли на вотчину последних, богатырь настороженно поглядывал по сторонам, дабы не встретится с Анной, а то и упаси Бог, с самим Доброедовым. Нужное село находились совсем неподалеку. Две деревни разъединяла лишь не большая узенькая тропинка, которая лежала через, усеянное зеленой травой в пол человеческого роста, поле.
Мужики, а точнее – один из них, тот что по разговорчивей, рассказал Дурню о беде, заставившей их обратится к богатырю за помощью. Пока они миновали, вытоптанную в поле тропу, Руслан узнал, что ему предстоит разрешить проблему, которую создали, бесчинствующие в селе банники. Эти совсем обнаглели: на третьем пару стали проказничать, изводя несчастных крестьян, которые решили вымыться после трудов тяжких. Ведь всем известно, что когда топится баня, то люди парятся три раза, а затем, на четвертом пару, все освобождают баньку, давая возможность баннику, который правит в ней, вымыться и выпарится. Говорят, что он даже мавок и кикимор водит разделить с ним банную полку. Так они до самого утра и резвятся. Пока петух не запоет, крестьяне слышат, как весь сброд нечистый в бане вениками друг друга стегает. Мавки с кикиморами визжат при этом. Люди им даже веники специально для того оставляют, чтят мол нужды хозяина бани. Понятно, что в час такой человеку не можно соваться туда. Для того и топят ее четвертый раз: чтобы банник парился с теми, кого привести изволит. А тут ты смотри, негодники, - на третьем, а то и на втором пару вздумали шалить. Мало того, что кипяток распрыскивают по телам нагим парящихся, так они еще и душат некоторых, камни раскидывают по всей парилке. Одним словом никакого покоя народу нету.
Руслан старался слушать внимательно, однако чувство голода не давало ему вникнуть как следует в сложившуюся проблему. Это естественно – ведь он не ел с самой ночи. Позавтракать, бедалашный даже не успел. А живот, словно, сам говорил ему, что пора бы подкрепиться, выражая свои желания громким урчанием. Когда все четверо вошли в деревню, их встретили с уже привычным Дурню вниманием. Прохожие кланялись гостям и глядели на них с радостью и надеждой.
Богатырь очень хотел есть, но дабы не показаться наглым, сказал своим новым знакомым, чтобы те отвели его к ближайшей бане и растопили ее. Затем, после того, как Руслан сам войдет в парильню и сделает свое дело, - можно и стол накрывать. «Да чудный напиток старухи вашей не забудьте», - особенно подчеркнул Руслан.
Дурня с Ягой привели во двор большого деревянного дома, к которому была пристроена баня в пол размера самого дома. Не высокий мужчина в белой рубахе с большим животом, перевязанным тряпчаным ремнем, женщина средних лет и двое парней, каждому из которых было от силы лет двадцать, встретили их. Хозяева принялись расторопно выполнять команды Дурня, переданные им через мужиков, которые привели спасителей в деревню.
Пока хозяин носил в топку дрова, хозяйка бегала в доме, стряпая что-то возле печи, их сыновья любопытно таращились на богатыря с согнувшейся в три погибели ведьмой, а Владимир с товарищем побежали разносить добрую весть по деревне, сам Дурень деловито следил за действиями хозяина избы.
Яга молча сидела на лавочке у дома, подперев голову рукой.
- Ну, дружок, и как на этот раз действовать станешь? – В ее голосе звучала безнадежность от осознания того, что сегодня они вновь не полетят. А ведь дорога еще предстоит не малая.
- Как-как, очень просто. Сначала пусть растопят как следует баньку, потом попарюсь, а там и изживу банника с остальными супостатами, так напарив их, что сами не рады будут. – До раздражения самоуверенно ответил он.
Яга ничего не поняла из плана Дурня, тешив себя мыслью, что у того никакого плана и вовсе нет, но зато парни, не спускавшие с богатыря глаз, с вниманием слушали его, широко разинув рты. Они восхищенно кивали друг другу, переглядывались переполненными удивлением глазами, и нетерпеливо что-то шептали один другому в уши. Дурень замечал это, и пуще расправил грудь, скинув с себя знатную рубаху и уж совсем высоко задрал нос.
Спустя немало времени, когда Дурень уже успел вдоволь находится по двору, козыряя крепким торсом перед подростками, из банного строения вышел хозяин дома. Он тяжело дышал.
- Ну, вроде температуры для первого пара хватит. Сразу ведь не можно натапливать так, чтобы волос на голове плавился. А пока первый раз зайдешь в парилку, тело распаришь, после водицей холодной из кадила окатишься, и вот уже ко второму пару температура что надо будет.
Руслан серьезно кивнул ему.
- Я пойду, дело свое доброе делать, а ты хозяин, пока снеси к топке дров по боле.
В ответ мужик не понимающе пожал плечами.
- Так зачем же? Разве можно топить так. Тяжко ведь будет.
- Чего-то не вразумил я, кто здесь кому на выручку пришел? Ежели сами знаете чего делать, так делайте, а я полечу дальше с Ягой. Нам и так дорога дальняя предстоит. Тратим тут на вас свое время драгоценное.
В страхе, что последняя надежда всех может ускользнуть, хозяин поспешил в сарай за дровами, виновато опустив голову.
Баню явно делали со вкусом и любовью. Разделся Руслан в широком предбаннике, у стен которого стояли две гладко вытесанные деревянные лавки, чуть правея, на против входа – в полу вырезаны узкие отверстия, они служили для отвода воды в землю; там же, только в углу радовало глаз широкое кадило, до верха наполненное ледяной околодязьной водицей.
В чугунной топке, прилегающей к стене, у входа в саму парильню выплясывали свой дикий танец бесноватые языки пламени.
Руслан отворил толстую тяжелую дверь. В лицо бесцеремонно ударило жаром. Да, и правда на совесть растопили. Он сел на полку. Богатырь с удовольствием наполнил жарким паром полную грудь. До чего же хорошо. Он глянул на каменную кладку. Там изредка потрескивали булыжники дикого каменья. Рядом хозяин поставил таз с водой, в которой плавал деревянный ковшик.
Дурень зачерпнул воды, обильно плеснул на раскаленные камни. Там громко зашипело. Союз прохладной воды и, как следует разогретых камней, породил густой пар, быстро разошедшийся по всей бане.
Кожа богатыря потихоньку размякала, раскрывая свои невидимые оку отверстия. По всему телу начали выступать капельки соленого пота.
Руслан почувствовал, что тело прогрелось как следует, а дышать становилось уже тяжело. В предбаннике хлопнула входная дверь, видимо хозяин притащил дров. Медленно и не спеша, незаметно поглядывая на полку, предназначенную для парящихся, под которой живут банники, Дурень вышел, плотно заперев за собой дверцу, не давая возможности пару просочиться в предбанник.
Возле топки действительно лежала большая куча сухих дров. Ну и хорошо. Руслан окатил себя с головы до ног живой водицей из кадила, охая и эхая при этом от удовольствия, накидал в топку по больше палений, хотя там и так пламя еще не дожрало своей жадной пастью все дрова. Но Дурень стремился накачигарить на столько, на сколько это вообще было возможно.
На этот раз парильня встретила своего Руслана целым заслоном из горячего пара. Создавалось впечатление, что даже воздух накалился до красна. Дышать становилось все тяжелее, жар выжигал глаза.
«Эх, люблю, когда так горячо в бане. Аж нутро пробирает». – Нарочито громко сказал Руслан, усаживаясь на полку.
При таком пару тело быстро выпустило влагу. Он сидел весь истекая жидкостью. Струйки пота постоянно скатывались со лба в глаза, доставляя Дурню резкое жжение от соли.
Вдруг тишину нарушил чей-то низкий голос, доносившийся из под полки:
- Че-то я первый раз тебя тут вижу. Путника нибось хозяева пригрели. Так вот, что я тебе скажу, кулика перехожий: парилочку ты мне… еще раз повторяю – мне растопил… не себе… хорошую. Пар такой, что аж желудок закипает. Ну а теперь, проваливай от сель, пока булыжником горячим бошку не растрощил.
Руслан наморщил лоб.
- Я-то конечно в твоих владениях, банник уважаемый, командовать не стану, но все же желаю видеть того с кем базар молвлю. А ну ка покажись.
После не долгой паузы пред богатырем появилось существо среднего роста. Ноги банника поросли коричневой шерстью до самого живота, покрытого маленькими кубиками сухих мышц, руки у него худые, но жилистые, усыпанные вздувающимися тонкими упругими мышцами; морда же совсем ни пойми какая: вместо носа – свиной пятак, на лице густая рыжая борода, а на наполовину лысой голове проросло двое козьих рожек.
- Ну, вот теперь я вижу кто передо мной. Пожалуйста, пользуйся банькой по своей надобности, а я пойду собираться. И к стати, а чей-то ты не на четвертый пар явился, как положено? Щас второй только. Людям ведь тож купаться надобно.
Тут же Дурню в голову полетел раскаленный камень. В последнее мгновение он успел уклониться. Благо, что у богатырей реакция пуще нежели у простых людей, а то от головы Руслана одни мозги на стенке остались бы. Разгоряченный пудовый булыжник врезался в стену, отскочил и рухнул на пол.
Разъяренный банник глядел на Дурня.
- Я сказал проваливай отсюдова. Ко мне сей час кикимора с мавкой парится придут. Увидят тут тебя, урода, - испугаются и не станут полку со мной делить.
- Ладно-ладно. Вижу, ты не шутишь. – Дурень спокойно вышел из парильни, ощущая на себе тяжелый взгляд банника.
Руслан вздохнул с облегчением, когда оказался в прохладном по сравнению с парильней предбаннике. Уж через чур сильно натопил он баньку. Богатырь уселся на лавочку и стал пристально наблюдать. В начале невидимая сила открыла входную дверь, затем отворилась и спустя мгновение закрылась дверь в парилку. От туда донеслось женское хихиканье.
Вот и гости к баннику пожаловали. Не теряя времени, Руслан поспешил к топке. Когда он вытащил чугунную заслонку, то ощутил кожей на лице свирепый жар, разбушевавшийся внутри. Пламя просто полыхало буйством огненных красок, пируя от такого обилия подкинутых ему дров. Руслан сунул во внутрь еще несколько палений, распихал их кочергой, так чтобы в топке освободилось место, и умудрился втиснуть огниву еще три толстых куска провизии. Но богатырю показалось и этого мало. Тогда он взял в руки охапку дров и крепким нажатием запихнул их в топку. Конечно, все дрова не зашли полностью и остались наполовину торчащими из чугунного чрева.
Руслан, довольный своей работой, снова присел на скамью. Огонь быстро окутывал свежую пищу из дров. Совсем скоро пламя разошлось на столько, что начало выпрыгивать наружу. Это было сигналом для Дурня, и он подпер крепким богатырским плечом дверь в парильную комнату.
«Ой, какой сильный жар, мне уже тяжело дышать. Да что же это такое? Сей час кожа потрескается, банник, сделай что-нибудь. Ведь погубишь нас таким паром», - донесся жалобный голосок изнутри. «Сам щас задохнуся. У меня глаза уже не видят ни фига, обжог видать», - услышал Руслан панический ответ банника.
Вдруг, что-то крепко пихнуло в дверь. Затем еще раз, и еще – но уже с двойной силой. Однако, богатырю было совсем не сложно удерживать такой натиск, и он невозмутимо стоял, оперев дверь подобным горе плечом.
- Зараза, замуровал нас тут. Живо помогите мне. – Орал банник своим девицам.
Последовал очередной толчок в дверь. Скорее всего, кикимора с мавкой помогли баннику в его попытке выбить дверь, однако Дурень этого совсем не ощутил. Конечно, куда бабам тягаться с мощью русского богатыря.
В парилке, судя по звукам, начиналась паника. Банная компания билась о стены, кто-то падал, ухо постоянно резал женский отчаянный визг.
Одна из гостей банника стала у дверной щели, как можно ближе приставив к ней лицо. Прислонится к двери она не могла, так как в парилке все нагрелось на столько, что даже деревянный пол и тот обжигал ноги.
- Славный молодец, сжалься, отвори дверцу. Зачем изводишь нас? – Тонким голосом, задыхаясь взмолилась она.
- А хрена русского, не хочешь? – Ответил вопросом на вопрос неумолимый Руслан.
- Как-то уже перехотела.
Узники бани, совсем потеряв рассудок, начали бить по стенам и неистово орать. Там, внутри, все на столько накалилось, что все трое медленно закипали. Когда они поутихли, и совсем выбившись из сил, уже не могли шевелиться, Руслан медленно открыл дверь. Испепеляющий жар вырвался наружу. Издавая невнятные звуки, от туда вышла красная, как летний закат мавка. Она передвигалась, пошатываясь со стороны в сторону. Вслед за подругой вылезла и кикимора. От обоих исходил пар. Дышали они тяжело, спины согнутые. Бедолаги, даже невидимость пропала. Скорей за все смерть обоих была рядом, раз даже людскому глазу стали зримы. И одна и вторая, спотыкаясь и путаясь в собственных ногах, вышли наружу.
Однако, Руслан ждал совсем не их. Вот через порог выполз и сам банник. Он, как и его девицы, покрылся ярко розовой коркой. Дышал банник с трудом, постоянно кряхтя. Руслан небрежно перевернул его ногой на спину. Глаза у того закатывались. Богатырь придавил горло банника ступней. Тот не смог даже схватить руками за его ногу, чтобы отбросить ее. Он просто молча лежал, и из последних сил хватал ртом воздух.
- Значить слушай меня, чмырдяй бородатый, прекращай мешать людям купаться. Положено тебе пользоваться четвертым паром, - вот и пользуйся. Никто ведь не против. Люд специально тебе и веники оставляет, и ведро полное воды приносит. И остальным себе подобным передай, что ежели будут продолжать творить такое, то я приду и тогда не рады будите, что вообще поселились в банях. Будете себе иные пристанища искать.
Банник ничего не отвечал не потому, что не был согласен с убедительным богатырем - он попросту не мог ничего ответить. Ему дышать, и то с трудом удавалось.
Когда Дурень вышел из бани, во дворе уже собралось чуть ли не пол села. Толпа народу была настолько большой, что даже выходила за калитку и заканчивалась аж через несколько домов. Люди встречали его радостно. Все хлопали по плечам, обнимались, жали руку, женщины крепко целовали розовые щеки богатыря, восторженно разводя руками, а молодые девки одаривали робким поцелуем в щеку и с застенчивой улыбкой убегали, теряясь в толпе.
Хозяин дома обнял богатыря за спину и повел сквозь ликующих Лупежевцев.
- Пойдем, наш герой, накрытые столы и щедрые дары уже ждут тебя. Меня, к стати Владимиром звать, а то так распереживался, что и представиться забыл.
За Русланом и его провожатаем собрался хвост из танцующих, поющих и играющих на балалайках радостных деревенских жителей, который растягивался на целых четыре дома. Дурень, уже не просто окунувшийся, а скорее – утонувший в лучах славы, шел неимоверно гордой походкой, глядя не перед собой, а значительно выше. Он даже позабыл о Яге.
Вдруг, веселье прервалось громким нечеловеческим ором: «Пожар, пожар!», - голос доносился откуда-то издалека, но по мере его приближения, утихали и празднующие люди.
Запыхавшийся мужичек с вымазанным в сажи лицом пробился сквозь толпу народу и, спотыкаясь подбежал к Владимиру.
- Там, баня твоя загорелась, а за ней – и хата! Огонь такой сильный, что быстро на соседние дома перелез. – Через каждое слово он останавливался, чтобы отдышаться. – Люди, пол села скоро пламенем покроется, айда тушить, пока еще есть что.
В одно мгновение, народ ринулся бежать назад. А оттуда, и впрямь – дым валит, аж сюда видать. Дурень даже не заметил, как рядом с ним не осталось никого. Лишь Яга стояла рядом.
- Ты, Русланчик, поленья, что не влезли целиком в топку, потушил-то?
Руслан жалобно скривился.
- Яга, давай быстрее лететь отсюдова… нам ведь еще путь какой проделать надо. Не гоже ведь так славой наслаждаться – мы-то богатыри народ скромный, лучшая награда для нас – это знать, что людям помогли, а пиры там всякие и речи хвалебные – не, не для нас!
Марфа с Иваном по прежнему сидели на завалинке и глядели в никуда пустыми глазами. Руслан взял дубину, которую еще за ранее положил возле ступы, чтобы не забыть, залез в деревянный летательный аппарат, где его уже ждала Яга и попрощался со стариками.
- Ну, бывайте, если помощь понадобится, зовите. Я добрых людей никогда в беде не бросаю. – Последние слова он кричал уже в полете, поскольку ведьма быстро произнесла заклятие и ступа взмыла над деревянным домом и сгоревшим до тла овном.
Деревня пустовала после похмельного стола, который напрочь свалил люд. Но на Руси по иному не можно – если пьянка удалась, то на следующий день похмелиться обязательно надо. Одним словом, по сельской улочке и дворам не ошивалось ни одного крестьянина, лишь детвора, довольная раздольем в отсутствии присмотра со стороны взрослых, носилась по всему селу, взяв его под свой контроль. Иногда дети задирали головы вверх и тыкали пальцами в небо, обращая внимание друзей на летящих в ступе людей.
Когда они пролетали мимо терема Доброедова, Яга велела ступе снизиться. Там, прикованный к тому же дереву сидел, потерявший всякую надежду, Степан. Он радостно встретил Ягу и Руслана. Тело худощавого мужичка было полностью покрыто синяками и ссадинами, а подбитый кем-то глаз совсем заплыл и не открывался.
Ведьма сняла цепь с шеи перевертня, обмотав ею вместо этого пояс Степана, всучила другой конец Дурню и велела держать крепко. На вопрос Руслана: «На кой хрен нам этот червь?», Яга ответила просто: «Сдаеться мне, что пригодиться еще». Дальше они летали втроем: Богатырь и ведьма в ступе, а голый тощий мужик, веся на цепи за бортом.
Впереди небо окутал густой сизый дым. Они подлетали к утопающей в пожаре деревне. Пламя разошлось на столько, что захватило в свои смертоносные объятия все дома. Уцелели лишь те, что стояли на окраинах, вдали от остальных хат. Они как правило принадлежали отшельникам либо пастухам. Дым от такого бедствия был на столько густым, что сквозь него лететь было просто не возможно, и только подняв ступу на много выше, они смогли свободно дышать и видеть что происходит внизу и вдали.
Пожар царствовал и ликовал, дойдя до пика своего величия, он жадно и бесцеремонно вершил свое дурное дело во всем селе. Жители деревни, осознав, что бороться с такой свирепой стихией бесполезно, бросились бежать к речке за селом. Там-то они все и собрались. Когда небесные странники пролетали мимо, лишившиеся крова крестьяне, даже не тыкали в них пальцами, как это обычно делали все, - они молча подняли головы и полными мрачного отчаяния глазами провожали своего героя.

Свидетельство о публикации № 29068 | Дата публикации: 18:37 (28.12.2016) © Copyright: Автор: Здесь стоит имя автора, но в целях объективности рецензирования, видно оно только руководству сайта. Все права на произведение сохраняются за автором. Копирование без согласия владельца авторских прав не допускается и будет караться. При желании скопировать текст обратитесь к администрации сайта.
Просмотров: 22 | Добавлено в рейтинг: 0
Данными кнопками вы можете показать ваше отношение
к произведению как читатель, а так же поделиться
произведением в соц. сетях


Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи....читать правила
[ Регистрация | Вход ]
Информер ТИЦ
svjatobor@gmail.com
 
Хостинг от uCoz

svjatobor@gmail.com