» Проза » Мистика

Копирование материалов с сайта без прямого согласия владельцев авторских прав в письменной форме НЕ ДОПУСКАЕТСЯ и будет караться судом! Узнать владельца можно через администрацию сайта. ©for-writers.ru


Дамия (продолжение)
Степень критики: любезно ожидается
Короткое описание:

Начало исправлено http://for-writers.ru/publ/proza/mistika/damija/50-1-0-28421



6
 
Уже несколько месяцев они жили вместе. Все произошло спонтанно – в тот миг, когда Баретт держал Дамию за запястье и не выпускал, а мерзкий старик неподвижно следил за этой сценой, для самой девушки, видимо, тоже многое изменилось. Это словно перелом – быстрый, все меняющий, позволяющий свету осознания, наконец, прорваться.
 
- Пошли.
 
После долгого молчания Алан прервал тишину тогда в лавке, не отпуская руки Дамии. Она кивнула в ответ. Расчетливости в ее взгляде не было, казалось, теперь она правда доверяет.
 
- Вещи не бери.
 
- Я и не собиралась.
 
Старик молча наблюдал за тем, как они выходят из лавки. В помещении остался звук только его собственного тяжелого дыхания.
***
Алан еще некоторое время не мог поверить, что мучения закончились. Каждый раз он остерегался, что Дамии вдруг вздумается убежать – некоторое время девушка совсем не выходила из особняка. Это был не запрет – Алан просто умело подстраивал действия так, что все благополучно шло по его плану, о чем девушка, конечно же, догадывалась, но не сопротивлялась.
 
Каждый раз Алан открывал для себя что-то новое в характере Дамии. Он безустанно, поражаясь самому себе, выполнял все ее прихоти, но до сих пор не мог понять, что на самом деле скрывается в этих черных глазах. Порой он видел в них отпечаток глубочайшей скорби и уныния, терзаний прошлого – все лицо ее оживало и переставало быть холодным. Но стоило ему заметить это мельчайшее изменение, как она сразу чувствовала его взгляд и отворачивалась, а через секунду – снова статуэтка.
 
Никакие расспросы и ласки не могли заставить Дамию открыться ему. Алан до сих пор не чувствовал, что девушка принадлежит ему полностью, и поэтому он еще более хотел овладеть ее сердцем. Чувство раздражительности из-за неразгаданных тайн, и что самое главное – из-за полного контроля Дамией над Аланом (пусть он даже и не признавался в этом), в итоге снова вызывали в нем злость. Он не мог поверить – все ведь удалось, они живут вместе, Дамия – его! Но гнев появлялся вновь. Его гордость и самолюбие словно подвергались периодическому посмешищу на городской площадке.
 
Случались громкие ссоры, и Алан в порыве злости кричал много гневных и плохих слов, сам не замечая, что иногда говорил то, что действительно думал. Не из гнева – он действительно думал, что девушка, если бы не он, «так и осталась бы гнить в той жалкой книжной лавчонке», что «она никуда не денется и если решит уйти, то умрет с голода, так как обратно в лавку ее не примут, а идти ей некуда» и т.д.
 
Но сколько бы ни злился Баретт, он все равно не мог подавить в себе это странное чувство неуверенности и некой степени прилежности перед Дамией. Как бы ни пытался он заглушить эти раздражающие чувства, глаза девушки захватывали в свой омут и не отпускали, и после громких ссор они снова мерились, и Алан снова опускал голову ей на колени или зарывался в ее волосы, молил о прощении или просто подолгу молчал, борясь с непонятными потоками чувств внутри, которые разрывали его.
 
7
Резкая сторона характера Дамии, в противоположность ее сдержанности и холодности, поражала Алана. Очень часто она проявлялась в совершенно неожиданных просьбах или же в странном, спонтанном поведении девицы.
 
Если говорить об этих выходках, то это было некое игривое настроение, яркий блестящий огонек в ее темных глазах, который заражал и Алана – они могли подолгу носиться по особняку, играя в прятки, или просто гоняться друг за другом. Дамия смеялась над Бареттом, когда тот в очередной раз не мог ее найти, хотя знал все комнаты и коридоры в своем доме.
Целыми днями они могли заниматься безумствами: обмениваться смешными записками, бродить по саду, радоваться дождю и кричать в ответ молнии.
 
- Ты совершенно несносный мальчишка, Алан Баретт.
 
Фраза, которую так часто некогда говорила ему няня в отрочестве, удивила и рассмешила Алана. Он смотрел в глаза Дамии и не мог понять, как она могла быть столь близка и в то же время непонятна ему, почему она не хотела открываться ему и что таится в этих черных глазах.
 
Странное пристрастие Дамии ко всем существующим дорогим предметам интерьера совершенно исказило представление Алана о ее скромности. Совсем наоборот – девушка чуть ли не каждый день требовала новые подарки, ей хотелось заставить комнаты и без того глубоко викторианского особняка всеми возможными предметами роскоши. В одежде своей она придерживалась довольно сдержанного, безумно идущего ей стиля, но что касалось остальных предметов – Алан только успевал делать новые покупки.
Безумные большие статуэтки оленей, люстры, подсвечники, новый массивный камин с резьбой в виде веток лесных деревьев, массивные зеркала и люстры, вазы, новые огромные шкафы для новых книг (которые, к слову говоря, Дамия требовала также в больших количествах), снова статуэтки… Самое дорогое, что Барет купил в последнее время – это запредельно роскошное и прекрасное зеркало. Светлое, с огромной рамкой, внутри которой также находятся кусочки зеркал, словно в мозаике, украшенное хрустальной цветочной резьбой. Стоило малейшему лучу света упасть на это произведение искусства – и все вокруг светилось от его блеска. Дамия осталась предельно довольной и повесила зеркало в их спальне, хотя оно не совсем подходило по стилю. Оно так сильно выделялось, так резало глаза своей бесконечной роскошью, что единственное и первое всегда бросалось в глаза при входе в комнату, затмевая все остальное.
 
Безумства продолжались, и каждый новый день был мало похож на предыдущий.
 
Алан в очередной раз предлагал Дамии выйти за него замуж, чтобы они жили законно. Его совсем не смущало, что он взял девушку с улицы – в светском обществе и во всех газетах это событие принесло бы только много полезного шума. Но Дамия только слегка улыбалась и переносила все на зиму. Ноябрь уже подходил к концу, а ее ответ был все тот же.
 
8
- Так-так, Баретт!
 
В большую гостиную ворвался Ноэль Буланже. Не успев как следует отряхнуть пальто от снега, он бросил его на ближайшее кресло и уселся прямо на пол возле камина.
 
- Аррр! Аррр!
 
Румяный и взъерошенный, он словно принес в комнату частичку морозного и последнего ноябрьского вечера. Будто бы не замечая Алана, Ноэль продолжал греть руки. Этот бешенный француз всегда появлялся как шторм в ясный день и привносил в любое место суматоху или просто легкий французский бред.
 
- Так-так…Так-так..
 
Ноэль покачивался из стороны в сторону, держа широко раскрытые ладони у огня. Алан недовольно следил за ним, не вставая с дивана.
 
- Так-так.. Так-так..
 
- Ты все тот же. - Баретт немного раздражено вздохнул и сделал глоток вина.
 
Ноэль резко встал, отобрал у него бокал с вином и сел на небольшой диванчик напротив юноши.
 
- Так!..
 
Залпом выпил оставшуюся прекрасную багровую жидкость и уставился на Баретта.
 
- Стабильность – это мое все, но тут другой вопрос – зато ты нет. Ты не тот же! Скажи мне, когда в последний раз Алан Баретт, несмотря даже на странные путешествия по сомнительным улицам Лондона, пропускал званые ужины в доме мадам Олдридж? А?! И, кстати, очень зря – ведь там в тот вечер были близняшки Мейси, и ты даже не представляешь….
 
- Представляю. – Алан со скучающим видом и слабой насмешкой перебил его.
 
- Когда успел?
 
- В начале лета, кажется. Не помню.
 
- Мерзавец.
 
- Не спорю.
 
Ноэль хмыкнул и проворчал что-то на французском.
 
- И все же – тут дело не в бедняках и их улицах, на которых ты так охотно веселился в последнее время. Дошли до меня слухи, очень странные и настораживающие. Мне это совсем не нравится, Алан, скажи, пожалуйста, что все это наглая брехня светских сплетен.
 
Но Алан только молчал и моргал пушистыми ресницами немного медленнее, чем положено, из-за вина.
 
- Дьявол. Это правда. Чтоб я сдох.
 
- Планета от этого только похорошеет.
 
Улыбка слезла с губ Буланже. В лицо его как будто ударили кирпичом.
 
- Ну тогда, дорогой Алан, я требую показать ее. Рано или поздно ее все равно увидит свет, так что пусть критика будет от первого, ближайшего и честнейшего ценителя.
 
Алан знал, что Ноэль не отвяжется. Ему было все равно, что тот скажет или подумает, поэтому он попросил горничную позвать Дамию из домашней библиотеки. Пока девушка шла, Буланже поправил волосы и рубашку.
 
- Не волнуйся, в тебя не влюбится.
 
Ноэль почти всегда являлся предметом воздыхания молодых девиц и дам, даже несмотря на его весьма французский нос. Возможно, в нем как раз и был некий шарм, придающий лицу приятную неординарность.
 
- Пути Господни неисповедимы.
 
В комнату вошла Дамия.

Свидетельство о публикации № 28704 | Дата публикации: 23:47 (25.11.2016) © Copyright: Автор: Здесь стоит имя автора, но в целях объективности рецензирования, видно оно только руководству сайта. Все права на произведение сохраняются за автором. Копирование без согласия владельца авторских прав не допускается и будет караться. При желании скопировать текст обратитесь к администрации сайта.
Просмотров: 13 | Добавлено в рейтинг: 0
Данными кнопками вы можете показать ваше отношение
к произведению как читатель, а так же поделиться
произведением в соц. сетях


Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи....читать правила
[ Регистрация | Вход ]
Информер ТИЦ
svjatobor@gmail.com
 

svjatobor@gmail.com