» Проза » Рассказ

Копирование материалов с сайта без прямого согласия владельцев авторских прав в письменной форме НЕ ДОПУСКАЕТСЯ и будет караться судом! Узнать владельца можно через администрацию сайта. ©for-writers.ru


День в офисе
Степень критики: любая
Короткое описание:
Описание обычного дня офисного работника, которых сейчас модно называть "офисный планктон".

Из маршрутки, по обыкновению этих утренних часов переполненной людьми, Сергеев вышел на пересечении двух улиц. Одна из них шла прямо в сторону межгосударственной границы. Другая же начиналась на рабочих окраинах города с их ветхими саманными домишками, проходила через полифонический шум городской жизни, шла на восток в сторону пригородных сёл, и чем дальше, тем ощутимее она уходила к безлюдным просторам почти заброшенных человеком мест, с однообразными пейзажами и неотвратимо всегдашним впечатлением неподвижности времени.

Сергеев спешил на постылую работу, приевшуюся ему своей монотонностью, своей будничностью, и только в своей будничности и своей монотонности она была для него выносима. Шли крещенские морозы, и погода была нестерпимо холодной. Порошило снежком, колючие хлопья которого били Сергееву в лицо. Морозный воздух больно давил на ладонь Сергеева, но он решил не прятать руку в карман, решив проверить, продержится ли он до прибытия к месту работы. Так Сергеев тренировал силу воли. Он шёл, рука болела всё больше и десять минут ходьбы казались ему застывшей вечностью. В эти минуты Сергеев размышлял о природе любви и страсти, о возможности вечной любви к одному человеку в противовес полигамным устремлениям несовершенной природы. Рука, однако, уже заболела настолько сильно, что Сергееву показалось, что она сейчас окоченеет, превратится в сосульку и отвалится. Наконец он дошёл до места своей работы, открыл специальным электронным ключом массивную дверь, выдохнул с облегчением, и положил, наконец, руку в карман.

Сергеев бросил взгляд на настенные часы. Часы показывали половину девятого. Сергеев вздохнул с облегчением. Сегодня ругать за опоздание никто не будет.

Он поднялся по невысокой лестнице на второй этаж и вошёл в неожиданно тёплый кабинет, испытав чувство, словно попал из морозильника в печь. Увидел включённый обогреватель и вспомнил, что забыл выключить его в пятницу. Он понял, в чём дело, и удивился, что девушки этому не удивились.

Девушки – Манана и Севара – сидели на своих местах, одетые в одинаковые ярко-красные блузки.

- Вчера обе были в синем, сегодня обе в красном, – заметил с улыбкой Сергеев.

- Ну, не говори, у нас флэш-моб, - сказала Манана, переглянувшись с Севарой.

Читатель уж, вероятно, в предвкушении, и не переживёт, если автор не выпишет портреты этих очаровательных дам.

Манана была темноволосой девушкой с большими, грустными и застенчивыми глазами и правильными чертами лица. Не обжигающе яркая, но серьёзная, спокойная и солидная красота Мананы идеально гармонировала с её внутренними качествами, и вообще Манана казалась всем на диво гармоничным, цельным и почти совершенным творением природы. С такой девушки, мыслил Сергеев, художники девятнадцатого века писали бы свои портреты, такой девушке композиторы-романтики того времени посвящали бы свои лирические сонаты. Но Манана вовсе не была благородно-старомодной барышней, а являлась вполне современной, прагматичной и расчётливой интеллектуалкой, из той новой поросли, нацеленной на успешную карьеру и высокий социальный статус. Прекрасен был и светлый, влажно-бежевый цвет её кожи, напоминавший Сергееву кофе с молоком, завораживали густые чёрные ресницы, пластический рисунок её телодвижений и жестов, нежные и мягкие прикосновения смыкавшихся верхней и нижней губ. Усладу вызывала музыкальность и поэтичность словесных конструкций, иногда произносимых шёпотом Мананой во время работы для сугубо деловых целей. Казалось, что любые слова, вылетающие из её уст, даже обидные, грубые и издевательские, лились и будут литься плавно и величественно, словно чистый горный ручей, и Манана любым своим движением облагораживала окружную атмосферу, словно древний царь Мидас, превращавший всё, к чему он прикасался, в золото.

Севара была на три года старше Мананы, она уже была мамой маленьких сына и дочери, замужем за мужчиной гораздо старше её, и с головой погруженной и в работу, и в семейные хлопоты. Она всегда имела репутацию яркой красавицы, и сейчас доставляла визуальное наслаждение всем окружающим, пусть красота её, возможно, и вступала уже в фазу долгого и блестящего заката. По сравнению с Мананой, Севара представляла собой другой эстетический тип женской красоты. Контрастом со строгой и прямой фигурой Мананы были обольстительные наклоны и извивы её тела, пластичные изгибы припухлых рук с выкрашенными в ядовито-красный цвет ногтями, изысканно-тёмные переливы в движениях её глаз, похожих на чернослив, излучавших жеманность и сарказм. Характеры прекрасных коллег Сергеева, как и типы их наружной яркости, были противоположными. Манана была мягкой, скромной и интеллигентной, а характер Севары имел в своем составе отчётливую напористость и искрился острыми, диссонансными нотками. Но иногда всё менялось, и тогда уже Севара становилась мягкой и участливой, а Манана показывала тёмную сторону своей души и острые углы своего характера, и в этой внезапной перемене ролей Сергеев ощущал главную для него неразгаданную загадку и в то же время главную прелесть жизни.

- Миша, как вы провели выходные дни? – спросила Севара, раздвинув брови и слегка поджав ярко-красные губы.

- Как обычно, – ответил Сергеев,- Карты, вино, женщины.

Обе вспрыснули, и настроение Сергеева стало приподнятым.

- Смешной вы, Миша, - сказала Севара, - вы комик, Миша!

- Да, я помню, как Миша внезапно запел посреди фразы. Я не могла удержаться от смеха, долго ещё смеялась, - вспомнила Манана о прошедшей пятнице.

- Вы и дома смеялись? – посмотрев на Манану, и понизив голос, спросил с придыханием Сергеев.

- Нет, Миша, вы не думайте, пожалуйста, что вы на меня произвели такое впечатление, что я и дома продолжала смеяться, - с укоризной, сделав круглые глаза, сказала Манана.

Раздражение Мананы, её слова огорчили Сергеева. Слова эти случайно, против своей воли, затронули тонкую душевную струну, запылившуюся в архиве прошедших впечатлений. Сергеев снова возвратился почти на двадцать лет назад, когда он учился в шестом классе, на уроки труда, где он, не выполнив задание, стоял, обруганный учителем, под насмешки одноклассников, с еле удерживаемыми слезами. Его всегда в течение жизни мучили навязчивые мысли, которые двигались по цикличному кругу, сменяя его настроения и миросозерцание. То он задумывался внезапно о преступниках, и ему всюду мерещились подкарауливавшие его гопники, то ему улыбалась красивая девушка, и он грезил о страстных ночах, пропитанных лимонным ароматом и неощутимым на вкус, цвет и запах, но всюду разлитым в воздухе экстазом, то он задумывался о том, каким будет в будущем, без помощи родителей, и видел себя то звездой музыки, собирающей стадионы и раздающей интервью всем газетам и журналам, то просящим милостыню нищим и оборванным маргиналом. В картинах воображения его бросало с южного полюса на северный и из стужи под палящее солнце. Он представлял себя героем из боевика, виртуозным соблазнителем, и в его мечтах в нём непредвиденно появлялись агрессия и отчаяние, он упивался участью изгоя и страдальца и сохранял надежду на обладание в будущем всеми желаемыми благами мира.

Его размышления прервала самая юная сотрудница фирмы, девятнадцатилетняя Катя Фролова, просунувшая в дверь кабинета сверкающее личико и провозвестившая звенящим голоском:

- Спускайтесь на первый этаж, поздравлять фирму с днём рождения!

Сергеев не спеша спустился вниз. С другой стороны просторного второго этажа, разделённого на две половины узким коридором, спустились двое – Айдар Сталбеков и Левон Вартанов. Айдар был коротко стриженый, пружинистый и накачанный, но парадоксально при этом умный, спокойный и вежливый юноша. Он работал в компании уже пять лет и дослужился до начальника отдела. Левон Вартанов был кареглазым брюнетом с густой копной курчавых волос и с апатичным взглядом. Он работал в фирме программистом и своим обликом подтверждал стереотип, что программисты странные ребята и вообще особая каста. Сергеев, глядя на него, размышлял, что необычность Левона, в отличие от необычности его, Сергеева, есть необычность стандартная и органично влитая в контуры настоящей эпохи, в которой Сергеев ощущал себя штучным товаром, выставленным на аукционе, и все любуются им, да покупать никто не хочет, ибо цена кажется уж больно непомерной, и хорошо бы её снизить.

Все сотрудники вошли на кухню, где на столе стояли алкогольные напитки и сладкие закуски в виде фруктов и конфет. Сергеев занял место в углу комнаты, рядом с Мананой и Айдаром.

- Мальчики, что будете пить? – спросила директор фирмы Серафима Львовна, моложавая шатенка в строгом деловом костюме.

- Сок, - ответил водитель своего автомобиля Левон Вартанов.

-Сок, - сказал мусульманин Айдар Сталбеков.

-Сок, - уныло пробасил трезвенник Сергеев.

- Замечательно! – саркастично ухмыльнулась Серафима Львовна, - Скажите же тост в честь дня рождения фирмы, непьющие!

Сергеев сразу вызвался говорить, взяв в руки бокал шампанского, словно первоклассник мел, и произнёс пафосную речь.

- Дорогие сотрудники и сотрудницы компании! Я считаю подарком судьбы, что мне выпала колоссальная честь работать в коллективе, где столько и красивых, и одновременно умных девушек и женщин! Я благодарю вас, Серафима Львовна, за то, что вы поверили в меня и подарили мне возможность работать в этой компании. Каждый будний день я иду сюда на работу, как на праздник, и в этом прежде всего ваша заслуга! Выпьем за то, чтобы компания всегда была лидером рынка, - и под искренние аплодисменты коллег сморщившийся от запаха спиртного и пафосности произнесённой речи Сергеев со стеснением опустил глаза в пол.

- Большое спасибо тебе, Миша, за такую речь, - подойдя к нему, поблагодарила его Лилия Петровна, сотрудница фирмы с двадцатилетним стажем, - было очень приятно.

Когда празднование закончилось, Сергеев помог отнести стулья в кабинеты. Возвращаясь обратно на первый этаж, он увидел, что водитель фирмы приоткрыл дверь на улицу, на которой постепенным, но заметным образом темнело, и подступающий вечер окрашивал синими акварельными красками небо.
Рабочий день уже подошёл к концу, и Сергеев вместе с коллегами вышел из офиса.

Яркие огни автомобильных фар и лунный блеск фонарей освещали улицы, сообщали живое дыхание вечернему городу. Компания с разноголосым шумом и весельем шла по направлению к перекрёстку. Больше всех галдела и заливалась смехом Севара.

- Вот Севара хохотушка, вечно на позитиве, - заметил Айдар.

- Смех продлевает жизнь, – грустно изрёк банальность Сергеев.

- Тогда Севара, как горец Дункан Маклауд, должна быть бессмертной, - засмеялся Левон Вартанов.
Когда коллеги дошли до пересечения улиц, они пожали друг другу руки и попрощались, после чего Левон и Айдар отправились в разные стороны. Сергеев дошёл до остановки, взглянул наверх и увидел, как в вечернем небе румяным багрянцем разливалась розовая заря.

В ожидании транспорта Сергеев вглядывался в бурлившую вокруг него жизнь. В этот час стандартом являлось большое количество людей, возвращавшихся с работы, учёбы и других важных дел. Наслаждаясь положением стороннего наблюдателя, Сергеев всматривался в лица и действия. По грязным, мокрым и заснеженным улицам и тротуарам шли усталые, погруженные в тривиальные думы люди. Колобродило тяжёлым вздыханьем человечьего потока. На соседней улице трое друзей громко спорили по неизвестному ему вопросу, потом двое из них устроили между собой борцовский поединок, а третий выступал в роли рефери. Рядом с ними мужчина требовал с телефонного собеседника вернуть долг, пересыпая речь нецензурщиной. Через дорогу перебегала дама, не дождавшись, пока зажжётся зелёный цвет плохо работающего светофора, и едва не попадала под колёса автомобилей. Так жизнь подкинула три сюжета для трёх рассказов, которые Сергеев собирался написать в свободное от работы время. А пока Сергеев мысленно перестал слушать музыку жизни, отвлёкся от земного и слишком человеческого, и в его грёзах кошки отплясывали босанову, гудящие клаксоны автомобилей ознаменовывали собой крещендо уличной симфонии, а Севара, Манана и Катя Фролова , сменяя друг друга, танцевали на пилоне в сладкозвучной тишине.

Он почувствовал, что коснулись его плеча. Он обернулся и увидел рядом с собой незнакомца.

- Братан, не пойми превратно, есть десять сомов на дорогу? - обратился к Сергееву незнакомец.

Сергеев подумал секунду, вытащил из кармана две пятисомовые монеты и вручил их незнакомцу.

- Рахмат, братан, - поблагодарил тот, прошёл несколько метров, остановился около группы молодых людей и заговорил с ними. Сергеев проводил его печальным взглядом и снова стал всматриваться в номера подъезжающих маршруток. Когда к остановке прибыла та из них, которая была ему нужна, Сергеев направился к ней медленным бегом, утопая подошвами обуви в снеге, почерневшем от грязи и луж. Он зашёл в маршрутку и скрылся в её салоне, по обыкновению, в эти вечерние часы переполненном людьми.

Свидетельство о публикации № 30041 | Дата публикации: 20:31 (12.05.2017) © Copyright: Автор: Здесь стоит имя автора, но в целях объективности рецензирования, видно оно только руководству сайта. Все права на произведение сохраняются за автором. Копирование без согласия владельца авторских прав не допускается и будет караться. При желании скопировать текст обратитесь к администрации сайта.
Просмотров: 24 | Добавлено в рейтинг: 0
Данными кнопками вы можете показать ваше отношение
к произведению как читатель, а так же поделиться
произведением в соц. сетях


Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи....читать правила
[ Регистрация | Вход ]
Информер ТИЦ
svjatobor@gmail.com
 
Хостинг от uCoz

svjatobor@gmail.com