» Проза » Рассказ

Копирование материалов с сайта без прямого согласия владельцев авторских прав в письменной форме НЕ ДОПУСКАЕТСЯ и будет караться судом! Узнать владельца можно через администрацию сайта. ©for-writers.ru


Дуй
Степень критики: максимум
Короткое описание:

дуэльное



Всё, что зачем, то знакомо, но всё в первый раз. Вешние воды мнут почву. Талые, сами из комы – из забытья зимней спячки. Полой, бездонной, беспечной. Прежде заветной Нирваны. Двинет – сочится, взметнётся. Взбухнет и бухнет, гром в грозы. Вскрикнет, вспорхнёт птицей в небо. В миг, как разверзлась лазурь. И во всём, до естества своего естественном, и всему новое, всё же, вновь дуновение.
 
Он видеть мог тем, что он слышал. Он слышать мог тем, что он ощутил, соприкасаясь. Не зная, что мог. Потому и не зная того, что не смог бы.
 
***
 
Что удивило бы меня в пробуждении природы, при смене времени года – при смене грузной, и для меня самого во многом отчуждающей от жизни и остужающей пыл ее, во многом удаляющей от нее, той же порой осенней? Признаками ветшалости, увядания, завершения, и весною теперь воскрешения, что? Взять хоть близкий мне по доступности и больше по месту жительства, мне – обывателю тривиального мегаполиса, городской парк культуры и отдыха. Пусть даже будь это Ботанический сад. Хотя в идеале безусловным бы стал Заповедник. Справедливости ради, стоит отметить особенность наличия на нашей планете и действительно нетронутых мест естественной природы. Не дотянулась цивилизация. Что странно. Или не совсем точно. А может и совсем не точно – совсем не так. Да не о том речь.
 
***
 
На просторах горного плато Тянь-Шаня ли, в прибрежной косе, вернувшейся в берега Миссисипи ли, на склоне ли соснового бора, у родника, или в джунглях Непала – на выкорчеванном прирученными слонами, уж три года как, раскинувшемся промеж тропиков лугу, или, попросту, на клумбе жилой многоэтажки, в спальном районе города Курска расцвел одуванчик. Да не один.
Вся клумба, ухоженная заботливой рукой жителей, была усеяна, в этот пригожий весенний день, яркими точками сгустков отражения солнышка. Ему в подражание. А сейчас вовсю, но нежно, объявшему светом и теплом гуляющих во дворе. Клумба украшает детскую площадку. Украшает достойно. Не только сейчас, и летом, и осенью, даже, щедро взращивает всё множество засаженных на ней цветов. Видом и сортами подобранных в соответствие этому самому. Цветению, как можно дольше. Вровень постоянному цветению, в эту пору, всех постояльцев площадки. Во всем постоянстве их смен в пору детства для них. Для детей.
 
В окружении изредка проникающих во двор отголосков шума городских кварталов, в привычном многообразии щебета городской птицы, из крон декоративного кустарника и широколиственных деревцев, окаймляющих детскую площадку, резвилась стайка местной ребятни. Разных возрастов. От неотступно находящихся под пристальным вниманием своих родителей, до почти самостоятельной шпаны. И почти шпаны. И все при деле. Дело, безусловно, важное и серьезное. Требующее, пожалуй, самой полной отдачи и себя, и всех своих сил. И времени. Естественно исключим из такого важного дела мам и пап. Естественно. Эти не в счёт. Куда уж им.
 
Каким это ветром вдруг, от столь занятой и старательной в своем важном и серьезном деле ребятни, отделилась, порывом, их мельчайшая частица – пучерукая и шустроногая девчонка, и, раскинув струйки русых кудрей по ветру, понеслась к клумбе, оставим на совести ветра. Но, раз мама ее, для которой не стала неожиданной, а даже привычна такая неожиданность, ни сколь не смутилась, то быть посему.
Хотя, вполне явно, что это именно легенькая голубенькая курточка на девочке. Надувшись в неуместном застое, встрепенулась и полетела куда-то, подзадоривая и подталкивая капюшоном вперед, куда-то вперед. Хотя и вполне явно, что это красно-беленькие ботиночки, на девочке, устали стоять стоймя, да дали ходу вдаль. На то они и башмачки. Но, так или иначе, девочка уже топорщилась как всегда удивленными и восхищенными глазками, небесной синевы, на созревший в куче собратьев одуванчик. Вероятно очень вдумчивое и мудрое вырвалось в возгласе ее, на уведенное. Вероятно очень меткое и значительное, пусть и не всем понятное, не всем дано ведь и услышать, сквозь едкий гул подобного же в округе, от столь же внимательных и мудрых естествоиспытателей. Вероятно.
А курточка уже влетала в самую гущу цветника, а башмачки уже вскарабкались в самую цветастую жижу. Девочка присела. Курточка взмахнула рукавами в стороны, и голосок из нее опять превознесся над всей площадкой. И птицы на миг умолкли. И ветерок вмиг утих. И ручонки юной прелестной особы растопыренными пальчиками усердно и метко выхватывали пышный беленький цветочек. Пыжась сорвать.
 
- Дуй.
Подоспев к дочке, произнесла ей мама. Настороженно глядя на дочь, и любуясь ее зачарованностью цветком.
- Ну же, вот так.
Показав оглянувшейся впопыхах доченьке резкий короткий выдох, из скрученных трубочкой губ.
 
В мимолетный миг детского раздумья, что отразился лучезарной улыбкой девочки маме, естественно было недоумение лишь одним. Неуместной подсказкой. Нет, оно конечно, оно бы и нужное, оно приятное и вниманием, но оно лишнее. Лишнее спешкой. Понятно, что, что делать известно и курточке самой, да и башмачки прекрасно сами справляются. Но, просто, вот дунуть-то на цветок, а не вдуть его в себя, тут уж много ума не нужно. Дело времени. Ротик знает сам, носик знает сам. Ну и ладно! И детство дует. Дует еще неуверенно, еще ведь в первый раз, но так привычно и легко, что это ему не впервой.
 
Стайка парашютиков одуванчика взмывает в весенний безоблачный день, вспорхнув от дуновения на их соцветия, и ринувшись в полёт, подхваченная ветерком, по двору. Под звонкий раскатистый смех, и мамы, и дочки. Внеся радость такому неожиданному для курточки и башмачков событию. Взоры и веселье остальной одежки детства, занятого до того своим весьма важным и нужным, и серьезным занятием, теперь вовлечены в этот полёт. Парашютики дружно взмывают над площадкой. Будь у них ручонки, так же бы непринужденно и, как положено, приветствовали свободу свою. И пусть нет у них башмачков, улепетывают вдаль.
 
Проехавшая мимо такси, спешащее на вызов к клиенту, подбросило их потоком ветра от лобового стекла, кинувшего солнечных зайчиков. И парашютики разлетаются кто куда. Кто и застрял уже в дворниках стекла авто, кто и прочь выскользнул. И, сквозь сочную зеленью свежую листву аллеи каштанов, кто и взвил ввысь над домами. Провожая лик солнца с небес, к горизонту.
 
Все они и каждый несут в своем полёте, явно, что-то важное, явно, что-то серьезное, и явно, что-то значимое уже не только детству. Не только своему. Все они и каждый несут с собой и собой семя. Семя того самого цветка. Того самого, что возродило их всех, и каждого, в том самом возрождении и воскресении весны. Весны всей природы. А в семени память, что же еще. И здесь без подсказки, что явно и самому семени. И этот полёт – так же. А, возможно, что только полёт. Возможно и явно. Ведь чаще, что далее этого полёта ничего и не будет. Возможно и явно. Не все и каждый смогут удачно доставить своё семя до важного и серьезного для всех места. Места для новой весны. Места для вновь новой жизни.
 
Упал во дворе, вот, один парашютик из всех. Упал прямо в лужицу. Упал на асфальт. Упало с ним семя его. Прямо в лужу и – в смолы и камень. Упавшее в грязь. Так вскоре, достаточно быстро, достаточно мельком скользнёт мимо лето. Покроет и осень листом тем, что был еще в памяти сочно зеленым и свежим, и пал уж пожухлый с ним прежний полёт. А поверх зима бросит наледь. В таком же беспамятстве слягут снежинки, того же полёта в себе своего позабыв. Не каждая пусть и не каждый, но каждому будет размыто – когда растворяется память, и в луже, в воде, и в метелях. И в шествии поверх людей, и всей вечности дней. В череде, в прохожих по льду тротуара, той самой когда-то, что луже, в которой теперь притаился взлетевший из детства.
 
Он видеть мог тем, что он слышал. Он слышать мог тем, что он мог ощутить, соприкасаясь. Не зная, что мог. Потому и не зная того, что не смог бы.
 
Пробегут по нему башмачки, но уже повзрослевшие, уже утепленные для зимы сапожки. Рождая лишь отголосок вскарабкавшихся прежде в клумбу ботиночек. Скользнут скрежетом льда коньки, в виртуозном фуэте, изящно ножкой, кружащейся по двору в новогодний вечер девушки, в наряде снегурочки. Проскользнут, путаясь друг в дружке, и мама и мапа и детки одного счастливого семейства. Постукивая клюкой, проковыляет, по нему, укутанная в шаль, под пальто, пенсионерка. Ворча что-то себе под нос. Путешествуя в соседний подъезд к подруге детства. А промерзшая до камня память, теперь, угаснет в толще скрюченной грязи.
 
Наступит весна ли? Вновь? А этому лужа в неведении. И этому.
 
А есть ли уже тот парашютик, под хлипкой толщей воды, в ее гуще скукоженной льда, неизвестно нам.
 
И вновь и впервые случится, что канет зима. И вновь и впервые случится, весна что пришла. В просторах ли горного плато Тянь-Шаня, в косе ли прибрежной, вернувшейся вновь в берега Миссисипи. На склоне ли бора соснового, у родника, или в джунглях Непала – на выкорчеванном прирученными слонами, уж три года как, раскинувшемся промеж тропиков лугу, или, попросту, на клумбе жилой многоэтажки, в спальном районе города Курска, расцвёл одуванчик.
Ни солнца лучи, распекая сгрудившийся над ним лёд, сковавший его. Ни бег ручейка, что унес его в клумбу, в беспамятстве. Ни даже шум-гам ребятни, вновь хватко площадку свою оккупировав детством, в свой в нём первый раз. Ни даже полёт, о чем память хранит отголосок лишь. И даже ни жгучий порыв любопытства дочурки, сыночка, ни мамы, ни папы. Ни стёг дуновения ввысь. Нет – ни что это не стало той силой, той волей, что так же, как прежде, опять даст тот самый полёт.
 
Лишь вечное в свете, во мраке, лишь точное в жизни, и в смерти, лишь страсть поделиться всем, в семени, с теми, кто в нём – кто будет ещё, кто вновь не был ещё, кто станет способным из семени семени внять.

Свидетельство о публикации № 34777 | Дата публикации: 04:23 (07.03.2021) © Copyright: Автор: Здесь стоит имя автора, но в целях объективности рецензирования, видно оно только руководству сайта. Все права на произведение сохраняются за автором. Копирование без согласия владельца авторских прав не допускается и будет караться. При желании скопировать текст обратитесь к администрации сайта.
Просмотров: 164 | Добавлено в рейтинг: 5

Всего комментариев: 8
0
5 Sibirjakov   (04.04.2021 07:50) [Материал]
Арт,наставил плюсов говну)рейтинг,конечно, тут  wink

0
6 マスター   (09.04.2021 10:50) [Материал]
Рейтинг здесь простой как бабло - Сибиряков и еще некоторые ставят в рейт Имя им Легион,  например, далее админ называет это говном и обнуляет. Вуаля.

0
7 volcano   (09.04.2021 12:56) [Материал]
Страшный форрайтерский секрет.

0
8 マスター   (09.04.2021 13:39) [Материал]
Сразу видать, и оно радует, что Вулкано ни сном ни духом о секретах Союза писателей России))

0
3 lordsergik   (25.03.2021 15:44) [Материал]
Рейт, бро!

+1
4 マスター   (25.03.2021 18:06) [Материал]
Ты хотел сказать стейк, бро)))

Спасибо.

0
1 Джубал   (08.03.2021 02:22) [Материал]
О, это мне знакомо. Бывают такие произведения, которые оставляют отпечаток образов в...душе если хотите. Эти строки рождают эмпатию понимания, эмпатию глубинных ощущений. То что автор описал - это прекрасно. Даже несмотря на то, что текст не легок - а возможно, по другому и нельзя было...
В рейтинг

0
2 マスター   (08.03.2021 02:51) [Материал]
Спасибо. Да, я это увидел еще в дуэли, многим пришлось по душе, и это бесподобно радует.
Здесь на сайте мы можем и поделиться, особенно когда нам всем может оказаться полезным, поделиться тонкостями и нюансами собственных произведений. Хотя, мне самому это - оказалось открытием после, после написания, и мест таких я нашел три. Полюбуйтесь-ка:-)



Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи....читать правила
[ Регистрация | Вход ]
Информер ТИЦ
german.christina2703@gmail.com
 
Хостинг от uCoz

svjatobor@gmail.com