» Проза » Ужасы

Копирование материалов с сайта без прямого согласия владельцев авторских прав в письменной форме НЕ ДОПУСКАЕТСЯ и будет караться судом! Узнать владельца можно через администрацию сайта. ©for-writers.ru


Тест для чудовища.
Степень критики: уместная.
Короткое описание:

Кто отвязал её от кровати?...



...Ночь так длинна. Длинны и недвижны лунные тени, тянущиеся вслед за иссохшими деревьями, словно отброшенные на снег черные плащи. Казалось, что даже и само небо устало в своём бесконечном обороте вокруг полярной звезды и застыло в безмолвной летаргии зимней ночи. Во всяком случае, четко различимый большой квадрат созвездия "Пегаса " висел над крышей старого, больничного блока уже целую вечность.
В границах созвездия мерцала странными, красноватыми всполохами звезда Алголь, (в которой древним астрологам Греции мерещился живой глаз на мертвой, отрубленной голове медузы-Гаргоны удерживаемой в руке "звездного" Персея). Во всех толкованиях прорицателей прошлого, звезда эта в моменты наивысшего сияния, была предвестником страшных бед.
Войны, голод, моровые язвы следовали за светом злой звезды как чумные крысы за зловонием нечистого города. И, если бы на это небо сейчас мог бросить взгляд китайский звездочёт (на языке которого звезда прозывается - Тсиаш Ши (свалка трупов), или арабский астроном который бы именовал её ал-hулпьа (чудовище), то человек бы тот застыл от безумного ужаса, ибо свет Алголь, обычно слабый и еле заметный, здесь и сейчас был безжалостно ярок.
Даже белый саван, снежного наста, покрывающий больничный парк и крышу старой психиатрической лечебницы был окрашен сейчас этим светом в кроваво-алую багряницу. Даже луна, ночное зеркало солнца, ныне виделась как алая, рваная рана на теле черной, бездонной пропасти неба. Не слышалось ни вороньего крика, ни иного звука в этом кровавом мареве. И не было ни одного иного источника света кроме красного глаза Аль-гуль. Даже старинные газовые фонари погасли как один, отдав аллеи больничного парка во власть багряной тьмы. Мир застыл вглядываясь во тьму, а тьма смотрела в душу мира.
Так же недвижимо, как и все вокруг, у незашторенного провала окна пятого этажа психиатрической лечебницы имени Святого Лазаря, стояла девушка. Нескладная, угловатая фигура одетая в больничную рубашку недвижимо застыла вглядываясь в мерцание звезды. До невозможности худые руки со следами инъекций на сгибах локтей безвольно опущены. Лица не рассмотреть из-за растрёпанных, светлых волос казавшихся сейчас красными в свете пульсара. Давно ли свет звезды пробудил её и как долго она стоит здесь с широко распахнутыми глазами?

Кто отвязал её от кровати? Или же она сама смогла выпутаться из ремней? Этого она не помнила. Странное дело, звезда казалось гипнотизировала её, казалось взывала к самой её душе и девушка стояла в странном оцепенении, как сомнамбула, даже не чувствуя босыми ногами холода  пола. Ночь так длинна и чем дольше она всматривалась в мигающую точку звезды, переливающуюся всеми оттенками крови, тем больше и больше стыла её душа в предчувствии неминуемой беды.

Звезда словно расширялась. Её мертвенная пульсация усиливалась и стала проникать уже и в само сознание девушки всё более, и более маня шагнуть с подоконника навстречу этому свету. И если бы окно в стационарном корпусе психиатрической больницы могло открываться, и если бы оно не было забрано в тонкую, но частую решетку, возможно именно так она и поступила бы. Она порывалась отвести взгляд, зажмуриться и даже пыталась отойти в глубь комнаты чтобы Алголь, скрылась от её немигающего взора, но увы, помимо её воли, глаза были открыты широко, до боли, и мертвенный свет Алголь находил её даже в самом отдалённом углу больничной палаты.

Смутное предчувствие подступающей беды нарастало. Гремучая смесь из крови и психотропных препаратов (которыми её накачивали каждую ночь), стыла в жилах замедляя удары сердца.
Тук. Тук. Тук.
Сердце стучало так сильно и громко... Казалось эхо этого стука металось уже по темным коридорам старой больницы гулким обертоном. Отчего дежурные санитары, делавшие ежечасные обходы по ночам, ещё не сбежались на этот стук? Отчего в тяжелой двери, оплеванной и исцарапанной, ещё не открылось узкое смотровое оконце? Девушка мучительно напряглась, пытаясь повернуть голову, чтобы бросить взгляд на дверь. Сантиметр, второй.. Не-е-ет! В противовес мысленному желанию повернуться к двери в голове зазвучала немыслимой силы приказ: "Смотри на меня!".

И шея девушки в деревянной конвульсии повернулась обратно и с хрустом вытянулась вперёд подобно шеи цапли, а глаза и так широко распахнутые буквально взорвались от рези до судороги напряженных мышц, пытающихся разжать веки до предела. Она застонала содрогаясь в беззвучном хрипе, потому что закричать не могла. Теперь парализующая пульсация звезды усилилась многократно.
Смо-о-о-три на ме-е-ен-я-я! И она смотрела. Смотрела как никогда и ни на что доселе. И тогда в её незащищённую волей душу хлынули, затопив остатки разума, световые миазмы липкой, кровяной тьмы. Как паук прокусывая хитин впускает в тело мухи яд разлагающий плоть внутри жертвы, так и звезда потоками жгучего яда устремила свой чудовищный свет сквозь распахнутые глаза в самую душу девушки. И душа её тонущая в субстанции отчаяния, страха и безысходности превращалась в ту питательную, сладкую массу гнили, которую так любят пауки. А затем, когда души больше не стало, звезда прильнула к самым её глазам и высосала то, во что она превратилась, без остатка...
Когда девушка очнулась, в палате всё ещё было темно. Она лежала на полу, а чуть выше проём окна светился обычным лунным светом зимней ночи. Застонав, она попыталась приподняться, но ладонь внезапно поехала на чем-то скользком и девушка опрокинулась на спину. Она поднесла ладонь и посмотрела на неё.
Кровь?!
Крови было много, на полу была липкая лужица и её больничная рубашка вся была пропитана ею насквозь. Девушка в ужасе закричала, но из её рта вырвался лишь булькающий хрип. Она поднесла руку ко рту и вновь зашлась в хрипе и бульканье, кровь шла из глубоко прокушенного и уже опухшего языка. Вероятно, она прокусила его при падении. Нужно позвать санитаров, нужно...
Тук-тук-тук.
В стекло оконной рамы кто-то постучал.
Тук-тук-тук.
Девушка осторожно приподнялась и выглянула в окно. Снаружи, на старом облезающем белой краской карнизе окна сидел ворон. Он был огромен! Размером птица втрое превышала обычного ворона и была сравни крупной собаке. Иссиня-черные перья напоминавшие черный плащ и большой гранённый клюв придавали ворону сходство с чумным доктором средневековья. Ворон смотрел немигающими черными глазами обрамленными красной бугристой кожей и периодически стучал острым, твёрдым клювом в стекло. Тук-тук-тук.
Девушка взмахнула рукой, пытаясь напугать птицу, но та, напротив, казалось оживилась. Крошечные для такого огромного черепа глазки уставились на девушку и она вдруг услышала в своей голове шелестящий голос:
"Стол накрыт и ужин ждёт,
скоро праздник к нам придет
разрешила наша мать
человечью плоть клевать"
Затем ворон повертел своей безобразной головой по сторонам словно оглядевшись, и в голове вновь зазвучали слова:
- Впусти меня пока не прилетели мои сёстры. Мне нужен лишь твой правый глаз и вкусный кусочек мозга. А они расклюют тебя всю, изглодают твою плоть. Ты же не хочешь выглядеть в гробу некрасиво? Впусти меня скорее.
Девушка отшатнулась.
- Впусти меня, впусти меня. Ты всё равно мертва, наша хозяйка выпила твою душу до капли. До капли!
Впусти меня, мой сильный, острый и длинный клюв, пробьёт твою глазницу с одного удара и глубоко войдёт в твой мозг. Ты уснёшь сразу, без мучений.
А в старом морге лечебницы тебе вставят стеклянный, блестящий глазик и твои похороны будут красивыми и пышными.
Девушка в ужасе пятилась от окна к двери, а ворон за окном бесновался и долбил клювом в закалённое стекло пытаясь проникнуть внутрь.
- Дрянь, дрянь. Падаль. Падаль. Мои сестры будут расклевывать тебя долго, долго мучатся будешь. Ты будешь похожа на мышь попавшую в мясорубку. Твоя мама расстроится, увидев тебя такой в гробу. Лучше впусти меня и ты умрёшь быстро. Ты же не хочешь расстроить свою маму? Впусти меня падаль. Падаль.
Толстенное, противоударное стекло от ударов твердого клюва уже было покрыто сетью трещин. Оцепенелый ужас перерос в панику и девушка заколотила в толстую, обшарпанную дверь изо всех сил надрываясь в надсадном хрипе.

На карниз рядом с первым опустился ещё один ворон и также принялся долбить в стекло. Потом ещё один и ещё, и ещё, и ещё... Вся поверхность гнилого деревянного карниза уже представляла из себя колышущую, чёрнопёрую массу жутких птиц одержимо рвущихся внутрь. Ещё пара секунд и стекло лопнуло осыпавшись мелкими фрагментами осколков. В окно вместе с ледяным порывом ветра ворвалось оглушающее карканье беснующейся стаи. Теперь их отделяла от девушки лишь металлическая сетка, частая, но тонкая. И девушка ни на секунду не перестававшая барабанить в дверь, к своему ужасу увидела что гротескные, гипертрофированные клювы дьявольских созданий с каждым ударом оставляют в сетки быстрорасширяющиеся прорехи.
- Падаль, падаль, падаль. Расклевать. Расклевать. Расклевать.
Одна из птиц сумела таки пробить достаточно широкую дыру что бы просунуть сквозь ячейки решетки свою уродливую голову.
Голова в кровавых ошметках кожи разорванной о края прорехи, закаркала в победном триумфе.
- Падаль. Падаль. Падаль. Падаль. Выклевать глаза. - отозвалось в голове.
Чувствуя что теряет сознание от ужаса, находясь уже на грани безумия, девушка не помня себя подскочила к окну и схватив с пола длинный осколок стекла, ударила зажатым в руке осколком по каркающей голове - раз, другой, третий. Птица кричала и пыталась влезть в палату целиком, но сетка всё ещё держалась.

Удар, ещё удар.

Девушка била не глядя, осколок глубоко врезался в ладонь взрезав плоть до кости, но она била и била визжащую и извивающуюся тварь без остановки. И когда та с разрубленной трахеей и выколотыми глазами конвульсивно задергала окровавленной головой и обмякла, грузно повиснув на решетке, вдруг установилась полная тишина. Все остальные бестии прекратили рваться внутрь и застыли вглядываясь в темноту палаты. Их по рыбьи пустые взгляды не выражали никаких чувств. Словно стеклянные бусины, черные глаза просто следили за каждым движением девушки и казалось чего-то ждали.

Опираясь израненными ладонями о пол, она стала пятиться от окна обратно к двери до тех пор пока не упиралась в неё спиной, а птицы в полном молчании всё так же неотрывно глядели на неё блестя черными глазками.
Девушка вздрогнула, из коридора раздался гул поднимающегося лифта и через минуту лязгнув тросами кабинка остановилась на её этаже. Послышался скрип отодвигаемой решётки защитного ограждения и чьи-то неспешные шаги, приближающиеся к её палате.
Всё ближе, ближе и вот уже сквозь старое, помутневшее стекло смотровой щели заплясали отсветы огня от приближающейся керосиновой лампы. Девушка обессиленно вскинула окровавленные руки ко входу и застонала с надеждой глядя на дверь.


Крэнг, крэнг - поскрипывали деревянные половицы всё ближе и девушка привстав с пола заколотила кулачком дверное полотно. Шаги смолкли совсем рядом. Приподнявшись, девушка всмотрелась в узкую полоску мутного стекла смотрового оконца. Кто-то стоял с той стороны двери. Девушка увидела размытую гигантскую фигуру одетую в белых халат и керосиновую лампу стоящую на полу. Силясь разглядеть лицо пришедшего девушка приблизила глаза к самому стеклу.
- Санитар Корбин? Санитар Матей? Это вы? Она попыталась проговорить эту фразу, но послышалось лишь мычание.
Внезапно стекло потемнело, кто-то с той стороны двери так же вглядывался в темноту палаты.
...Когда проснувшийся от жажды человек, в кромешной тьме, потянувшись было за стаканом воды нащупывает вместо гранённого стекла скользкое, холодное, чешуйчатое тело змеи - человек тот не сразу отдергивает руку. Некоторое время требуется для осознания, несколько мгновений непонимания проходит в осязании мерзкой плоти смертельно опасной твари уже примеряющейся к броску и укусу. И даже когда человек резко отдёргивает руку с криком безумного страха, в его сознание не сразу поступает понимание того что за смертельный ужас таиться во тьме.
Так и девушка, внезапно отпрянув от двери с хрипом ужаса ещё не до конца осознала что смотрело на неё сквозь оконце. Огромный, черный, вертикальный зрачок в обрамлении желтого круга радужки. Глаз огромного, гигантского зверя!
Что ты наделала, падаль? - раздался из-за двери рычащий с присвистом голос.
Вороны услышав этот голос возобновили сумасшедшую вакханалию и в исступлении запели нечто жуткое, перевирая текст детской колыбельной:
- Зверь за дверью, дикий зверь.
Он сожрёт тебя поверь.
Придёт серенький волчок
И укусит за бочок.
Кранг! - В массивном, ржавом замке провернулся ключ.
- Я иду за тобой, падаль!
Вороны за окном возликовали.
Бах! От чудовищной силы удара, взвизгнув раскрылись двери палаты.
В дверном проёме, освещенная слабым светом керосинового фонаря стояла огромная фигура лохматого волка. Стоя на задних лапах, порождение ночных кошмаров доставало кончиками острых ушей до притолоки двухметрового проёма двери. Медленно, очень медленно волк повернул свою косматую голову в сторону вжавшейся в угол палаты девушки. Его пасть раскрылась распространяя по палате зловонное дыхание падали.
- Что же ты молчишь, дрянь?
Девушка забилась в самый дальний угол. Её ноги беспорядочно елозили по скользим доскам пола, стремясь вжать, втиснуть в стену как можно глубже бьющееся в судорогах панического безумия тело.
Волк сделал шаг внутрь палаты. Чёрный, страшный.
Черные когти задних лап клацнули по доскам беленного пола.
Клац.
Ещё один шаг. Клац.
Клац.
Девушка зажмурилась. Не смотреть! Не смотреть и тогда может быть этот кошмар уйдёт, оставит её как оставляли её ночные кошмары когда в детстве она пряталась от них с головой под одеяло.
Клац.
Кап. Кап.
Нечто тягучее, влажное, горячее коснулось руки. Не открывать глаза! Не открывать! Кап. Кап. Зловоние.
Чудовищное зловоние из утробы волка. Зловоние из пасти ощерившейся над ней.
- Открой глаза падаль. Я хочу чтобы ты видела свою смерть. Я хочу чтобы ты видела как я буду урча разрывать твоё белое брюхо и пожирать твою дымящуюся печень.
Не открывать глаз. Не открывать. Зажмуриться так же крепко, как жмурилась она в детстве слушая рассказы покойного отца, когда тот возвращался с охоты. Отец любил рассказывать страшные вещи, которые с ним там якобы приключились.
- Открой глаза падаль! - Рёв волка был так силён, что бесновавшиеся за окном вороны испуганно утихли.
Девушка вдруг вспомнила. Она вспомнила одну из рассказанных когда-то отцом историй.
"Знаешь доча, сегодня на меня в лесу напал волк. А ружьё как на грех дало осечку. Но не таков твой папка, чтобы дать себя сожрать какому-то волку. Он кинулся на меня и схватил за кисть руки, а я вместо того чтобы вырывать у него руку всунул её ещё глубже ему в глотку. Вот так - и отец показывал как засовывает руку по самое плечо в глотку волка.
А затем оставалось только сжать волчий желудок покрепче да вырвать его наружу. И папка показывал как он выдирает волку внутренности. Матушка тогда очень ругалась на него, за такие истории.
- Ну-у, падаль. Ты все равно распахнёшь свои глаза, когда мои зубы вгрызутся в твою плоть.
И волк наклонился ещё ниже открывая свою дышащую жаром пасть максимально широко.
Всё так же держа глаза крепко закрытыми, девушка выкинула обе руки вверх. Туда откуда падала вязкая слюна, туда, откуда несло невыносимой вонью.
Разрезая руки о острые клыки, девушка глубоко погрузила их в пасть волку и зажав ладонью правой корень языка волка, продолжила левой погружаться всё глубже и глубже.
- А-а-ашшшш - волк инстинктивно попытался избавиться от рук, которые глубоко вошли в его пасть.
- А-а-ашшшшш- когда у него не получилось изблевать эти руки и отскочить от крепко державшей его девушки, он попытался сжать челюсти чтобы откусить ей руки. Но девушка, погрузила свою левую руку практически по самое плечо, и волк физически не мог сжать клыки. Тогда он оперся о тело девушки передними когтистыми лапами и стал бить её в грудь пытаясь оттолкнуть от себя.
Ночная рубашка девушки тут же оказалась изодранной вместе с кожей груди в которую били лапы волка.
Глубже, ещё глубже, до самого волчьего желудка. Девушка почувствовала как ладонь погружается в нечто едкое, в нечто полное какой то мешанины. Волчий желудок. Она не могла и надеяться подобно отцу, вырвать желудок волку. У ней попросту не было для этого сил. Но вот её рука нащупала в непереваренном содержимом волчьего желудка длинную кость. Кость была острой с одного конца. Девушка даже поранила руку когда ощупывала её.
Волк, задыхавшийся и сотрясающийся от рвотных позывов всё бил и бил её лапами в грудь.
Ухватив кость покрепче, девушка начала колоть ею стенки волчьего желудка. Рвать, кромсать, наматывать их на острый конец. Волку стало не до девушки, его выворачивало, задние лапы конвульсивно скребли пол. Передними он раздирал свою исходившую потоками крови и пены пасть, стараясь открыть её шире.
Долгая минута волчьей агонии.
Когда тело зверя обмякло, а глаза стали стеклянными. Девушка вытянула свои израненные, обожженные кислотой руки.
Вороны за окном потрясенно молчали. Затем как по команде отшатнулись от подоконника и развернув черные крылья устремились к дальним деревьям старого парка.
Из порезанных о волчьи клыки рук толчками выплескивались алые ключи артериальной крови. Из груди, глубоко пробитой длинными волчьими когтями при каждом болезненном вдохе с кровавыми пузырями выходил воздух.
- И всё таки, я не дала вам клевать мои мозги. Всё таки вы не сожрали мою печень...
2.
- Вот сюда, сюда дорогой мистер Уиллис. Прошу Вас.
Сверкавший белизной пластика и серебром хрома коридор "психиатрической клиники имени Святого Лазаря" был щедро залит солнечными лучами, свободно проходившими сквозь широкие, панорамные окна выходившие во внутренний дворик.
- Подождите, Патрик. Позвольте мне полюбоваться немного.
Мистер Уиллис, пожилой, но всё ещё крепкий мужчина, подошел к оконному проёму и посмотрел на раскинувшееся внизу великолепие нового больничного парка: ровные, ухоженные кроны пирамидальных туй, зеленая, сочная трава газонов, красивые дорожки из белого кирпича.
- Да-а, всё же муниципалитет и меценаты при строительстве этой больницы не пожалели денег. Как же все красиво. Мистер Уиллис, был обладателем шикарных, седых усов а-ля "Альпийский пастух" и обладателем не менее же пышного титула в сфере психиатрии. Его новое назначение на пост заведующего новой клиникой, теперь казалось ему не таким уж и скверным событием.
- Да мистер Уиллис, а ведь ещё год назад на месте больницы был заброшенный пустырь. Наша больница это гордость штата. Современные, комфортабельные палаты. Новейшее оборудование. Всё новое, с иголочки. Я думаю вам, как выдающемуся специалисту в области психотерапии будет очень приятно работать у нас.
- Что же, Патрик, да. У меня уже поднялось настроение несмотря на изнуряющий перелет. Но пожалуй довольно, теперь время познакомится с персоналом и пациентами. И начнем мы, пожалуй, с той безумной, из-за которой поднялось столько шумихи, и из-за которой пришлось ужесточить режим здесь, а также внести поправки в служебные инструкции для охраны по всей стране. Где вы её держите?
Патрик тут же обрёл мрачную сосредоточенность и взмахом руки предложил мистеру Уиллису следовать за собой.
- Понимаете уважаемый профессор... То ужасное, что случилось здесь в ту ночь, месяц назад, и сейчас ещё требует дорасследования. Вы наверное уже слышали подробности?
- Да, но лучше будет услышать пересказ от вас.
- Да особо рассказывать нечего. Пациентка Мария О'хара, поступила два месяца назад. Маниакально-шизофренический психоз. Родные оплатили лечение и дали согласие на психокорректирующую хирургию, в случае если традиционное лечение не поможет. К сожалению, оно и не помогло...
На утро, следовавшее после ночной трагедии, ей должны были сделать фронтальную лоботомию.
Мы не знаем доподлинно, что послужило катализатором для срыва. В бреду Мария твердила что то о красной звезде. Возможно что красный, ограждающий фонарь на стреле башенного крана, находившегося на стройке в квартале от окон палаты и вызвал этот срыв..
Мы доподлинно не знаем. Знаем только, что ей удалось каким то непостижимым образом разбить пуленепробиваемое, армированное стекло и втянуть в свою палату маляра который работал в подвесной люльке за её окном. Она всего его искромсала осколком стекла! Боже, это было ужасно! Она на нём живого места не оставила!
Затем, прибежавший на крики о помощи санитар, попытался оттащить её от жертвы, но она... Но она... Она смогла протиснуть ему руку прямо в пищевод, о боже, и.. Я понимаю это кажется невозможным...
- Да не тяните же!
В общем она изрезала ему желудок изнутри каким-то инородным предметом. Мы не смогли доподлинно установить чем именно. Эта девушка настоящее чудовище! Бедный, бедный мистер, Вульф.. У него остались жена и двое детей. Такая трагедия.. Потом она зачем-то изрезала себе вены на руках и вероятно осколком стекла исколола себе грудь. Чуть не истекла кровью.
- Да-а... Странная история.. Разбить новый антивандальный стеклопакет, да ещё и армированный?! Протиснуть руку санитару в пищевод?! Я непременно займусь этим делом сам, детально расследую.
- Мистер, Уиллис, сэр, м-м-м, (Патрик как то боком, по вороньи придвинулся к Уиллису поближе), не стоит сэр ввязываться в это. Мы с трудом замяли скандал... Репутация больницы...
- Мистер Патрик, как вновь назначенный заведующий клиникой, уверяю Вас, что я начну расследование и оно будет доведено до конца. Точка.
Мистеру Уиллису на секунду показалось что в глазах Патрика проскользнула ненависть. На секунду показалось, что глаза Патрика пожелтели. У мистера Уиллиса даже появилось ощущение, что рот Патрика, вот-вот разинется в вороньем крике. Но нет. Чего только не покажется от усталости после долгого перелета..
Дверь последней палаты была отмечена предупреждающей, красной табличкой. "Внимание, повышенная опасность". Мистер Уиллис посмотрел на свою новую пациентку через прозрачную дверную вставку из толстого стекла. Просторная палата, задрапированная в мягкую зеленоватую обивку была практически пуста. Лишь в центре палаты, худенькая, бледная фигурка связанная толстыми ремнями, утопала на мягкой, массивной кушетке. Яркий свет люминесцентной лампы позволял разглядеть малейший детали её спокойного, отрешенного лица.
- Лоботомию не проводили, полагаю?
- Не-е-ет... Руководство оставило решение до конца расследования.
- Очень хорошо. Идемте дальше - и мистер Уиллис бросив последний взгляд на свою будущую пациентку, зашагал к лестнице.
Патрик прижался лбом к холодному стеклу и из его рта вырвалось каркающее:
- Ну что, теперь ты довольна, падаль? Ничего, скоро поквитаемся.
Девушка не показала что услышала его. Она лежала на деревянных нарах в центре обшарпанной, облезлой комнаты и несмотря на глубоко впивавшуюся в кожу рук проволоку, которой её связали, улыбалась. Ей вспоминались слова отца, рассказанные им после очередной охоты:
- Однажды, меня поймала целая стая волков. Они не разорвали меня сразу, хотели придумать муку посильнее за убитого мною собрата. Они связали меня посреди поляны найденной где-то проволокой, и уже собирались было меня казнить. Но не таков твой папка...


Свидетельство о публикации № 32061 | Дата публикации: 23:17 (22.02.2018) © Copyright: Автор: Здесь стоит имя автора, но в целях объективности рецензирования, видно оно только руководству сайта. Все права на произведение сохраняются за автором. Копирование без согласия владельца авторских прав не допускается и будет караться. При желании скопировать текст обратитесь к администрации сайта.
Просмотров: 208 | Добавлено в рейтинг: 0

Всего комментариев: 15
+1
15 juggernaut   (09.05.2018 11:21)
Полный финиш. Годная работа. Местами завораживает. Только в начале про звезду немного сумбурно написано. Восприятие мира абсолютно сумасшедшей девушкой. Как она пробила пуленепробиваемое стекло? Да легко. Она же невероятно безумна. Как я понимаю у нее наследственная патология, доставшаяся от отца.

+1
12 vash_ukus   (25.02.2018 08:39)
мне нравиться)

0
14 zorin   (25.02.2018 09:41)
Благодарю Вас, за отзыв.

+1
11 NekoEkz   (25.02.2018 05:38)
"длинна. Длинны" подумайте над заменой
"незашторенного провала окна" провала можно убрать
"больничную рубашку недвижимо застыла вглядываясь в мерцание звезды." неподвижно, и может пусть она устремит взгляд на необычно яркую звезду 
"холода стылого пола. " можно убрать холода или наоборот стылого, раз чуть позже душа стыла
"Казалось эхо этого стука металось" металось не очень подходящее слово
"девушки в деревянной конвульсии " звучит странно
" взорвались от рези до судороги напряженных мышц, пытающихся разжать веки до предела." упростите предложение
"Снаружи, на старом облезающем белой краской карнизе окна сидел ворон. " может лучше с облупившейся краской? и карнизы обычно железные
"- Кыш" она ведь не может говорить, почему это прямая речь?
"Толстенное, противоударное стекло от ударов твердого клюва уже было покрыто сетью трещин. " противоударное и удары
"мелкими фрагментами осколков" фрагментами можно убрать
" ударила зажатым в руке осколком по каркающей " и ударила им по каркающей
"до тех пор пока не упиралась в неё спиной, " упиралась не подходящее слово
"Девушка обессиленно вскинула окровавленные руки ко входу и застонала с надеждой глядя на дверь." она упёрлась в неё спиной
"заколотила кулачком дверное полотно."  не хватает "в"
не согласна с мутным смотровым оконцем, по моему через него все должно хорошо быть видно
"Когда проснувшийся от жажды человек, в кромешной тьме, потянувшись было за стаканом воды нащупывает вместо гранённого стекла скользкое, холодное, чешуйчатое тело змеи - человек тот не сразу отдергивает руку. Некоторое время требуется для осознания, несколько мгновений непонимания проходит в осязании мерзкой плоти смертельно опасной твари уже примеряющейся к броску и укусу. И даже когда человек резко отдёргивает руку с криком безумного страха, в его сознание не сразу поступает понимание того что за смертельный ужас таиться во тьме." не согласна с этим отступлением, оно сбивает напряжение ощущение драмы
"Кранг" что это за звук такой?
"зажав ладонью правой корень" лучше убрать ладонью
"когда у него не получилось изблевать эти руки и отскочить от крепко державшей его девушки," нужно пересмотреть предложение, и знаки препинания в прямой речи
Если волк навис над ней, и она засунула ему руки в глотку не логичнее ли что он царапал ей спину, он большой, хватило ли ему места для размаха лап?
"пышного титула в сфере психиатрии." не подходящее слово, и опять же отсутствуют знаки пр пения прямой речи
" обрёл мрачную сосредоточенность" обрёл не то слово
" На секунду показалось, что глаза Патрика пожелтели" глаза Патрика повторяются в двух предложениях
" У мистера Уиллиса даже появилось ощущение, что рот Патрика, вот-вот разинется в вороньем крике. " не представляю как могло возникнуть такое ощущение, Патрик в каждом предложении, замените его на санитар или кто он там
"лампы позволял разглядеть малейший детали " малейшие
"Руководство оставило решение до конца расследования." лучше отложила эту меру
Рассказ очень понравился, написано хорошо, сюжет есть, продолжайте в том же духе)))

0
13 zorin   (25.02.2018 09:41)
Благодарю Вас, за столь подробный разбор. Очень ценно. Буду думать по всем пунктам.

0
9 Суселлл   (23.02.2018 17:55)
В первом абзаце зря вы так, автор, о созвездии пегаса. Ну разве что это потом сыграет какую=то роль... А так это да, не более чем хвастовство, либо же просто сделанно для предания тексту атмосферности. Но такие вещи добавляют лишь заумности... я например не помню, что за Пегас, и вряд ли кто-то полезет смотреть из-за вашего текста, и просто не поймёт, как это должно выглядеть.
Цитата
И, если бы на это небо сейчас мог бросить взгляд китайский звездочёт (на языке которого звезда прозывается - Тсиаш Ши (свалка трупов), или арабский астроном который бы именовал её ал-hулпьа (чудовище), то человек бы тот застыл от безумного ужаса,
Также абсолютно лишнее занудство.
Цитата
Даже белый саван
Весь абзац с вот этим началом очень тяжеловесен. Ну мы уже поняли-поняли, что да, звезда Альгуль, да, нехороший свет, даааа, всё красноватое, зачем в меня по новой вбивать эту инфу?

В общем, есть тяжеловесные предложения. Много тавтологии, текст бы причесать...
Атмосферно. Не моё это, но всё-таки норм вроде рассказик.
Но.
Вот у неё высосали душу, так почему она вспоминает всё, почему ничем не изменилось поведение? То есть душа ей была и вовсе не нужна? О_о
И вот я бы.. не стала делать место действия в больнице, оставила бы простор для мыслей. То есть, сначала чтоб девушка просто из дома наблюдала за звездой, а уже потом, после происшествия, её и отправили в психушку... Так было бы больше простора. А так она всё-таки псих, и ей всё примерещилось из-за плохого отношения-поведения персонала, и её извращённый ум принял этих бесчеловечных людишек за зверьё...
И концовка неплоха тоже.

Кароч есть в этом рассказе что, хоть и не моё это. Автор молодец.

+1
10 zorin   (24.02.2018 11:28)
Благодарю за развернутый, аргументированный отзыв. Касательно "тяжеловестности" и "текст бы причесать" - да, ваша догадка: "сделано для предания тексту атмосферности" - верна. Чрезмерная утяжеленность текста вначале - это психосоматическая уловка, призванная погрузить восприятие читателя в состояние гнетущего ожидания. Отступление в виде исторических отсылок (кстати не выдуманных) призвано обосновать, придать реалистичности, "сверхъестественным" способностям звезды. Насколько удачно это получилось - судить конечно же Вам, как читателю.

+1
8 Ivannicoff   (23.02.2018 17:54)
Очень понравилось начало все. «Маниакально-шизофренический психоз» — какой-то новый вид психоза. И маниакальный, и шизофренический... И атмосфера удалась.

+1
7 Эльза   (23.02.2018 17:53)
Обязательно откоментю этот текст когда приду в себя.

+1 Спам
3 kykyryky   (23.02.2018 10:03)
У-ру-ру, нравиться! Описано живенько, в духе Стокера. Пробирает когда читаешь в темноте. Интрига присутствует, годно. И вкусные обороты. Лайкос за мурашки по коже. Респектус и всё такое. Единственно что  - автор хитрая жопа заманивает описанием, а в тексте не про садо-мазо, у-ру-ру-ру ))))

+1 Спам
2 kykyryky   (23.02.2018 09:53)
У-ру-ру, котики wink Кто зашёл только из-за описания признавайтесь )))

0
4 Суселлл   (23.02.2018 15:29)
Нет. Я все тексты подряд рецензирую, вообще на описание не смотрю, ха.

0 Спам
5 kykyryky   (23.02.2018 17:02)
Уруру! Это хорошо. А я просто подумала: "читают и молчат", наверно обижаются на обманутые ожидания. Только один обиженный, одинокий  котик-хикка возмущенно ругает хитрую жопу автора не найдя в тексте садо-мазо.

+2 Спам
6 kykyryky   (23.02.2018 17:39)
Я полистала ветку и беру свои слова обратно. Тут по годным текстам коментят не часто,  с большей охотой ругают плохие тексты. Уруру, это печально.

-2
1 kakazavr37   (22.02.2018 23:49)
ну вот прочитал я пару первых абзацев и чего? Автор с самого начала задал тон всему произведению,мол посмотрите на меня я шарю в звездах и прочей различной космической хрени. Хвастовство - не есть хорошо.  Ставлю дизлойс

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи....читать правила
[ Регистрация | Вход ]
Информер ТИЦ
svjatobor@gmail.com
 
Хостинг от uCoz

svjatobor@gmail.com