К/У/М/ Степень критики: бейте - мне не больно, А.Р.Ч.
Короткое описание: А.Р.Ч.
К/У/М/
ЧМП
Комарина Дарья Михайловна, Страхов Илюша, Корзун Татьяна Игоревна, Адвокат Максим Петрович На Адвокате я споткнулась о больной палец, ноготь врастал. Мешок с землёй едва не выскользнул из моих рук. Я покрепче вцепилась в него. Вспомнилось как лет шесть назад, когда мы с папой отдыхали в Ялте, мне в руки попала ласточка – их в изобилие гнездилось на крутом склоне. Тогда я также как сейчас мешок сдавила её, и давила, пока она не лопнула. Лопнувшие рёбрышки впились мне в левую ладонь и несильно, но ощутимо поранили. ЧМП. Чёртова маленькая птица! Но мешок не ласточка – в нём песок.
ПП
Голуб фёдор Терентьевич, Измайлов Михаил Михайлович, Сыч Светлана Ивановна, Сыч Иван Иванович, Сыч Николай Я сменила плечо, ПП, так как лямка лифа стала втираться в кожу, и продолжила путь. Самсонов Александр Геннадьевич, Машкова Юлия Ста…
ТПМ
- Ну, где ты так долго? Это кричал мой отец. Он уже оборвал с могил прабабушки, Барабановой Фёклы Ивановны, прадедушки Барабанова Иллариона Кузьмича, сестры, Колёсовой Тамары Васильевны и мамы, Савиной Веры Михайловны, своей и моей, Труновой Ольги Валерьевны, траву и теперь поджидал меня. ТПМ. Я несла ему песок. - Иду я! Тяжело! – крикнула я в ответ и прибавила ходу.
НЕД
Комарина Дарья Михайловна, Страхов Илюша, Корзун Татьяна Игоревна, Адвокат Максим Петрович, Голуб Фёдор Терентьевич, Измайлов Михаил Михайлович, Сыч Светлана Ивановна, Сыч Иван Иванович, Сыч Николай, Самсонов Александр Геннадьевич, Машкова Юлия Станиславовна. - Пап, я больше не могу. -Ты всего два мешка принесла, НЕД, нужно ещё два. - Пап, тяжёлые очень. – я задыхалась под тяжестью земли. - Меньше нагружай. Четыре раза сходишь, вместо трёх. - Ходить далеко. - Давай высыпай и дуй ещё за одним, может и хватит.
СС
Комарина Дарья Михайловна, Страхов Илюша, Корзун Татьяна Игоревна, Адвокат Максим Петрович, Голуб Фёдор Терентьевич, Измайлов Михаил Михайлович, Сыч Светлана Ивановна, Сыч Иван Иванович, Сыч Николай, Самсонов Александр Геннадьевич, Машкова Юлия Станиславовна. Отец сидел на прежнем месте, под сосной. Я шумно сбросила мешок с плеча на траву, натруженным предплечьем убрала прилипшую к взмокшему лбу чёлку. Могилка перед отцом была аккуратно присыпана песком и разглажена. Казалось, он забыл обо мне. Так глубок был его взгляд. Я чувствовала это через его уже тронутый первой сединой затылок. - Па… - А, принес... – несколько потерянным голосом, запнувшись, произнёс он. – Ла… А я вот тут тётку Фросю вспомнил. На стройке у меня работала. Старушка-поскакушка. В-о-он её могилка. – он указал рукой на заросшую бурьяном «грядку», теснившуюся между двумя богато убранными, похожими на праздничный букет. А мне вспомнился попугай. СС. Светло синий. Мама раздавила его, когда мне было девять. Он любил гулять по полу, гладенький такой… залез в тапок… Мне не нравится об этом вспоминать. Я не люблю. - Давай ещё раз. – отец головой указал на карьер. – Половину от этого нагружай.
ПН
Комарина Дарья Михайловна, Страхов Илюша, Корзун Татьяна Игоревна, Адвокат Максим Петрович, Голуб Фёдор Терентьевич, Измайлов Михаил Михайлович, Сыч Светлана Ивановна, Сыч Иван Иванович, Сыч Николай, Самсонов Александр Геннадьевич, Машкова Юлия Станиславовна
Я скинула мешок с песком на землю, стёрла пот со лба. - Тяжело? Я кивнула. - Высыпай его вот сюда. – он указал на нечто миниатюрное, затоптанное, ютившееся у самой ограды. – Я не знаю кто здесь похоронен. – многозначительно произнёс он. – Может аборт моей мамы. Может котёнок. Не знаю. Сыпь. Я вывалила песок на могилу. - Последний неси. ПН. И можешь быть свободна. - Как я могу быть свободна от тебя…
ММП
Комарина Дарья Михайловна, Страхов Илюша, Корзун Татьяна Игоревна, Адвокат Максим Петрович, Голуб Фёдор Терентьевич, Измайлов Михаил Михайлович, Сыч Светлана Ивановна, Сыч Иван Иванович, Сыч Николай, Самсонов Александр Геннадьевич, Машкова Юлия Станиславовна, Воробьёв Леонид Максимович
Я остановилась. Погружённая в свои мысли я прошла поворот. ММП. Могила молодого парня улыбалась мне из тупика лучистой фотографией головы с частью плечевого пояса и глазами. Парню не было двадцати. «Память родителей, сестры и тёти». «Тёти-моти». - подумала я и улыбнулась. - Ну, где ты? – послышался сердитый голос отца. - Иду. Поворот вот прошла. Лямки лифа жутко натёрли вспотевшие плечи, я скинула мешок с землёй на тропинку и потянула волоком. - Я уж заждался – тебя только за смертью посылать. – отец не глядел на меня. - Всё хорошо пап. - Я вижу. Присядь-ка. Мы сели на скамеечку, я устало, отец умиротворённо. - Больше песок носить не нужно. – папа словно бы невзначай потрогал меня через оттопырившиеся шорты за пизду. Я, глядя на могилу, поцеловала его в губы.
Домой мы вернулись глубоко за полночь. С ног до головы перепачканные землёй и спермой. Папа как обычно первым делом отправился в ванну. А я, дежурно поцеловав парализованную тётю Свету в щёку, написала стих:
К\Л\А\Д\Б\И\Щ\Е У\Д\И\В\И\Т\Е\Л\Ь\Н\О\Е М\Е\С\Т\О
Чёртова маленькая птица КУМКУМКУМ Продолжил путь КУМКУМКУМ Теперь поджидал меня КУМКУМКУМ нужно ещё два КУМКУМКУМ Светло синий КУМКУМКУМ Последний неси КУМКУМКУМ Могила молодого парня КУМКУМКУМ Кладбище удивительное место, Кристи (12 лет).
Терпеть не могу Контркультуру. Но блин, если это читают, значит это кому-нибудь нужно. Подача текста хороша. Вот наполнение оставляет желать лучшего. Могилы, давленные ласточки, инцест... И что? После текста просто недоумение. Зачем я это прочитала? И что это все значило? Я просто не доросла? Ну мб.
Что хорошего-то в этом тексте? Что? Ничего. Мерзость. Второй придурок Балабанов его написал. Насмотревшись его "гениальных" фильмов типа Груза 200. Инцестная некрофилия какая-то. Что автор хотел показать этим текстом? Свою психическую неуравновешанность? И это ещё мой текст назвали свинским? Хотя там даже близко такого нет! Бредятина какая-то. А шифофки - это все чушь собачья! Так и про Груз 200 Балабанова говорили! Глубокий фильм! Понять надо! Столько оправданий в его адрес писали. Противно даже. И почти всегда, когда встречаю что-то подобное натыкаюсь на то, что мол текст глубокий, насыщенный и таит в себе некую тайну. Его мол понять надо, а то что ты не понял данное морально опущенное произведение (интересно каков тогда сам автор?), то ты ничего не понимаешь и ещё не дорос до него! Но повторюсь - это всё чушь! Так говорят только онанисты - мерзопакостники - ценители сомнительной красоты на деле являющейся самой настоящей гадостью рожденной больным воображением данного и подобного этому писателю.
Бог с ним с текстом, да и со мной тоже, а вот Балабанова не трожь - о мёртвых либо хорошо, либо ничего. Гениальный был режиссёр. И уж кому кому, а не вам, судя по всему, его судить...
Извиняюсь, я тоже подумал, что вопрос адресован "балабаноненавистнику )". Не совсем ясно, к чему здесь Егор Летов, но всё же, с глубокого детства интересовался его творчеством, были даже фанатичные нотки. достойный был человек и жизнь прожил достойную. П.С. так совпало, что довелось поприсутствовать на одном из последних его концертов, незадолго до его смерти. Всё равно, хоть убей, не пойму, при чёмт тут Летов...
0
