Короткое описание: Что убивает больше? Мечта или дорога к ней?
Я живу на стимуляторах. Предпочтительно – кофе.
Все мое существо сжимается в предвкушении глотка. Губы ощущают горячий пар и чуть шероховатый край чашки – я закрываю глаза и впускаю в себя горький, едва разбавленный напиток, чей вкус не осквернен сахаром или сливками.
Его сладковатый контрастный запах каждый раз искушает меня новой, неизведанной гранью, окрыляет, заставляет сердце трепетать от восторга, приоткрывает замки и двери, что мешают дышать. Волна тепла, проходя по моему телу, подобно божьей благодати, наполняет меня силой и ясностью, никогда боле не ощущаю я момента просветления и единства самим с собой, как при первом глотке свежезаваренного кофе… Но если кофеина нет в моей крови – краски мира бледнеют, тяжесть тела становится неподъемной, потухают чувства – я делаюсь слаб и безразличен даже чтобы покончить с собой. Без кофе мне нет смысла, надежды – я пуст, как выброшенная упаковка, я пуст как тот, кто потерял душу…
Кофе стал частью меня. Моей сущностью и слабостью, лекарством и паразитом.
Чашка кофе с утра, и я мог сворачивать горы, чашка кофе в обед – и я их сворачивал, чашка кофе на ужин – я мог отдыхать, мог общаться, крутить романы. О, я мог все, пока в моих жилах бурлил кофеин!
Существует сказка о живительной воде, она воскрешает мертвых. Меня воскрешал кофе.
С детства я был увлечен экономикой. Законы круговорота денег прельщали меня не меньше красивых дам. В современном обществе эти законы являли собой иронию природного устройства, сложную функцию математических правил и зеркало единого социума. Можно познать весь мир, изучая лишь цифры на собственном ноутбуке. Я пил кофе и с диким упоением врывался в миллиарды комбинаций из десяти условных знаков, мог сидеть часами не отрываясь… днями! Но я не тратил время впустую.
Информация о деньгах стоила. И не мало.
Иногда закрывая глаза, я уношу свой разум в далекое прошлое, вижу отца: он сидит в любимом кожаном кресле и листает дорогой журнал, я подхожу и несмело поглядываю мимо его руки, на глянец бумаги. Вдруг маленький мальчик, игравший минуту назад с побитыми машинками, видит на весь разворот красный Ферарри: изящные изгибы, мерцающие соблазнительным блеском глаза фар, готовые вот-вот умчаться в стремительном беге нефритово-черные шины, сулящее комфортом сиденье. Я представлял в своих самых заветных мечтах как еду по широкой трассе между пиками гор, резко срывающихся к побережью моря, ощущая в висках стук крови, слыша неистовое гудение ветра и рычание сердца машины. Тогда я сказал себе – однажды я коснусь кроваво-красной кожи этого Ферарри, проведу рукой по прохладному капоту, отполированным бокам и плавным линиям, его прекрасной фигуре. Я вздохну полной грудью, когда он издаст первый рев, а секундой позже сорвется с места. Я дал слово.
Жизнь моя шла. Кофемолку сменила кофемашина, магазинные сорта перешли в заказные. Аромат кофе стал более терпким, вкус более горьким, а выдох после первого глотка – блаженней. Дела шли хорошо, даже лучше. В высших кругах я прославился как эксперт, популярность моих услуг возросла до седьмых небес, а я по-прежнему грезил о красном Ферарри, наслаждаясь очередной чашкой горячего кофе. Сколько лет прошло? Кажется, много. Время стало для меня осью, координатной сеткой для бесчисленных дел. Я забыл обо всем, ограничив жизнь работой, кофе и редкими вечеринками.
Счет в банке прибавлял единицы, затем нули, я смотрел на это отрешенно, пока цифра не достигла нужной отметки. Только тогда я мог тихо произнести – пора.
Резкая боль охватила меня, когда я поднимался по лестнице своего трехэтажного дома, она разрезала мне грудь и смутила рассудок. Я упал и едва смог прохрипеть имя прислуги. Сердце бешено билось, не давая вздохнуть, и я погрузился во тьму.
Монотонные стены больницы, лицо врача, я помню все смутно, сквозь серую пленку: действие кофеина давно иссякло, и я перешел в апатичный транс. Я слушал диагноз, не понимая, лениво следя за движением губ, опустив плечи, мне стало все безразлично: микроинфаркт, аритмия… Набор слов, на который я наплевал. Нельзя кофе, ни чашки…
Нельзя?
Врач постарался утешить улыбкой, пара лет – и болезнь отступит. Говорил, что-то еще, и еще, и еще… Нельзя кофе.
Я сидел на кушетке, пока кто-то не вызвал такси. Меня затащили в салон, отвезли домой, прислуга уложила меня на кровать.
Нельзя кофе.
Приговор не давал мне покоя, но я не смог шевелиться, ни плакать, ни сожалеть. Без кофеина я стал никем. Мне нужно взять ноутбук, проверить счет, позвонить, заказать… Осталось немного, всего один шаг, но я даже не мог ползти… Я смотрел в одну точку, чувствуя, как обида разрывает меня, я бросал последний цветок в могилу своей мечты.
Плачу. Плачу всем, что имею: деньгами и жизнью.
Прислуга.
Жил ли я ради безвкусной еды, кино без сюжета, нот не сольющихся в пьесу, не утоляющей жажды воды, воздуха без кислорода?
- Чашку кофе, пожалуйста.
- Но…
- Мне повторить?
Не ради этого шли мои годы. Не ради этого…
Глоток.
Я ощущал вкус кофе на языке до конца. Когда звонил в банк, говорил номер счета, затем продавцу – Ферарри, да, красный. Через час у крыльца. Когда ждал, едва усмиряя дрожь сердца, задыхаясь от аритмии. Когда вышел во двор, не чувствуя ног, ослепленный красками, ароматами скорого лета. Когда садился за руль на сиденье из черной кожи, вставлял ключи в замок зажигания и слышал девственный голос мотора. Когда ноги коснулись педалей, завизжали шины, пробудился ветер. Когда кровь всполошилась адреналином и эндорфинами, перехватила воздух, опустошила руки. Когда сердце не сдержало восторга… Я летел по широкой дороге меж пиков заснеженных гор с улыбкой Икара, сквозь знаки, преграды, вниз, закрывая ослабшие веки. К побережью у моря…
И пусть нашлись те, кем я был осужден – мой Ферарри остался со мной. Вместе с мечтой вознесенный ветром, последним, кто разделил смертельное счастье.
Не идеально, но очень неплохо. Помарки мелкие разбирать не буду, - цепляться к запятым и т.д. Но ваше произведение - первое за сегодня, что прочитал с интересом))
Здравствуйте. В дополнение к предыдущим замечаниям: «Волна тепла, проходя по моему телу, подобно божьей благодати, наполняет меня силой и ясностью, никогда боле не ощущаю я момента просветления и единства самим с собой, как при первом глотке свежезаваренного кофе…» «никогда боле» - никогда более; «единства самим с собой» - единства с самим собой. По поводу построения: фразу лучше разбить на две. Во второй части оборот «никогда более» стоит заменить на что-нибудь другое. Я понимаю, Вы хотели сказать, что только кофе дарит Главному герою просветление и единство, а в другое время он этого не ощущает, но у Вас получилось коряво. Возможно, стоит написать «ни при каких других обстоятельствах не ощущаю я такого момента…», либо «ни что иное не дарит мне такого острого чувства просветления и единства с самим собой, как первый глоток свежезаваренного кофе…» В общем, Вы – автор, Вам и карты в руки, но фразу стоит переделать (ИМХО). «я делаюсь слаб и безразличен даже чтобы покончить с собой» – запятая перед «даже» (уточнение). «Чашка кофе с утра, и я мог сворачивать горы, чашка кофе в обед – и я их сворачивал, чашка кофе на ужин – я мог отдыхать, мог общаться, крутить романы. О, я мог все, пока в моих жилах бурлил кофеин!» – этот абзац очень понравился, видна одержимость. «сказка о живительной воде» – сказка о живой воде (если Вы имеете в виду классические народные сказки). «сулящее комфортом сиденье» - сулящее комфорт сидение (либо «манящее, прельщающее комфортом сидение», хотя по поводу этого абзаца Вам уже все сказали). «Монотонные стены больницы, лицо врача, я помню все смутно» - мне кажется, после перечислений (Монотонные стены больницы, лицо врача) перед обобщением должна быть запятая с тире. Как уже говорили, язык изложения сухой. Возможно, Вы пытались таким образом передать эмоциональную бедность и зажатость Главного героя, живущего в мире цифр. Если да, то Вам удалось. Типичный финансист, не видящий ничего, кроме циферок в финансовых отчетах. Но читать такое не очень интересно.
Фёрст оф фалл. Порицание надругательств над русским языком. Все мое существо сжимается в предвкушении глотка. Грязно. По ощущениям. приоткрывает замки и двери, что мешают дышать. Несуразно. Замки и двери – преграда, препятствие, данная аллегория никак не ассоциируется с некой внутренней несвободой. В данном контексте следует употребить что-то острое, смелое, кричащее. Волна тепла, проходя по моему телу, подобно божьей благодати, наполняет меня силой и ясностью, никогда боле не ощущаю я момента просветления и единства самим с собой, как при первом глотке свежезаваренного кофе… Тарабарщина словесных конструкций. Дробите предложение на части. И кофе, на мой взгляд, всё же лучше «свежемолотый», чем «свежезаваренный». и зеркало единого социума. Единого? Социум сам по себе подразумевает общность, о чём Вы, автор? Можно познать весь мир, изучая лишь цифры на собственном ноутбуке. Не считаете нужным внести в предложение небольшую корректировку? Можно познать весь мир, изучая лишь цифры на ЭКРАНЕ собственного ноутбука. Вдруг маленький мальчик, игравший минуту назад с побитыми машинками, видит на весь разворот красный Ферарри: изящные изгибы, мерцающие соблазнительным блеском глаза фар, готовые вот-вот умчаться в стремительном беге нефритово-черные шины, сулящее комфортом сиденье. Словотрах в симбиозе с тотальной потерей смысла. Очень скупое описание, очень. Вы – лексический скупердяй. Атмосферы нет, даже рёва двигателя не слышно. А должно быть слышно. Далее у Вас следуют антропоморфические характеристики, но они настолько тощие, что всплакнуть хочется. Я слушал диагноз, не понимая, лениво следя за движением губ, опустив плечи, мне стало все безразлично: микроинфаркт, аритмия… Может всё-таки применить градацию в возвышающейся значимости? Врач постарался утешить улыбкой, пара лет – и болезнь отступит.Ни микроинфаркт (сейчас в медицине подобный термин вообще не употребляется), ни аритмия болезнями не являются. Приговор не давал мне покоя, но я не смог шевелиться, ни плакать, ни сожалеть. Упустили ещё одну отрицательную частицу. Приговор не давал мне покоя, я не мог ни шевелиться, ни плакать, ни сожалеть. Быть может так?
В целом: это не литературное произведение. Нет ни конфликта, ни драматизма, ни новизны, ни накала. Ничего. Оно нейтрально по всем характеристикам – а это отвратительно и алтынно до неприличия. В качестве отзыва относительно использованных Вами языковых средств – «Мелких нет, а крупные не водились». Голяк.
это не рассказ. Это пост вблог. Ничего общего с литературой не имеет. Нет ни конфликта, ни развязки, что под ручку с завязкой, не говоря уж об идеи (мне кажется её скоро вообще вычеркнут из литературоведения, как ни печально).
размести в кантакте. Дуры будут объективны, честно-честно.
Странно вы оценили рассказ. Супер субъективно! Я тоже кофе не люблю, но это не мешало мне в оценке. Потом, даже если и о наркомане, что, произведение сразу плохое? Посмотрите, как автор про феррари классно написала. Это литература. Без ошибок, что сегодня редкость, я смотрю. Ваша точка зрения про наркомана слишком инфантильна. Так ребенок оценивает.
Мне не очень понравилось. Да, написано хорошо и граммотно. И смысл ясен. И тема раскрыта. Но прочитав этот мини-рассказ, у меня сложилось впечатление о ГГ как о каком-то нарике, ни дня не способного прожить без кофе. Еще я нашла одну несостыковочку: лежа в постели после перенесенного микроинфаркта, ГГ, цитирую, "не может даже ползти". А уже через несколько строк, он вышел во двор, сел в машину и по газам... Разве такое возможно? Или это кофеин на него так подействовал? Значит он конкретно подсел.
0
